Deadly rush

Роскошный бар "Элиза". Просторный зал, который был забит возней трепещущих фанатов, запах дорогого алкоголя, кожаная мебель и приглушенный свет. Глистен в сотый раз поправлял воротник своего ослепительно-белого пиджака перед зеркалом, игнорируя суету. — Космо, если этот твой «гаражный спецэффект» по имени Спраут заденет мою стойку, я лично выкину его со сцены. — Процедил он, проверяя идеальность своей укладки. Губ в это время бешено стучал палочками по любой поверхности, отскакивая от стен, как мячик. — Да ладно тебе, Глис! Зато у них бас звучит так, будто небо падает! Это добавляет драйва! Астро, скажи ему! Астро, полулёжа в мягком кресле с закрытыми глазами, едва заметно улыбнулся. — Звук… Он как темная вода. Глубоко. Но слишком шумно для сна. Космо стоял у входа в гримерку, наблюдая, как техники заносят оборудование группы Луи. Среди черных чехлов и потертых проводов он искал только одну фигуру. И вот, Спраут вошел — в том же рваном мерче, бледный и явно ненавидящий всё это золото и зеркала. Космо сделал шаг вперед, преграждая ему путь. — Ты выглядишь так, будто тебя сейчас вырвет прямо на ковровую дорожку, Спраути. Неужели блеск софитов ослепляет? Спраут даже не замедлил шаг. Он лишь мазнул взглядом по белым латексным шортам и перчаткам, и в его глазах отразилось такое концентрированное пренебрежение, будто перед ним было не «лицо группы», а досадное пятно на стекле. Его раздражал этот образ фальшивого ангела. Эти латексные шорты, этот топ со звездой на груди, эти ботинки на высокой подошве и тканевые крылышки на спине. Всё это выводило его из себя настолько, что хотелось блевать. — С дороги, диско-шар, — низко бросил басист, намеренно задев Космо плечом и даже не обернувшись на возмущенный выдох Глистена. Он прошел вглубь гримерки, волоча свой тяжелый черный кофр, который смотрелся здесь как гроб на детском празднике. Глистен демонстративно отряхнул плечо Космо, куда коснулся Спраут. — Фу, от него пахнет сырым подвалом и дешевым табаком. Космо, ты уверен, что нам стоит выпускать это на сцену? Он же испортит весь вайб! Губ, крутившийся рядом, с любопытством уставился на крылышки Космо. — Зато посмотри, какой контраст! — хихикнул барабанщик. — Мы — как ангелы, а они... Ну, как черти, которые вылезли на свет. Космо, ты видел его лицо? Он реально зол! Вдруг со стороны сцены раздалось громкое и задорное объявление. — Встречайте! Самые сладкие, самые яркие — Sweet Rush! Зал взорвался криками. Космо бросил последний взгляд на Спраута — тот сидел, уткнувшись в гриф, и его бледное лицо в свете неоновых ламп казалось почти зеленым. — Смотри внимательно, Спраути, — прошептал Космо, поправляя перчатку. — Твой "грязный панк" сейчас утонет в сахаре. Sweet Rush вылетели на сцену. Свет прожекторов ударил по жемчужному наряду Космо, заставляя его буквально сиять под ярким томным светом. Спраут остался в тени кулис, прислонившись спиной к холодной стене. Он хотел уйти в туалет или просто покурить, но ноги почему-то не двигались. На сцене Космо был другим. Он двигался плавно, провокационно, его белые короткие шорты переливались под софитами, а голос — чистый, высокий, с той самой «приторной» хрипотцой, заполнял всё пространство. Он доминировал над залом, заставляя толпу дышать в унисон с его плавными движениями и дрожащими крыльями. — Глянь на него,— Луи подошел к Спрауту, кивнув на сцену — Можно его ненавидеть, но работать он умеет. К ним подошёл встревоженный, качающий головой Финн. — Черт, а их ритм заедает. — буркнул гитарист, смотря на то, как Глистен элегантно ласкает свою гитару в ярком ритме. Спраут ничего не ответил. Он смотрел, как Космо, крутясь в танце, внезапно посмотрел прямо за кулисы, в ту самую темноту, где стоял Спраут. На долю секунды их взгляды встретились. Космо широко улыбнулся, облизнул губы и, подмигнув, выдал такую высокую и чистую ноту, что у Спраута внутри что-то неприятно дрогнуло. — Липкий... — Процедил басист через зубы, но его пальцы на грифе гитары невольно сжались сильнее. Последний аккорд Sweet Rush потонул в восторженном визге фанатов. Космо, тяжело дыша, стоял в центре сцены. Его латексный топ промок от пота и блестел в лучах софитов, а крылышки за спиной забавно подрагивали. Он картинно поклонился и, уходя за кулисы, прошел максимально близко к Спрауту, который уже стоял на готове. — Попробуй переплюнуть это. — Сладко шепнул Космо, обдав басиста запахом черники и разгоряченной кожи. Спраут даже не взглянул на него. Он вышел на сцену молча, как самый холоднокровный палач средневековья. Луи подошел к микрофону, его спокойная уверенность мгновенно приструнила толпу. — Надеюсь, вы не слишком объелись сладким, — низко произнес он, и в его голосе послышался рокот. — Потому что сейчас мы опустим вас на дно. И тут Спраут ударил по струнам. Это был не звук, это был физический толчок в грудь. Тяжелый рязный бас, усиленный мощными колонками «Элизы» ворвался в зал, выбивая всю оставшуюся приторность. Стены бара мелко задрожали, когда Спраут, широко расставив ноги, играл свой тёмный ритм. Его болотные волосы закрывали лицо, а пальцы двигались по грифу с такой яростной скоростью, будто он хотел содрать с него лак и краску. Космо остановился в проходе, не дойдя до гримерки. Он прислонился к косяку, чувствуя, как вибрация от игры Спраута проходит сквозь его подошвы и поднимается выше, заставляя сердце биться в такт этому безумному ритму. Спраут играл на пределе, вкладывая в каждую ноту всю ту злость и раздражение, которые накопились в нем за вечер. Он буквально вытравливал присутствие Космо из этого зала, заставляя фанатов задыхаться в это густом басе. Глистен, прикладывая к лицу патчи, чтобы убрать следы усталости после выступления, лениво кивнул в сторону сцены, где Спраут заканчивал очередное зубодробительное соло. — Ладно, признаю, — Фыркнул гитарист — это гаражное недоразумение хотя бы знает, с какой стороны браться за струны. Но его имидж... Боже, кто-нибудь, дайте ему расческу и литр шампуня. Хотя, нет, литра будет мало. Космо не ответил. Он стоял в тени кулис, скрестив руки на груди. Вибрация баса все еще отдавалась в его костях и он чувствовал, как по коже бегают мурашки, то-ли от сквозняка, то-ли от этой дикой энергии, которую Спраут выплескивал в зал. Последний аккорд отразился от стен, после свет погас, и панки скрылись во тьме, уходя за кулисы, словно всё их выступление было тенью или грешным воспоминанием. Дальше началось самое интересное и неприятное для Спраута. Как только обе группы закончили, в «Элизе» объявили время для общения с фанатами. Зал превратился в бурлящий котел. Группу Луи обступили суровые фанаты в коже и мерче. Такие же мрачные, как и группа, музыку которой они обожали. Но настоящий хаос творился вокруг Sweet Rush. Космо оказался буквально зажат в кольце из восторженных фанаток. В воздухе стоял гул от вспышек камер и просьб об автографах. — Космо! Ты был божественен! — визжала одна девушка, пытаясь дотронуться до его тканевого крылышка, словно до самого недостижимого идеала в этом мире. — Подпиши прямо на руке! Пожалуйста! — тянулась другая, умоляя об автографе прямо на своем теле и коже. Космо привычно улыбался своей «сахарной» улыбкой, раздавая росчерки на плакатах и салфетках, да вообще на всём подряд, что к нему проталкивали фанатки. Где-то в середине фан-встречи Луи заметил, что Спраут уже не вывозит. Его усталый вид говорил сам за себя и молил об заслуженном отдыхе. Вокалист ловко протиснулся сквозь толпу и, словно невзначай, приобнял Спраута за плечи, увлекая его к выходу для персонала. — Так, народ, на сегодня хватит, нашему басисту нужно подышать— Спокойно, но твердо отрезал он, игнорируя разочарованные вздохи. Пока Глистен в другом конце зала упоенно рассказывал фанаткам о секретах своего сияния, а Губ и Астро раздавали последние автографы, группа Луи уже скрылась в тишине служебных помещений. Спустя час, когда зал "Элизы" опустел и остались только усталые официанты, а обе группы снова пересеклись на парковке. Бокстен, который весь вечер не сводил глаз с выступления Sweet Rush, так и светился энтузиазмом. Ему явно не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась. — Слушайте! — Выпалил он, переводя взгляд с Луи на Космо. — Мы тут решили завалиться в отель через дорогу, там крутой бар на первом этаже, и номера что надо. Космо, ребята, погнали с нами? Отметим это... Это безумие! Спраут, прислонившийся к фургону с закрытыми глазами, заметно напрягся. — Ты серьезно, Бокс? — прохрипел он, не открывая глаз. — Я хочу только тишины и чтобы от меня перестало пахнуть черничным дерьмом. — Ой, да брось, Спраут! — буркнул Бокстен, уже приобнимая своего парня за талию — Чем больше, тем веселее, да, Космо? Шатен перевел взгляд на Сидли. Тот выглядел по-настоящему паршиво: бледный, с темными кругами под глазами и дрожащими после долгой игры пальцами. — Ну, если ваш "цепной пес" обещает не кусаться за столом...— Космо игриво улыбнулся, потирая запястье, на котором всё еще виднелся след от хватки басиста. — Мы в деле. Посмотрим, умеете ли вы пить также громко, как играете.