Последний цвет радуги

«Доигрались» — подумал Шуга с досадой. Комнаты распределяли самым что ни на есть глупым способом — камень, ножницы, бумага! Детский сад, ей Богу! Подумать логично — не судьба? Спору нет — было весело, особенно когда Намджун и Тэхён оказались в одной комнате, и Тэ невинно моргая, спросил: — Хён, а можно я буду обнимать тебя во сне? У Намджуна случился небольшой шок. Он не сразу нашёлся, что ответить, несмотря на IQ — 140, и хлопал глазами, забыв закрыть рот. А потом он выдал целую лекцию, надо отметить, очень терпеливо, о том, что не стоит нарушать личное пространство, потому что будет странно, если они с Ви будут спать в обнимку. Но Тэхён словно не слышал его, доказывал, что ничего необычного в этом нет, и как обиженный ребёнок дул губы. Развернулись целые дебаты, к которым радостно подключился Джин и Хосок. Гуки и Чимин ухохатывались на диване, просто наблюдая за происходящим. В итоге Тэхен попросил разрешения держать его за руку, если уж обнимашки во сне так напрягают лидера. «Почему? Чима никогда не был против, хоть и жаловался, что он его чуть не придушил» — искренне удивлялся Тэ про себя, но благоразумно помалкивал, к великому счастью друга. Шуге достался в соседи Чимин. Ничего ужасного в этом, конечно, нет… Хотя нет, это ужасно! Они вдвоём в одной комнате! Одни! Чимин будет здесь ходить, сидеть, раздеваться и одеваться, приходить из душа мокрым, без футболки с одним полотенцем на шее… дышать в конце концов… Шуга сделал долгий выдох отгоняя представленные образы того, кого он хоть краем глаза, но видел всегда. Когда вокруг были другие мемберы, присутствие Чимина не ощущалось так остро. А теперь, когда в комнате кроме них никого не будет, куда девать Юнги свои глаза? Этот парень не отпускал Юнги, цеплял его взгляд с самого первого своего появления в компании, будто рыбу на крючок! Не иначе приворожил! Тот танец на просмотре Шуга не забудет, наверное, никогда! Да, там, на просмотре претендентов на место трейни Чимин был не единственным. Были ещё ребята, но лишь заиграла музыка, как остальные будто исчезли, и перед глазами остался он один — лёгкий и воздушный, с гибкими линиями и точными движениями! И глаз не оторвать. Потом оказалось, что парень попал в их группу! Личный рай и ад Мина Юнги в одном создании по имени Пак Чимин! Переезд из тесной комнаты общежития в большую квартиру с отдельными комнатами — это здорово! Но комнат было всего три! И теперь эта субстанция, лишающая сурового рэпера душевного равновесия, которым он так гордился, поселится с ним в одной из них! «Он будет ложиться в одну со мной постель и спать рядом целую ночь! Пусть и под разными одеялами, но всё-таки рядом!» Шуга закрыл глаза и беспомощно застонал, неосознанно представляя тихое ночное сопение у себя под боком и жаркое сонное тело под соседним одеялом, под которое от одних только мыслей об этом уже хочется забраться до зуда под кожей! Но такой привилегией пользуется один единственный человек в группе — Ким Тэхён. Сейчас Шуга без всяких возражений согласился бы занять место Намджуна и терпеть тактильность неугомонного всю ночь, потому что тут было сразу два плюса: первый — он был бы подальше от своего соблазна. И второй, что отзывался внутри нездоровой радостью — он лишил бы Тэхена возможности спать в обнимку с Чимином. Эта идея особенно прельщала после того, как он увидел их ночью, входящими в комнату. У обоих были раскрасневшиеся щёки и припухшие губы. Так бывает после поцелуев. Гуки безмолвно сдал обоих. В его испуганных глазах всё читалось с такой лёгкостью! Вариант пойти к RМ и попросить поменяться комнатами сразу отпадал. Как он это объяснит? И потом, они же честно разыграли места. Хорошо ещё, что у Шуги есть студия, в которой, конечно, нельзя толком выспаться… «Можно подумать, я здесь высплюсь?» Ещё была надежда на то, что Чимин много тренируется и появляться в комнате будет редко. «Так и я тоже не буду тут сидеть. А ночью… ночью мы будем здесь. Оба» С этим надо было что-то делать. Определённо! Иначе, Шуга однажды не сможет за себя поручиться и вместе с Тэхеном прослывёт любителем ночных обнимашек. — И что же с этим делать? — вслух произнёс Юнги, словно это помогло бы найти решение проблемы. Что с этим делать Чимин не знал. Между ним и Тэхеном всё было как и раньше. Только всё стало не так. Он замечал взгляды, которые Тэ останавливал на Чонгуке. Такие Чимин ни разу не видел в свою сторону. Он откровенно засматривался на младшего. Особенно это было заметно на репетициях. И Чонгук отвечал на эти взгляды. Чимин старался всё время находиться рядом, однако эти двое словно закрыли дверь в их собственный мир и никого туда не впускали. Да, они работали, отдыхали и дурачились все вместе, но оставался их личный, никому не слышный диалог, который вёлся на языке взглядов, касаний, ужимок и улыбок. У Тэ и Гуки появился свой секрет? Секрет Тэхена и Чимина горел пожаром в груди последнего, а для Ви этот огонь был, кажется, не больше свечи. И мысли об этом истощали силы Чимы. А впереди концерт! Мемберы выкладывались по полной! Всё, что они посылали в толпу ARMY возвращалось к ним с утроенной силой! Энергия зала чувствовалась физически! И их никак не хотели отпускать со сцены! Не это ли предел мечтаний?! Последняя песня! Ребята, мокрые от пота, порядком уставшие, но довольные проделанной работой, все здесь на сцене, которая чувствовалась теперь местом их силы! И первые ноты заключительной композиции. Чимин устал. Ноги дрожали от напряжения, голова слегка кружилась. Сейчас бы подышать. Просто сесть и сделать несколько полноценных вдохов и выдохов. Тэхен рядом. Он счастлив! Как и всегда, когда он выступает. Его голос расстилается над толпой и укрывает всех мягким теплом. Он притягивает. Чимин кладёт руку на плечо Тэ и двигается вместе с ним. Тэ идёт вперёд, туда, где соловьем заливался Чонгук, переняв эстафету у Ви. Его голос завораживает! Он задевает какие-то невидимые струны сердца, которые с радостью отзываются на осторожное касание, звенят, вторя высокому плавному голосу. Тэхен идёт прямо на голос, в его глазах волнение. Чимин видит их влажный блеск. Всё внутри блондина переворачивается, заставляя захлёбываться воздухом! Ему очень захотелось повернуть лицо Тэ и направить этот его взгляд на себя, но руки лишились сил, словно у марионетки, которой отрезали жизненно необходимые нити. Даже руку с плеча Тэхена он не смог убрать. Так и дошёл до Чонгука, словно слепой за своим поводырём. Тэхён остановился прямо за спиной Гуки, близко, ужасно близко! Потянулся и поцеловал его в шею, туда, где кайма футболки проводила границу между дружбой и чем-то другим, более сложным. Гуки почувствовал поцелуй. Он почувствовал, но не понял сразу, что это. Чимин наблюдал, как его непонимание развеивается предрассветной дымкой, когда он заметил Тэ, и как на губы легла едва заметная улыбка, а в глазах засверкал счастливый огонёк. Чимин тоже почувствовал этот поцелуй. Он прокатился по нему ледяной волной и покрыл неприятной испариной. Хорошо, что его партия закончилась. Он не смог бы сейчас спеть ни одной ноты — горло сковало спазмом. Его мир пошатнулся и начал распадаться. Аплодисменты оглушили внезапно. Чима понял, что до этого он слышал лишь звон, тонкий, острый, на одной ноте. — Тебе нехорошо? — внимательный Хосок оказался рядом так внезапно, будто вырос из-под земли. Чимин посмотрел на него, а увидел за его спиной кланяющихся Чонгука и Тэхёна. Они стояли рядом и едва касались пальцами. — Чимин? Наверное, Хоуп волновался — на его лице не было обычной улыбки. Он был близко, и руки свои держал так, чтоб если что, успеть подхватить. — Пойдём, — парень подталкивал Чимина за кулисы, уводя со сцены, от остальных мемберов, от Чонгука… от Тэхена. Он не успел поймать, как ни старался. Лишь только они шагнули в узкий коридор, Чимин упал, провалившись в спасительную и мягкую темноту. Он очнулся от ощущения движения. Открыл глаза. Потолок двигался. Его самого покачивало, но ноги не шевелились. Он понял, что его несут, надёжно и крепко прижимая к теплому сильному телу. Чима посмотрел на человека, в чьих руках сейчас находился. — Гуки, когда ты успел так накачаться? — со смешком, но слабо проговорил он. — Джин-хён! — не отреагировав на шутку, только взволнованно взглянув на Чимина, позвал Чонгук. В поле зрения парня, вслед за звуком шагов, появилось недовольное лицо Джина: — Ты снова на голодании?! Теперь и Чонгук вперил в Чимина удивленные глазюки, буквально вытягивая ими ответ. «Ему бы в полиции работать. Дознавателем», — поморщился он и попытался встать на ноги. Они уже остановились и лежать, словно ребёнок, на чьих-то руках, было как-то глупо. Чонгук опустил его, но придерживал за плечи и беспокойно перебрасывал взгляд с него на Джина. — Перестань дурить, Чимин, — проговорил Джин, на что тот только устало прикрыл глаза. Чонгуку стало ясно, что разговор на эту тему у них не первый. — Ну сколько тебе ещё нужно скинуть?! Зачем? Ты в прекрасной форме! — Джин, — голос Чимина был слабый, и по всей видимости головокружение не совсем его отпустило, — Давай не сейчас. Но Сокджина понесло: — А когда, Чимин?! Когда?! Когда ты загремишь в больницу?! Я не стану нести ответственность за то, что не смог тебя препеубедить сам и остальным не дал возможности! С этого момента у нас будет правило об отсутствии секретов друг от друга! Особенно, если это касается здоровья! Ты понял, Чимин?! Или ты сам всем скажешь, или я! Но мы вместе будем с этим бороться или переживать это, но тоже вместе! «Как же, — печально усмехнулся про себя Чимин, — отсутствие секретов? Вместе переживать? Это же просто невыполнимо!» — Хорошо, Джин, я скажу. Позже. — устало согласился Чимин, — Проводи меня. Мне нужно отдохнуть. — Отнести тебя? Чонгук смотрел на Чимина испуганными оленьими глазами. Он был готов предложить любую помощь, что была в его силах, только то, что смогло бы помочь не было в силах макнэ. И Чимин не мог в данный момент находится с ним рядом. Ему нужно побыть одному, нужно, никому не показывая, вылить влагу, что копится в глазах в данный момент и уже подходит к критической отметке. Нужно уйти, спрятаться. — Всё в порядке, Гуки, не нужно. Поддерживаемый Джином и Хосоком, Чимин ушёл. — Что случилось? Тэхен подскочил к Чонгуку, провожая удаляющихся взглядом. Гуки повернулся к нему обеспокоенное лицо. Его тревога мигом нашла своё отражение в Тэхеновских глазах. — Чимин, — только и сказал Гуки. Ви схватил его за плечи: — Что Чимин? — Он сознание потерял… Он не ест… Глаза младшего, и без того не по-корейски большие, сейчас были огромными нефтяными озерами, в которых плескалось непонимание — как это «голодание». Если это значит именно то, что думает Гуки, то это же страшно… Тэхен удивленно посмотрел на макнэ, а потом на пустой коридор. Чонгук, чувствуя как знакомо щиплет в глазах, пытался спрятать стыдные эмоции, ведь мужчины не ревут словно девчонки. Он опустил голову, сглатывал ком в горле, и старался не всхлипнуть. Жалость к хёну вынуждала ставить себя на его место, представлять насколько ему было бы ужасно смотреть на то, как едят другие и самому не притронуться ни к одному кусочку. Чонгук сейчас вспомнил, он замечал как Чимин тянет по глотку воду из стакана в то время как остальные набивали щёки, но не побратил на это внимание. Ему даже в голову не приходило, что можно ничего не есть! Совсем! Для самого Гуки подобное было немыслимо! Макнэ почувствовал горячие слёзы на коже и не сдержал судорожного всхлипа. Тэхён среагировал сразу. Он взял младшего за затылок и упёрся своим лбом в его, пытаясь заглянуть тому в глаза. — Всё будет хорошо, слышишь? Гуки закивал головой, но глаз не поднял. По-детски катились по щекам прозрачные капли. А внутри очень быстро разросталось незнакомое давящее чувство. Капли срывались словно скалолазы в фильмах про выживание, падали на пол, становясь малюсенькими лужицами и почему-то вызывали ощущение чего-то неизбежного и ужасного. Это ощущение заполняло Чонгука как поднимающееся тесто посуду и, казалось, имело собственное сознание. Макнэ чувствовал, как пальцы Тэхёна вытирают его мокнущие щёки, как руки обнимают, как горячие ладони держат его лицо. Наверное, Тэ пытался посмотреть ему в глаза, но Чонгук зажмурился, потому что открыть их стало страшно. Он слышал успокаивающий низкий голос, только суть слов не доходила через враждебную массу, заслонившую разум. Старания Тэхёна, испугавшегося за реакцию макнэ больше, чем за состояние Чимина, рядом с которым в данный момент находились двое, не давали результата. Не нужно быть экспертом, чтоб это понять. Всё, что Тэ говорил, Гуки не слышал. Вцепившись пальцами в куртку Тэхена, как в островок суши в расплывающемся перед глазами мире, Чонгук, прямо у Ви на глазах, тонул в эмоциях, не в силах их побороть. Внезапно Тэхён обхватил лицо Гуки ладонями и резко притянул его к себе. Губы Ви впились в соленые губы Чонгука и задержались на них, перекрывая кислород обоим. Он держал макнэ, чтоб тот не вырвался, только вместо протеста, Тэхён вдруг почувствовал ответ. Воротник куртки натянулся, а солёные губы вжались крепче. Глаза Гуки по-прежнему были плотно зажмурены. Секунда-две-три-четрыре... Тэхён, успел сосчитать удары его сердца, перед тем как черные гдаза распахнулись и Чонгук, уже знакомый Тэхёну Чонгук, испуганно отпрянул. На лице отразилось замешательство, испуг и удивление собственным поступком. Слёзы в огромных, влажно блестящих от недавней истерики глазах мгновенно высохли, выглянул дезориентированный разум. Гнетущеее чувство испарилось мгновенно, как-будто испугавшись. А может быть его смыло волной новых мыслей. Гуки думал о поцелуе Тэ и Чимина, но никогда в его мыслях не возникала идея попробовать это сделать самому. Тем более при подобных, совсем не располагающих к такому обстоятельствах! А вот сейчас он стоял напротив Тэхёна, всё ещё держа воротник его куртки в руках, и растерянно хлопал мокрыми ресницами. А потом и растерянность, и испуг скрыла красная краска, залившая светлую кожу плотным слоем. Горели щёки, лоб, уши, и даже шея. Но больше всего Чонгук чувствовал, как горят губы. Он спросил себя, зачем он это сделал и почему именно сейчас, но не нашёл ответа, только чувствовал стыд за то, что позволил себе подобную глупость в отношении Ви, и за то, что этим предал Чимина — того, кто был всегда так внимателен и добр к нему. А ещё за то, что он внезапно осознал, что обманывал себя, гоня малейшую мысль о поцелуях. Цветочный возраст подразумевал фантазии на чувственную тему, но разве он здесь за этим? Макнэ корил себя за ту искру интереса, которую в нём зажёг тот поцелуй. Такой необычный, неправильный, запрещённый. Гуки не знал куда себя деть и принял единственное решение, что показалось правильным — сбежать. Макнэ бежал прочь от ошеломлённого Ви, застывшего на месте. Ноги уносили Чонгука дальше, пока в груди жгло острое пугающее желание вернуться и напиться сполна того, что лишь едва пригубил. Неправильного и запрещённого. Первого в своей жизни. Он не видел, как изящные пальцы Тэ коснулись губ в попытке найти на них оставленный юношей поцелуй, который сильно отличался от поцелуев Чимина. Ягодные губы Чимы дарили нежную сладость, обволакивали, томно растекаясь на губах Тэхёна. Поцелуй подаренный макнэ больше напоминал леденец на палочке, когда после того, как помусолишь его губами, на них остается липкий сладкий слой, по которому так и тянет пройтись языком снова и снова. А ещё поцелуй Гуки оставил приятное томление в солнечном сплетении, чего никогда Тэ не испытывал с Чимином. Намджун оказался рядом неожиданно внезапно, и его лицо не сулило ничего хорошего: - Ты что тут устраиваешь?! Ты хоть головой думаешь?! - почти прошипел он, плохо справляясь с гневом. Он буравил парня драконьим взглядом, но тот на него не смотрел. Драконов Тэ не боялся, потому что их не бывает. Намджун не превратится в чудовище и не причинит ему вред. А сейчас, когда внутри всё ещё переваривалась нежданно подаренная губам сладость, весь окружающий мир, вместе с грозным шипением лидера, представал радужным, а совсем не страшным без всяких мифических существ. - У него была панические атака, - совершенно спокойно сказал Тэхён, глядя в сторону сбежавшего макнэ. Пойти за ним не хотелось. Любопытно было встретиться с Гуки после того, как уляжется это волнующее грудь чувство и узнать, появится ли оно снова? - Какая паническая атака, Ви! - зло бросил Намджун. Он даже представить себе не хотел такое развитие событий, при котором кто-то случайно стал бы свидетелем очередной выходки Тэхёна. На счастье, благодаря какому-то невероятному стечению обстоятельств, там, где должна толпиться куча народа, в этот миг никого не оказалось. Что сказать - любит Боженька этого странного ребёнка, и всячески ему помогает, даже в самых взбалмошных идеях. - Всё в порядке, - Тэ похлопал лидера по плечу, будто незмечая кипевший в драконе опасный огонь, будто знал, что его опасения напрасны, - Пошли Чимина проверим. Намджун сбросил его руку и приблизил свое лицо, поймав взгляд невозмутимых глаз. Его голос стал зловещим: - Ты. Целовал. Чонгука! - В кино такой трюк помог одному парню, - пожал плечом Тэ, - Я к Чимину. Ты со мной?