Лучшее, что было со мной, это моё поражение перед детьми.

Серые плиты больше не двигались хаотично. Бездна затихла, подчиняясь новой воле своих сожителей. Ребята вместе с Тедамоном полностью перестроили этот мир, превратив его из смертельной ловушки в безопасный дом.Теперь в самом центре Бездны располагалась огромная круглая площадь — Точка Появления. От нее, словно лучи звезды, расходились три главные дороги:Первая дорога вела в величественное Королевство и уютный Город. Вокруг них раскинулись густые зеленые леса, цветущие поля и чистые, мерцающие реки, которые они создали вместо фиолетового тумана.Вторая дорога уходила к Ферме — месту, где ребята планировали выращивать еду и обустраивать быт.Третья дорога вела в Псарник. Бывший жуткий лабиринт теперь перестроили в огромный, комфортный вольер. Безглавые собаки больше ни на кого не нападали и никому не мешали, но каждый житель Бездны мог прийти туда, чтобы поиграть с ними или погладить под присмотром Джона.Гоги стоял в центре площади, его красный хвост довольно покачивался. Он держал в руках карту, которую они нарисовали вместе с Эммой и Джимом.— Ну что, народ, первый этап урбанизации Бездны прошел успешно! — весело объявил Гоги, возвращая свой фирменный юмор. — Из адской коробки мы сделали курорт премиум-класса.Рядом Джим быстро набрал на телефоне и показал Лику: «Главное, чтобы на Ферме выросла нормальная картошка. Шаурма от Тедамона — это круто, но домашняя еда лучше». Лик, чья серо-черная одежда теперь казалась чуть светлее, согласно кивнул.А для Тедамона началась самая сложная эпоха в его бесконечной жизни. Он искренне хотел измениться, но... совершенно не умел быть добрым. Тысячелетия гордыни и одиночества не проходят бесследно. Когда он пытался улыбнуться, его огромная зубастая пасть по-прежнему выглядела так, будто он собирается кого-то сожрать, а его громоподобный голос пугал птиц в новосозданных лесах.Учителем великого ангела стала маленькая Эноя. Девочка-альбинос со смешными кошачьими ушками совершенно не боялась его огромных темных крыльев.— Дядя Тедамон, ну нет! — Эноя всплеснула руками, стоя на цветочном поле. — Когда ты даришь цветок, не нужно кричать: «ПРИМИ ЭТОТ ДАР СМЕРТНАЯ, ИНАЧЕ ТЕБЯ ПОГЛОТИТ ПУСТОТА!». Нужно говорить мягко. Вот так: «Пожалуйста, это тебе». Попробуй!Тедамон, согнувшись в три погибели, чтобы быть на одном уровне с девочкой, неловко зажал в гигантских когтях маленькую ромашку. Его безглазое лицо выражало колоссальное ментальное напряжение.— По... жа... луй... ста? — проскрежетал он, стараясь сделать голос как можно тише. Получилось похоже на шуршание падающих скал, но для него это был огромный прогресс.— Молодец! — Эноя радостно захлопала в ладоши и обняла его за огромное колено.Тедамон замер, бережно прижимая к себе крылья, чтобы случайно не задеть девочку. В глубине его души бушевал шторм из нежности и благодарности. Он учился любить этот мир заново, и именно Эноя шаг за шагом вытаскивала его из многовековой депрессии.Вскоре Точка Появления начала светиться белым светом гораздо чаще. Портал на землю был закрыт для четверки, но Бездна оставалась промежуточным миром, и теперь, когда здесь воцарился мир, она стала притягивать к себе тех, кому на земле было хуже всего.В Бездну начали приходить новые жители.Сначала на площади материализовался испуганный маленький котенок, а за ним — старый хромой пес, погибший на улице от холода. Джон мгновенно взял их под свою опеку, уводя в сторону Псарника и Фермы, где для животных всегда были готовы ласка и тепло.Но затем портал принес людей. Это были дети. Дети, чьи жизни на земле оборвались слишком трагично и несправедливо. Девочка, чье сердце остановилось в больничной палате после тяжелой болезни. Мальчик, который не выдержал травли и одиночества, сделав роковой шаг с крыши. Подростки, ставшие случайными жертвами жестоких маньяков... Все они оказывались в Бездне — испуганные, плачущие, сжимающиеся от страха в ожидании боли.Но вместо боли их встречали сожители четырех голов.— Эй, привет! Не бойтесь, всё самое страшное уже позади, — Гоги мягко подходил к плачущим новоприбывшим, протягивая им руки. Его яркие красные волосы и хвост больше никого не пугали — они светились теплом.Эмма и Лик выносили им теплую одежду, Джим своими сильными руками строил для них уютные домики в Городе, а Эноя делилась с ними конфетами, которые ей по первому щелчку колокольчика приносил Тедамон. Вечером, когда Город затих и новые дети наконец-то спокойно заснули в безопасных постелях, не боясь ни болезней, ни зла, Тедамон сидел на вершине высокой скалы, созерцая свое Королевство.Снизу к нему доносился смех ребят, лай Джона и шум реки.Бывший изгнанник из рая, некогда грозный и жестокий кукловод, теперь смотрел на этот цветущий мир и чувствовал себя по-настоящему счастливым. Он вспомнил, как отчаянно дрался на вокзале, пытаясь удержать детей силой. И как сильно он ошибался.Тедамон тихо, с улыбкой прошептал в темноту фразу, которая стала девизом его новой вечности:— Лучшее, что было со мной за все тысячи лет... это моё поражение перед детьми.Он проиграл им войну, но выиграл шанс стать кем-то большим, чем просто монстром Бездны. Он стал их защитником. Их семьей.