Девиации: дисциплина

      Это была всего лишь пицца, но, боже, как же она вкусно пахла! Овощей было хоть отбавляй. Ной заглянул в духовку, проверить, готова ли она. Еще несколько минут, решил он и закрыл духовку. Он посмотрел на часы как раз в тот момент, когда зазвонил дверной звонок.       Черт, Фан пунктуален.       Он бросил фартук на прилавок и поправил одежду, остановившись у зеркала в прихожей, чтобы проверить прическу, прежде чем открыть дверь.       - Знаешь, я мог бы сверять часы по тебе. Ты был сабом слишком долго. - Ной улыбнулся и отступил назад, чтобы впустить Фана.       - Ничего подобного, - заверил его Фан, входя в прихожую. Он передал ему бутылку колы и быстро обнял Ноя. - Нельзя быть слишком сабом или слишком красивым. Боже, как же здорово пахнет. - Фан, безусловно, монополизировал рынок красоты. Он был миниатюрным и гибким, его медные волосы торчали клочками и небрежными, дикими завитками.       - Правда? - спросил Ной, ставя газировку, чтобы взять пальто Фана. - Кажется, я превзошел самого себя. Он повесил пальто в крошечный шкаф в прихожей и, взяв Фана за руку, снова взял газировку и направился на кухню. - Вот я пытаюсь заботиться о твоем здоровье, а ты подпитываешь мою слабость к сладкой коле. Тц. - Он поставил колу на прилавок и усадил Фана на стул.       Фан хихикнул. Это был не смех, не ухмылка; это определенно было хихиканье. Шаловливое, и Ной подозревал, что Фан репетировал его.       - Я решил, что моя задача - подпитывать твои слабости. Убедиться, что тебе весело. - Он снова хихикнул и подмигнул. - Что в пицце? Дополнительный сыр?       - Все, кроме мяса, - ответил Ной, вынимая пиццу из духовки. - Хочешь сказать, что я выгляжу как человек, не умеющий веселиться? - спросил Ной, ухмыляясь, когда принес пиццу к столу и поставил ее на пару подставок. Он полез в ящик и достал нож для пиццы.       - О, я знаю, что ты умеешь веселиться, - сказал Фан с ухмылкой и похотливым взглядом. - В чем я не так уверен, так это в твоей способности нарушать одно-два правила.       - Я не нарушаю правил, я же коп и саб, помнишь? - Он достал из шкафа два стакана и наполнил их льдом.       - Именно это я имею в виду, - настаивал Фан, открывая бутылку колы. - Ты хорош, очень хорош. А хорошие мальчики получают награды. Непослушные мальчики получают порку. Время от времени бывает весело нарушить пару правил и просто... поиграть. Конечно, не серьезные правила, но дать Дому шанс быть Мастером и агрессивным - нормально. - Он подмигнул и ухмыльнулся, наливая колу. - Если понимаешь, о чём я.       - О... нарушать правила намеренно. Да, понимаю. - Ной разрезал пиццу и одарил Фана самой озорной улыбкой, хотя и сохранил непринужденный тон. - Ты имеешь в виду, - Ной сделал вид, что задумался, - например, угрожать арестом за превышение скорости, когда он едет домой со стояком?       Фан рассмеялся.       - Ты не мыслишь мелко, да? Именно это я и имею в виду, но, Боже, если ты это сделаешь, я уеду из страны. Не думаю, что ему это покажется таким же смешным, как нам с тобой.       - Не спеши обновлять паспорт. Я сделал это вчера, - сказал Ной Фану, подавая кусок пиццы. Он не мог перестать ухмыляться.       - Да ладно! - закричал Фан, широко раскрыв глаза. - Ты этого не сделал. Сделал. О, Боже. Что случилось?       Ной рассмеялся.       - Боже, как же он разозлился. Думаю, и позабавился, но всё же разозлился.       Фан смотрел на него всё ещё широко раскрытыми глазами, с отвисшей челюстью.       - Серьёзно? Ты остановил его, а у него встал? И что потом?       - Клянусь, я просто хотел немного пофлиртовать, дёрнуть за поводок и отпустить, но когда увидел, что у него стоит, что-то… не знаю; во мне проснулся шутник. Я сказал Кэрол, моей напарнице, что подозреваю, что он пьян, и она… заставила его выйти из машины. - Ной хихикнул. - О, боже, - вздохнул он. - Потом я его обыскал и сказал что-то двусмысленное на ухо. Он был так зол.       Фан несколько раз моргнул.       - Как сильно он тебя выпорол? – наконец, спросил он. - И когда тебе снова разрешат кончить?       - Ну, во-первых, он заставил меня сделать ему минет на коленях, и, честно говоря, учитывая, как долго у была эрекция, я удивлен, что он вообще смог так долго стоять, - сказал Ной и откусил кусочек пиццы. - А потом, - продолжил он с набитым ртом, - он хорошенько шлепнул меня по заднице и дал немного подумать. - Он сглотнул, вспоминая вечер. - А потом… - Он усмехнулся и замолчал, чтобы откусить еще кусочек пиццы.       - А потом? - Фан даже не взглянул на еду.       - А, я не сказал, что все еще был в форме?       Фан застонал.       - Ты меня убиваешь. Ублюдок. - Он поерзал на стуле, но не потянулся за едой. - А потом?       - Ну, потом он сказал, что я могу раздеться, что я и сделал. Не нравится ужин? - Ной подмигнул.       - Заткнись, - мягко сказал Фан, наконец, взяв свой кусок пиццы. - Рассказывай.       С Фаном было так легко. Это было невероятно весело.       - Ладно, потом он сказал, что хочет посмотреть. Я нашел дилдо в его спальне и кончил для него, знаешь, разговаривая все время, как ему нравится.       Кивнув, Фан жуя.       - Пошлые разговоры. Ага, огромная кнопка. И ты же понимаешь, что мне придётся тебя убить, если ты будешь продолжать останавливаться, верно?       Бедный мальчик. Ной решил, что можно ему преподнести и развязку.       - Ладно, ладно. Он немного меня направлял, но не слишком сильно, а потом жестко повалил меня на четвереньки прямо на пол в гостиной. Я думал, он сразу кончит, так он был возбужден. Боже.       Фан уставился на него.       - И он позволил тебе кончить? Вау. Ему, должно быть, очень понравился минет. Твоим ртом, заметь? Не могу его винить - и форма стала для него огромным удовольствием. - Он ухмыльнулся и запихнул остатки пиццы в рот. - Для меня тоже, - пробормотал он, жуя.       - Он говорит, что хочет поиграть со мной в форме, - сказал Ной. Он подмигнул Фану, подтверждая его невнятное предложение.       - Конечно, хочет. - Фан допил половину стакана колы и тихонько срыгнул. - И теперь ты не против трахнуть его? Отлично.       - Что? - фыркнул Ной. - Я этого не говорил, - возразил он.       Фан поднял бровь.       - О. Я… хмм. Ной? Хочешь рассказать, что было сказано? Потому что не думаю, что сэр захочет разыгрывать фантазии, где он агрессивно набрасывается на копа. Хотя я могу ошибаться. - Но по его голосу не звучало, будто он так не думал.       - Он просто сказал, что если я захочу поиграть в форме, он будет не против… Я пошутил, что он хочет, чтобы его обыскал похотливый коп… - Ной замолчал. - Ох. - Он тихо ахнул, смысл этих слов становился все яснее в его сознании.       Фан сочувственно кивнул.       - Ага. Прости, милый. Ты же практически сказал ему, что будешь сверху.       Он так сказал, да? И не просто сверху, а фантазийное доминирование, почти Дом. Почти по-настоящему. Ох, блядь.       - Ох, блядь, - сказал он на этот раз вслух. - Зачем ему это? Думаешь, он действительно этого хочет?       Фан оглянулся назад.       - Вот он я. Разве мы уже это не обсуждали? Да, именно этого он и хочет. - Фан наклонил голову. - На этот раз я обнимаю, верно? Хорошо. Время посидеть на диване. Пошли. - Он встал и взял Ноя за руку, почти силой потащив в гостиную.       - Да, мы уже это обсуждали, - неохотно признался Ной. - Мне не нужны объятия, мне нужно взглянуть правде в глаза. - Ной, надувшись, последовал за Фаном. - А я буду тебя обнимать. Я ждал этого весь день.       - Правда? - на его лице появилась застенчивая улыбка. - Я тоже. Ладно, ты меня обнимешь, а я тебя верну в реальность. Хочешь лечь или на этот раз сесть? Я уснул в прошлый раз, когда мы лежали, помнишь?       - Это отвечает на твой вопрос. - Ной сел и протянул руки.       Фан прижался к Ною, извиваясь и ерзая, пока им обоим не стало комфортно и тепло друг от друга. Ной знал, что часть объятий - самая важная часть - заключалась в том, что Фан чувствовал себя в безопасности. Он мог лучше говорить, быть честнее, если чувствовал заботу. И это было довольно легко сделать, как только Ной понял, чего хочет Фан.       - Итак, - сказал Фан. - Ты так и не смог почувствовать себя более комфортно с мыслью о… быть с ним таким образом. Есть идеи, почему?       - Я сабмиссив, Фан. - Ответ был настолько для него очевиден, что вопрос Фана показался почти нелепым. Сабы не сверху. Сабов трахают, используют, любят, что угодно; они не рулят.       - И что? - вздохнул Фан. - Он Дом. Ему нравится анальный секс - получать удовольствие от того, что ему в задницу засовывают хороший твердый член. Тебе это нравится, почему ему не должно?       Ной вздохнул.       - Просто… странно. - Это прозвучало не очень красноречиво, но это было правдой. Это было странно. Неловко. Необычно. - Я знаю, чего он от меня хочет, Фан, просто… я не уверен, что смогу это сделать. - Он крепче обнял Фана. То есть, если я сначала войду в сабспейс, то, может, смогу сделать всё, что он захочет, верно? Но тогда ему придётся меня просить. А ты сказал, что он не спросит. Но если попросит, думаю, я смогу это провернуть. Просто сложно рассуждать рационально. - Он уже бормотал себе под нос, он это понимал. - Чёрт. Я вообще понятно объясняю?       Фан кивнул.       - Да, - тихо сказал он. - Похоже, ты уверен, что тебе не понравится. Что случилось в прошлый раз, когда ты был сверху?       - Что значит, что случилось? Это было очень давно, я почти ничего не помню.       - Так почему ты так уверен, что тебе не понравится? Послушай, пупсик, у нас есть свои пристрастия. Наша сексуальная идентичность не вписывается в какие-то узкие рамки. Откуда у тебя взялась такая привязанность к мысли, что сабы никогда не бывают сверху? - Фан поднял на него взгляд и странным утешительным жестом провел рукой по руке Ноя. - Если тебе это, правда, не нравится, он не будет тебя заставлять. Не в этом.       Ной вздохнул.       - Знаю, - тихо сказал он. - Хотя я бы хотел, если бы ему это понравилось. Нет ничего, чего бы я не сделал, чтобы угодить ему, правда, просто... дело не в том, что я застрял в рамках, Фан, просто... это сложно. - Ной покачал головой. «Это сложно» - последние два слова, которые кому-либо следовало говорить Фану, особенно если хотелось прекратить разговор о чём-либо. - Черт.       - О, сложно, - взволнованно сказал Фан. - Это всё меняет. Просто приклей себе на член табличку с надписью: «Извините, сэр. Это сложно». Он просто кивнет и забудет. Как и я сейчас. Потому что мы ничего не знаем о сложностях. Я заткнусь, если ты сейчас заговоришь, блядь, прямо сейчас.       - Ты маленький засранец, знаешь? - фыркнул Ной, легонько толкнув Фана и понимая, что тот просто играет. - Боже. - Ной потер лицо и попытался придумать, с чего начать. - Слушай. Это касается только нас с тобой, ладно? - Он знал, что не обязан был это говорить, но что-то внутри него подсказывало это сделать.       Серьезные глаза встретились с его взглядом.       - Ладно. Но если я посчитаю, что Тобиасу нужно это знать, я скажу тебе, что я так считаю. Говори. -Фан снова прижался к нему, его рука всё ещё поглаживала руку Ноя.       - О, он знает эту часть; о себе, - тихо сказал Ной. - В канун Рождества Тобиас всю ночь провёл у меня на руках, в слезах. Он говорил о своих родителях, о школе и работе, и о тебе. Он рассказал мне почти всё, так что тебе стоит это знать. - Тепло Фана утешало, и с ним всегда было так легко общаться. Ничто его не шокировало, ничто не было слишком глупым или слишком ребяческим; он просто принимал всё как есть. Это был редкий дар. - В общем, на следующий день после Рождества он отчаянно пытался вернуть себе контроль. Он боялся, что, разрыдавшись передо мной… он опасался, что это может… - Ной вздохнул. - Ну, боялся, что потерял моё уважение, наверное. Что, увидев его уязвимым, это всё разрушит между нами.       Фан пошевелился в его объятиях и кивнул.       - Он… он беспокоился, что ты не воспримешь его всерьёз. Хорошо, значит, ты связываешь его пассивную роль с подобными вещами?       - Да. Я чувствую себя примерно так же. Что касается того, что я буду сверху - особенно в сцене, где мне нужно немного его толкать или удерживать - я боюсь не столько того, что он что-то потеряет, сколько того, что потеряю я. Что начну смотреть на него и хотеть трахнуть, вместо того, чтобы хотеть, чтобы он трахнул меня. - Он покачал головой. - Наверное, это совсем не имеет смысла.       - Нет, это имеет смысл, - заверил его Фан. - Просто дай мне немного подумать. Просто... держи и обнимай, ладно? Лучше всего я думаю, когда обнимаюсь. - Он поднял голову и улыбнулся. - Это просто секс, пупсик. Всегда есть решение.       - Просто секс, - фыркнул Ной, но притянул Фана чуть ближе.       Они просидели несколько долгих минут, теплое тело Фана становилось еще теплее, когда он прижимался.       - А что, если бы это была не сцена? – наконец, спросил Фан. - Расскажи, что ты чувствовал в канун Рождества. Если бы ему это было нужно тогда, как думаешь, ты смог бы? И тебе бы это понравилось? - Фан резко повернулся в его объятиях, так что они оказались лицом к лицу. - Думаю, тебя беспокоит не доминирование, а то, что ты будешь главным. Что ты будешь всем руководить и тебе придётся это контролировать.       Ответ Ноя был прост.       - Я бы сделал всё, что ему нужно в ту ночь. Всё что угодно. - Он посмотрел на Фана. - И ты прав, именно этого я и боюсь. Почему ты можешь говорить настолько лучше, чем я? - Он убрал прядь волос Фана с глаз и пригладил её пальцами.       - Слишком много думаю, - тихо сказал Фан. - Я только этим и занимаюсь.       Ной фыркнул.       - Да. Наверное, это со временем надоедает, да? - Он наклонился и поцеловал Фана в лоб.       - Иногда. - Фан улыбнулся и нежно поцеловал Ноя в щеку. - Но каждый раз, когда я совсем унываю и все надоедает, у меня, кажется, происходит какой-то прорыв. И честно сказать? Это лучше, чем альтернатива.       Ной не знал всех подробностей, но знал достаточно. Фан прошел через ад и обратно с тех пор, как Бредфорд организовал вмешательство с помощью Тобиаса.       Возможно, не один раз. Он не мог представить, каково это - жить, переживать заново и озвучивать все, но что-то работало. Фан стал другим. Он не был тем непредсказуемым суетливым человеком, с которым Ной впервые познакомился за ужином несколько месяцев назад, когда еще разбирался с отношениями Тобиаса и Фантома. Фан стал более спокойным, уравновешенным, может, немного грустным, но в основном казался оптимистичным.       Он даже выглядел немного по-другому. Теперь в его глазах появилась видимая глубина, словно он скрывал или защищал её раньше. Ной посмотрел в них и улыбнулся.       - Итак, чем занимался на этой неделе?       Ной неловко фыркнул, и Фан поднял бровь, заметив, как быстро Ной сменил тему. Однако Фан не обратил на это внимания и сказал:       - Мы на время оставили в стороне проблемы с отцом, и это хорошо. Это уже немного надоело. На этой неделе мы говорили о моей матери и о том, чего она не делала. Знаешь, доктор Брюэр считает, что звонить родителям будет плохой идеей? Кажется, она думает, что я всё ещё немного враждебно настроен к этим идиотам. - Он ярко улыбнулся.       - Правда? Что ей подсказало такую ​​мысль? - Ной тихо рассмеялся.       - Думаю, дело в рычании. Но, по крайней мере, мне больше не снятся кошмары после каждого сеанса, и уже почти неделю я умоляю Бредфорда выпороть меня. Бедняга, кажется, начинает жалеть о том, что вообще со мной связался. - Фан вздохнул и уткнулся головой в шею Ноя. - Вы все слишком добры ко мне, - прошептал он.       Ной погладил его по плечу и спине.       - Нет, Фан. Мы не слишком добры к тебе, мы просто так добры, как ты и заслуживаешь. Бредфорд никогда не пожалеет; он слишком сильно о тебе заботится. Мы все заботимся. - Он говорил это Фану, наверное, раз десять, как минимум - точно каждый раз, когда Фан приходил, а иногда и больше. Не помешает напоминать ему, что его поддерживают, что люди заботятся о нем. В конце концов, он переживал много дерьма и боролся с воспоминаниями о людях, которым было все равно.       - Слишком терпеливы? - предположил Фан после долгой паузы. Его голос всё ещё был приглушённым, но, видимо, он пытался говорить легко; в конце концов, у него был хороший день. Фан нежно поцеловал Ноя в шею и отстранился. - Спасибо, Ной, - сказал он, глаза его были немного влажными.       - Всегда пожалуйста, - просто ответил он. - Ты почти не ел пиццу, - Ной прищурился, глядя на него. - Бредфорд подумает, что я морю тебя голодом.       - Ты просто хочешь, чтобы я был толстым, чтобы ты мог быть красивым, - поддразнил Фан. - Серьёзно, я ел. И я съем ещё один кусочек, прежде чем уйду. - Рука скользнула Ною по плечу, и Фан повернулся, снова прижавшись к нему, как они начинали. - Черт, ты такой горячий. Просто сказал. И нет, мы еще не зашли так далеко в терапии... Я решил, что совершенно нормально испытывать влечение к новому сабу своего бывшего Дома. Главное, чтобы все об этом знали. Кстати, Брайан передает привет. - Он повернул голову, чтобы посмотреть на Ноя. - Он тоже считает тебя горячим.       Ах, болтовня Фана. Истинный признак того, что самые тяжелые моменты вечера позади. По крайней мере, на этот раз никто не плакал. Это был настоящий успех, даже если и были разговоры о сексе с Тобиасом, которые так и не были окончательно решены. В любом случае, остальную часть разговора нужно было провести с Тобиасом.       - У меня тоже есть небольшая симпатия к бывшему сабу моего нового Дома, так что будем считать, что мы квиты. - Ной усмехнулся. - Кстати, о Брайане - который, считает всех привлекательными - я все хотел спросить. Жить с Бредфордом - безумие, правда? Кажется, там никогда не бывает скучно.       Фан тихонько рассмеялся.       - Думаю, самое безумное было сразу после того, как Тобиас и Бредфорд решили меня поселить. Именно тогда у Бредфорда было больше всего работы - думаю, он оставил кого-то ответственным в клубе на несколько ночей, потому что сам почти не выходил из дома. Но сейчас стало спокойнее. - Фан посмотрел на него и улыбнулся. - Теперь я выхожу и даю ему отдохнуть.       - Да, теперь ты выпрашиваешь ужин у всех нас, - поддразнил Ной. - Значит, прошла целая неделя с тех пор, как у тебя с ним были серьезные трудности? Отлично.       Фан фыркнул.       - У меня не было никаких трудностей с Нового года. Я сказал, что не умолял об этом.       - А, значит, он не дает тебе этого, даже когда умоляешь? Черт, это же самый страшный кошмар для саба. - Ной рассмеялся, пытаясь разрядить обстановку. - Он хорош. Не думаю, что смог бы выдержать твои мольбы.       - Не говори мне такого, - сказал Фан с ухмылкой. - Я потренируюсь на тебе умолять, и мы оба вляпаемся в неприятности. Тобиас тебя выпорет, а Бредфорд, думаю, запрёт меня в шкафу и заставит смотреть мягкую порнографию. Гет-порно. - Он вздрогнул и снова прижался к Ною.       - Гет-порно! О, Боже, наказание хуже смерти. Я знаю, сам время от времени подвергаюсь этому, когда тусуюсь с парнями с работы. - Ной повысил голос, изображая женщину. - О, ты такой большой! Смотри, я имитирую оргазм для тебя! Ооо! - Он рассмеялся. - Это просто не сексуально. По крайней мере, парни не могут имитировать.       - Конечно, могут! - Фан снова улыбнулся ему. - Но гораздо веселее просто сделать это. Бедняжка, приходится смотреть эту мерзость. Знаешь, можешь посмотреть со мной гей-порно. Но это может привести к тому, что я начну умолять… и тогда мы снова вернемся к наказанию. - Фан драматично вздохнул. - Обними меня. Спаси меня. Не дай Бредфорду запереть меня в шкафу!       Ной фыркнул и вонзил пальцы в ребра Фана, туда, где знал, Фану будет щекотно. Получив желаемый визг, он сдался, позволив Фану вырваться и выдержав его укоризненный взгляд.       - Фан, не думаю, что кто-нибудь сможет запереть тебя обратно в шкаф. - Ной подмигнул.       - Думаешь, я смогу притвориться? Я могу быть таким мужественным. Могу. Я знаю, что такое футбол, и я умею пить пиво. Ну, не умею, но и в этом могу притвориться. Хотя я могу рассказывать истории о том, как я был пьяницей, и обо всех парнях, с которыми переспал… - Фан покачал головой. - Я такой гей, - печально сказал он. - Ни одна женщина меня никогда не получит. Мне придётся переехать к тебе и быть твоим… э-э… посудомойщиком. Да. Вот так.       - Думаю, ты самый гейский мужчина, которого я знаю, - засмеялся Ной. - А ты уже переехал к Бредфорду. Я никак не могу забрать у него посудомойщика. - Он встал. - Я хочу ещё колы, - сказал он и направился на кухню. - Тебе принести?       - Да, спасибо, - ответил Фан. - Я не могу оставаться с Бредфордом вечно, понимаешь? Только пока мне не станет лучше. Тогда мне снова придётся искать жильё.       - Ну, если злой старик Бредфорд выгонит тебя на улицу, знай, что ты всегда можешь пожить у меня на диване, - крикнул Ной из кухни. Как будто Бредфорд когда-нибудь выгонит Фана. Может, мягко подтолкнет, но Фан никогда не останется без крыши над головой.       Он налил им по стакану и положил второй кусок пиццы на тарелку для Фана. Он нахмурился, придумывая, как всё это донести, и, наконец, расположил пиццу на предплечье.       - Ешь, - сказал Ной и сунул тарелку под нос Фану. - Я тебе говорил, что Тобиас везёт меня в Париж в апреле?       Фан кивнул.       - Я зеленею от зависти, - сказал он, откусывая кусочек пиццы. - Мне очень нравилось путешествовать с ним. Он… немного расслабляется, но становится более чопорным. Если понятно. Вы собираетесь пересмотреть контракт?       - Знаешь, я думал об этом. Срок его действия истекает примерно в это время, так что, думаю, мы это сделаем. Не могу поверить, что прошло уже столько времени. Контракт изначально был хорошим; я не вижу смысла просить о каких-либо изменениях. - Он посмотрел на Фана. - Возможно, на этот раз я подпишу контракт на год, если он предложит. Что думаешь? Слишком долго до пересмотра?       Фан пожал плечами и зажевал.       - Вы двое влюблены. Я бы сказал, год, без проблем. Почему бы тебе не попросить о совместном проживании?       Ной моргнул, глядя на Фана. Конечно, эта идея приходила ему в голову, по крайней мере, тысячу раз.       - Я бы с удовольствием, - честно сказал он. - Но я не могу просить об этом, он должен предложить. - Он должен предложить. Ной ни за что не станет спрашивать и ставить Тобиаса в положение, когда ему придётся либо отказать, либо, что ещё хуже, неохотно согласиться. Этот человек ценил личное пространство, верно? Одно дело, если он сам предложит, но Ной просить не собирался.       - Он предложит, - уверенно сказал Фан. - Отличная пицца, пупсик. Кстати, когда ты переедешь в квартиру, может, я забронирую это место первым. Мне нравится камин.       Ной усмехнулся.       - Ну, если я перееду к нему, ты сможешь снять её в субаренду. Она хорошая, если тебя не смущает маленькая спальня и крошечная ванная. Конечно, спальня была бы больше, если бы в ней не было кровати размера «кинг-сайз». И камин определенно горячий.       Фан улыбнулся в ответ.       - Вернешься и обнимешь меня? - спросил он, хлопая ресницами. - И, кстати, кровать тебе не понадобится; я могу купить её у тебя. Эмм. После того, как снова найду работу. - Он пожал плечами. – Как-нибудь. Всё уладится, Ной. Поверь.       - Да, я вернусь и обниму тебя. Или ты можешь прийти, и мы оба тебя обнимем. Как тебе такой вариант? - Ной отпил глоток колы. - Я знаю, что всё получится. Для нас обоих, хм? У всего есть решение, разве ты только что не говорил мне об этом? Или ты просто говорил о сексе?       Фан дожевал остатки пиццы.       - В тот момент я думал о сексе, - сказал он, проглотив глоток. - Но, думаю, это верно для всего. Даже когда сначала что-то болит, обычно всё налаживается. - Он сделал глоток колы. - Ты серьёзно насчёт того, чтобы вы оба меня обняли? - спросил он, глядя в свой стакан.       Ной снова подвинулся ближе к Фану.       - Конечно, серьёзно, - тихо сказал он, обнимая Фана за плечи. - Теперь мы друзья, да? Хорошие друзья. Тобиасу бы очень понравилось твое присутствие, я знаю. И ты знаешь, что мне тоже. Я с нетерпением жду твоей компании по вторникам; это как моя терапия. Я могу... просто поговорить. Это приятно.       - Это приятно, - повторил Фан, все еще глядя в свой стакан. - Он... он спрашивает обо мне? То есть, он и разговаривает со мной. Но он спрашивает тебя обо мне? О нас?       Ной тщательно обдумал, как лучше ответить на этот вопрос. Конечно, Тобиас спрашивал о нем, но он всегда спрашивал Ноя о впечатлениях, о том, какой Фан, что не обязательно было знать Фану. Он решил сначала кое-что уточнить.       - О нас? В смысле, о тебе и обо мне?       - Да, например... как мы ладим и все такое.       - О. - Ной кивнул. - Да, он постоянно спрашивает. На самом деле, велика вероятность, что он позвонит мне поздно вечером, после того, как ты вернешься домой. Он захочет узнать, как у тебя дела. Дело не в том, что он не доверяет тому, что ты ему говоришь, но думаю, ему нравится слышать от меня, что у тебя все хорошо, что ты хорошо выглядишь и все такое. - Ной погладил Фана по спине и усмехнулся. - И я иногда думаю, не беспокоится ли он о том, в какие неприятности мы с тобой можем попасть.       Фан скривился и, наконец, посмотрел на него.       - Беспокоится. Не то чтобы он тебе не доверял, я не это имею в виду. Но он меня очень хорошо знает и знает, каким я могу быть. Он боится, что я тебя соблазню, знаю, что боится. Что я тобой манипулирую.       - Думаешь, он беспокоится об этом больше, чем ты? - откровенно спросил Ной. - Тебе не кажется, что тебя больше волнует то, что ты хочешь сделать или что ты мог бы сделать, чем то, позволю ли я этому случиться?       - Дело не в том, что ты позволишь этому случиться - мы все знаем, что ты бы так не поступил. Дело в том, что я нарушу доверие. В том, что… я тебя подтолкну. Причиню ему боль… - Фан махнул рукой, его движения стали беспокойными. Он слишком быстро моргал, а губы дергались между словами. - Дело в том, что я возвращаюсь к прежнему состоянию и пытаюсь выбраться из ситуации. Прячусь от реальности. Он боится, что я использую тебя, чтобы сбежать.       Ной взял стакан из рук Фана и поставил его на стол. Затем он сполз с дивана и опустился на колени перед Фаном, пытаясь привлечь его внимание.       - Фан, посмотри на меня. Все в порядке. Посмотри на меня. - Он взял обе руки Фана в свои.       Медленно, с явным нежеланием, Фан встретился взглядом с Ноем.       - Прости, - прошептал он. - Не знал, что так запаникую.       - Не извиняйся. В этом-то вся суть, верно? Вот почему ты здесь. Это безопасное место, где ты можешь расслабиться и постараться не беспокоиться обо всем остальном. Фан, если ты сделаешь что-нибудь подобное, мы просто разберемся с этим. Это не обязательно будет препятствием, понимаешь? Ты осознаешь свое поведение; ты пытаешься с этим справиться. Никто не ожидает от тебя совершенства каждую минуту каждого дня. Все время от времени ошибаются. Я ошибаюсь, Тобиас ошибается, у всех нас есть вещи, которые нас преследуют, понимаешь? - Ну, это, безусловно, была правда, верно? - Я здесь, чтобы подхватить, если ты упадешь.       Глаза Фана наполнились слезами, и он быстро заморгал, пока слезы не исчезли.       - Хорошо, - сказал он. - Но я не падаю. Не сейчас. - Он выпрямился. - Просто немного шатаюсь, наверное. Мне пора.       - Пора? Не пора, нет. - Ной снова сел на диван и обнял Фана за плечи.       - Я немного испортил настроение, - вздохнул Фан. - Прости. Мне это очень нравится, Ной. И для меня очень много значит, что ты терпишь все эти повороты и перипетии. - Он медленно наклонился, и Ной знал, что это лишь вопрос нескольких мгновений, прежде чем Фан прижмется к нему, а если он действительно расстроен, то будет цепляться за него.       - Фан. - Ной откинулся назад и устроился поудобнее на случай, если Фан окажется наполовину у него на коленях. - Ты ничего не испортил. Скажи, хочешь поговорить или сменить тему?       Пожав одним плечом, и Фан подполз ближе.       - Я просто… ну. Может, мне всё-таки стоит поговорить об этом с доктором Брюэр. Кажется, меня это беспокоит. - Он тихо фыркнул. - Немного, во всяком случае. Мы ведь не стали обсуждать все это потом, верно? То есть, на следующих выходных Бредфорд… - Его голос дрогнул.       Ной погладил волосы Фана, вспоминая выходные, когда Бредфорд заперся с ним, отказываясь причинять Фану боль, которую тот жаждал в качестве искупления за своё счастье. Он вспомнил, как Тобиас поспешил в клуб, когда Бредфорд позвал его на помощь, и как эмоционально всем было помогать Фану открыться.       Иногда всё ещё казалось странным быть утешителем, обсуждать чужие проблемы, а не свои собственные.       Хотя, если подумать, эта конкретная проблема была целиком и полностью связана с ним. Фан был прав; они так и не нашли времени обсудить, что могло измениться между ними после той жаркой сцены на новогодней вечеринке у Бредфорда.       - Мы вообще не обсуждали это, - с сожалением признался он. - На самом деле, мы вообще об этом и не говорили, верно? А ты хочешь?       Фан кивнул.       - Хотя я не знаю, что сказать. Мне понравилось. Звучит так неубедительно.       - Мне тоже понравилось, - согласился Ной. Но Ной не решил, хочет ли он, чтобы это повторилось, и при каких обстоятельствах ему будет комфортно, если это произойдет. - Ты прекрасен, Фантом, мне было легко насладиться привилегией попробовать тебя на вкус, как я это сделал. Но, знаешь, это была сцена. Это было для Тобиаса, чтобы угодить ему, и мы, кажется, договорились об этом заранее, ты и я.       Фан вздохнул и кивнул.       - Да, я знаю, - тихо сказал он. - Я не говорю, что хочу этого снова, или хочу большего, или что-то в этом роде. Я просто говорю, что это было очень интенсивно. Это была хорошая сцена - было весело, горячо и… - Он снова вздохнул. - Это был он. Понимаешь? Был ты, и был он, и было просто невероятно.       Это был он.       Ну, конечно, Ной должен был быть готов к тому, что Фан это скажет. Ной действительно не задумывался о том, насколько сильно эта сцена могла повлиять на Фана. Для Ноя, особенно в тот вечер, когда он был так глубоко погружен в себя, это была всего лишь сцена. Но, возможно, Фан почувствовал больше. Ной задумчиво прикусил губу, прежде чем ответить.       - Это было очень интенсивно, - согласился он, побуждая Фана сказать больше. Он просто сам не знал, что сказать.       - Вы двое были так прекрасны вместе, - продолжил Фан мягким голосом. - Было потрясающе - стать частью этого. Быть в гармонии с тобой, с ним. Иметь возможность выводить его из себя, служить ему. - Фан повернул голову и посмотрел на Ноя. - Прости. - Он выглядел испуганным, его глаза снова расширились.       Ной посмотрел в глаза Фану и мягко покачал головой в знак отрицания. Он еще не решался заговорить. Вместо этого он поцеловал Фана в лоб и притянул его к себе.       После того, как Тобиас ушел от него той ночью, той ночью, когда он отправился сменить Бредфорда и поработать с Фаном, Ной совсем не спал. Все его мысли были заняты тем, что произойдет, когда рухнет барьер между Тобиасом и Фаном. Когда единственное, что стояло между ними, что разбило им обоим сердца, когда это единственное - потребность Фана в боли - исчезнет. В тот момент он понял, ничто не сможет встать между ними и их любовью друг к другу.       Кроме самого Ноя.       Он провел пальцами по волосам и крепко обнял Фана. Фан не виноват в том, что у него все еще были чувства к Тобиасу. Он не виноват в том, что все еще хотел служить. Но слышать это было очень, очень тяжело.       - Прости, - снова прошептал Фан. - Это… я не хотел тебя обидеть. Это было хорошо. Это была сцена, вкушение. Я знаю это. Это было очень особенным, Ной. Спасибо тебе за это.       - Все в порядке, Фан. У меня нет причин для неуверенности. Если бы я думал, что есть, то вообще бы на это не согласился. И это было хорошо. И особенное. - Он вздохнул. - Я слишком много волнуюсь.       - Вот это я имею в виду, тебе следует волноваться. Тобиас волнуется. Бредфорд волнуется. - Фан придвинулся еще ближе, свернувшись почти калачиком на коленях у Ноя. - Я не очень хороший человек, Ной. Просто чтобы ты знал.       Ной нахмурился.       - Во-первых, ты всегда был ко мне добр, поэтому я тебе не верю, а во-вторых, ты уже не тот человек, каким был месяц назад. И на следующей неделе ты будешь совсем другим. В этом вся суть. Я рискну. - Тем не менее, поскольку никто никогда не говорил ему, что Фан «нехороший человек», он отложил это, чтобы спросить позже Тобиаса.       Фан несколько минут молчал, просто молча прижимался к Ною.       - Думаю, мне пора уходить, - сказал он через несколько мгновений. - Я всё порчу и… - Он замолчал, когда зазвонил телефон.       Ной посмотрел на телефон, а затем на часы на столе рядом с ним. Он знал, кто это.       - Останься, - сказал он Фану, держа его рядом, и потянулся к трубке. - Здравствуйте, сэр.       - Здравствуй, милый, - сказал Тобиас. Ной услышал его улыбку. - Хорошо провели вечер?       Лицо Фана поднялось, на мгновение он задумчиво посмотрел на него, затем вздохнул и снова уткнулся головой в грудь Ноя.       - Фан всё ещё здесь, сэр, - быстро сказал он. - Мы как раз говорили о вас.       Фан жалобно застонал.       - Понятно. - Последовала короткая пауза. - Ты в порядке, малыш? - Тобиас, как всегда, говорил спокойно, но в его голосе чувствовалось неоспоримое напряжение.       - Знаете, у нас осталось много пиццы, если вы голодны, - так же спокойно сказал Ной, хотя в данный момент не чувствовал себя особенно спокойным. Он надеялся, что Тобиас всё поймет.       - Хороший ответ. Уже еду. Придержи его там, малыш. - Последовала пауза, и Ной услышал, как Тобиас звонит по домашнему телефону, чтобы вызвать машину. - Мне позвонить Бредфорду? Доктору Брюер?       - Почему бы нам не обсудить это, когда вы приедете? - уклончиво спросил Ной. - Знаю, Фан тоже будет рад вас видеть. - Он погладил Фана по голове и провел пальцами по его руке.       - Я буду, как только смогу, милый, - прошептал ему на ухо Тобиас. - Я войду сам.       - О, да, это будет очень весело, - пробормотал Фан, когда Ной повесил трубку. Он бросил на Ноя обвиняющий взгляд. - Просто немного шатаюсь. Не падаю.       Ной вздохнул.       - Тем лучше, мы все сможем поговорить об этом, прежде чем ты до этого дойдешь. Ты на меня злишься? Я был неправ, пригласив его? Ты весь вечер спрашивал и говорил о нем.       Фан немного отстранился, а затем снова прижался к нему.       - Я не злюсь, - сказал он очень тихим голосом. - Я боюсь.       - Тобиас всё исправит, трудно бояться, когда он рядом. - Ной обнял Фана, и они почти молчали и сидели неподвижно, пока Ной не услышал, как кто-то вставил ключ в замок. Тобиас не терял времени, когда беспокоился.       - Привет, мальчики, - тихо сказал Тобиас, входя. Он всё ещё расстёгивал пальто, наклонившись, чтобы поцеловать Ноя в губы и Фана в макушку. - Фантом. Ты в порядке, или мне следует позвать врача?       Фан поднял голову и на мгновение посмотрел на Ноя, прежде чем снова свернуться калачиком.       - Я шатаюсь, но она мне не нужна.       Тобиас сел в кресло и посмотрел на них, положив лодыжку на колено.       - Ной? Что ты думаешь?       - Думаю, Фану она не нужна, сэр, - сказал ему Ной. - Ему ещё захочется обсудить всё с ней, но сейчас, думаю, нас достаточно. Я рад, что вы позвонили.       Ной на мгновение почувствовал себя неловко из-за того, как Фан цеплялся за него, но Тобиас, казалось, не был этим обеспокоен, поэтому заставил себя отпустить ситуацию.       - Фан говорил мне, что мне следует беспокоиться о том, что он «вернется к прежнему состоянию». Он говорит, что считает себя не очень хорошим человеком.       - Ах. Вернемся к этому. - Тобиас откинулся на спинку стула. - В последнее время ты говоришь о своей матери, Фан? - мягко спросил он.       Фан кивнул, прижавшись к груди Ноя.       - Да, сэр. Мне не следовало приходить сегодня вечером, но я думал, что худшее уже позади. - Он немного отодвинулся и посмотрел на Ноя своими сияющими глазами. - Прости.       - Фан. Пожалуйста, перестань извиняться, - тихо сказал Ной. - И ты говорил со мной о сэре и Мастере Бредфорде и о Новом годе, а не о своей матери.       - Но я говорил о матери на терапии, - объяснил Фан терпеливым тоном. - И это всегда меня потом несколько дней мучает. Она говорила мне, что в мире есть лишь определённое количество добра, и я был той небольшой ценой, которую ей пришлось заплатить, чтобы быть с моим отцом.       Тобиас поморщился, и Ной понял, что Фан говорит серьёзно, что его собственная мать помогла создать демона, с которым он боролся.       - Фан, - тихо сказал Тобиас. - Хочешь поговорить о сцене на Новом году?       Фан покачал головой, поглаживая руки Ноя, убеждаясь, что тот его обнимает.       - Нет. Но ты собираешься меня заставить?       - Я буду поощрять, - сказал Тобиас. - Ной, кажется, считает это важным, и поскольку это касается всех троих, я согласен. Ной?       - Я бы тоже поощрял, но нет смысла заставлять тебя говорить об этом, Фан. Так ты ничего не добьешься. - Ной прижал Фана к себе, чтобы успокоить. - Почему бы тебе просто не рассказать сэру то, что сказал мне?       Фан снова повернулся и тихо вздохнул, садясь. Он обнял Ноя, сев рядом с ним на диван, а не сверху, и сделал вдох, который, как заметил даже Ной, был прерывистым.       - Хорошо, - сказал Фан, его рука все еще лежала на руке Ноя.       Тобиас тихо откашлялся.       - Ты не один, Фан. Если тебе нужно, и если Ной не против, ты можешь прижаться к нему.       - Я не против, - тихо сказал Ной, наблюдая за Фаном, а затем взглянув на Тобиаса. Тобиас тоже выглядел немного взволнованным.       Фан забрался обратно к нему на колени.       - Ты, правда, не против? - прошептал он. - Знаю, это, наверное, странно, но ты теплый, и это действительно тяжело, и я просто… это нормально?       Ною на мгновение пришлось вспомнить, что Фан не ребенок, хотя бывали моменты, как сейчас, когда он был склонен удивляться.       - Хорошо, - сказал ему Ной. - Ты тоже тёплый. Давай, расскажи сэру то, что сказал мне.       Фан кивнул и сделал ещё один вдох, словно готовясь к чему-то. Он на секунду закрыл глаза и начал говорить, устремив взгляд в пол, слова просто лились из него.       - Я сказал Ною, что мне понравилась эта сцена, что мне понравилось быть её частью, быть связанным с ним и с вами. Что мне понравилось служить вам, нравилось двигаться с ним ради вашего удовольствия. Мне понравилось… понравилось всё это.       - Мы знали это, - медленно произнёс Тобиас. - Нам троим понравилось, это была сильная сцена. Интенсивная.       Фан кивнул и поднял взгляд.       - Вот именно. Интенсивная. Хотя, думаю, нам следовало бы обсудить это на следующий день или через пару дней; это… это набрало для меня вес. То есть, это разрушило для меня некоторые стены, и это хорошо, но это дало мне… не знаю. Мы с Ноем стали… друзьями после этого, я могу быть с ним таким. Я могу ему доверять. Но это напомнило мне… понимаете?       Тобиас кивнул.       - Хорошо. Я понимаю. Эта связь на таком уровне заставила тебя почувствовать… что? Как было раньше?       Фан кивнул, а затем покачал головой. Он повернулся к Ною и осторожно коснулся его челюсти.       - Я не чувствую себя его. Даже тогда, в ту ночь. Ты должен это знать. Я прихожу в гости. Не остаюсь.       Ной улыбнулся, несмотря на испытываемое легкое беспокойство. Он хотел, чтобы Фан говорил честно, выговорился. Какие бы проблемы у него ни оставались, их можно было решить позже.       - Всё в порядке, Фан, - тихо сказал он. - Просто будь честным; правда всегда допустима.       - Но ты должен верить в это, знать, что это правда. Я не люблю его так, как ты, и он не любит меня как тебя. Вы двое - совершенно другой уровень, понятно? - Фан слабо улыбнулся ему. - И было очень приятно прикоснуться к этому. Думаю, я хочу сказать, что после всего этого мне стало немного одиноко. Что выходные после этого были… ну… А с тех пор? - Фан повернулся, чтобы посмотреть на Тобиаса, все еще обнимая Ноя, как прилипала. - С тех пор я был каким-то затуманенным, прилипчивым и нуждающимся, а вы оба так много сделали. Я чувствую, что вы мои друзья, что я могу когда-нибудь снова прикоснуться к этой части вас.       Тобиас выглядел немного обеспокоенным.       - Фан, мне нужно прояснить ситуацию. Ты просишь нашей дружбы? Потому что она у тебя есть. Ты ищешь чего-то большего?       Фан покачал головой.       - Нет. Хотя я думал, что, может быть, и хотел. Думаю, я напугал Ноя.       Ной тихо рассмеялся.       - На минуту, - признался Ной. Он вздохнул и немного сдался. - Или, может ь, больше, чем на минуту. Может, я всё ещё немного... не в себе, но я верю тебе, когда ты говоришь, что это не то, что есть между нами, сэром. Хотя ты его любишь, Фан, и думаю, ты скучаешь по служению сэру больше, чем признаешься сейчас. По крайней мере, мне так показалось раньше.       - Я скучаю по служению. А сэр был лучшим Хозяином, который у меня когда-либо был.       Тобиас задумчиво посмотрел на него.       - Я поговорю с Бредфордом, - медленно произнёс он. - Я знаю, что у вас двоих нет таких отношений, но, может, если бы ты занимался более... обыденными делами служения, это помогло бы тебе немного уравновеситься. Ты вообще служишь?       - Я должен сосредоточиться на терапии. Меня нельзя выпороть, потому что у меня сейчас нет границ - это было бы небезопасно.       - Я спрашивал не об этом. Я рекомендовал доктора Брюэр, потому что она сабмиссив - она живёт с этим, она знает, что значит служить. Это то, кто ты есть, Фан, ты не можешь просто отключить это, чтобы подумать о чем-то другом.       Тобиас встал и начал расхаживать.       - Черт возьми, Бредфорд это знает, знает… о чем они думали?       Ной поднял бровь.       - Не думаю, что Фан им об этом говорил, сэр.       Тобиас махнул рукой.       - Это не имеет значения - не его задача объявлять, что должна включать его терапия, их задача - разработать эффективную терапию, исходя из того, кто он есть.       Ной вздохнул.       - Сэр, если позволите, сказать Фану, что его терапия до сих пор была неэффективной, вероятно, сейчас не очень полезно…?       - А нянчиться с ним полезно? - Тобиас тяжело сел. - Боже мой. Фан, иди сюда.       Сидя на коленях у Ноя Фан покачал головой.       Ной удивленно поднял бровь, но не стал заставлять Фана двигаться. Бедняга уже физически реагировал на защитнические чувства Тобиаса, и если он не хотел, чтобы Тобиас знал, Ной, конечно же, не собирался ему ничего рассказывать.       - Если вам все равно, он здесь в порядке, сэр.       Тобиас выглядел немного удивленным.       - Понятно. Фан?       - Я хотел бы остаться здесь, сэр. С Ноем. Пожалуйста? - На слух Ноя он звучал почти отчаянно под маской уважения, но, видимо, этого было достаточно, чтобы убедить Тобиаса отступить.       - Хорошо. Я поговорю с Бредфордом утром и посмотрю, сможем ли мы придумать что-нибудь, чтобы удовлетворить твои потребности в подчинении, не прибегая к физическим наказаниям. Не думаю, что будет тактично с моей стороны спрашивать о сексе?       - Только если ты предлагаешь, - парировал Фан. - Извини, Ной.       Ной покачал головой, глядя на Фана.       - Это просто секс, Фан. Ответь ему.       Фан нахмурился.       - Я ужасно в тебе разочарован, - драматично сказал он, прежде чем успокоиться. - Если вам так уж нужно знать, я ни с кем не был с тех пор, как закончились чудесные выходные в белой комнате.       - С тех пор, как произошла наша сцена, - уточнил Тобиас.       - С тех пор, как произошла сцена с вами двумя. - Фан вздохнул.       - А до этого? - спросил Ной. Вопрос как бы вырвался у него, прежде чем он успел его обдумать.       - Ты ужасный, ужасный человек. Думаю, я пойду, посижу с сэром.       - Это всего лишь вопрос, - просто сказал Ной.       - Это злой вопрос. - Фан надулся. - Не у всех нас... а, черт. - Фан сник, в прямом и переносном смысле, и прислонился к нему. - Чуть больше года, кажется.       Ной взглянул на Тобиаса, затем снова на Фана.       - Ну, тогда это может быть как-то связано с тем, насколько это было для тебя тяжело, да?       Фан пожал плечами.       - Вероятно. И сэр. Нельзя этого забывать.       Тобиас встал и подошёл к дивану, осторожно усевшись на другом конце.       - Я хочу помочь, Фан. Ты же знаешь, я этим занимаюсь последние семь недель. Но мне нужно знать, чего ты хочешь, а также в чём нуждаешься.       - Не знаю, ясно? - сказал Фан. - Я просто пытаюсь выздороветь.       Ной немного ослабил хватку на Фане.       - Не защищайся, Фан, - тихо прошептал Ной ему на ухо. - Он хочет помочь.       - Все хотят помочь, - сухо ответил Фан. - Но никто не знает, что делать. Сейчас в этом нет особого смысла. В конце концов, я ведь никогда не стану нормальным, верно? Не смогу построить настоящие отношения, найти приличную работу или перестать постоянно страдать от боли.       Фана так внезапно подняли с его колен, что Ной не понял, что произошло, пока не увидел, как Фан рыдает на руках у Тобиаса.       - Позвони Бредфорду, пожалуйста, - тихо сказал Тобиас. - Скажи ему, что мы везем Фана домой, и, возможно, стоит позвонить доктору Брюэр.       Ной потянулся и взял трубку, и через несколько минут все было решено, и все вышли за дверь.