born to hate

Он привык, что к нему никто не обращается первым. В тишине всегда было проще — она ничего не требовала и ничего не обещала. Никита Лыткин. Он не выделялся так, как это обычно представляют. И не понимал, для чего это все нужно, он и не хотел на себя брать лишнее внимание. Ему всегда тесно в обществе, особенно в этом мире. Привык к тому, что вряд-ли жизнь изменится, и все будет намного лучше. От этого и больно. Никите семнадцать лет. Совсем скоро совершеннолетие, но что делать дальше, мыслей особо и нету. Жить по течению, Никита кажется научился еще лет с тринадцати. Так просто легче, и проще. Ни обязательств, ничего нет. На учебу, естественно забил. Он способен, но искренне не понимает — зачем? Для кого ему стараться, ради навязанных обществом мнений, что учиться обязательно нужно хорошо? Бред. Для Никиты, ему и так хорошо. Он не появляется особо в колледже, не считает нужным. Отношение к Лыткину в колледже, всегда было слегка отрешенное, некоторые считали — что он просто изгой, со своими тараканами в голове, некоторые, издевались над ним, иногда могли бычки тушить об парня, иногда вещи испортить, иногда и применять рукоприкладство. А вся остальная часть и вовсе считало, что Никита — псих, и таким как он, нельзя быть в обществе, и ему нужно в психушку. А Никита.. он просто молчал. Или отвечал короткой фразой «Сдохни.» Потому и считали — что конченный. Ему было незачем пытаться исправить отношения с одногруппниками. Никита сам по себе слаб, физически и морально. Не умеет дать отпор, не умеет сказать что то им в ответ. Свыкся с тем, что когда то это закончится, переубивает всех, и в конце концов, умрет сам. Никита с детства рос очень замкнутым и некомунникабельным. Если к Лыткиным приходили гости, Никита пытался спрятаться куда подальше, лишь бы не коммуницировать с ними. Рос без отца, и часто в нем разочаровывался, их последняя встреча случилась, когда Никите было шестнадцать лет, и то, не смогли оба найти никаких тем для разговора. С мамой, честно говоря, отношения плохие. Никита стыдится свою маму. Она это чувствует, знает, но сама говорит «виновата, что не смогла удержать его в этом мире.» Друзей у Никиты, как таковых не было. В начальной школе Лыткин познакомился с Артуром Лысенко, и тот, хоть как то смог помочь Никите адаптироваться среди сверстников. До пятого класса учился вполне стабильно. А дальше, по результатам тестирования был зачислен в математический класс. В новый коллектив влиться не смог. А после познакомился с Артемом. И Ануфриев для Никиты стал последним вагоном, последней попыткой завести друзей, или тому, кто хотя бы сможет выслушать. Ануфриев Артем. Артем был другим, он не держался в стороне, не выглядел потерянным, его, в отличии от Никиты, никто никогда не трогал, и не пытался даже задеть. Артем учиться в медицинском колледже, окончил одиннадцать классов, даже смог устроиться на работу. В школе учился хорошо, до десятого класса. Любил литературу и английский язык. Артем, конечно, тоже был изгоем среди одноклассников. но он смог помочь себе снять это клеймо, и влиться в коллектив. И в колледже у него все дается легко. Артем тоже, рос без отца. Мать с самого детства учила Ануфриева ненавидеть людей. Мир вокруг вызывал у них больше отторжения, чем интереса, а собственная жизнь — больше усталость, чем желание ее проживать. Так и началась их дружба началась их дружба — созависимая и болезненно привычная, в которой они постепенно перестали различать, где заканчивается один и начинается другой. Никита всегда вызывал у Артема жалость, смесь сочувствия, что тот вряд-ли сможет найти хоть какое то место в жизни. Хотя, Артем тоже не хотел искать его, он так же думал, что незачем, все люди для него просто расходный материал. Никита же считал иначе, он восхищался Артемом. Одежда Никиты всегда была в пыли, а тот, словно блещет своей белизной. Артем всегда говорил правильные слова, точнее те, что точно хотел слышать Никита. Ануфриев знал, что хочет слышать Лыткин, что бы хоть как то самоутвердиться, проявить в себе последнюю надежду, что живет не зря. Никита привязан к Артему. Артем всегда рядом. Всегда поймет и выслушает, что для Никиты оказывается категорично важным. Наверное только поэтому, они вместе. Они похожи. Одинаково никому не нужны. Одинаково потерянные.

***

Вечера у них всегда проходили одинаково. Без начала и без смысла — просто время, которое нужно переждать. Они в свете настольной лампы, с разорванными душами и безразличными голосами печально общаются, позволяя высказывать все, что придет в голову. Чаще всего, Никита просто рассказывал одни вопли, что у него все хуево, и так изо дня в день, снова и снова. Артем, понимал, поддерживал и кивал головой, говоря, что скоро все закончится. Никита верит, и верно ждет. Артем тяжело выдыхает последние пары дыма, не смотря на то, что окно открыто, ветер все равно обратно затаскивает дым обратно домой. В тот вечер, было морозно и ветрено, уже успело стемнеть. Руки дрожат и немеют от холода, но Артему плевать на это, он нервно докуривает и смотрит куда то вдаль, на падающий мимо снег и пытается собрать мысли внутри и без того ноющей головы. И все же, поток останавливается, чувствуя, что в комнате уже не один. — Ебаный в рот…! - Лыткин тихо ругается себе под нос, спотыкаясь об куртку, которая лежит прямо под ногами. Хотя Артем пару минут назад убрал ее на кровать, но та видать, под своим же весом завалилась обратно. — Чего ты там бубнишь себе под нос? - Артем разворачивается на Никиту, смеется, но внимательно рассматривает друга. Он трет покрасневшие руки, оглядывается, выглядит несколько встревоженным. Артем всегда его таким видит, но решает спросить. — Че нервный такой? Покури, успокойся. - Артем заботливо кидает другу пачку сигарет, в которой явно осталось совсем мало. Ануфриев курит слишком много, обещает бросить, но каждый раз срывается и все обещания уходят в ноль. — Я не нервный, хули окно открыл, холодно.. - Тихо отвечает Никита, и, пытается покурить. Никита курит не часто, только если с другом, Артем учил Никиту курить, но тот каждый раз задыхается от одного и того-же дыма. «Когда нибудь, я стану пеплом.» С горем пополам, выкидывает бычок и пытается откашляться. Окно Ануфриев, все таки закрыл, падая на кровать. — Мда, Никита, Ты как девчонка куришь. Сколько раз тебя учил.. - Ануфриев усмехается над Никитой, смотря как тот жалостно хватает глотки воздуха. Никита откашливается, хмурит брови и ложится рядом с другом. Тяжело дышит и заметно нервничает, не помогло. — Так, Никит, давай без этой мозгоебки, че случилось? - Ануфриев невольно покусывает щеки, смотря на встревоженного товарища, Артем сам начинает нервничать. Хотя Лыткин встревожен постоянно, столько же, сколько его знает Артем. Никита всегда был морально слабым, его могла расстроить каждая мелочь, даже безобидный ответ Артема, который казался ему слишком «холодным.» — В шарагу мамка гонит завтра, говорит мол, ей преподша названивает каждый раз, что меня уже вторую неделю нету на занятиях.. - Никита не хочет об этом разговаривать, не хочет идти в колледж, не хочет разговаривать с мамой насчет этого. — Никита, ты каким боком тогда доучился до третьего курса?… - Артем не успеет договорить, Лыткин перебивает его. — Тем, меня снова отпиздят, я не хочу туда идти, понимаешь? Я там скоро с ума сойду, блять. - Лыткин срывается, голос дрожит, смотрит прямо в глаза и пытается в них найти хоть каплю спасения. — Не истери! Отучись спокойно этот год, мы с тобой летом свалим, ты помнишь о чем мы договаривались? - Ануфриев касается плеча друга, настойчиво, но не грубо, стараясь перевести внимание на себя. Артем уже точно привык к этому, и знает как успокаивать бедного Никиту. Погладить, едва-ли коснуться, или потрепать его по волосам, и Лыткин словно плавиться. Так и есть. Под воздействием касания, шмыгает и замолкает. — Не хочу я ничего и никуда, не доживу я до лета, я свихнусь здесь.. - Тихо отвечает Никита. Он всегда такой, словно оторванный от мира. Каждый день начинался одинаково: с тупой, ноющей тоски под ребрами. Она не кричала и не требовала внимания — просто была рядом, не позволяя дышать полной грудью и напоминая о себе в самые обычные моменты, чувствуя, что просто не выдержит. — Не говори хуйни, успокойся, иди завтра в шарагу, завтра вечером найдем чем заняться. - Артем аккуратно треплет друга по волосам, Никита расплывается в глупой улыбке, чувствуя, как боль слегка отходит. Но она вновь напомнит о себе ночью. Артем знает о том, что Никита любит коротать вечера с лезвием, в отличии от Никиты, Артем ниразу не наносил сам себе увечий, не понимает смысла. Знает о том, что Лыткин слишком слаб, чтоб убить себя. Никите нечего ответить, Он сидел, бессмысленно глядя перед собой. Взгляд был пустым и рассеянным, под тяжелые вздохи, Лыткин поднимается с кровати, хватая свою куртку и рюкзак. — Куда ты? - Артем нахмуривается, следя за Никитой. — Домой. Мать весь телефон оборвала уже. До завтра. - Ануфриев идет вслед за Никитой, проводить, хотя бы. Они жмут друг другу руки и Никита с грустью покидает дом Артема. Зимний вечер казался бесконечным. Снег падал беззвучно, укрывая улицы Академ-городка белым покрывалом, а Никита брел домой в полном одиночестве. Мороз щипал щеки, дыхание растворялось в темноте облачками пара, но внутри было холоднее, чем снаружи. Он пытался вспомнить, когда все стало именно таким. В какой момент дни начали сливаться друг с другом, а привычные вещи перестали приносить хоть какие-то чувства. Снег падал ему на ресницы, думая о том, что завтра, вероятно, ничем не будет отличаться от сегодняшнего дня. Зато с Артемом. И все же была причина продолжать идти вперед. Он думал о своем друге — единственном человеке, рядом с которым тяжесть внутри становилась немного легче. Его слова, редкие улыбки и простое присутствие давали надежду, что, возможно, не все ещё потеряно. Пока рядом был Артем, появлялось странное, почти забытое чувство, что то вроде надежды. Надежда — самообман, но это все, что у него есть. Без надежды, он убит, тоской навылет прострелен. Слабая, хрупкая, но достаточная для того, чтобы прожить еще один день.. Среди своих мыслей, Никита сам и не заметил, как дошел домой. Не хотелось туда заходить, сейчас снова начнутся постоянные расспросы матери, где был, как в колледже, и все тому подобное. Время подходит к десяти вечера, Никита мысленно благодарен тому, что еще день наконец то закончился. — О, Никита, ты пришел. - Из угла кухни выглядывает мама Лыткина. Спрашивает совсем тихо, неловко улыбается. Но с теплом. Никита оставляет куртку на крючке одежды, избегая ее взгляда, Ее любовь казалась ему чем-то чужим и навязчивым. — Привет, мам. - Он отвечал односложно, избегал разговоров и все чаще ловил себя на мысли, что рядом с ней чувствует не привязанность, а усталость. — Ты как? Будешь кушать? Как в колледже дела? Никит… - Лыткина не успеет договорить, Никита резко перебивает, не дает договорить. — Все нормально, кушать не буду, я у Артема поел. - Врет. Не смотрит даже на нее, то-ли стыдно, то-ли просто не хочется. Хоть и дома пахло только приготовленным ужином, явно, мама старалась, но в горло не лез не один кусок, внутри все сжалось в тугой узел. — Ты что то хотела спросить? - Никита вспоминает в конце свое упомянутое имя, стоя возле своей комнаты. — Да нет, отдыхай, сынок - Шмыгая носом, совсем печально отвечает мать. Видит, что Никите снова плохо, но не знает чем помочь. Она часто водила Никиту по психологам, но те, молча разводили руками и говорили — все ок. А каждый поход к психологу заканчивался одним и тем-же, Никита все чаще и чаще отдалялся от матери, и все чаще загонялся в себя. Никита наконец чувствует облегчение, кидая рюкзак на кровать, Лыткин направляется в ванную комнату, с желанием смыть с себя весь этот день. Он смотрит на себя в зеркало, с полным разочарованием. «Урод.» Сам того не понимая, шепчет себе под нос Никита. Бледный, как смерть, волосы грязные, мокрые от снега, прилипшие ко лбу, под глазами темнели синяки. Он протирает лицо руками, раздевается, и ложиться в ванную. Лыткин смотрит, его жизнь утекает, как вода из под крана. Тело слегка колит от горячей воды, но он не обращает внимание на вполне привычные ощущения. Намыливает волосы женским шампунем, маминым. Трет руки мочалкой до красноты. Стыдно. Артем выглядел совсем другим. Таким, идеальный. Хочется быть таким, или возможно, что лучше, слиться с ним в одно целое. Среди девочек, Никита явно не пользовался популярностью, но не Артем. За Артемом частенько бегали девочки, но, как тот говорил, не любит всех этих шалав, подкупных, и с полной готовностью продать себя за бабки. Артем никогда не любил кого-то по настоящему. Он любит себя. Чрезмерно. Никита любит Артема. По настоящему, по детски. Любит его загоны, его музыку, его губы, его руки, голос, его дымом пропитанные светлые волосы. Он верит в Артема. Лыткин до скрипа вымыл все свое тело. Зачем? Ему тоже бы, хотелось выглядеть рядом с Артемом как человек, а не как забитый щенок, забитым самим Артемом. Никита сливает грязную воду и выходит из ванной комнаты, в свою собственную. Никита бессильно падает на кровать, ноги не держут, В висках неприятно пульсировало, голова кружилась всё сильнее. Мысли неслись беспорядочным потоком, сменяя друг друга так быстро, что он перестал различать их смысл. Смотрит в потолок. Вырисовывает из трещин какие то черты. Под всем этим давлением, он не замечает, как погружается в глубокий сон, забыв написать Артему, что он живой, и дошел нормально.