Последний цвет радуги

«Подружись». Легко сказать! А как это сделать, если жертва… то есть «Гуки» все время прячется от него? После разговора с Чимином Тэхён долго думал и пришёл к решению последовать совету друга. По сути, тот был прав, и Бэмби… , ну, то есть «Гуки» не виноват в том, что попал в их группу. Он даже не будет виноват, если кого-то из этой группы исключат. Это мясорубка, в которой они — просто мясо, готовое превратиться в нужный клиенту полуфабрикат. После выплаканных слёз стало легче, даже думалось как-то логичнее, правильнее. Появление в их компании галчонка… «В смысле — ГУКИ. К этому надо привыкнуть», уже не казалось чем-то ужасным. Да и, как сказал Чимин, Тэ — не жуткий монстр. Теперь их семеро. Скоро дебют. А контакта в коллективе снова нет, как в самом начале. Вот это проблема! Они не могут работать вместе, одним организмом. И кто является тому причиной? Мальчишка? ГУКИ! или сам Тэ? Ви лежал на нижней полке двухярусной кровати. Его сморило минут на сорок, а после он проснулся и теперь не мог уснуть. Уже три часа ночи, а сон никак не хотел приходить. И вроде бы всё уже обдумано по нескольку раз, вывод сделан, и ещё раз проверен, решение принято, но покой не торопился сменять бессонницу на её посту, и все передуманные мысли вновь возвращались, запускаясь каруселью по очередному кругу. В комнате неярко светил ночник, размывая очертания находящихся в ней предметов. С соседней кровати, вписываясь в спокойствие ночи своеобразной колыбельной, доносится храп Намджуна. Аккомпанируя РэпМону, тихо шумел кондиционер. Он приносил прохладу тем, кто внизу и замораживал верхние этажи. Чимин спал укутавшись в тёплое одеяло с головой. Он вернулся из зала минут двадцать назад, успел ополоснуться и уже сладко посапывал, на зависть бодрствующему другу. С верхней полки свешивалась его рука, болтаясь прямо перед носом Ви. Тэхён осторожно прикоснулся к его пальчикам. Они были маленькими, гораздо меньше, чем у него самого. Особенно умилял мизинчик. Крошечный, будто кукольный, над чем всегда беззлобно потешался Тэ, периодически подначивая помериться их длинной. Всякий раз он ухохатывался, словно впервые, пока Чимин покорно ждал окончания его очередного веселья. Тэхён перебрал пальчики один за другим, ощущая их сонную податливость. Погладил, чуть сжимая, мягкую ладошку, такую тёплую и уютную, что захотелось почувствовать её на своём лице. А ещё лучше забраться к Чимину наверх, под одеяло, обнять и, прижавшись щекой к жаркой спине, наконец-то, уснуть, слушая его мерное дыхание. Ви уверил себя в том, что только это поможет разогнать назойливые мысли, мешающие глазам сомкнуться. Что подумают мемберы, увидев их утром вместе в одной постели, Тэ волновало меньше всего. Правильнее сказать, не волновало совсем, потому что он даже не думал об этом. Сейчас все его мысли заняла идея пробраться в укромное место, куда проклятая бессонница не сможет заявиться. Тэхён откинул одеяло и сел. Кровать скрипнула, норовя выдать намерения красноволосого всем присутствующим. Дверь комнаты приоткрылась и кто-то, стараясь не шуметь, проник внутрь. Ви замер. Свет ночника не дотягивался до его постели, оставляя парня в тени. Аккуратно прикрыв щёлкнувшую замком дверь, человек на цыпочках стал пробраться к освещенному ночником столику. То, что это кто-то из своих — было ясно. Но кто именно, мешало определить тускло освещение, объёмная толстовка и накинутый на голову капюшон. Не Намджун и не Чимин. Они спали. Силуэт на единственной одноярусной кровати, подтверждал, что вошедший — не Джин. Шуга? Хотя вряд ли. Если бы он задержался допоздна в студии, то наверняка бы и заночевал там, как это часто бывало в последнее время. Ну а если уж Юнги всё-таки решил выспаться на нормальной кровати, а не скрючившись в кресле, от него наверняка пахло бы сигаретами, потому что он втихаря покуривал. Ви втянул носом воздух. Лишь тонкий, едва уловимый свежий аромат геля для душа. Может Хосок? Дальше гадать не пришлось. Любопытство было утолено без усилий со стороны Ви. Парень сел на пол перед столиком, чем-то зашуршав, и стянул капюшон. Чонгук! О нём Тэхён даже не подумал. И почему это лялька ещё не спит? Уже давно пора десятый сон видеть и слюни на подушку пускать! Волосы парня были мокрыми. Был в душе? Ночью? Ну а что? Чимин тоже был там не так давно. Мелкий тоже тренируется до поздна? Чонгук огляделся вокруг внимательными глазами и расслабленно выдохнул. Снова до слуха Тэхёна донеслось шуршание. Шуршал пакет. Гуки вытащил что-то длинное и яркое и сунул в рот. Тэ услышал хруст. Он присмотрелся. Бэмби что-то откусывал и быстро пережёвывал, хрустя на всю комнату как-бы ни старался быть потише. Морковь? Он ел морковные палочки? Оленёнок мгновенно трансформировался в зайца. Ви усмехнулся, мысленно рисуя мальчишке длинные пушистые уши, которые то приподнимаются и прислушиваются к звукам, то опускаются, прижимаясь в страхе к спине. Забавно бегали по помещению чёрные глазки-бусинки, пока челюсти работали словно жернова, звучно размельчая откусанные кусочки. А вот и малюсенький хвостик, что дрожит при любом шорохе. Тихий вроде бы смешок прозвучал достаточно громко, чтоб ушастый его услышал. Он тут же замер, уставившись в темноту, окончательно довершив сходство с зайцем. Гуки знал, кто спит на той кровати, откуда прилетел звук. Это тот красноволосый — Тэхён или Ви, как его представил Намджун. Именно его взгляд заставлял Гуки так сильно нервничать. Казалось, Ви следит за ним, выискивая то, за что смог бы нелюбить его в открытую. Правда, пока что явных признаков антипатии он не выказывал, хотя напряжение кружило между ними в воздухе. Макнэ чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Возможно, Ви считал, что младший недостаточно хорош для их группы? В любом случае, он старался как можно реже попадаться ему на глаза, и ужасно терялся в его присутствии. Глядя в темноту, Гуки представил усмехающееся лицо парня, и мгновенно вспыхнув до кончиков ушей, спрыгнул со своего места. Но второпях задел пяткой стол, сдвинув его, и больно ударившись. Тут Тэхён расхохотался в голос, не боясь, что разбудит этим парней, ведь шум от потревоженного стола с оглушительным скрипом проехавшегося всеми ножками по полу, скачущий словно слон и громко шипящий от боли заяц, уже сработали хорошим будильником. Все, как один вскинули головы, сонно пытаясь понять, что происходит? Чонгук, кажется, действительно имел родство с длинноухими, так как в один прыжок оказался на верхней полке и затаился там, спрятавшись под одеялом с головой, словно в норе. Парни побурчали немного и снова улеглись, продолжив смотреть сны. Сон же Тэхёна, мстительно решив вернуться где-нибудь под утро, когда нужно будет просыпаться, удалился в свою страну сновидений. Немного посидев и дождавшись восстановления первоначальной спокойной атмосферы с неизменной Намджуновской колыбельной, Ви поднялся и проследовал к месту, где исчез Чонгук. Тихо ступая босыми ногами, он вдруг наступил на что-то холодное и скользкое, чуть не разъехавшись на полу. Тэ наклонился и поднял предмет. «Морковная палочка, что б её!» Второй «будильник» точно не остался бы безнаказанным! Тэ остановился возле кровати. Снизу спал Хосок, уткнувшись носом в дальний угол и распластавшись под одеялом так, что слился со своей постелью в одно целое. Неудивительно, что Тэ его не заметил. — Гуки-и! — тихо позвал Тэхён, постукивая указательным пальцем по кокону из одеяла. Так непривычно и смешно это имя соскочило с губ, что Тэ усмехнулся. Ответа не последовало. «Не мог же он так быстро уснуть! Хотя, Чима в секунду вырубился» — Эй! — он ещё раз постучал и настырно полез распутывать кокон, надеясь докопаться до спрятавшейся в нём бабочки. — Вылеза-а-ай, за-ай! — напевал Ви полушёпотом. Из-под одеяла показалась перепуганная моська. Огромные глаза уставились на Тэ. — Приве-е-ет, — протянул Ви и улыбнулся, словно клад нашёл. В ответ глаза лишь пару раз моргнули, — Ты тут кое-что потерял. Тэхён помахал перед носом парня морковной палочкой. Из кокона появилась рука и забрала её, утянув куда-то вглубь. Тэ нахмурился: — Только не вздумай её слопать, я на неё наступил. — Я и не собирался, — подала голос моська, — прошло больше трёх секунд. — Чего? — не понял Тэ, и моська с глазами пояснила: — Упавшее не считается грязным, если успеть поднять в течении трёх секунд. Тэхён чуть не захохотал, но вовремя закрыл себе рот ладонью: — Я это запомню, — пообещал он всё ещё прятавшемуся Гуки, — Сильно болит? — Болит? — глаза удивлённо моргнули, глядя на Тэхена. — Ты ударился, — напомнил Ви, — нога сильно болит? — Нет, не очень, хён. Ви знакомо цокнул языком и вздохнув, протянул ладонь к макнэ. — Тэхён. Или Ви. Можно Тэ. Никаких хёнов. Вновь из недр одеяла показалась рука и маленькая, худенькая ладошка легла в большую ладонь Тэ. — Гуки. Тэ легонько потряс руку мальчишки, а тот чуть улыбнулся, несколько нервно, но глаза остались настороженными. Послышался звук вновь открывающейся двери. Поток воздуха принёс табачный запах. Заяц мгновенно скрылся в своём убежище, резко выдернув свою ладошку из пальцев Ви и снова плотно завернувшись в спасительное одеяло. Гуки слышал, как Шуга, а это был точно он, потому, что Чонгук сразу заметил его пустующую постель, да и запах не дал обмануться, тихо проворчал «Чего тебе не спится, неугомонный?», что относилось к Тэхёну, стоящему почти посередине тёмной комнаты. Не дожидаясь ответа, Шуга полез к себе на полку. Он с усталым выдохом плюхнулся на подушку и затих. Гуку часто казалось, что Мин Юнги гораздо старше. Просто, неизвестно по какой причине, его тело перестало стареть, оставив взрослому мужчине юношеский облик. А может быть он, как Бенджамин Баттон, рос в обратном направлении? В комнате было тихо, но Чонгук точно знал, что Тэхён не лёг в кровать. Он оставался на том же самом месте, где застал его Шуга. Гуки боялся, что Тэ вновь заставит его вылезти из своего убежища и будет смотреть на него своим странным взглядом, схожим со взглядом любопытного ребёнка, которому что-то нужно, отчего становится неуютно. Он и в первый раз не очень-то хотел беседовать с тем, кому его появление в группе пришлось не по душе, боялся, что разговор будет неприятным. Чонгук знал свои недостатки. Ему и так казалось, что их очень много, а под пристальным вниманием Тэхёна, он чувствлвал себя одной большой ошибкой. Ведь Ви — это что-то невероятно потрясающее! Во всяком случае таким он видился Чонгуку. Макнэ украдкой наблюдал за ним. Живой и весёлый с друзьями, он прожигал дыру в Чонгуке внезапно посерьёзневшим взглядом своих космических глаз. Его голос, глубокий и басовитый, совсем не вязавшийся с внешним обликом, мог без усилий взлететь до высоких нот в мгновение ока. Движения, неуклюжие в повседневной жизни, вдруг начинали ослеплять своей чёткой небрежностью в репетиционной. Ким Тэхён притягивал взгляд. На него можно было смотреть и смотреть без конца, не важно, чем в это время он занимается. При этом сам Чонгук испытывал ужасное смущение из-за своей неидеальности, и раз за разом отрабатывая материал, стремился выжать из себя всё возможное, чтоб результат был достойным. Но стоило Ви появиться на горизонте и Гуки сдувался, отвлекался, делал совсем не то, что надо, а потом злился на себя, корил за неспособность справиться с эмоциями. Он его боялся. Если так будет продолжаться и дальше, то он не только сам вылетит из компании, чего ему совсем не хотелось, но и очень серьёзно подставит ребят, чего не хотелось ещё больше. Если есть проблема, надо её решать, а не бегать и прятаться. Поглубже вдохнув, Гуки приподнял край одеяла, открыв окошечко и смело прошептал застывшей в полутьме фигуре: — Спокойной ночи. Тэхён вышел из астрала, куда бывало удалялся, чтобы подумать в одиночестве, и усмехнулся, понимая, что ему не уснуть так быстро. — Спокойной ночи, — проговорил он шёпотом. А потом, полез наверх к Чимину, как и планировал сделать ранее. Под одеялом было очень тепло. Тэ удобно устроился позади парня, обняв его всеми конечностями и поцеловал в затылок. Сну заворочавшегося Чимина ничего не оставалось делать, как прихватить нежданного гостя с собой, не то этот бесцеремонный тип мог разбудить его подопечного.