Дым над Страной Чудес

Чишия не спеша вышел на улицу. Свет от фонарей выхватывал из полутьмы край капюшона, обрисовывал плечи и пряди белых волос. Его силуэт казался ничем не примечательным, будто он случайный прохожий, что вышел на свежий воздух после долгого дня. Аоминэ осталась наверху, на крыше. Их разговоры были короткими и обрывистыми. Они предпочли редкие фразы и в основном молчали. Но это молчание не было тяжёлым. Оно казалось чем-то ценным, как редкая возможность просто находиться рядом, не испытывая неловкости. Они просидели там до самого заката, пока горизонт не окрасился в мягкие тёплые оттенки и не начал стремительно гаснуть. Пляж к этому времени заметно притих. Вечеринка сегодня почему-то перенеслась в сам отель, о чём свидетельствовала приглушенная музыка, что доносилась из открытых окон. В последних лучах заката мелькали редкие силуэты людей. Огни гирлянд, казалось, мерцали не так ярко, будто догорали вместе с этим днём. Воздух понемногу остывал, избавляясь от дневного зноя, ветер ласково цеплял кожу и ненавязчиво подсказывал, что пора расходиться. На террасе было почти пусто. Лишь три человека увлечённо перекладывали фишки в какой-то настольной игре. И Куина, устроившаяся с книгой на самом дальнем шезлонге. Сидела, закутавшись в светлое покрывало, как будто ей и впрямь было холодно, несмотря на остатки дневного тепла. Плечо то и дело выскальзывало наружу, и она поправляла край, вновь и вновь пряча его. Несколько дредов, упавших на щёку отбрасывали тень, пряча половину лица. Одну ногу девушка вытянула и небрежно упёрла в край низкого столика. На нём стояла чашка с горячим чаем, пар от него медленно поднимался ввысь. Сама Куина выглядела беззаботно и чуть лениво. Казалось, что она позволила себе расслабиться этим вечером, отбросив все тревоги, но при этом осталась внимательной к мельчайшим изменениям вокруг. Поэтому и заметила боковым зрением белый силуэт. Чишия не спешил в её сторону. Позволил себе наблюдать, как Куина слегка повернула голову, но полноценного внимания блондину не уделила. Он усмехнулся и направился к девушке, которая уже ждала его появления. — Ты поговорил с Аоминэ? — оживилась Куина, отрываясь от страниц романа. Она загнула уголок листа, чтобы не потерять место, на котором остановилась. И внимательно посмотрела на приятеля. — Что она ответила? — Я бы предпочёл сейчас эффектное молчание, — отозвался Чишия, подходя ближе. Он остановился у перил, положил на них локти, наклонился вперёд и посмотрел во двор. Там бродили несколько человек, слышались их пьяные голоса и возгласы, но быстро стихли, оставив после себя только шелест ветра и треск насекомых в траве. Чишия позволил взгляду задержаться на забытом полотенце, что болталось на перилах, его ткань тихонько дёргал ветер. — Можешь практиковать его сколько угодно, — цокнула Куина и захлопнула книгу, аккуратно положив её на столик. Она подтянула ноги под себя и поёрзала, устраиваясь удобнее. — Но сейчас выкладывай все подробности. Он чуть усмехнулся, ведь подобные разговоры давно стали для них привычными. Наконец всё же опустился на соседний шезлонг. Улёгся небрежно и устало, будто действительно позволил себе расслабиться, сбросив привычную маску. Вытянул ноги вперёд, закинув одну на другую. Протянул руку и, не спрашивая разрешения, взял со столика кружку, поднёс к губам и тут же скривился. Чай оказался обжигающе горячим, но он всё равно сделал маленький глоток. — Она скорее согласилась, чем отказалась, — произнёс он после паузы. — Но отнеслась с подозрением, что неудивительно. Куина наклонила голову, чуть прищурившись. Вечерний свет подхватил блеск украшений в её волосах, они слегка звякнули, когда она перекинула за спину непослушные пряди. Она подтянула ноги к себе и устроилась по-турецки, поправив покрывало, чтобы оно не сползало с колен. — А изначально ты был уверен, что Аоминэ согласится? — скептически приподняла бровь. Куина склонила голову набок, не спуская с него глаз. Она прекрасно знала его манеру уходить от прямых ответов, подбирать слова так, чтобы скрыть за ними то, что считает лишним. Иногда это раздражало, иногда, наоборот, вызывало уважение — но всегда подталкивало к тому, чтобы задавать новые вопросы. Она не собиралась сдаваться без боя. — Не совсем, — спокойно ответил мужчина. — Но я был уверен, что она скорее рискнёт, чем будет ждать чуда. — И тебя не напрягают её подозрения? — не унималась девушка. На этот раз он ответил быстрее, почти не задумываясь. — Напрягают, — признался Чишия, сделав ещё один небольшой глоток чая. — Но подкупают ещё больше. Он запрокинул голову назад и прикрыл глаза. Весь его облик говорил о попытке расслабиться, но пальцы продолжали крутить чашку, словно она мешала ему сосредоточиться или, наоборот, помогала анализировать сегодняшний разговор на крыше. — Чувствую, что будет одновременно сложно и увлекательно, — сказал Чишия, постукивая ногтем по фарфору. — Ты слишком много чувствуешь для того, кто любит полагаться на цифры, — недоверчиво прищурилась Куина, наблюдая за его руками. Отметила, как он в какой-то момент начал водить большим пальцем по ободку, а потом резко перестал. Напиток уже остыл, о чём говорило отсутствие пара, но он продолжал крепко держать кружку. Так, будто она помогала удерживать баланс внутри него. Девушка приготовила чай для себя, но теперь ей казалось, что в этой чашке нуждался именно он. Тёплая улыбка скользнула по её губам, но вслух она ничего не добавила. Несколько секунд тишины тянулись почти осязаемо. В другом конце террасы раздался хохот, а после него началось бурное обсуждение игровых действий. Куина наблюдала за оживлённой компанией. Она поймала себя на том, что слушает отдельные обрывки их фраз, однако быстро потеряла интерес. Ничего ценного, только шум и бессмысленная суета. Поэтому она снова повернулась к Чишие, возвращаясь в другой, более важный момент. — Уверен, что Аоминэ сможет помочь нам? — тихо поинтересовалась девушка, перехватив покрывало, которое в очередной раз сползло с плеча, и подтянув его повыше. Чишия не ответил. Лежал неподвижно, словно ушёл в себя или и вовсе провалился в сон. Даже кружка в его руках замерла. Куина прищурилась и слегка наклонилась вперёд, прислушиваясь к его дыханию. Оно оставалось ровным, спокойным, и в какой-то момент ей показалось, что мужчина действительно заснул. Она уже хотела вернуться к чтению, позволив ему отдохнуть. Но Чишия в тот же момент медленно приоткрыл один глаз, не меняя положения, словно проверяя, стоит ли вообще реагировать. Затем открыл и второй. Его взгляд скользнул по верхушкам пальм, задержался на колеблющихся гирляндах и только после этого вернулся к Куине. — Уверен, — выдохнул мужчина. — Главное не отпугнуть. Если неправильно поймёт, то может и нам достаться. — Да брось, она же не злодейка, — хохотнула девушка, будто он сказал какую-то очевидную глупость. Она поправила бусы на шее и глянула на Чишию с прищуром. — Думаешь, будет мстить или захочет проучить? — Этого мы не знаем наверняка. Он чуть повернул голову, и молчание между ними затянулось. Мужчина разглядывал небо, погруженный в свои мысли. А может, он действительно просто лежал, прогнав из головы весь надоедливый шум. Куина поначалу решила, что на этом их разговор исчерпан. Ей не привыкать к тому, что Чишия постоянно уходит в молчание и оставляет собеседника наедине с догадками. Но через несколько минут он тихо произнёс: — И не факт, что я справлюсь, если она действительно зайдёт слишком далеко. Куина плохо знала девушку, но мало верила в такие теории. А может, просто не хотела верить, потому что Аоминэ казалась ей воплощением справедливости и прямоты. И просто человеком, который не способен манипулировать чувствами других и совершать зло. Чего нельзя было сказать о Чишии. Его спокойствие и уверенность не вызывали у Куины доверия, а скорее настороженность. Он мог обдумывать каждый шаг, просчитывать возможные исходы, даже тогда, когда казалось, что просто отдыхает. И если Аоминэ была тем, кто действует прямо и открыто, Чишия был человеком, чьи намерения всегда скрыты от чужих глаз. И, несмотря на всю её симпатию к нему и интерес к его мыслям, Куина не могла не признать одну простую истину: этого человека она боится. — Если честно, я больше опасаюсь тебя, — честно призналась Куина. Чишия же на высказывание коротко вскинул бровь, переводя на неё взгляд. Безобидная усмешка скользнула по губам, и он покачал головой. — Мне льстит, что ты видишь во мне опасность. — Только не зазнавайся, — парировала девушка, наигранно пригрозив ему пальцем. — В любом случае, ты физически не сможешь держать каждую деталь под контролем во время плана. Даже если попытаешься убедить всех в обратном. Чишия чуть приподнялся с шезлонга и протянул обратно кружку с остатками чая. Куина приняла её не раздумывая, пальцы скользнули по остывшему фарфору и сразу же отставили напиток на столик. Рядом теснились недопитая бутылка воды, смятая салфетка и недочитанная книга. Он снова устроился поудобнее, неопределённо пожав плечами, будто соглашаясь и одновременно отмахиваясь от её слов. — Тогда тем более нужна она, — сказал он, поправляя на толстовке молнию, которая сильно уехала вниз. — Кто-то, кто может контролировать ситуацию, пока я занят другим. Снова повисла тишина, нарушаемая только треском насекомых в траве и обрывками разговоров в другом конце террасы. Там в очередной раз громко захохотали, кто-то уронил крышку от бутылки, что покатилась по плитке. Куина проводила её взглядом и вернулась к Чишие. — Ты думаешь, она пойдёт за тобой? — девушка нахмурилась. — Просто так? — Не за мной, — он устало потёр пальцами переносицу. — За общей целью. Если правильно показать, что мы не враги. — Хм… — протянула Куина, криво улыбнувшись. — Значит, всё снова упирается в то, насколько красиво ты умеешь убеждать. — Не красиво, а своевременно, — поправил её блондин, закинув одну руку за голову, а вторую устроив на животе. Кончики пальцев начали постукивать по ткани. — А если в итоге она решит, что наша «общая цель» ей ни к чему? — спросила девушка, уставившись прямо на него и скрестив руки на груди. — Очевидно, что Аоминэ не командный игрок. — Тогда придётся использовать запасную тактику убеждения, — его голос прозвучал равнодушно, но отсутствие паузы перед ответом выдало, что мысль о таком исходе он прокручивал заранее. — То есть у тебя уже есть запасной план? — Куина сузила глаза. Он чуть усмехнулся. — У меня всегда есть запасной план. — Вот поэтому, Чишия, ты меня и пугаешь, — фраза была сказана в шутку, но пальцы её сжали край покрывала так крепко, что костяшки побелели. В ответ он лишь пожал плечами. И медленно поднялся с шезлонга. Поправил капюшон, пригладил рукой выбившуюся прядь и сунул обе ладони в карманы. — Ладно, — бросил коротко, даже не посмотрев на Куину. — Хватит на сегодня. Девушка вскинула бровь, но даже не удивилась его внезапному бегству. — Просто уйдёшь? — А что ещё? — он чуть склонил голову, в уголках губ мелькнула насмешливая тень. — Всё остальное мы уже обсудили. Он ушёл так же неспешно, как всегда. С прямой спиной и размеренной походкой, оставляя собеседника с привкусом недосказанности. Словно он обрывал разговор ровно там, где начиналось что-то личное. И Куина знала: это не случайность, а его отработанная манера исчезать прежде, чем кто-то подберётся ближе. Очень полезный навык в подобном месте. Однако в этом же было и что-то уязвимое: если человек так отчаянно бережёт границы, значит, внутри у него есть то, что он боится показать. Куина осталась сидеть, кутаясь плотнее в покрывало. Волосы качнулись от дуновения ветра. Вдали кто-то громко засмеялся, и этот смех отразился в темнеющем воздухе неприятным эхом. Девушка нахмурилась, сжала губы в тонкую линию. Она перевела взгляд вверх, туда, где на крыше всё ещё находилась Аоминэ. Куина задержала дыхание, словно надеялась, что отсюда сможет что-то разглядеть, но крыша оставалась неподвижной.