Сонный паралич

В Майами наступила ночь. Я еду по шоссе, освещённому уличными фонарями и неоновыми вывесками придорожных заведений. Такое чувство, что город по настоящему просыпается только ночью: клубы переполнены, на дорогах становится всё больше машин. И куда этим людям надо в такой поздний час? У меня-то дела имеются… Давно Майамский потрошитель о себе не заявлял, не так ли? Пора бы снова немного встряхнуть коллег копов. Непроизвольно я выдавил смешок, предвкушая реакцию полиции и кровожадных журналюг. На это раз они просто обязаны посветить мне объёмную статью в газете, или снять репортаж… Немного отвлёкшись, я тянусь к колёсику на радио, включаю новостную станцию. «… обстановка в Майами становится всё опаснее. Нападения людей в масках животных потрясают общественность…» — заявляет женский голос из динамиков. Опять этот маскарад… Маски да маски, мстители, мафия… Да сколько можно?! Меня начинает переполнять гнев, я нахмуриваю брови, не отводя глаз от дороги и сильнее сжимаю руль авто. «…власти всё ещё имеют дело с последствиями происшествия 20 декабря…» Несколько дней уже прошло, а эти падальщики всё не отпускают этих… как их там называла пресса… «фанатов». А о том, что детектив Пардо избавил бедных горожан от последнего выжившего из них никто рассказать не хочет?! Под натиском эмоций я не замечаю как начинаю сильнее вдавливать педаль газа в пол. Слышатся гудки машин от возмущённых водителей, но мне всё равно. «… мы искренне верим, что эта трагедия всех нас вразумит и поставит точку в новых крупных преступлениях на территории Майами. " Поставит точку, значит… Конечно. Мне надоело слушать эти нескончаемые сенсации о безумных фанатиков. Скрипя зубами, я выключаю радио от греха подальше. Скоро «моя остановка». Визг тормозов, я неаккуратно паркуюсь возле непримечательного жилого дома в тёмном районе, который сильно отличался от приевшегося яркого неона центральных улиц Майами. Нащупываю в кармане свой рабочий револьвер, вытаскиваю ключ из зажигания, выхожу из машины, кладу связку ключей в задний карман брюк, захлопываю дверь и быстрым шагом направляюсь к входной двери, поглядывая в окна. Где-то горит свет, видно как семьи занимаются своей домашней рутиной, в каких-то квартирах вообще темно. На третьем этаже я замечаю парня, стоящего на балконе, который мирно покуривает сигарету. И в его окнах тоже не горит свет. Экономит энергию? Он не совсем похож на семьянина и я предполагаю, что пацан живёт один. Приметив квартиру, я тяну за ручку скрипучей двери и направляюсь по исписанному граффити и пропитанному запахом плесени коридору, который освещает одна единственная, почти перегоревшая лампочка. Захожу в лифт и нажимаю кнопку с цифрой «три». Меня не особо волнует аварийный вид лифта, который по ощущениям мог рухнуть в любую секунду. Нужно просто поскорее подняться до нужной квартиры. Чем быстрее начну, тем быстрее закончу. Потряхиваясь, лифт доезжает до нужного этажа, железные двери открываются и я выхожу на лестничную клетку. Прикидываю, какую из квартир я приметил ещё на улице, подхожу и пару раз стучу. Тишина. Меня это начинает раздражать и я снова стучу, на этот раз кулаком и куда более агрессивно. За дверью послышались спешные шаги и приглушённое «щас-щас…». Скрип замка и дверь открывает смуглый парень в майке и боксерах, держащий в руке уже тлеющий бычок. Он с недоумением смотрит на меня. Разве его не учили не открывать двери незнакомым людям? Чтож, это была его роковая и последняя ошибка. Я резко толкаю его в плечо и бедолага, вскрикнув, падает на пол. Не отрывая пристального взгляда, шагаю вперёд и захлопываю входную дверь, так что теперь в квартире стало совсем темно. Разве что свет уличных фонарей в окнах давал возможность разглядеть напуганное и растерянное лицо парня. Он начинает ползти назад, когда я достаю из-за пояса револьвер и быстрым шагом направляюсь в его сторону. Парень, спотыкаясь и держась за стены, встаёт и пытается убежать в соседнюю комнату. Я ускоряю шаг, встаю в проходе между коридором и кухней, куда пацан драпанул. Навожу на него ствол, жму на спусковой крючок — выстрел звучит немного громче, чем обычно, из-за маленького помещения. В ушах звенит… Пуля попадает прямо парню в спину. Его ноги подкашиваются и он чуть ли не падает, но вцепляется в рядом стоящий стул. Кряхтя и истекая кровью бедолага всё ещё пытается убежать от своей участи. Хватается за мебель, делает пару неуклюжих шагов и наконец падает на спину, тяжело дыша. Я прячу револьвер во внутренний карман пиджака и неспешно подхожу к истекающему кровью парню, который уже совсем потерял силы. Он смотрит на меня испуганным взглядом, наполненным слезами. Его глаза стекленеют, а на и так грязном полу всё больше разрастается лужа крови.