Розовая нить

Эволюция всегда была для покемонов переломным моментом. Новые формы, новые способности, новая сила. Но никто — ни профессора, ни учёные, ни опытные тренеры — не предупреждал Эша Кетчума, что вместе с эволюцией в характер покемона может прийти… навязчивость.   Всё началось на следующий день после того, как Фрогадир превратился в Грениндзю. Битва была жаркой, эволюция — стремительной, а результаты — впечатляющими. Новые сюрикены, невероятная скорость, язык на шее, похожий на шарф. О, язык.   — Грениндзя, отпусти, — вздохнул Эш, пытаясь освободить свою правую руку.   Язык покемона, длинный, розовый и удивительно цепкий, был обмотан вокруг его запястья в три слоя. Грениндзя сидел рядом и смотрел на свой «трофей» с выражением глубокого удовлетворения на морде.   — Парень, мне нужно собираться. Мы опаздываем на встречу с Клемонтом.   Язык не разжался. Вообще.   Эш дёрнул рукой. Грениндзя дёрнулся следом, но не отпустил.   — Серьёзно?   Пикачу, сидевший на плече тренера, захихикал, прикрывая рот лапкой.

***

Клемонт заметил это первым.   — Эш, у тебя… покемон привязан к твоей талии.   Они шли по мосту через реку, и Эш, как обычно, размахивал руками, объясняя что-то про свою следующую стратегию. Грениндзя шёл чуть позади, и его язык был аккуратно обёрнут вокруг пояса тренера, словно импровизированный пояс.   — Ага, — беззаботно ответил Эш. — Он теперь так делает. Постоянно.   — Постоянно? — Клемонт прищурился, включая свой внутренний «научный режим». — Это необычно. Язык у Грениндзя — это не просто орган чувств. У представителей его вида он обладает высокой степенью мышечного контроля, используется для захвата добычи и… — он запнулся, наблюдая, как язык слегка сжался вокруг талии Эша. — И для удержания объектов, представляющих ценность.   — Ценность? — переспросила Серена, и в её голосе послышались стальные нотки.   Она шла с другой стороны от Эша, сжимая в руках свою сумку. Её взгляд был прикован к розовому языку, обвивающему талию её… друга.   — С научной точки зрения, — продолжил Клемонт, не замечая напряжения, — такое поведение указывает на гипертрофированную привязанность. Возможно, после эволюции Грениндзя воспринимает своего тренера как… гнездо. Или территорию. Или, — тут он понизил голос, — как пару.   — П-пару? — поперхнулся Эш.   Грениндзя на этих словах поднял голову и гордо кивнул, будто подтверждая: «Да. Именно так».   — Брат, смотри! — Бонни, до этого бежавшая впереди, резко остановилась и развернулась. В её глазах горел огонек озарения. — Это же гениально!   — Что именно? — осторожно спросил Клемонт.   — Грениндзя! Он не отпускает Эша! Ни на шаг! — Бонни подбежала к покемону и восхищённо уставилась на то, как его язык обвивает талию тренера. — Если бы ты так делал, когда я пыталась познакомить тебя с… ну, с теми девушками, ты бы уже был женат!   — Бонни! — Клемонт покраснел до кончиков ушей.   — Что? Это эффективно! — Бонни нисколько не смутилась. — Привязать к себе партнёра… в прямом смысле!   Грениндзя, польщённый сравнением, слегка потянул язык на себя, придвигая Эша ближе. Тот, довольно быстро привыкший к таким выходкам, только вздохнул и продолжил идти.

***

  Их следующая стоянка обернулась настоящим театром теней.   Эш сел на бревно у костра, и Грениндзя немедленно устроился у его ног, обмотав язык вокруг левой лодыжки тренера.   — Ты не боишься, что он так и не перестанет? — поинтересовался Клемонт, раскладывая спальные мешки.   — Нет, — улыбнулся Эш. — Мне нравится.   — Что? — Серена, чистившая яблоко, замерла.   — Ну… — Эш почесал затылок. — Понимаешь, Грениндзя всегда был довольно серьёзным. Сдержанным. А теперь он… такой открытый. Прямой. Не боится показывать, что я ему важен. Это… приятно.   Он опустил руку и погладил покемона по голове. Грениндзя прикрыл глаза от удовольствия, а его язык чуть сильнее сжал лодыжку.   Серена резко вонзила нож в яблоко.   — Я пойду наберу воды.   — Там же ручей в двух шагах, — удивился Клемонт.   — Я хочу пройтись.   Она ушла, размахивая ведром с такой силой, словно это был боевой топор.   — Странная, — пожал плечами Эш. — Грениндзя, ослабь хватку, у меня нога немеет.   Язык неохотно, но разжался, переполз чуть выше, обвивая колено.

***

  Так конфликт Серены и Грениндзя разгорался по нарастающей.   Он начался с мелочей. Серена пыталась сесть рядом с Эшем — Грениндзя вклинивался между ними. Она подавала Эшу бутерброд — Грениндзя перехватывал его своим языком и передавал тренеру «правильно». Она пыталась поправить воротник куртки Эша — Грениндзя обматывал шею мальчика своим языком, делая это быстрее и аккуратнее.   — Я могу сделать это сама! — вспылила Серена после третьей попытки расчесать спутавшиеся волосы Эша.   Грениндзя посмотрел на неё с высоты своего роста. В его глазах не было враждебности. Там была спокойная, непоколебимая уверенность собственника.   «Я первый. Я главный. Ты — посторонняя».   — Серена, не злись, — Эш, как всегда, ничего не замечал. — Он просто заботливый.   — Заботливый? — Серена скрестила руки на груди. — Он не даёт мне к тебе прикоснуться!   — Может, у него просто территориальный инстинкт, — вставил Клемонт, уткнувшись в свой покедекс. — Некоторые виды покемонов после эволюции маркируют своего тренера феромонами. Хотя официальных исследований на эту тему…   — Да какие тут могут быть феромоны! — рявкнула Серена и ушла в палатку.   Бонни, наблюдавшая за всем этим, сделала выводы.   — Брат, мне кажется, Грениндзя — отличный учитель.   — В каком смысле? — Клемонт подозрительно посмотрел на сестру.   — Он точно знает, как удержать того, кто ему дорог. Никакой конкуренции. Никаких сомнений. Если ты хочешь кого-то «поймать» — надо быть как Грениндзя. Настойчивым. И не отпускать.   — Бонни, прекрати! — взмолился Клемонт. — У меня нет никого, кого нужно «ловить»!   — Пока нет, — многозначительно заметила Бонни, поглядывая на покрасневшего брата.

***

  Вечером, когда все устроились спать, Эш лежал в спальнике, глядя на звёзды. Грениндзя, свернувшийся клубком у его ног, одним глазом наблюдал за тем, как тренер ворочается.   — Знаешь, — тихо сказал Эш, — Клемонт говорит, что это инстинкты. Бонни — что это стратегия. Серена просто злится.   Грениндзя замер.   — А я думаю… — Эш протянул руку и почесал покемона за ухом. — Я думаю, это просто ты. И мне это нравится.   Язык Грениндзи медленно, осторожно обвил запястье Эша. Нежно. Почти ласково.   — Мы команда, — прошептал Эш. — И никто, даже самая лучшая девушка в мире, не сможет нас разлучить. Договорились?   Грениндзя коротко фыркнул. Потом придвинулся ближе и положил голову на грудь Эша.   Это была территория. Это было гнездо. Это был дом.   Где-то в соседней палатке Серена зарылась лицом в подушку и глухо застонала.   Бонни, уже засыпая, пробормотала:   — Клемонт, возьми на заметку. «Не отпускать».   — Спи, Бонни.   — Я серьёзно.   — Спи.   Грениндзя улыбнулся в темноту. Никто не видел его улыбки. Только звёзды, яркие и равнодушные, которым не мешал верх палатки.   И язык, надёжно связавший их с тренером.   Навсегда.