куколка

— Будьте аккуратны, — сказал Цзин Юань механически. Он в высшей степени бессмысленно постучал по шипящему переговорному устройству подушечками пальцев — так просили замолчать говорливого соседа на интересной лекции, если он не обращал внимания на вежливый оклик. В ухе булькнуло несколько раз: «да, агент», «так точно, агент» и даже: «вас поняли, агент». Но в остальном особняк был обиталищем тишины. Она ощущалась окоченевшим трупом посреди комнаты — еще не разлагалась, но уже и не дышала. Цзин Юань окинул прихожую внимательным, долгим взглядом: дорогущее кремовое пальто на вешалке, наглухо закрытый платяной шкаф, пыльное зеркало, ровные ряды пустых полочек, палас с геометрическим узором перед дверью. Палас в прихожей. Это был такой плевок в лицо богатством любым случайным гостям, что Цзин Юань чуть не покривился. Впрочем, пыль занимала его куда больше. Люди статуса Лао Бая не опускались до того, чтобы пачкать ручонки о тряпку — в особняке должна была быть горничная. Однако толстый слой серого пуха на всех возможных поверхностях услужливо подсказывал, что либо здесь работал самый безалаберный человек на свете, либо Лао Бай не держал в этом доме прислугу. Занимательно — а вот его пятикомнатная квартира в центре Лофу была выдрочена до слепящего блеска, хотя в ней никто не жил уже добрую неделю. — Ноль-ноль-три, ноль-ноль-пять — на второй этаж, — сказал Цзин Юань, остановившись на стыке прихожей и роскошной гостиной. — Ожидаю обратную связь каждые пять минут. — Ноль-ноль-один, так точно, — Юйкун и новенький — к своему большому стыду Цзин Юань еще не запомнил его имени, ограничившись емким «ноль-ноль-три» в мыслях, — ответили хором. За них он был спокоен — в профессионализме Юйкун сомневаться не приходилось, а ноль-ноль-три пылал воодушевлением, и все знания из академии отскакивали у него от зубов. Цзин Юань вспоминал свой собственный энтузиазм в двадцать три — те же лучащиеся восторгом глаза, то же «я служу на благо сяньчжоуанского народа и никогда-никогда не возьму ни одной взятки». Через пару заданий все встало на места, и эти желторотые мысли вылетели из головы. Он мягко ступил на очередной палас, цепко выхватывая взглядом детали интерьера. Массивные перегородки из эбенового дерева, светлые кожаные диваны, панорамные окна, которые кто-то заботливо завесил блэкаут шторами, строгие кубические лампы. Цзин Юань аккуратно нажал на выключатель; помещение озарилось нежным молочным светом. Гостиная полнилась той же безжизненной запущенностью, что и прихожая — достаточно было первичной оценки. Ровный слой пыли покоился на стеклянных абажурах, на полках, уставленных идеальными рядами книг, на громадном экране плазмы, раскинувшейся на добрую половину стены. Цзин Юань вел себя привычно — ничего не касался без необходимости, но вот Фу Сюань уже остановилась у камина и поворошила золу кочергой. — Ноль-ноль-два, может, начнете с более очевидных мест? — Ноль-ноль-один, не умничайте, — лениво огрызнулась Фу Сюань и села на корточки, откидывая маленький паласик перед решеткой. Грудной голос исказился устройством связи: — И давайте к делу. Быстрее начнем, быстрее закончим. В ее словах была доля правды. Цзин Юань уж точно не мечтал о том, чтобы подольше царить среди откровенного китча — слишком очевидная и бесталанная реплика на Вервордта, которая кашляла ему в лицо безвкусицей, не прикрывая рта. Его, вообще-то, дома ждали Инсин, Мими, ужин, еще два вынужденных рабочих дня и долгожданный отпуск. Скоординироваться день в день не вышло, но у них было полторы совместных недели, утвержденный список фильмов к просмотру, меню на весь отпуск и вылет на Пенаконию длиной в четыре дня. Одной этой мысли оказалось достаточно, чтобы бодро начать осматривать шкаф. — Ноль-ноль-один, признаков постороннего присутствия не обнаружено, — сообщила Юйкун по связи. Цзин Юань скользнул пальцами по задней стенке шкафа и посветил туда фонариком. — Ноль-ноль-пять, вас понял. — Ноль-ноль-один, нашли ноутбук, защищен паролем. Работаем или передаем в отдел? — Ноль-ноль-пять, работайте, — разрешил Цзин Юань и вернулся к осматриванию полок. Фу Сюань была права, когда обыскивала самые неожиданные места, но ей не хватало практики — зачастую преступники вовсе не пытались смотреть на три метра в землю. — Ноль-ноль-один, вас поняли. Цзин Юань сделал два шага назад и поднял голову, оценивая, насколько вероятно было бы пропихнуть какие-нибудь бумаги между потолком и верхней границей шкафа. Мысль показалась неудачной — шкаф сделали качественно, вмонтировали так плотно, что туда даже пыль не просачивалась. Это было отчетливо видно — крошечные искры плясали в воздухе, поддуваемые включенным кондиционером, и… Цзин Юань вдруг нахмурился и уставился туда, откуда струился поток холодного воздуха — кондиционер? С чего бы ему работать ранней весной в доме, в котором уже давным-давно никого не было? Сделав круг глазами по комнате, Цзин Юань уперся взглядом в еще один, ровно напротив. На панели горело гордое «двадцать два градуса». Выходит, не случайность. Фу Сюань рылась у комода — почему-то под ним, а не в, — будто закладку искала, ей-оны. Мо Чжуанг изучал второй шкаф, осматривал полки и ящики. Убедившись, что никто не обращает на него внимания, Цзин Юань поднял тонированное забрало шлема и спустил с лица систему фильтрации. Он ждал этого, но острая вонь разлагающегося тела все равно больно ударила в нос. Сладкая тухлятина резко смешивалась с цитрусовым запахом многочисленных диффузоров, расставленных по комнате, и коктейль выходил настолько тошнотворным, будто кто-то выжал в один бокал грязную барную тряпку, которой намывалась стойка в течение всей смены, и предложил выпить. Цзин Юань моментально прижал фильтр обратно к лицу, но это уже было бессмысленно — трупный запах отпечатался на каждой альвеоле легких. — Ноль-ноль-два, ноль-ноль-четыре, предупреждаю — в доме труп. Мо Чжуанг ругнулся, но Цзин Юань его проигнорировал. Сделал два быстрых обхода по комнате, прочесывая ее зигзагом, остановился у проема, ведущего обратно в прихожую. Если труп спрятали на первом этаже, то его надо было искать либо по частям, либо в диванах, либо в стенах. Фу Сюань выключила свет и вынула ультрафиолетовый фонарик — Цзин Юань был уверен, что ее тоже догнала эта мысль, но проверить было необходимо. Важность потенциальных документов сейчас отошла на второй план. — Ноль-ноль-пять, ноль-ноль-три, как слышно? — спросил Цзин Юань, опускаясь на корточки перед диваном. — Ноль-ноль-один, слышимость отличная, — отозвалась Юйкун. — Ноль-ноль-три работает над сбором информации, ноль-ноль-пять — собираю биологический материал. — Ноль-ноль-пять, предупреждаю — в доме труп. Проверьте второй этаж. Юйкун молчала аж половину минуты. Бедный ноль-ноль-три. Не каждому в его первое дело доводилось повидать немного гниющей плоти. — Ноль-ноль-пять, как принято? — Ноль-ноль-один, вас поняли, — ответила Юйкун. — Ноль-ноль-один, следов крови не обнаружено, — сообщила Фу Сюань. — Ноль-ноль-два, вас понял. — Ноль-ноль-один, я осмотрю прихожую и лестницу. — Ноль-ноль-два, добро. Вас понял. Циничная сука внутри Цзин Юаня мрачно заметила — Инсин, Мими, ужин. Какая-то там Пенакония. Он, разумеется, не испытывал раздражения от того, что Лао Бай кого-то убил, но профдеформация не позволяла воспринимать смерть, как… смерть. Как что-то, от чего нужно схватиться за голову и закричать, соболезнуя умершему. Будь это так, любой сотрудник правоохранительных органов уже давно бы рехнулся, а профессиональный похуизм позволял не эмоционировать там, где это расшатывало психику и мешало работать. Единственным условием было вырубать его, когда общаешься с близким кругом жертвы. Но домой хотелось. То, что предполагалось как поиск документов с последующим протоколированием за пару часов, неумолимо превращалось в целый день сборки мясного конструктора. — Ноль-ноль-четыре, помогите отодвинуть диван. Цзин Юань смотрел на него уже с минуту — его играючи покусывало за загривок ощущение неправильности. Очередной палас — эоны, Лао Бай, наверное, оборачивал их вокруг члена и кончал от восторга, не иначе, — перекрывал добрую половину пола под диваном. В безвкусном, но выверенном интерьере, где каждый диффузор с раскрытыми строгим веером аромапалочками стоял ровно по центру полочки, книги шли друг за другом в алфавитном порядке, а журналы на столике у камина были сложены друг на друга типографской стопкой, палас под диваном выглядел еще странее, чем покрывало из пыли, опущенное на каждую доступную поверхность. Мо Чжуанг взялся за диван с противоположного края, и, пусть не без усилий, но вместе они сдвинули огромную кожаную дуру, обнажив белые царапины на темном полу. Так Цзин Юань подумал, и вдруг споткнулся об эту мысль — с чего бы Лао Баю так старательно прятать что-то под диваном, который он один был бы физически не в силах отодвинуть? Царапины не были царапинами — стоило скользнуть по ним пальцами в перчатке, чтобы обнаружить волокнистые следы резины. Диван стоял на потайных колесиках, элегантно прикрытых продолжением ножки с трех сторон. В животе завелось что-то мерзкое-мерзкое, очень похожее на начальную стадию зубной боли. Когда человек так для чего-то старался — это не предвещало ничего хорошего. Цзин Юань откинул примятый палас и посреди пола — ожидаемо — увидел люк, ведущий на цокольный этаж. Глубокий вздох утонул в системе фильтрации. — Ноль-ноль-четыре, в подвале предварительно находятся третьи лица, — предупредил Цзин Юань, — Ноль-ноль-два, вернитесь в гостиную. — Ноль-ноль-один, вас поняла, — откликнулась Фу Сюань. — Ноль-ноль-три, ноль-ноль-пять, спускайтесь на первый этаж. — Ноль-ноль-один, — сказала Юйкун, — вас поняли. — Ноль-ноль-один, — вмешался Мо Чжуанг, покрепче перехватывая лом — замок с люка нужно было сорвать. — Чем обосновано присутствие третьих лиц? Подняв немного оторопевший взгляд, Цзин Юань посмотрел на Мо Чжуанга. Его недавно перевели в их отдел, и сложно было не признать — они не сработались. Мо Чжуанг был из тех, кому эоны послали столько силы, что ума не требовалось, но, как и любой дурак с инициативой, чертовски хотел быть в курсе всех событий. — Ноль-ноль-четыре, почитаете протокол, — ответил Цзин Юань лаконично и добавил вошедшей Юйкун: — Ноль-ноль-пять, пойдете со мной. — Ноль-ноль-один, вас поняла. Он не знал, сколько будет свободного места на цокольном этаже. Не знал, что они там увидят, и не имел ни малейшего представления, в каком состоянии находился человек — или люди? — которые были там закрыты. На один процент Мо Чжуанг был прав, и, возможно, Лао Бай спускался туда, чтобы ебать разлагающийся труп или смотреть на те паласы, которые не поместились дома, но медицинское заключение из его личного дела сообщало о полном физическом здоровье. Цзин Юань изо всех надеялся на паласы. Еще одну безвкусную коллекцию запротоколировать было проще. Мо Чжуанг посмотрел на Цзин Юаня — в его взгляде отчетливо читалось обещание нажаловаться Цзинлю, начальству и вообще всем, кому не посчастливится быть свободными ушами, что его в этой команде не ценят, — но промолчал. Парой резких движений крепкий плоский замок был сорван с люка, и Цзин Юань откинул его в сторону. Он уже включил фонарь на шлеме, но это не было необходимостью — в распахнутом зеве цокольного этажа мерцал приглушенный свет. — Ноль-ноль-пять, будьте готовы к перехвату, — сказал Цзин Юань напоследок. Ему вдруг померещилось, что приторная трупная вонь пробилась сквозь фильтр. — Ноль-ноль-один, вас поняла. — Ноль-ноль-два, предупредите отдел. Пусть подготовят кинолога, двоих понятых и медицинского работника. Лучше — двух. — Ноль-ноль-один, вас поняла, — подтвердила Фу Сюань. — Ноль-ноль-два, будьте готовы вызвать их на точку. — Ноль-ноль-один, вас поняла. Последнюю реплику Фу Сюань, перерывающуюся белым шумом в ухе, Цзин Юань услышал уже на лестнице. Металлическая, добротно прикрученная к полу, она не оставляла сомнений в том, как часто ей пользовались. Цзин Юань цепко впился взглядом в переплетение труб, змеившееся по потолку — Лао Бай еще и на систему вентиляции не поскупился. Каждая деталь, которая вела их к этому помещению, кричала о том, что все было спланировано не одним месяцем. Не слышал только Мо Чжуанг. Сбоку от лестницы шли два ряда металлических шкафов — будто Лао Бай на самом деле заказал себе безразмерный тайник в доме, чтобы хранить обширную коллекцию миниатюрных гоночных машинок и всякое ненужное барахло. Впереди, едва ли в трех метрах от лестницы, висел настенный телевизор, по которому — Цзин Юань даже не сразу понял — шел «Том и Джерри». Задорный мышонок из его детства как раз схватил молоток и прилетел им по зубам обозленному коту, но нельзя было различить ни одного звука, свойственного этому жанру — кто-то отключил громкость. На диване, вся спинка которого была изгваздана чем-то черным, сидел мальчонка лет пяти. Прижал к груди худые коленки, крепко стиснув пустую коробку из-под хлопьев крошечными ручками, и смотрел на Цзин Юаня огромными светлыми глазищами.