Дисциплинированный Подонок Морского Дозора!

Глава 10

Комната для допросов 175-го отделения Дозора. Кат, крепко связанный по рукам и ногам, стоял на коленях перед Бьякуей в самом жалком виде. Бьякуя же вальяжно сидел в кресле, всё в том же безупречном костюме. Свет отражался в стеклах его очков в золотой оправе, скрывая глаза от взгляда Ката. В этот момент Бьякуя взял из рук подчиненного чашку дымящегося черного чая и сделал изящный глоток. Каждое его движение было наполнено непередаваемой элегантностью. Наблюдая за этим, Кат видел перед собой образ утонченного, образованного и благородного аристократа. Но... Следующие слова ясно дали Кату понять, что вся эта интеллигентность и манеры были лишь красивой маской. — Сейчас время моего послеобеденного чаепития! А после мне предстоит моя регулярная тренировка для поддержания дисциплины, поэтому прошу вас проявить содействие работе Морского Дозора! Итак, начнем допрос. Рассказывай, почему ты предал Мировое Правительство? Бьякуя неспешно отпил чай и произнес это так небрежно, словно говорил о погоде. Однако содержание этих слов заставило сердце Ката бешено заколотиться от ужаса. — Когда это я предавал Мировое Правительство?! Откровенная ложь прямо в лицо?! Разве такими обвинениями можно разбрасываться просто так?! Если об этом узнает начальство наверху, то казнят не только его, но и весь его род до девятого колена. Да что там его отец-принц, даже сам король лишится головы! Бьякуя ничуть не удивился такой реакции. Отставив чашку с чаем в сторону, он спокойно произнес: — Как Главный инспектор 175-го отделения Дозора, в своих делах я всегда руководствуюсь принципом «Справедливости»! Сговор с пиратами! Клевета на офицера Морского Дозора! Разве это чем-то отличается от предательства Мирового Правительства? Это... Глаза Ката едва не вылезли из орбит. Просто уму непостижимо. Открытая, наглая клевета. Сговор с пиратами? Он всего лишь провел с ними пару сделок, какой еще к черту сговор? К тому же, разве ты сам, Бьякуя, занимаешься этим меньше?! А что касается клеветы на офицера Дозора — так он ведь сказал чистую правду! Какая же это клевета?! Но что еще важнее... Кат никак не мог взять в толк, каким образом Бьякуя умудрился из этих двух пунктов выстроить обвинение в предательстве Мирового Правительства. — Клевета! Это чистой воды клевета! — Кат пришел в крайнее возбуждение, яростно сверля Бьякую взглядом. — Где ваш Командир базы?! Я требую встречи с Командиром базы! Я принадлежу к королевской семье Калии, как вы смеете бросаться столь беспочвенными обвинениями в адрес члена королевского рода?! Видя это, Бьякуя лишь покачал головой. — О? Выходит... ты не признаешь свою вину? — Тьфу! Черта с два я что-то признаю, это всё наглая ложь! Даже если ты забьешь меня до смерти, я ни за что не подпишусь под этим! Признание означало не просто смерть, а участь хуже смерти. Увидев эту реакцию, Бьякуя рассмеялся. Он смеялся искренне и с удовольствием. — Отлично! Мне как раз по душе твоя непокорность. С этими словами Бьякуя махнул рукой. В следующее мгновение двое дозорных подхватили Ката и потащили его в мрачную комнату для пыток. — Работайте аккуратно! Не забрызгайте меня кровью, это мой новый костюм! — Так точно! Стоило прозвучать этим словам, как из пыточной донеслись леденящие душу, истошные вопли. Жестоко? Бьякуя никогда так не считал. Он как никто другой понимал всю глубину тьмы этого пиратского мира! Власть имущие, классовое неравенство, Тэнрюбито. Истина была куда более жестокой, чем можно было себе представить. Бьякуя действительно любил мир и покой. В конце концов, звание самого мирного моря во всем Ист-Блю было получено им не за красивые слова. По мнению Бьякуи, лучший исход — это когда те, кто жаждет мира, наслаждаются им, а темная изнанка реальности навсегда остается скрытой во мраке. Черное остается черным, белое — белым, а серое — серым. И они не должны пересекаться. Поэтому... На поверхности Бьякуя был дисциплинированным дозорным, истинным «Символом Мира» в глазах простых людей. Но в тени он был безжалостным интеллигентным подонком, и это тоже было правдой. Что касается выбивания признаний из Ката под пытками? Для Бьякуи это было обычной рутиной. Вести дела с пиратами, которые нападали на территории, находящиеся под его юрисдикцией, да еще и прямо у него под носом — это означало нарушить его правила. Это был плевок ему в лицо и прямая угроза тому миру, который он поддерживал. А за такое нужно платить. Судить его! Судить по всей строгости! И навешать столько обвинений, сколько вообще возможно! Коррумпированная королевская семья — это же просто золотая жила. Теневой бизнес под контролем Бьякуи приносил огромные деньги, но и расходы были колоссальными. К тому же, ему нужно было содержать целую армию своих подчиненных. Подумав об этом, Бьякуя усмехнулся. В какую же сумму обойдется обвинение во вражде с Мировым Правительством? Сто миллионов Белли? Мелковато, слишком мелкий масштаб. Бьякуя чувствовал, что он еще недостаточно безжалостен. И тут... — Главный инспектор Бьякуя! Он во всем признался! Внезапно стихшие крики прервали размышления Бьякуи. Он поднял руку и взглянул на часы. — Не прошло и пяти минут? Он даже не продержался до конца моего чаепития. А я-то думал, за его непокорностью скрывается стальной стержень, а он оказался такой размазней? Бьякуя поманил подчиненного рукой. Дозорный тут же протянул ему лист с чистосердечным признанием. Любое из перечисленных там преступлений приводило в ужас. Одного из них было достаточно, чтобы упрятать за решетку и самого Ката, и его отца-принца. А последний пункт — предательство Мирового Правительства — мог запросто отправить на эшафот самого короля. — Отлично! Продолжайте сбор улик! С этими словами дозорные выволокли едва живого Ката обратно. Бьякуя бросил ему в лицо лист с признанием, затем достал фотоаппарат и невозмутимо произнес: — Ну же, молодой господин Кат, как насчет того, чтобы улыбнуться? Мы отправим это твоему отцу-принцу, так что давай, изобрази радость. Услышав это, изломанное тело Ката судорожно содрогнулось. Страх, абсолютное отчаяние! С самого рождения и до этого момента Кат еще никогда и никого так панически не боялся. Это было слишком ужасно! С трудом подняв голову, Кат с нескрываемым ужасом посмотрел на элегантного Бьякую с фотоаппаратом в руках. Его губы дрожали. — Т-ты... ты просто дьявол! Бьякуя лишь приподнял бровь. — Ну что такое! Я же просил тебя быть порадостнее! Затем его глаза слегка сощурились. — Я сказал... улыбнись, — произнес Бьякуя ледяным тоном. Голос его был тихим, но от него Ката пробрала такая дрожь, что он поспешно выдавил из себя кривую, искаженную болью улыбку. Щелк. Вспышка фотоаппарата озарила комнату. На фотографии был запечатлен улыбающийся Кат, держащий в руках собственное смертельное признание. Бьякуя махнул рукой, и Ката тут же утащили прочь. — Подлатайте его немного, не дайте ему сдохнуть! И отправьте это признание вместе с фотографией в Королевство Калия! Закончив с делами, Бьякуя встал и сладко потянулся. — Ну вот, скоро время тренировки! Снова пора возвращаться к самодисциплине! Черт возьми, я просто образец трудолюбия в Морском Дозоре!