Хаос: Цена Молчания

Big city life – Revaluation Creep – GLASS TIDES

Пока в подземном бункере разыгрывалась своя драма, на улицах Сеула Хенджин и Джисон исполняли кровавый дуэт. Их задание было простым и элегантным, как удар катаны.  Объединенные силы Черных Драконов и Бешеных Псов наносили удар по "Хрустальному архиву" – секретному хранилищу данных Каннам-па, замаскированному под элитный коктейль-бар "Octagon". Это место было алмазом в короне мафии, его стены хранили больше тайн, чем архивы спецслужб. А еще могло принести им личностную пользу – прикрыть Лино.  Хенджин, в костюме, сшитом словно вторая кожа, непринужденно оперся о барную стойку. Его пальцы, ловкие, как паучьи лапки, незаметно подключали передатчик к системе безопасности, пока он с обворожительной улыбкой обсуждал с барменом тонкости выдержки виски. Сегодня он не был Хван Хенджином, сегодня он был самым опасным персонажем Драконов – Тенью.  Рядом Джисон – главный хакер Бешеных псов – Хамелеон, играя роль богатого туриста с деньгами, которые жгли карман, заказывал напитки дороже чьей-то месячной зарплаты. В его бокале, среди золотистых пузырьков шампанского, тихо покачивался миниатюрный EMP-девайс – крошечный демон, готовый в любой момент лишить электронику ее хваленого разума. – По моему сигналу, – едва слышно бросил Тень, поправляя галстук. Два слова – и тишина снова сомкнулась вокруг них. Все произошло за восемьдесят семь секунд – быстрее, чем успевает остановиться сердце от выстрела в упор. Экраны по всему бару вспыхнули, как прорвавшиеся из ада видения, выплевывая компромат на верхушку Каннам-па. Система безопасности захлебнулась в собственном коде, двери щелкнули, словно капканы, запирая внутри тех, кто еще секунду назад чувствовал себя хозяевами положения. Тень не прервал беседу, даже когда первый охранник рухнул на пол, сраженный невидимой стрелой дротика. Его голос оставался медовым, спокойным, будто он обсуждал погоду, а не наблюдал, как мир вокруг него рушится по заранее написанному сценарию. – Шоу начинается! – крикнул Хамелеон, поднимая бокал в ироничном тосте. Лед в шампанском хрустнул, и EMP-волна рванула наружу, выжигая электронику в радиусе двадцати метров. Они выскользнули через кухню, оставляя за собой "Octagon", превратившийся в театр абсурда. Хамелеон, словно злой дух, оставлял за собой шлейф дымовых шашек, пропитанных слезоточивым газом. Коридоры превратились в лабиринт страха, где каждый вдох обжигал легкие, а каждый шаг мог стать последним. Тень тем временем методично стирал следы их присутствия, его пальцы летали по клавишам, загружая в главный сервер вирус – цифрового червя, который должен был сожрать все, до чего дотронется. – Думаешь, они уже поняли подмену? – спросил Хамелеон, перезаряжая пистолет в лифте. Его глаза блестели, как у ребенка, нашедшего подарок под рождественской елкой. –Нет, – ухмыльнулся Хенджин, нажимая кнопку экстренной остановки. Лифт замер, погрузив их в темноту. – Но когда поймут, будет поздно. Они растворились в ночи, как тени, отброшенные умирающим фонарем. После них остались идеально-вычищенная База данных и визитка с надписью "Спасибо за гостеприимство", лежащая на стойке, как последний аккорд в симфонии хаоса. Где-то в глубинах бункера Со Чанбин наблюдал за всем через камеры, и его губы дрогнули в улыбке. Операция "Фантом" только начинала разворачиваться. А призраков, как известно, нельзя поймать.

****

Черный внедорожник Hyundai Palisade бесшумно рассекал ночную мглу Сеула, его шины мягко шуршали по мокрому асфальту. За тонированными стеклами мерцали отражения неоновых вывесок – мираж свободы, всегда остающийся в шаге недосягаемости. Джисон вел машину автоматически, его пальцы в такт тиканью поворотника отстукивали сложный ритм на руле. Этот автомобиль был специально для подобных выездов. Хенджин перебирал добытые флешки, их металлические грани холодно поблескивали в полумраке салона. – Когда-нибудь задумывался, что было бы, если завтра... нас просто не станет? Ни следов, ни вопросов. Чистый лист. – Джисон щелкнул уставшей шеей. Тишину нарушил только монотонный шум кондиционера. – Мысли – роскошь, которую нельзя себе позволять. В нашем мире либо движешься вперед, либо становишься предупреждением для других. – С этими словами Хенджин с силой захлопнул крышку бардачка, где обычно хранился виски, теперь пустого. – А если по-другому? У нас же теперь все козыри – информация, доступы, наконец-то достаточно рычагов, чтобы...Ты так вообще принц Драконов, чего тебе бояться?  – Чтобы что? – резко перебил Хван. – Просыпаться в холодном поту от каждого скрипа двери? Ты же видел, как заканчивают те, кто пытается выйти из игры. И ты прекрасно знаешь моего отца. Машина резко свернула в темный переулок, скрываясь от всевидящих глаз городских камер. – Значит, меняем правила. Если нельзя выйти – становимся теми, кто эти правила пишет. – Джисон крепче сжал руль.  Хенджин наконец повернулся к нему, его глаза в темноте казались абсолютно черными. – И в какой момент тогда мы становимся теми, от кого сами хотели сбежать? – Тихо, но четко.  Где-то вдали просигналила скорая – чья-то чужая трагедия в этом бесконечном городе.  – Значит, мы просто... продолжаем танцевать.? – Джисон снова взялся за руль, его профиль в свете уличных фонарей выглядел как вырезанный из камня. – Пока музыка не закончилась. Внедорожник плавно выкатился на освещенную трассу, растворившись в потоке таких же безликих машин. Где-то впереди уже маячили огни безопасного дома Хван Хенджина. 

****

Квартира Хенджина была такой, какой её и заполнил Джисон в последний раз: минималистичной, холодной и безупречно чистой. Стеклянные поверхности отражали свет городских огней, а чёрный кожаный диван казался скорее декорацией, чем местом для отдыха. В воздухе витал лёгкий аромат дорогого виски и металла – будто сама атмосфера напоминала, что здесь живет человек, для которого даже дом – часть работы. Джисон бросил куртку на спинку стула и опустился на диван, чувствуя, как усталость накрывает его волной. Операция прошла успешно, но в голове все еще гудело от адреналина. Он закрыл глаза, и перед ним сразу же возникло бледное лицо Минхо – его сжатые губы, тени под глазами, дрожь в пальцах, когда тот пытался встать. Он должен быть в безопасности, – мысленно повторил Джисон, как мантру. – Виски? – Хенджин поставил на стол два бокала и бутылку Macallan 25. Его движения были точными, без лишних жестов. – Ты же знаешь, что я не пью после операций. – Сегодня исключение. – Хван налил золотистую жидкость, и её аромат тут же заполнил пространство между ними. – Мы только что стерли с лица земли «Хрустальный архив». Это стоит отметить. Джисон взял бокал, но не сделал ни глотка. Просто смотрел, как свет играет в янтарных глубинах. – Ты думаешь о нём. – Это не было вопросом. – О ком? – Джисон притворялся, что не понимает, но знал – Хенджин видит его насквозь. Хван откинулся на спинку кресла, его тёмные глаза изучали Джисона с той же холодной расчетливостью, с какой он анализировал поле боя. – Десять лет. – Он произнёс это так, будто подводил итог. – Десять лет я наблюдал, как вы кружите друг вокруг друга, как нож и точильный камень. Вы стираете друг друга в порошок, но оттачиваете до блеска. Джисон стиснул зубы. – Ты говоришь, будто это что-то поэтичное. – Это факт. – Хенджин сделал глоток. – В первый раз я понял это на той крыше, когда ты пришёл к нему с бутылкой соджу. Ты мог сдать его «Псам». Но не сделал этого. – Потому что он был мне нужен. – Враньё. – Хенджин улыбнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. – Ты мог получить информацию десятком других способов. Но ты выбрал его. Как и он выбирал тебя тысячу десятков раз. Уж промолчу, что ты до сих пор красишь волосы в синий просто потому что Ягуару это очень нравится. – Усмешка. – А, ой, прости, сказал вслух.  Джисон резко встал, подошёл к окну. Сеул горел внизу, миллионы огней, миллионы жизней, и где-то среди них был Минхо – одинокий, раненый, спрятанный в бункере, как драгоценность в сейфе. – Что ты хочешь услышать, Хенджин? Что я не знаю, как жить без этого идиота? Что каждый раз, когда он подставляет меня, я хочу его придушить, но если это сделает кто-то другой – я разнесу весь город? Тишина. Потом лёгкий звон стекла – Хван поставил бокал. – Я хочу услышать, что ты наконец признаешь: вы – две стороны одной медали. Играете в кошки-мышки, но в итоге всегда оказываетесь в одной клетке. Джисон рассмеялся — резко, без радости. – Ты слишком много читаешь, принц. – А ты слишком долго врёшь сам себе. За окном пролетел вертолёт, его огни мелькнули, как сигнал бедствия. Джисон сжал кулаки. – Он предал меня. Десятки тысяч раз. – И ты его. – Мягко напомнил Хенджи, вставая, чтобы подойти к бару. – Но вот что интересно: после каждого предательства вы находите друг друга снова. Как будто это не ошибка, а... ритуал. Джисон закрыл глаза. Воспоминания нахлынули, как прилив: Минхо, взламывающий его сервер и оставляющий гифку с котом. Минхо, бросающий ему ключи от своей квартиры после перестрелки. Минхо, целующий его на крыше под дождём, когда оба знали – завтра они снова будут врагами. – Мы ненавидим друг друга, – прошептал Джисон. – Нет. – Хенджин повернулся, в его руке ещё один бокал. – Вы боитесь, что однажды другой действительно исчезнет. И тогда вам придётся признать, что всё это – не игра. Джисон взял бокал и наконец сделал глоток. Виски обжег горло, но боль была почти приятной. – Что нам делать? – спросил он, и в его голосе впервые за десять лет прозвучала не злость, а усталость. Хенджин поднял бокал в тосте. – Перестать бегать. За окном опять начался дождь. Капли стекали по стеклу, как слезы. Где-то в этом городе Минхо, возможно, смотрел на ту же самую тьму и думал о нём. Джисон допил виски и поставил бокал. Голова заболела.

****

На следующий день операция продолжилась – им нужно было проникнуть в запасной серверный центр Каннам-па, спрятанный за фасадом ничем не примечательного офисного здания в районе Каннам. Информация, добытая в Octagon, указывала, что там хранились резервные копии всех данных, включая компромат на высшие эшелоны власти. Если бы они уничтожали и это – Каннам-па потеряла бы всё. Хамелеон и Тень двигались по отдельности, соблюдая прикрытие. Джисон в роли IT-специалиста, вызванного для «срочного ремонта серверов», Хенджин — как аудитор из головного офиса. Их задача была проста: Хамелеон взламывал систему, Тень обеспечивал прикрытие и устранял угрозы. Но планы развалились в тот момент, когда они вошли в серверную. Комната была пуста – ни охраны, ни техников. Только мерцающие стойки с оборудованием и... одинокий парень, сидящий на полу с ноутбуком на коленях. Белоснежные волосы с выкрашенными в голубой кончиками, падающие на лоб, веснушки, рассыпанные по носу, словно золотая пыль. Он выглядел слишком юным для этого места, слишком невинным – если бы не холодный блеск в глазах, когда он поднял голову и увидел их. – О, – сказал он, и его голос звучал мягко и низко, почти мелодично. – Вы опоздали. Хенджин замер. Его пальцы непроизвольно сжались у пояса, где был спрятан нож. И было в его действии – не угроза, а... странное узнавание. – Кто ты? – резко спросил Хамелеон, уже доставая пистолет. Парень щелкнул пальцами, и экраны серверов вспыхнули красным. – Ли Ёнбок. Но вам, наверное, знакомо имя Феликс? Хамелеон почувствовал, как по спине пробежал холодок. Феликс. Он слышал это имя – призрак, хакер-одиночка, которого Каннам-па пыталась завербовать годами. Говорили, что он взломал Пентагон ради спортивного интереса. – Ты работаешь на них? – Хенджин шагнул вперед, его голос стал тише, но опаснее. Феликс рассмеялся – звук был легким, как звон колокольчика. – О, нет. Я просто... люблю хаос. – Он повернул ноутбук, и на экране мелькнули кадры: полицейские машины, мчащиеся к зданию, лица охранников, которых они обошли, теперь лежащих без сознания в подсобке. – У вас есть три минуты, прежде чем сюда ворвётся половина сеульского спецназа. – Ты подставил нас, – Хамелеон выглядел изрядно ахуевшим.  – Я проверил вас. – Феликс встал, его движения были плавные, почти лисьи. – Хван Хенджин... принц Драконов. И Хан Джисон – Хамелеон. Интересная у вас компания. Хенджин не сводил с него глаз. Джисон чувствовал неладное, Тень никогда себя так не вел, а теперь застыл как остолоп, пялясь на незнакомца. Незнакомца же? – Чего ты хочешь? Феликс улыбнулся, и в этот момент он выглядел как ангел, спустившийся в ад. – Поиграть. Сирены завыли ближе. Времени не было. – Мы уходим, – прошипел Джисон, хватая Хенджина за рукав. Но Хван не двигался. Его взгляд был прикован к Феликсу. – Ты знаешь, где Ли Минхо. Это не было вопросом. Феликс наклонил голову, словно рассматривая диковинную птицу. – Может быть. А может, я просто люблю наблюдать, как горят империи, – усмехнулся, растянув пухлые губы. Джисон уже тащил Хенджина к запасному выходу, но тот в последний момент обернулся. Феликс махнул рукой, как будто провожал старых друзей. – Мы еще встретимся. В конце концов... – Его голос донесся уже из-за захлопывающейся двери. – Кто-то должен перезагрузить систему. На улице их ждал черный внедорожник с работающим двигателем. Они рванули прочь, оставляя позади здание, которое через минуту оцепят полицейские. – Кто этот псих? – выдохнул Джисон, сжимая руль. Хенджин молчал. Потом тихо сказал. – Феликс – тот, кто знает больше, чем должен. Ли Феликс был новым джокером в этой бесконечной карточной колоде. 

****

Дождь за окнами безопасной квартиры Хенджина стучал по стеклу монотонным ритмом, словно отсчитывая секунды до нового хаоса. Джисон сидел на краю кожаного дивана, разбирая пистолет и протирая детали тряпкой, смоченной в оружейном масле. Механические движения успокаивали нервы, но не могли заглушить главный вопрос. – Кто этот блондин-черт и почему он знал о нашей операции? Хенджин стоял у окна, задернув штору ровно настолько, чтобы видеть улицу, но оставаться невидимым. В его руке мерцал экран планшета – сводка с камер наблюдения, перехваченные переговоры, последние перемещения Феликса. – Он не случайность, – наконец произнес Хенджин, не отрываясь от данных. – Феликс следил. Или… ждал. Джисон щелкнул затвором, проверяя ход. – Ждал чего? Чтобы мы вломились в серверную и он мог поставить нам подножку? – Нет. – Хенджин повернулся, и в его глазах мелькнуло что-то, что Джисон редко видел – удовлетворение. – Он проверял нас. Как геймдизайнер тестирует новых персонажей. Тишина. Только дождь за окном и тиканье настенных часов. Внезапно в комнате раздался мягкий пинг – сигнал тревоги на планшете Хенджина. На экране всплыло сообщение. Unknown Sender: Вы действительно думали, что взломали 'Octagon' сами? ;) – Это он, – Джисон подскочил. Однако, Хенджин не шелохнулся, только пальцы слегка сжали планшет. – Он оставил backdoor в системе. И теперь… играет с нами. Тьму разрезал луч фонаря с улицы, выхвативший из мрака силуэт у окна. Белоснежные волосы, слипшиеся от дождя. Десятки золотистых веснушек, рассыпанных по бледной коже, словно кто-то тронул пальцами, испачканными в солнечной пыли. Узкое лицо с лисьими чертами – острый подбородок, чуть вздернутый нос, тонкие брови. Но больше всего поражали глаза. Большие, круглые, цвета темного меда – они казались неестественно яркими в полумраке, как у ночного хищника. – Можно войти? – голос прозвучал неожиданно низко, бархатисто, с легкой хрипотцой, словно его обладатель только что проснулся или долго смеялся. Феликс. Он стоял на подоконнике, как кошка – одна нога снаружи, словно готов в любой момент исчезнуть в ночи. На нем была черная водолазка с вырезом под ключицы и рваные джинсы, а на запястьях – десятки силиконовых браслетов с чипами. Джисон вскинул пистолет, но Хенджин остановил его жестом. – Ты мог постучать в дверь, – сухо заметил принц Драконов. Феликс рассмеялся – звук был теплым, как мед, но с металлическим оттенком. – Скучно, – он спрыгнул на пол, и браслеты на его руках звякнули, как колокольчики. – К тому же, я люблю драматические эффекты. Он сделал шаг вперед, и свет уличного фонаря окончательно выхватил его из темноты. Белая челка, выкрашенная в нежно-голубой на концах. Губы, чуть тронутые блеском. И этот голос – голос, который не совпадал с хрупкой внешностью, струился, как густой дым, заполняя комнату. – Вы ведь знаете, кто я. Но не знаете, зачем я здесь. Он крутанул на пальце флешку и подбросил ее Хенджину. – Музыкальная пауза окончена, принц. Пора начинать настоящий концерт. Свет мигнул на мгновение, а когда загорелся вновь – их гостя уже не было.