De la haine à l'amour, il n'y a qu'un pas

--- Следующий день оказался, как все и предполагали, не менее скучным. До сих пор выясняли, кто мог сотворить такую пакость. А как хорошо всё начиналось… Алан и Алиаскар и этот день провели вместе. Алиаскар после вчерашних событий чувствовал себя, мягко говоря, подавленно. Это заставляло Алана начать беспокоиться за своего, наверное, уже друга. Через час-другой всех снова собрали в спортзале. Наконец-то получилось хотя бы ненадолго выйти из комнат, которые стали для учеников тюремными камерами. Алиаскар слегка взбодрился и пытался выглядеть не так, будто его переехал трактор. Алан заметил эту резкую перемену в настроении, но не стал придавать этому большого значения. В зале заведующий этим лагерем объявил, что из-за недавно произошедших событий поездка сокращается на два дня и уже завтра нужно будет паковать вещи и уезжать. Ученики были готовы заживо загрызть того, кто это сделал. Пока ситуация не достигла своего пика, вожатые поспешили развести всех по комнатам. _ — Ну что это такое? Не начали даже отдыхать, а уже уезжаем, — жалобно сказал Алиаскар. — Не то слово, я просто в ужасе. И всё из-за какого-то пранка, — согласившись, ответил Алан. Когда парни уже было окончательно отчаялись, к ним в комнату постучали. Алиаскар, встав с кровати, открыл дверь. Никого, лишь небольшая записка. _Через час вечеринка в комнате 202. Алинур.* Алан и Алиаскар переглянулись и, после недолгих переговоров, согласились пойти. Всё равно заняться нечем. Уже через час двое тихо, чтоб никто из вожатых не услышал, прокрались в комнату, где должна была пройти вечеринка. Эта комната была самой большой на этаже и имела очень хорошую шумоизоляцию. Люди уже потихоньку начали приходить. Рустам и Алинур накрыли небольшой стол со снеками. Музыку включать не стали — рисковать не хотелось, поэтому дружно решили поиграть в настолки. Монополия, уно, карты и т.д. Ещё через некоторое время играть начало надоедать. Уж больно неинтересно было просто бросать кости и ругаться со всеми подряд. К счастью, кто-то из учеников умудрился протащить приличное количество алкоголя, и тогда вечеринка приобрела новые обороты. Алан и Алиаскар, которые в это время сидели на коврике у шкафа, ловили на себе постоянные удивлённые взгляды окружающих. Кто-то крикнул: «Что это за перемирие заклятых врагов?». Особенно заметными были три девочки из «Д» класса, которые сидели на диване и, пристально глядя на них, улыбались и шушукались. Неожиданно для всех предложили сыграть в «бутылочку» на любое желание. Все сразу подхватили эту идею. Бутылочка крутилась и указывала на разных людей. Кого-то заставляли танцевать странные, но до жути смешные танцы, некоторые отвечали на личные вопросы. Однако было очень весело до того момента, пока пустая бутылка из-под спиртного не показала на Алиаскара. Тот смотрел сначала на бутылку, а потом на человека, который должен дать задание. Как её зовут? Кажется, Аиша. «Не к добру», — почуял Алиаскар и посмотрел на Алана, который медленно начал осознавать ситуацию. Аиша медленно встала с дивана с очень пугающей улыбкой. — Моё задание будет таково: есть два варианта. Либо ты целуешь Алана, либо признаёшься, что это ты облил вожатую краской. В комнате мгновенно все примолкли, был лишь слышен тихий шёпот и тяжёлое дыхание. — Твою ж... — сказал Алиаскар и начал думать, что ему сделать. Первый вариант ужасно стыдный, но, несомненно, лучший. Второй выбирать точно не хотелось. Он и так был на учёте из-за недавнего «фаер-шоу», так ещё и это. Его бы точно исключили из школы с треском. Ещё недолго помолчав, он резко повернулся и накрыл губы Алана своими. Это было обычное, можно даже сказать, дружеское прикосновение. Аиша, стоявшая рядом, буквально заверещала от восторга. Её подруги подбежали к ней и начали о чём-то переговариваться. Алан, в свою очередь, был, как оказалось, не особо удивлён. Он наклонился ближе к Алиаскару и, прошептав «Я бы тоже выбрал первый вариант», улыбнулся. Сердце Алиаскара забилось чаще, чем когда-либо. Он поднялся и вышел из комнаты, но аккуратно, ведь было уже около часа ночи. Когда он выходил, был слышен хохот и видны улыбки. Дойдя до комнаты, он взял пачку сигарет и подошёл к окну. Едкий дым сигарет поднимался к потолку и медленно уплывал в холодную ночную темноту за стеклом. Алиаскар, стоя так у окна, успел выкурить, наверное, больше трёх штук. «Никотин — лучшее лекарство, чтобы забыться», — подумал Алиаскар и сделал очередную затяжку. В это время к нему сзади подошёл Алан. Алиаскар так испугался внезапного появления, что чуть было не выронил сигарету из рук. — Что, куришь? Это вредно, ты же спортсмен, — сказал Алан с явным сарказмом. Алиаскар лишь промолчал. Тогда Алан, поняв, что тот не ждёт душевного разговора, отошёл к своей кровати, бурча что-то под нос. Алиаскар невольно улыбнулся. Пусть день закончился не на самой весёлой ноте, на душе была какая-то странная, необъяснимая легкость.