Про sex

“Если секс — сугубо личное дело, как можно надеяться найти для него партнёра?”

      | Вставка/приписка/сноска/ремарка/постскриптум/нотабене |       Господа читатели, здесь и там, и везде автор говорит, вещает, стенает только о своей субъективной точке зрения, основанной на насмотренности, напиздюленности и бытовой пизда-мудрости.       Автор не претендует на звание христа/будды/протоиерея ватиканского, проктолога/гинеколога/астролога, а просто делится своими внутренностями.       Ни к чему не принуждаю, ни к чему не призываю, ни на что не намекаю, никого не обижаю (╯°益°)╯, просто морализаторствую.       Будьте милостивы или не милостивы к авторским поучительным страстям.       Если кто-то почувствует, что автор — надменная хламидия, то чувствуйте дальше, разрешаю.       Если кто-то захочет автора обидеть, то автор обидится.       Если тебе минус 18 годиков, то кыш в детский сад и соску не забудь.       Усё, погнали!

***

      Ну что, мои шаловливые товарищи, пришла пора слагать мифы и легенды об этом самом — о горяченьком. Что ж, начну, так сказать, и кончу на этой игривой ноте.       О чём будем лясы точить на этот раз? Только ленивый ещё не написал про многострадальную тему секса в слэш/фемслэш и гет-историях. Имя им — Легион, и автор, кстати, тоже записался в ряды добровольцев и захотел оставить свой нетленный след в анальных историях бытия Фикбука.       Но первое, что хочу отметить, — такое примечание: почему все пишут об одном и том же? Вроде на Фикбуке уже написаны миллионы статей, как полезных, так и не очень, но это, опять же, с какой стороны посмотреть. С моей царской точки зрения такое явление объясняется тем, что народ, во-первых, хочет нести благую весть, ибо начитается страстей, где лоно у неё в районе третьего глаза, а хуй её прынца — где-то на копыте его верного коня. И боль отчаяния захватывает умы опытных писателей, и они, что Данко, хотят просветить таких вот юных падаванов и рассказать, что влагалище — это не страшное заклинание, а член — тот же самый хуй, только слева или справа, или сверху.       А во-вторых, потому что все мы очень разные, и кому-то слог, подача, построение, структура текста одного автора зайдут на ура, а другого — нихуя. Чьё-то объяснение, сказанное сухим канцелярским языком, будет много приятнее, чем чтиво о нефритовом наследии и еже с ними.       Поэтому — это всё вещи хорошие и полезные. Да и вообще, 99% мыслей придуманы уже до нас.       Так что конец моего примечания и начало моего повествования.

***

      “Что нужно этому миру – так это побольше любви, потной, дружеской и не знающей стыда”.

      Что такое секс?       Начну с теории, а практикой будете заниматься уже без автора, как-нибудь сами там справитесь.       С чисто физической точки зрения и Википедии — это взаимоотношение полов, основанное на инстинкте размножения, но нас такая херота не будет интересовать. Давайте рассмотрим, почему в целом секс большинству людям приносит больше проблем, чем пользы: все эти измены, неловкие ситуации и проч., проч.       Чтобы расслабиться, многие берут бокал/бутыль/канистру Шардоне; не каждый готов с первым встречным-поперечным окунуться в райские кущи, которые нам обещает PornHub. И в целом огромная зацикленность на сексе несёт скорее отрицательное влияние: несчастные мужики всё пытаются доказать, что их виноградная лоза всё же может стать дубовой веткой, и от этой гонки и случаются все эти весёлые истории, когда ему 56, а ей 18, но что-то пошло не так. Но есть же хоть какая-то польза от этого ужасного секса?       Скорее да, чем нет. Не буду брать в расчёт рождение детёв, а сразу поведаю тайну: секс — это про влияние. Если убрать физическую историю, когда всем по 18 и все хотят ебаться из-за гормонов, а углубиться в тёмные дали нашего подсознания, то мы можем найти такую шаловливую штучку — что-то типа внутреннего магнетизма, свечения, какой-то незаметной глазу харизмы. Механизм сего действия выглядит так, как будто ты хочешь подчиниться, и тебе, что очень важно, этого хочется. Это не принуждение; ты как будто попадаешь под эту волну чужого влияния.       Природа секса — про бессознательное: оно не про сам акт, а про внутреннее ощущение, что один человек естественно ведёт, а другой — готов следовать; про подчинение.       Сексуальная энергия, по сути, — энергия жизни, она зарождается у нас между ног и дальше идёт вверх. То есть мы её можем сублимировать как в секс, так и в творчество.       Но просто секс как раз таки не есть гут, ибо тогда секс превращается в физический акт. В этом нет ничего ужасного, но мы же тут все собрались умничать, поэтому будем говорить именно о сексуальной энергии, которая сублимируется во что-то внутри тонкое, а в итоге рождается какое-то творение: это может быть как физическое — типа книги, картины, фильма, так и нематериальное. И это самое нематериальное — как раз таки рождается из того самого материального.       Допустим, книга — напечатана, имеет буковки, обложку, мы её можем потрогать, а вот идея, что заложена внутри — это история про нематериальное. Типа не хлебом едины будем…       Секс — история про то, что ему нельзя ни поклоняться, ни закрыть пред ним все двери сердца/души/нижних частей тела. Замечено одно наблюдение: сексом стоит чуть меньше заниматься, чем требует твоя хотелка, и не нужно зацикливаться на нём так, будто это центр вселенной.

      “Любовь — спектакль, где антракты немаловажнее, чем акты”.

      И что за диво такое? Все мы росли, хотя, может, и не все в такой парадигме, что о сексе вообще не говорим. И в этом есть доля правды, но только вот бог проявляется в мелочах, а дьявол в крайностях, посему о сексе лучше не говорить прямо, а говорить намёками/пищеблоками/флагштоками.       Почему это так важно? Секс — больше про магию, и не ту, что была в Хогвартсе, а ту, что происходит между двумя (и более) людьми. Если говорить о сексе в открытую, то разрушается сама суть секса, и в итоге может произойти обесценивание или полная потеря интереса. Когда речь идёт о сексе — в действиях или в текстах — важно не залипать на сам процесс. Лучше направлять внимание на эмоции, тонкость переживаний и красоту происходящего, то бишь чувства и эстетику.       Можно передать мыслю таким образом: важен не сам акт, а всё, что вокруг него рождается — энергия притяжения, внутренний огонь, то самое невидимое, что делает близость живой.       Сексуальность живёт там, где есть свободный порыв, некая спонтанность, игривость. Чем больше вы её разбираете по косточкам, тем быстрее она сваливает в закат. Ей по душе полумрак и обитель бессознательной и непринуждённой истории, где разум говорит ариведерчи, а естество берёт на себя ведение сюжета. Творить секс лучше всего в темноте***       Посему вывод таков: секс — штука, которая вкусна, когда она едва уловима.       В написании сцен с сексом важно делать ту самую подводку. Весь кайф чаще всего в самом начале и середине. Когда же происходит момент кончины любовной, то вроде и ах, но всё же этот «ах» хорош именно за счёт той самой химии, игривости, антуража, который создан до момента эпичного завершения коитуса.       А теперь про эти три звёздочки: творить секс лучше всего в темноте, в обители бессознательного.       Один комментатор задался вопросом: отчего народ так дрочит на рейтинг за 17 и 21? Что там такого намазано медового, что так тянет на эти самые циферки?       За этими циферками складывается детальное/графическое описание сексуальных сцен разных вариаций: зоофилия, некрофилия, педофилия, секс с кактусом, секс с Драмионой, инцесты/изнасилования/БДСМ и нормальный, кондовый такой, секс и прочие красивости, что обитают на просторах авторских фантазий.       В чём тут может крыться страшная тайна? Всё, как обычно, в детстве. Пятиминутка от адепта профрейдиста.       В возрасте от трёх до шести лет ребёнок начинает осознавать различия между мальчиками и девочками, проявляет интерес к тому, как устроены люди, и испытывает сильную эмоциональную привязанность. В этот период возникает новая волна влечения к родителям: появляются фразы вроде «когда я вырасту, женюсь на маме» или «выйду замуж за папу».       Ребёнок учится любить, открывать сердце и одновременно осваивает свою раннюю сексуальность. Сначала его симпатия направлена на обоих родителей, затем — преимущественно на родителя противоположного пола. И только после успешного прохождения этих стадий внимание переносится на сверстников.       То, как проходит этот этап, во многом зависит от атмосферы в семье: от качества отношений между родителями, их собственной интегрированной или вытесненной сексуальности, от их способности замечать формирующиеся чувства и влечение ребёнка, признавать его сердечную привязанность, но при этом сохранять чёткую позицию взрослого.       Если родители эмоционально зрелы, способны откликаться на близость ребёнка, не подавляя её и не нарушая границ, ребёнок, пережив естественную грусть от невозможности «жениться» на маме или «выйти замуж» за папу, постепенно направляет свои чувства на ровесников.       Но если один из родителей одинок (или субъективно чувствует себя таким), может возникнуть соблазн дать ребёнку место партнёра. А ребёнок, который стремится занять это место, легко в него вписывается.       Даже в полной семье ситуация осложняется, если между родителями есть неудовлетворённость, невысказанные претензии, разочарование. Ребёнок это улавливает и может бессознательно вступать в конкуренцию с одним родителем за другого. Повзрослев, он нередко выбирает партнёров «для мамы» или «для папы» — тех, кого бы одобрили родители.       Если же родители испытывают стыд или тревогу, замечая зарождение детской сексуальности, и резко подавляют её, ребёнок усваивает: его желания, интерес к телу и телесным ощущениям — это плохо, стыдно и опасно. То, что происходит с его телом, плохо.       Во взрослом возрасте это может проявляться как трудности с близостью, неспособность принять свою сексуальность, сложности в выражении желаний и определении границ в отношениях. Может возникать разрыв между эмоциональной и сексуальной близостью: например, в браке секс не приносит удовлетворения, а вне — приносит, но сопровождается сильным чувством вины.       Взрослый человек снова и снова пытается пройти ту стадию, которая не была пройдена в детстве: сепарироваться от родителей, перестать проживать их чувства, перестать искать партнёров «для них» и отделить свою сексуальность от родительской.       Конец Фрейда.       Так о чём это?       Всё о том же: желание читать контент с разными видами девиаций — это не про то, что ты извращенец и жаждешь оприходовать кактусом лошадку, а это вытесненная история, которая в том самом детстве была отброшена и отменена.       Почему же это всё выглядит именно в каких-то стрёмных проявлениях: типа изнасилования и ещё чего-нибудь эдакого?       Наша мозгуля работать не любит, она любит чилить на волнах нихуянеделания. И чтобы чел хоть как-то начал шевелиться, наше подсознание («тёмная» сторона, наши вытесненные чувства, страхи, обиды и проч.) начинает рисовать картины ужаса. Иначе мозгуль вообще уснёт, а так он пугается и начинает из своего центра истерить тебе в ухи: «Алярм, алярм, человек, проснись, у нас ЧП, надо спасаться!».       И вот ты такой, с этой своей крайне загадочно-туманной историей, лезешь в Фикбук или ещё куда-то, чтобы прочитать про приключения грибов и трихомонады в лобковых волосах Малфоя Гермионовича.       Ты ни фига не понимаешь, что происходит, но мозг постепенно успокаивается, так как подсознание боле-мене настроило твой кривой компас, чтобы ты хотя бы через какую-то книжулю соприкоснулся со своими чувствами, которые тебе стрёмно смотреть, так как когда-то мозг сработал как психзащита и выключил тебе кино.       Но твои чувства никуда не удрали, они внутри тебя и жаждят с тобой сходить на свиданку. А ты, допустим, не в ресурсе, матка твоя давно умотала в Уругвай, тычинка твоя зачахла, а поток — что горячая вода летом, в период отключения, и сил на рандеву у тебя нет. И поэтому наше любимое подсознание будет тебе кидать разные квест-ребусы до тех пор, пока у тебя не пройдёт твоя ужасная напасть судьбы.       А ещё можно на приём к Фрейду сходить. Путь до аленького цветочка можно сократить, но, увы и ах, горе-психологи сами никоимъ образомъ не были в гостях у Фрейда. Посему велком в рейтинг NC 17 и NC 21.