"ВЫ"

Куда подует ветер-туда и облака

По руслу протекает послушная река

Но ты-человек, ты и сильный, и смелый

Своими руками судьбу свою делай

(Приключения Электроника)

                         Утренний Петербург встречал промозглостью и еле разлепляющими глаза жителями. Привычная сырость и запах свежего кофе из соседней кофейни соседствовали с серыми колоннами и витееватыми двориками. Конец Августа приближал осень. Под тонким деревцем сирени, которая отцвела еще весной, припарковалась старая черная БМВ из которой вылезла немного заспанная девушка. Оглянувшись на машину — направилась к воротам «Радуги», закидывая в рот ментоловую жвачку, чтобы перебить слабый, но настойчивый запах сигарет. Из сумочки был извлечён атомайзер, и несколько пшиков смородиновых духов окутали девушку, скрывая малейшие следы ночной борьбы с бессонницей. Рыжий пучок немного растрепался от подголовника и девушка поспешила его пригладить, поправила тонкий ремешок на юбке и, наконец, вошла в здание. Сегодняшнее благотворительное мероприятие в интернате должно было пройти безупречно. «Радуга» уже гудела, проходя мимо снующих туда—сюда педагогов и детей, приходилось уворачиваться от ватманов, глобусов, тройки девочек в костюмах цветочков и охранника Глеба Борисовича. Улей одним словом. Уборщица Нина Васильевна стояла посередине коридора и что-то обсуждала с преподавателями математики и физкультуры. Студенты-психологи, пришедшие на практику, бегали по коридорам, некоторые носили столы, другие развешивали детские рисунки. Марья поправила локон, очередной раз выбившийся из прически и сделала глубокий вдох. Она любила это место, этих детей. —Привет, Семен! — помахала она историку проходившему на втором этаже балкона библиотеки вместе с детьми и получила веселые улыбки еще и от них. — Мариш, привет! Тебя искала Татьяна Михайловна,-- Семен Игнатьевич поторопил отстающих и поспешил за ними. На телефон как по заказу пришло сообщение от "Т.М. «Радуга»", Татьяна Михайловна была легка на помине, девушка улыбнулась. «Мариша, жду в кабинете! Есть материалы по ИОПам для новеньких, нужно срочно!» — Черт, — пробормотала Мариша, ускоряя шаг. Индивидуальные образовательные программы — это святое, особенно сегодня. Уже выйдя из кабинета директрисы она бежала по коридору, пробегая глазами по заметкам в телефоне, которые оставила для себя накануне. Повторяя в уме план мастер-класса по рисованию, список участвующих гостей, список материалов и правила, которые она должна была зачитать гостям. Дети должны были быть сегодня главными звездами. Внезапный удар чуть не повалил с ног и Мариша имела бы все шансы оказаться на полу в кругу бумаг по ИОПам. —Извините! —писк под попытку бумаг разлететься прервали холодные руки, поймавшие девушку от неудачного падения. Где-то над макушкой раздался голос обладателя рук — Все в порядке, — голос был немного смущенным. Мариша подняла голову. Над ней стоял высокий мужчина с копной рыжих волос и необыкновенно голубыми глазами. Растерявшись, девушка все же выронила стопку бумаг, которая веером разлетелась у ног симпатичного, чем-то знакомого, незнакомца в дорогих туфлях. — Простите! — Мужчина присел, помогая девушке собрать разлетевшихся беглецов. Её взгляд задержался на его тонких но сильных пальцах, которые нежно собирали листочки в одну стопку. — Сергей— представился он, протягивая ей бумаги. Марья стояла не шелохнувшись находясь немного в ступоре. — Я имею ввиду Сергей Разумовский — стушевался он. Девушка почувствовала, как щёки заливаются румянцем. — О боже, это Вы? Извините, пожалуйста! Марья Серидовна —педагог ИЗО. — девушка начала немного тараторить, — Извините, я была совершенно… — Ничего страшного, — Сергей улыбнулся. — Это я здесь гость, а вы хозяйка. И я тут просто заблудился… —пожал плечами тот и смущенно улыбнувшись, отвел глаза. Образы который описывали журналисты и Татьяна Михайловна были настолько противоположными, что казалось, что первые писали про совсем другого человека, а перед девушкой стоял именно второй. Вежливый, чуть неловкий, но с проницательным взглядом голубых глаз, которые с интересом и смущением блуждали по всей девушке и ни разу не задерживались на её глазах. — Я шёл к Татьяне Михайловне, но, если честно, — мужчина немного замялся— я до сих пор путаюсь в интернате после его реконструкции. — Я могу показать, — Марья очередной раз поправила уже фантомную прядь у лица, — всё-таки я Вас чуть не сбила.— девушка мило улыбнулась. — Буду благодарен, — Сергей кивнул. — Татьяна Михайловна так нахваливала интернат последнее время. И Вас. Говорила, Вы тут целое искусство создали. — Ну, искусство — это громко сказано, — Марья повела его к кабинету. — Мы просто стараемся, чтобы детям было где выплеснуть свои эмоции. Например, проводим мастер-классы, как сегодня, даем детям научить чему-то взрослых. Стараемся учить их миру. — Это очень важно, — задумчиво произнес он. — У меня в детстве не было такого. Девушка грустно посмотрела на мужчину, но ничего не сказала. Репутация «Самостоятельно сделавшего себя» миллиардера была хорошо известна, особенно здесь, в интернате. Подойдя к кабинету заведующей и приоткрыв дверь, Разумовский слишком резко повернулся и вдруг спросил: — Вы упомянули мастер-класс, может… я мог бы… посмотреть? Мне было бы очень интересно. Девушка немного смутившись, объяснила: —Понимаете, Мастер-класс веду не я, — взяв бумаги в одну руку продолжила говорить и немного жестикулировать.— Наши воспитанники сами проводят занятие для гостей. Это, как я упоминала, дает возможность взрослым поучиться у детей, а детям понять свою значимость для взрослых.— девушка улыбнулась перехватывая задания двумя руками. Глаза Разумовского засветились искренним интересом — Это же прекрасно! — мужчина заулыбался— я обязательно приду! Если не потеряюсь…— смущенно отведя взгляд ответил Разумовский.

***

Мастер-класс проходил шумно и весело. Ученики шестиклассники Квашнин и Капустин, обычно неразлучные хулиганы, сегодня с важным видом расхаживали между партами за которыми сидели гости и что-то рисовали. Они с умным видом раздавали краски взрослым, шутили, смеялись, пачкая пальцы гуашью. Преподавательница стояла чуть поодаль у задних парт, наблюдая за ними с теплой улыбкой, подпирая плечом шкаф с материалами и детскими работами. Разумовский сидел среди гостей, внимательно слушая мальчиков. Он даже взял кисть и сам с задумчивым видом что-то выводил на бумаге. Почувствовав ее взгляд на себе, мужчина обернулся и подмигнул девушке и продолжил свое творчество. На мгновение Марья Почувствовала, как между ними пробежала какая-то необъяснимая искорка, что-то общее, что выходило за рамки «благотворитель и учительница». Обычно серьезная девушка уже второй раз за день залилась румянцем. После мастер-класса гордые собой юные «преподаватели» повели взрослых в актовый зал на концерт посвященный сегодняшнему дню. Разумовский замешкался, последним выходя из класса. —Вы были великолепны сегодня Марья … Серидовна! — на отчестве мужчина запнулся, подходя к ней.—Ваши мальчики… они настоящие таланты! —Спасибо, —преподавательница улыбнулась.—Они очень старались. Сергей явно хотел что-то спросить, но не решался. Марья начала закрывать кабинет, чтобы вместе со всеми пойти смотреть концерт. —Может… Я хотел бы пригласить Вас выпить кофе, после концерта! — протараторил Сергей. —Ох.Сергей, извините, пожалуйста… Я бы с радостью, но я обещала сегодня сводить мальчишек в Макдональдс. За их труд. Мы договорились.—Девушки постаралась извиняющиеся улыбнуться. —Понимаю, — мужчина выглядел немного виновато, но тут же улыбнулся. — Что ж, в следующий раз. —Да, —улыбнулась девушка— До свидания, — и направилась к актовому залу. Через пару минут до нее донеслись шаги, —Марья Серидовна! — Разумовский догнал ее.— А если… можно я составлю вам компанию? Мне давно не доводилось есть… вместе. Девушка на секунду задумалась. Она посмотрела на его смущенную улыбку, на какую-то детскую надежду в его глазах. — Что ж, думаю, мальчишки будут только рады, — наконец ответила она.

***

Вечерний питерский воздух отдавал прохладой и речной свежестью. На обратном пути из «Мака» Квашнин и Капустин бегали по парку с самолетиками, которые достались им в Хэппи-Милах. Их звонкий смех разносился по аллее. Мальчишки игрались и радовались. Разумовский и Марья шли следом, держась чуть поодаль и переговариваясь. —Они давно … у вас? — спросил Сергей глядя на мальчишек, слегка замявшись в конце. — Квашнин — с семи лет, — ответила Мариша. — Родители-алкоголики. Просто отказались от него. Капустин… его подкинули к дверям интерната, когда ему было пять. Без единой записки. Просто оставили. Его нашли в слезах у калитки, звал маму… Два Вани с почти одинаковым детством… Сергей молчал, глядя на бегающих детей, и в его глазах появилась тень какой-то старой, забытой боли. — Вы так… заботитесь о них. Как о родных. Почему? Девушка посмотрела на стаканчик с облепиховым чаем в ладонях. — Изначально я вообще не собиралась работать преподавателем ИЗО. Мечтала о руководящей должности в медицине. Благо семейные связи позволяли, — она чуть сжала стаканчик, с пренебрежением проговаривая последнюю фразу. — Была глупым подростком… Но жизнь так повернулась. И когда я пришла сюда, увидела их… — она слабо улыбнулась. — Они заставляют тебя чувствовать, что всё не зря. Что даже если мир снаружи жесток, здесь, внутри, ты можешь сделать его немного лучше. И я просто не могу их бросить. Она вспомнила свой первый день в «Радуге», свой первый урок, своё отчаяние и ту детскую руку, которая тогда потянулась к ней. Дойдя до интерната, мальчишек уже встречала нянечка, чтобы отвести спать. Сергей и Марья остались стоять перед воротами. — Спасибо за такой день, — произнесла девушка. — И за то, что Вы так помогаете детям. Для них это очень важно. Мужчина смотрел на неё, и его обычно уверенные плечи как-то ссутулились. — Это я должен благодарить, Марья Серидовна. Вы… вы делаете намного больше, чем я. Вы учите их не опускать руки. Даёте им то, что нельзя купить за деньги. Девушка улыбнулась. Еще немного постояв у ворот «Радуги» Мариша выкинула стаканчик от чая в рядом стоящую урну и повернувшись к Сергею, попрощалась. Подойдя к своей машине еще раз оглянулась напоследок, улыбнулась и помахала рукой. Сергей всё ещё стоял у ворот, глядя ей вслед, пока черный внедорожник не скрылся за поворотом. Он казался одиноким, потерянным среди вечерней мглы. И тогда ни он, ни она ещё не знали, что эта случайная встреча станет началом их общей, трагической истории.