Девиации: дисциплина

      - Ваш молодой человек снова мне звонил, - сказала миссис Миллер с широкой улыбкой, входя в кабинет Тобиаса в фермерском доме. - Он так же вежлив с вами, как и со мной?       Тобиас поднял взгляд от стола и попытался сдержать ухмылку. Улыбаться миссис Миллер было некогда, в свои восемьдесят три года его экономка все еще была… грозной силой.       - Обычно, да, - признал он. - Конечно, у него бывают и свои моменты.       Ее улыбка стала шире.       - Держу пари, бывают. Так что, его стряпня так же хороша, как у моего сладкого пирожка?       Тобиас отложил ручку и закрыл папку, над которой работал.       - Да, - сказал он. - Ной - замечательный повар, спасибо. Его подруга Эллисон научила его, и он говорит мне, что вы даете ему замечательные советы, не говоря уже о множестве рецептов. - Он улыбнулся, когда она села в кресло. - Он очень старается.       Он не удержался и упомянул об этом; она сама напросилась, сравнив Ноя с Фантомом, бывшим возлюбленным Тобиаса и навсегда «сладким пирожком» миссис Миллер. Конечно, она называла Ноя своим «дорогим», так что, в целом, шансы были примерно равны.       Она кивнула и откинулась на спинку кресла со вздохом.       - Вам очень повезло, доктор, - сказала она, продолжая свою привычку использовать степень Тобиаса. Она поклялась, что поскольку работала над его ветеринарным образованием так же усердно, как и он, то будет использовать степень, а не его имя. Тобиас не возражал. - Когда кто-то учится готовить, чтобы угодить тебе, это великий дар.       - Знаю, - просто ответил он.       Иногда он задавался вопросом, насколько миссис Миллер осведомлена о его отношениях; в более честные моменты он признавал, что она, вероятно, знает важные детали, если не подробности. То, что её, казалось, не волновали его вкусы, ничуть не облегчало ситуацию. Он понимал, что она вряд ли могла быть невнимательной. Были конюшни за домом, куда он никого не пускал, и любовники, которые убирали, готовили и выполняли домашние дела; это было совсем не незаметно.       Она оглядела кабинет и удовлетворенно вздохнула.       - Знаешь, как хорошо быть дома.       Тобиас улыбнулся.       - Я часто обнаруживал, что мои две любимые части путешествия - это день прибытия туда и день возвращения домой. Скажите, что вам понравилось путешествие. Вы разбиваете мне сердце, - поддразнил он.       - Это было…       - Потрясающе, - раздался голос из-за двери, и Тобиас повернулся, чтобы улыбнуться Роберту, сыну миссис Миллер.       - Очень, - согласилась миссис Миллер. Она подняла глаза и кивнула. - Потрясающе - это точно.       Тобиас жестом указал на кресло, приглашая Роберта присоединиться к ним. У него не было никаких возражений против того, чтобы Роберт просто входил в дом; эти двое мужчин знали друг друга почти всю жизнь Тобиаса, и дом был для Роберта практически вторым домом с тех пор, как миссис Миллер переехала сюда после смерти мистера Миллера.       Но, по какой-то причине, Роберт всегда колебался, прежде чем войти в кабинет без разрешения Тобиаса. Кухня и гостиная, однако, колебаний не вызывали.       - Значит, вы хорошо провели время? - спросил Тобиас, когда Роберт устроился в кресле. - Я рад.       - Это была замечательная поездка, - сказал Роберт. - Отличный подарок. Спасибо, Тобиас.       Тобиас кивнул головой.       - Это самое меньшее, что я мог сделать; я не собирался отправлять её в Италию одну - она бы привязалась к этой стране и вызвала бы международный инцидент, если бы тебя не было рядом, чтобы держать её в узде, - поддразнил он.       Миссис Миллер фыркнула, но Роберт рассмеялся.       - Совершенно верно. И так нам несколько раз приходилось отправлять её спать… ты представляешь, сколько она хотела гулять?       Улыбаясь, Тобиас кивнул.       - Думаю, ты немного похудел.       Роберт рассмеялся.       - Верно. Ты и выглядишь более подтянутым. Ной тебе в кофе подливает обезжиренное молоко?       - Просто много двигаюсь, - сказал Тобиас, подмигнув.       - Вот именно, - сказала миссис Миллер, вставая. Она явно пыталась сдержать смех и изображала отвращение. - Никакого уважения к пожилой женщине; вам двоим должно быть стыдно.       Тобиас и Роберт ухмыльнулись друг другу.       - Видел бы ты маму и одного мужчину, жившего в том же отеле.       Тобиас поднял бровь.       - Расскажи.       - Ты не сделаешь ничего подобного, Роберт, - сказала миссис Миллер, указывая на сына. - Теперь, извините, мне нужно кое-что сделать для Ноя на кухне; он спрашивал про десерты. Бог знает почему - ты их не заслуживаешь. - С этими словами она резко развернулась и вышла из комнаты.       Роберт все еще ухмылялся.       - Она прекрасно провела время, Тобиас, это был действительно лучший подарок, который ты мог ей сделать.       - Она это заслужила, - легко сказал Тобиас. - Это самое меньшее, что я мог сделать. Она так долго заботилась обо мне, я хотел сделать для нее что-нибудь приятное - для вас всех.       Роберт отмахнулся.       - Семья. Слишком уж давно, чтобы притворяться, что это не так. Мы с тобой, может, и не так близки, как братья, но это в основном из-за того, что я на десять лет старше.       - Двенадцать, - подмигнул Тобиас. - Или ты молодеешь, пока я старею?       - Умник, - сказал Роберт, вставая. - И давай просто продолжим делать вид, что отправка мамы в Италию на три недели не дала тебе и Ною немного покоя.       - Да, давай так и сделаем, - сказал Тобиас, ухмыляясь.       - Он мне нравится, - вдруг сказал Роберт. - Ну, по крайней мере, мне нравится то, что я знаю. Мама волновалась, что ты останешься один после Фантома, знаешь ли.       - Все волновались, - сказал Тобиас, тоже вставая. Он последовал за Робертом и добавил: - Кучка паникёров.       Роберт кивнул и направился на кухню.       - Ты же знаешь.       - Да, конечно.       - Полагаю, придётся просто с этим смириться.       - И это я знаю. Честно говоря, я бы ничего не менял.       Роберт рассмеялся и кивнул, и Тобиас невольно улыбнулся. В его мире всё было хорошо.