Dirty Annie

Две недели в шкуре личного ассистента Майкла Джексона научили Энни двум вещам: виртуозно сокращать вечерние отчеты для Джозефа до трех строчек и безошибочно определять уровень усталости своего «партнера» по тому, как тихо он напевает себе под нос между дублями.   За эти четырнадцать дней студия Уэстлейк окончательно превратилась для Эванс во второй дом. Папка с надписью «ПРОЕКТ ТРИЛЛЕР» уже не казалась ей смертным приговором. Механический грохот автомата, выбивающего время на тайм-карте, больше не вызывал желания немедленно симулировать перелом ноги. Парочка притерлась друг к другу. Энни научилась молча подавать Майклу бутылку теплой воды с лимоном именно в ту секунду, когда он выходил из душной вокальной будки, а он, в свою очередь, перестал робеть и вовсю делился с ней конфетами, которые проносил в карманах вопреки всем строгим диетам отца.   Но сегодняшняя смена была изнурительной. Часы в аппаратной показывали одиннадцать вечера. Джозеф улетел на два дня по делам в Нью-Йорк, Квинси уехал пару часов назад, сославшись на мигрень, и Майкл остался один на один с треком, который никак не поддавался. Он переписывал одну и ту же вокальную партию уже двадцатый раз, пока звукорежиссеры за пультом тихо боролись со сном. — Не понимаю, почему не получается…   Энни нервно обвивала ладонями собственную шею, то нажимая на нее, то отпуская. Когда тяжелая дверь вокальной кабины наконец открылась, Майкл буквально выпал оттуда. Волосы растрепались, воротник рубашки был расстегнут, а в огромных глазах застыла такая вековая усталость, что Энни стало его жалко. — Все, на сегодня хватит, — твердо сказала Эванс, захлопывая свой рабочий блокнот и поднимаясь с дивана. — Ребята, выключайте аппаратуру, мы закончили. Нам всем нужно поспать. — Нет, мы не можем, — отрезал Джексон, собирая руки на груди. Звукорежиссеры замерли, перебегая взглядами по молодым людям. — Мы отдыхаем двадцать минут и работаем снова. — То же самое ты говорил час назад, и что? — Не все получается с первого раза, нужно просто постараться. — Я запру нахер эту будку, и ты туда не войдешь, тебе понятно? Или ты хочешь спорить дальше, Джексон? — Энни тыкнула пальчиком в сторону вокальной будки, не сводя пристального взгляда с юноши. Звукорежиссеры неловко опустили взгляды в пол. — Вау.   Майкл медленно опустил руки, уставившись на Энни так, словно у нее только что выросла вторая голова. Звукорежиссеры, кажется, вообще перестали дышать, изображая полное слияние с микшерным пультом. Секундная тишина в аппаратной звенела так, что было слышно гудение ламп. А потом лицо Джексона медленно расплылось в широкой, совершенно обезоруживающей улыбке. Он не выдержал и тихо, хрипло рассмеялся, качая кудрявой головой. — Никто... — Майкл шагнул ближе, пряча ладони в карманы брюк, — никто и никогда не угрожал запереть меня снаружи вокальной будки, Энни. Ты вообще понимаешь, что Кью уволит тебя за такое быстрее, чем ты успеешь моргнуть? — Кью сначала придется проснуться, а он уехал два часа назад, — Энни даже не подумала отступить, хотя внутри ее сердце уже десять раз перевернулось. Она резко повернулась к ребятам за пультом. — Свободны. Очистите помещение, пока я не начала выдергивать шнуры из розеток.   Парни дважды просить себя не заставили. Наушники были сброшены на пульт за долю секунды, и уже через полминуты в аппаратной хлопнула тяжелая входная дверь. Звукорежиссеры буквально испарились. Они остались вдвоем под неоновым светом датчиков. Усталость, которая минуту назад давила его к полу, сменилась чистым удивлением. — Ладно, босс, твоя взяла, — хмыкнул Майкл, делая шаг назад от девчонки. — Значит, по домам. — Не, я чертовски устала, — протянула Энни, беря с микшера ключи от студии. Буквально вытолкнув парня из аппаратной, девушка два раза провернула замочную скважину. — Билл уже внизу?   Когда они спустились на подземную парковку, Билл Брэй, как обычно, ждал их у своего голубого Форда. Стоило ему увидеть эту колоритную парочку — взъерошенного, но подозрительно довольного Майкла и воинственно настроенную Энни, мужчина вопросительно повел бровью. — Выглядите так, будто только что разгромили студию, — густым басом заметил Билл, открывая дверцу. — Кто победил? — Она угрожала запереть вокальную кабину, Билл! — тут же наябедничал Майкл, запрыгивая на сиденье и с улыбкой глядя на Энни через открытое окно. — Представляешь? Назвала меня Джексоном и выставила.   Билл замер на секунду, переводя взгляд с Майкла на Энни, а потом его губы тронула едва заметная, хитрая ухмылка. Девушка закатила глаза и тут же плюхнулась в машину, на пассажирское сидение, около Майкла. Впервые. За все время. Двое мужчин замерли с открытыми ртами. — На бульвар Санта-Моника, Билл, — отозвалась Энни, непринужденно складывая ладони на коленях. Поправила край большой ей рубашки, улыбнувшись водителю. — Надеюсь, там еще не закрылся зал игровых автоматов.   Машина тронулась. Форд быстро выехал на широкую трассу, огибая высотки. Не часто Энни удавалось взглянуть на ночной центр, увешанный неоновыми вывесками, плакатами, билбордами. Девушка с интересом изучала окружение за стеклом машины, чуть ли полностью не высовывая голову наружу.   Майкл с довольной улыбкой смотрел в свое окно. Нервно сжимал руки в кулаки, затем разжимал, а потом снова сжимал. Как же он предвкушал эту ночь. Никакой работы, давления, чужих упреков. Это просто веселье, самое обычное, и абсолютно легальное. Парень почти забыл, каково это, ощущать это чувство.   Машина остановилась у очередной высотки, на первом этаже которой располагался зал игровых автоматов. Даже с улицы было видно, как сияет он изнутри. Энни выскочила первой, прямо на дорогу, за что получила порцию брани от Билла. Майкл вышел вторым, не дожидаясь, пока водитель откроет ему дверцу. Несмотря на ночь, юноша был в кепке и черных очках. — Давайте, идите, — махнул рукой Билл, возвращаясь к машине. — Я буду здесь.   Двое зашагали к массивным стеклянным дверям, из-за которых доносился целый оркестр электронных звуков: писк Пакмана, взрывы космических пришельцев и бодрые синтезаторные мотивы. У самого входа, скрестив руки на груди, стоял местный секьюрити. Квадратный, усатый мужчина в форменной рубашке, чей сонный взгляд сразу зафиксировал приближающуюся парочку.   Майкл, привычно опустив голову и посильнее натянув козырек вельветовой кепки, уверенно шагнул вперед. Охранник мазнул по нему глазами, оценивающе глянул на рост, черные очки и молча качнул головой, пропуская внутрь. Но стоило Энни попытаться прошмыгнуть следом, как перед ее носом выросла массивная, как шлагбаум, рука. — Тормози, малявка, — басом пророкотал усач, даже не наклоняясь к ней. — После одиннадцати несовершеннолетним вход строго воспрещен. Правила заведения. Шагай домой, деточка, выспись перед школой.   Энни замерла на месте, на секунду буквально лишившись дара речи. Малявка? Школой?! Внутри у нее все мгновенно закипело. Вся усталость за этот бесконечный день будто сдетонировала от этого пренебрежительного отношения. Девушка резко выпрямилась, яростно уставившись на охранника снизу вверх, а ее лицо мгновенно покрылось алым румянцем. — Какая я тебе деточка?! — взвилась Эванс, едва ли не тыча пальцем прямо в грудину вышибале. — Мне двадцать один год! Двадцать один, понятно тебе, дядя?! Я плачу налоги, работаю с утра до ночи и имею полное законное право просаживать свои доллары на автоматы в любое время суток!    Майкл, который уже успел сделать три шага вглубь сияющего неоном зала, резко обернулся на этот грозный писк. Увидев, как личный ассистент яростно ругается с огромным дядькой, парень тут же прыснул в кулак. Ситуация была настолько комичной, что Джексон едва сдерживал громкий хохот, поспешно поправляя съезжающие от смеха темные очки. — Рассказывай сказки в другом месте, крошка, — ухмыльнулся охранник, которого ее тирада только позабавила. Энни со своими смущенными ямочками на щеках, в простых джинсах и с рюкзаком за спиной сейчас действительно выглядела максимум на шестнадцать. — Паспорт показывай, налогоплательщица. — Да без проблем! — Энни с таким остервенением дернула молнию рюкзака, что чуть не вырвала ее с мясом. — Сейчас ты у меня увидишь и паспорт, и комендантский час, и судебный иск за дискриминацию по росту!..    Пока Эванс сдувала с лица мешающие пряди волос и яростно перерывала блокноты в поисках паспорта, Майкл, все еще тихонько хихикая, сделал шаг назад к дверям. Настало время для благородных джентльменских поступков.   Юноша вновь вышел на улицу. Билл вопросительно выглянул наружу из машины, но рука Майкла в жесте «погоди» заставила водителя оставаться внутри. Джексон приобнял девушку за плечи, мягко отводя назад. Только сейчас Энни проснулась от злости, захлопав глазками. Она удивленно глядела на Майкла, что держался настолько близко. — Оставьте, сэр, все в порядке, — вдруг раздался тихий, мягкий голос прямо перед охранником. Он по-прежнему не снимал очков, но слегка приподнял козырек кепки и заговорщически улыбнулся усачу. Он со снайперской точностью вложил в массивную ладонь охранника идеально сложенную, хрустящую стодолларовую купюру с портретом Бенджамина Франклина. — Она правда со мной. И ей правда есть двадцать один, просто у нее...очень хорошие гены, — почти шепотом, с вежливым смешком произнес Майкл, заглядывая мужчине в глаза. — Мм… — подавилась Энни буквами, чуть не называя партнера по имени, — может не надо? — Пожалуйста, пусть это будет платой за ваш тяжелый ночной труд, — продолжил Джексон. — Мы ненадолго. — Хм... — громила кашлянул в кулак и сделал шаг назад, освобождая проход. Наверное, под очками он наконец узнал того самого парня, чьи песни сейчас крутили из каждого утюга, а может, магия Франклина просто сработала безупречно. — Что ж. Присмотрелся я получше... Добро пожаловать в клуб, леди. Хорошего вечера, сэр.   Энни так и застыла с полуоткрытым рюкзаком и зажатым в пальцах паспортом. Она перевела ошарашенный взгляд с охранника на Майкла, который уже вовсю тянул ее за локоть внутрь сияющего зала. — Ты...ты сейчас что, дал ему сто долларов?! — зашипела Эванс, как только за их спинами закрылись стеклянные двери, отрезая уличный шум. — Да на эти деньги можно купить тридцать билетов в кино! И не только! — Зато мы внутри, — весело отмахнулся Джексон, наконец сдергивая черные очки и блаженно зажмуриваясь от неонового великолепия игрового рая. — И тебе не пришлось вытряхивать свои блокноты на асфальт.   Энни подняла голову на Майкла, возвращая рюкзак за спину. Посверлив юношу взглядом еще несколько секунд, Эванс хмыкнула и пошла вперед, выбирая для себя первый автомат. Джексон послушно пошел за ассистентом. — Я не думаю, что снимать маскировку хорошая идея, — протянула Энни, оборачиваясь на Майкла. — Да, людей уже достаточно мало, и большинство пьяны, но… — Энни, всех сейчас заботит лишь выигрыш в автомате и огромные цифры на экране. Не беспокойся.   Зал встретил их оглушительным двухбитным оркестром, запахом попкорна и полумраком, который расцвечивали ядовито-зеленые, розовые и голубые неоновые вспышки от сотен экранов. Энни целенаправленно прошагала мимо пищащих лабиринтов Пакмана и остановилась у массивного автомата с надписью "Космические захватчики". — Ну что, Джексон, — Эванс вызывающе вскинула подбородок, засыпая горсть звенящих жетонов в монетоприемник. — Посмотрим, так ли хороши твои пальцы на кнопках, как на фортепиано. Играем на вылет. — Она еще и сомневается во мне, Боже, — закатил глаза Майкл, улыбаясь.   Они встали вплотную к панели управления. Из-за разницы в росте Энни едва доставала макушкой до его плеча, но ее боевой настрой легко компенсировал этот недостаток. Стоило пиксельным инопланетянам начать свое падение на экране, как вся серьезность моментально испарилась. Закипела настоящая, азартная битва. Каждую секунду они сталкивались плечами, когда игра становилась слишком динамичной. Энни, увлеченная процессом, то и дело налетала локтем на ребра Майкла, пытаясь отвоевать себе больше пространства у джойстика. Джексон выталкивал из легких воздух при каждом ударе, пытаясь не уступить девчонке в битве. — Эй, ты меня зажимаешь! Это нечестно! — весело возмутился Майкл, когда Эванс в очередной раз случайно задела его бедром, уворачиваясь от пиксельного снаряда. — На войне все средства хороши, уворачивайся! — азартно прорычала девушка. На ее щеках снова загорелся румянец, а пальцы с бешеной скоростью молотили по пластиковым кнопкам.   Майкл играл круто. Очень, даже слишком круто. Его реакция была молниеносной, а длинные красивые пальцы двигались по панели с невероятной грацией. Когда Энни допустила глупую ошибку и ее космический корабль с треском взорвался, Джексон победно вскинул руки вверх. — Да-а! Видела?! Новый рекорд! — Это была ошибка! У меня джойстик залип, я требую реванша! — Никаких реваншей, босс, теперь мой выбор! — Майкл аккуратно взял ее за запястье и потянул за собой вглубь зала, к сияющим неоном гоночным симуляторам.   Бесконечно сменяющиеся картинки на экранах одурманивали. Чем больше было просажено жетонов, тем сильнее хотелось отыграться. По счету парочка шла ровно. То Майкл уступал девчонке, с трудом принимая свое поражение, то Энни получала меньше очков и проигрывала, взрываясь от негодования. В ушах застыл гул механизмов, кнопок и поршней. Все перемешивалось в один неразборчивый хаос, который с каждой минутой уносил все дальше от реальности. — Ты просто, ты… — задыхаясь, лепетала Энни. — Ты такая задница, Майкл Джексон. — Не понял? — хохотнул Джексон, округляя глаза. — Ты специально повел меня на этот чертов баскетбол, и даже не сказал, что все детство с братьями провел за этой чертовой игрой. — Просто ты неправильно кидала, Энни. — Ну да, конечно, — Эванс закатила глаза, подходя к уже потухшему автомату. Табло на ее стороне печально показывало цифру «ноль».   Казалось, Майкл за секунду вырос прямо за спиной Энни. Прежде чем девушка успела возмутиться, Джексон накрыл ее ладони своими руками. Его пальцы были теплыми, длинными и на удивление сильными. Он мягко заставил ее поднять мяч чуть выше уровня глаз. Из-за разницы в росте Энни оказалась практически в кольце его рук, чувствуя спиной легкое тепло его куртки. Все внутри Эванс скакало, прыгало, делало сальто. Это неправильно. Да, это совершенно неправильно, и нужно как можно скорее вырваться из этой ловушки Джексона. — Локти ближе к телу, Энни, — тихо скомандовал Майкл, увлеченный процессом и, кажется, совсем не замечая ее ступора. Казалось, парень не видит ничего такого в своих действиях. — И толкай кистью, плавно. Вот так... Давай вместе. И-и-и.… Ап!   Они одновременно толкнули мяч. Тот описал идеальную дугу в воздухе и с мягким шуршанием опустился ровно в центр сетки. Табло Энни радостно замигало, добавляя три очка к предыдущему нулю. — Видишь? — Майкл отступил на шаг, победно улыбаясь и убирая руки в карманы. — Теперь умеешь.   Энни застыла на месте, смущенно одергивая рубашку на теле. Как было славно, что зал с автоматами был наполовину в тени, освещенный лишь неоном. Это не позволило показать румянец девушки. Она не находила слов для ответа.   Молчал и Майкл, глядя то на табло с очками, то на Энни. Мысленно подмечал, какое тепло исходило от девушки. До сегодняшнего дня им не приходилось так рвать дистанцию между ними. Обычно, Эванс позволяла себе лишь аккуратно поправить воротник рубашки парню и тут же отстранялась. Одевала певцу на голову спавшие наушники. К себе же Джексона не подпускала. Оставляла расстояние, и жестко его контролировала. — Энни, кстати, я… — Погоди.   Эванс всматривалась куда-то за спину Майклу. Парень замер, нервно подергивая ногой. Он уже почти развернулся, как Энни схватила того за руку, не позволяя ему этого сделать. — Нет! Мне кажется, тебя узнали, — шикнула девушка, обеспокоенно переводя взгляд на юношу. — Там уже минут пять стоит шайка и тычет в тебя пальцем. Черт, а я тебе говорила! — Я думал пронесет, — искренне признался Джексон, все также нервничая. — Пошли отсюда.   Энни не стала дожидаться, пока у шайки подростков испарятся последние сомнения. Вспомнив слова Квинси о том, что отныне она щит Майкла, девушка решительно перехватила юношу за запястье и потянула за собой, увлекая в неоновый лабиринт между автоматами, подальше от баскетбольной площадки. Джексон послушно следовал за ней. Он мгновенно ссутулился, буквально вжав голову в плечи, и судорожно натянул на лицо черные очки, что все это время аккуратно свисали с его рубашки. Вся его недавняя расслабленность испарилась, уступив место привычному страху перед толпой.   За их спинами послышался нарастающий топот быстрых шагов и взволнованный, громкий шепот, стремительно перерастающий в гул. Поняв, что их «цель» ускользает, компания двинулась следом, на ходу привлекая внимание остальных посетителей зала. — Эй! Майкл! Это же ты?! — выкрикнул парень в джинсовке, и этот крик подействовал на полутемный зал как стартовый пистолет. — О Боже, это точно Джексон! Смотрите, это он! — завизжала какая-то девчонка у автомата с Пакманом, бросая джойстик. — Майкл, постой! Пожалуйста! — Пиздец, — шикнула Энни.   Шаг Энни перерос в быстрый, рваный бег. Ситуация становилась неуправляемой. Паника — штука заразительная, и стоило паре человек закричать, как добрая половина зала сорвалась со своих мест, образуя вокруг них живое, преследующее кольцо. Со всех сторон полетели хаотичные выкрики, писк, требования автографов и щелканье чьей-то вспышки, больно ударившей по глазам.   Энни на всех парах неслась к главному выходу, мертвой хваткой вцепившись в пальцы Майкла. Стеклянные двери вестибюля были уже совсем близко. Совсем немного! Но стоило им добежать до фойе, как двери с грохотом распахнулись, и прямо оттуда, с ночной улицы, в зал вывалилась новая ревущая толпа. Похоже, сарафанное радио Лос-Анджелеса сработало быстрее молнии. Снаружи уже собрались десятки людей, которые с криками «Он внутри! Майкл здесь!» хлынули лавиной прямо на них, намертво блокируя единственный путь к спасению. — Нет, нет, не хочу, — затараторил Майкл, с силой потянув девушку к себе. — Назад!   Энни затормозила так резко, что подошвы ее обуви со свистом проехались по гладкому полу. Путь отрезан. Вспышки фотоаппаратов уже слепили глаза, а со всех сторон тянулись сотни жадных рук. Паника на секунду сдавила горло, но Эванс резко крутанула головой, оценивая обстановку. Ее взгляд зацепился за тусклую, едва заметную зеленую табличку в самом дальнем углу помещения. — За мной!   Развернувшись на пятках, она поволокла Майкла сквозь лабиринт пищащих автоматов, буквально прорубая дорогу локтями. Они пронеслись мимо растерянного усатого охранника, который пытался сдержать напор у дверей, и ворвались в узкий, темный служебный коридор. Здесь пахло пылью и старыми коробками. Сзади уже слышался топот десятков ног. Ощущая, как сильно и больно колотится сердце, Энни добежала до тяжелой железной двери в конце коридора и со всей силы навалилась на металлическую ручку-перекладину. — Черт, — выдохнула Энни, осознавая, что дверь не поддается.   Вдруг Майкл, до этого послушно бежавший следом, резко перехватил инициативу. Защитный рефлекс перед обезумевшей толпой сработал быстрее страха. Парень решительно оттеснил Энни спиной к стене, шагнул вперед и со всего маху, всем весом врезался плечом в неподатливый металл. Железная дверь жалобно и оглушительно лязгнула. Скрипнул металл. Джексон навалился еще раз, жестче. Засов с треском сдался.   Створка с грохотом распахнулась настежь. В лицо им мгновенно ударил прохладный, чистый ночной воздух. Майкл не дал Эванс времени даже выдохнуть: он мертвой хваткой вцепился в ее ладонь и выдернул девушку за собой наружу, увлекая в спасительную темноту пустынного переулка. Тяжелая железная дверь со звоном захлопнулась обратно, на какое-то время отрезая их от гула погони. — Все, все! — задыхаясь, прикрикнула Энни. — Мы оторвались, остановись!   Майкл остановился резко, отчего девушка чуть не врезалась парню прямо в спину. Джексону потребовалось несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы прийти в себя. Черные очки мешали увидеть и без того темную, ночную улицу. Он рывком стянул их с лица, нервно сжимая в ладони. Лишь услышав предупреждающий треск оправы, Майкл расслабил руку. — Твой отец буквально застрелит меня, если узнает о сегодняшней ночи, — хохотнула Энни, запуская ладони в волосы. — Не тебя одну, — хмыкнул Майкл, и его губы дернулись в нервной ухмылке.   Майкл обессиленно прислонился спиной к прохладной кирпичной стене, пытаясь унять бешено колотящееся сердце, и посмотрел на стоявшую напротив девушку. Калифорнийская влажность и безумный бег сделали свое дело. Ее темные, каштановые волосы растрепались. И почему он нарисовал ее с черными волосами? Даже сейчас, при свете уличных фонарей, видно совсем иной оттенок. Неужели так плохо запомнил? Ее серые глаза, которым тогда не нашлось карандаша, обычно придирчиво и строго изучавшие графики Кью, сейчас все еще лихорадочно блестели от пережитого испуга, а на щеках горел густой, жаркий румянец. Удивительно, как это маленькое и взъерошенное создание только что буквально прорубало ему дорогу сквозь толпу. — Ну конечно, — просиял Майкл, вглядываясь в глаза Эванс. — Надо было взять черный карандаш и просто не давить на него. А поверх немного голубого… Тогда бы получилось. — Чего? — Да неважно, — улыбнулся Джексон, отталкиваясь от стены. — Ты прямо героиня боевика. Еще никогда не видел погони круче, чем эта. — Господи, и не надо, — фыркнула в ответ Энни, собирая руки на груди. — Нам невероятно повезло, что дверь не была закрыта. Иначе растоптали бы тебя, и меня на закуску.   Тишину глухого переулка безжалостно и оглушительно разорвал резкий автомобильный гудок. От неожиданности Энни вздрогнула, а Майкл пододвинулся к девушке ближе. В ту же секунду темноту переулка прорезали ослепительные лучи фар, заставив обоих зажмуриться и прикрыть глаза ладонями. С урчанием мотора и тихим визгом покрышек прямо к парочке подлетел знакомый голубой Форд. Из салона буквально вывалился Билл. — Живые! — громогласный, хриплый голос Билла эхом отскочил от кирпичных стен. Он тяжело задышал, переводя взгляд с тяжело дышащей Энни на взъерошенного Майкла. — Боже, парень, я чуть инфаркт прямо за рулем не схватил! Когда эта орава ломанулась к главному входу, я понял, что дело дрянь. Объехал этот чертов квартал уже три раза! Вы что тут делаете вдвоем? — Мы убегали, — одновременно отчеканили двое, вытянувшись во весь рост. Билл, подобно недовольному, но перепуганному отцу, пригрозил парочке пальцем. — Быстро в салон, спринтеры.   Было очень стыдно, неловко и смешно. Билл нервно открыл дверцу машины, приглашая туда сесть Майкла. Но юноша же остался стоять, приглашая первой сесть даму. Энни устало запрыгнула в салон, откидываясь на кожаное сидение. С другой стороны сел и сам Майкл. Форд устало зарычал вновь, со всех колес уматываясь отсюда. — Метро уже закрыто, поэтому, если можете… — Говори адрес, — перебил Майкл девушку.   Форд Билла затормозил у высокого, мрачноватого здания из бурого кирпича на углу Франклин-авеню. Этот дом, построенный еще в конце двадцатых для актеров немого кино, снаружи выглядел жутко кинематографично. Но внутри... Ох, внутри это была классическая голливудская ловушка для дураков. Получая приличный чек в Уэстлейке, Энни могла бы снимать уютное бунгало где-нибудь на окраине. Но мечты были слепы. И она наивно шла за своей мечтой жить в центре Лос-Анджелеса, касаться звездного лоска и представлять, что она важная часть всего этого. — Понял, я запомню это место, — Майкл вышел из машины, открывая дверцу для Энни. — Зачем? Даже не вздумай. — Ну вдруг мне ночью понадобится апельсиновый сок. И я должен знать, как долго тебе ехать до моего дома, чтобы этот сок привезти. — Майкл Джозеф Джексон, — отчеканила Эванс, собирая руки на груди в замок. — Начинаешь злоупотреблять своей славой и властью? — У меня нет власти, — пожал плечами Майкл, пряча руки в карманы куртки. — Разве что власть над Биллом, когда я уговариваю его заехать в бургерную. — Бесподобная скромность.   Энни устало улыбнулась юноше, сбрасывая с рук вид оков и опуская их вдоль тела. Свежий летний воздух щекотал, когда касался девичьих волос. Энни смущенно поправляла пряди, представляя со стороны то, как нелепо выглядит. Майкл вытянул руку к девушке, замирая в паре миллиметров от ее лица. — У тебя листик запутался в волосах.   Боясь испугать девушку, Джексон мягко провел кончиками пальцев по макушке Энни, словно смахивая лист. Эванс застыла. Да, она испугалась. Испугалась, что парень так и не решится на этот жест. — Мне пора, — засуетилась Энни, переминаясь с ноги на ногу. — Завтра в восемь, как обычно. Все черновики я привезу, а ты не забудь привезти правки, которые хотел внести. Ладно, я побежала. Пока!   Эванс тараторила всякий раз, когда волновалась. Запиналась о буквы, проглатывала некоторые звуки, начинала волноваться еще сильнее и вовсе терялась. Скинув с плеча рюкзак в руку, девушка быстро развернулась и побежала к подъезду.   Майкл уже было поднял руку, чтобы помахать на прощание, но она не обернулась. А он и не ждал этого. Сделал вид, что не ждал. Застегнув куртку до самого подбородка, Джексон уселся обратно в машину, в последний раз осматривая дом своей ассистентки. — Майкл, у нее же не было ничего в волосах. — Ага. — Едем домой? — Ага.