Две души

Следующее утро в школе «Нефритового Пика» выдалось на удивление ясным. Солнце, казалось, старалось загладить вину за вчерашний ливень, заливая тренировочные площадки ярким, почти ослепительным светом. Для большинства учеников это был обычный день, наполненный звоном мечей, криками наставников и запахом пота. Но для Лин Синь мир необратимо изменился. Она стояла посреди того же самого песчаного двора, где вчера потерпела унизительное поражение. Деревянный посох в её руках больше не казался неподъёмной балкой из мёртвого дерева. Он ощущался как продолжение её собственной руки — лёгкий, послушный, ожидающий команды. Воздух вокруг неё вибрировал от сдерживаемой энергии, которую она теперь чувствовала каждой клеточкой своего тела. Каналы ци, ещё вчера бывшие сухими руслами рек, сегодня бурлили полноводным потоком. Наставник Лао стоял напротив, скрестив руки на груди. Его лицо, как обычно, не выражало никаких эмоций, но в прищуренных глазах читалось холодное любопытство. Вчерашнее унижение всё ещё висело в воздухе между ними, но сегодня он смотрел на ученицу иначе. Не как на бесполезный мусор. — Покажи мне то, что ты делала на утёсе, — его голос прозвучал так же сухо, но в нём появились новые нотки. Это был приказ исследователя, а не приговор судьи. Лин Синь молча кивнула. Она закрыла глаза всего на секунду, чтобы сосредоточиться. Ей не нужно было представлять маленький огонёк. Теперь она видела целое озеро жидкого пламени в своём даньтяне. Страх никуда не исчез полностью, он затаился глубоко внутри, но теперь он не был стеной. Он был лишь мелкой щепкой на пути ревущего потока. Девушка сделала шаг вперёд. Её стойка была безупречной. Центр тяжести смещён идеально. Когда она нанесла удар, это уже не было «механическим маханием палкой». Посох со свистом рассёк воздух, оставляя за собой едва заметный след призрачного пламени. Ударная волна от столкновения деревянного оружия с невидимой целью заставила песок под ногами взметнуться небольшим фонтаном. Лин Синь не просто ударила — она вложила в движение всю свою новообретённую силу, подкреплённую идеальной техникой. Наставника Лао отбросило на два шага назад. Чтобы удержаться на ногах, ему пришлось вонзить каблуки сапог в утрамбованный песок. На лице мужчины впервые за долгое время отразилось искреннее изумление, которое он тут же попытался скрыть за привычной маской невозмутимости. — Достаточно, — бросил он, поправляя рукав. — Что ж... похоже, медитация пошла тебе на пользу. Возвращайся к общей тренировке. И не зазнавайся. Он развернулся и ушёл, оставив Лин Синь стоять посреди двора. Другие ученики, прекратив свои занятия, смотрели на неё с открытыми ртами. Ещё вчера она была объектом насмешек и жалости. Сегодня она стала кем-то иным. Кем-то, кого стоит опасаться. Весь день Лин Синь провела как во сне. Каждое упражнение давалось ей с пугающей лёгкостью. Укрепление тела? Её кожа, казалось, могла выдержать удар кулаком без единой царапины. Контроль над внутренней энергией? Потоки ци струились по каналам, повинуясь малейшему желанию разума. Это было опьяняющее чувство всемогущества. Словно она всю жизнь ходила с завязанными глазами и тугим узлом на ногах, а сегодня утром повязку сняли, а узел развязали. *** Деревня Тихий Ручей встретила отряд учеников «Нефритового Пика» гробовой тишиной. Здесь не лаяли собаки, не мычали коровы и не кричали играющие дети. Лишь ветер уныло завывал в печных трубах пустых домов. Староста встретил их у околицы, выглядя так, будто постарел на десять лет за последнюю неделю. — Они приходят с закатом, господа культиваторы, — прошептал он, постоянно оглядываясь через плечо. — Сначала мы думали — волки. Потом увидели... тени. Они высасывают тепло из всего живого. Мой внук... он теперь холодный как лёд... Наставник отряда, старший ученик Ван, уверенно кивнул, хотя его лицо побледнело. — Мы разберёмся. Ученики! Разбейтесь на пары и прочешите деревню. Найдите источник скверны. Лин Синь досталась напарница — тихая девушка по имени Мэй, которая сама боялась каждого шороха. Вместе они обходили дом за домом, находя лишь следы панического бегства и жуткий, могильный холод, которым веяло от стен. Солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в багровые тона. Страх, который Лин Синь пыталась подавить, начал подниматься из глубины души, сжимая горло ледяной рукой. А потом солнце село. Первая тень появилась беззвучно, соткавшись прямо из сгущающихся сумерек в углу одного из амбаров. Это была не человеческая фигура, а скорее клубящийся сгусток мрака с двумя тусклыми зелёными огоньками вместо глаз. При виде живых людей оно издало звук, похожий на шипение пара, и метнулось вперёд. Всё пошло не по плану. Вместо слабых духов учеников атаковала целая стая этих существ. Они были быстры, сильны и совершенно невосприимчивы к простым ударам деревянного оружия. Одного из парней, попытавшегося создать огненную технику, сбили с ног и прижали к земле, вытягивая из него жизненную энергию. Его крик оборвался хрипом, а кожа стала мертвенно-бледной. Паника охватила отряд. Ученики, привыкшие к безопасности тренировочных площадок, оказались лицом к лицу с настоящим кошмаром. Лин Синь застыла на месте, парализованная знакомым ужасом. Она видела, как твари окружают её товарищей, и чувствовала, как её собственный даньтянь снова замерзает, превращаясь в кусок льда. Она снова была той десятилетней девочкой в горящем доме. — Лин Синь, беги! — крикнула Мэй, прежде чем её уволокли в тень. И в этот момент, когда казалось, что всё кончено, воздух прорезал другой звук. Низкий, утробный рык, от которого сами тени замерли на долю секунды. Из-за угла полуразрушенного дома вышла женщина. Она двигалась с грацией хищника, вышедшего на охоту. Меч покинул ножны со свистом, блеснув в свете луны. Первый же удар рассёк ближайшую тварь пополам, и та с мерзким визгом развеялась чёрным дымом. — Назад! — рявкнула Цзин, не оборачиваясь к ученикам. Её янтарные глаза пылали яростью. — Вы, детишки, только мешаетесь под ногами! Её клинок превратился в размытое пятно. Она не сражалась — она танцевала танец смерти. Каждая тень, осмелившаяся приблизиться, встречала свою гибель от её меча. Она двигалась сквозь орду врагов, как нож сквозь масло, оставляя за собой лишь рассеивающийся чёрный туман. Через минуту всё было кончено. Последний монстр исчез, издав предсмертный вопль. Наступила тишина, нарушаемая лишь всхлипами выживших учеников. Старший ученик Ван, пошатываясь, подошёл к спасительнице и низко поклонился. — Госпожа воин... кто вы? Как мне вас отблагодарить? Цзин небрежно стряхнула с клинка остатки чёрной слизи и убрала его в ножны. Она смерила взглядом кучку перепуганных подростков, задержавшись на секунду на лице Лин Синь. Девушка смотрела на неё со смесью ужаса, благодарности и непонимания. — Моё имя Цзин, — ровным голосом произнесла демоница, отвечая на вопрос, который застрял у Лин Синь в горле. — Можете запомнить. — Но почему... зачем вы нам помогли? — осмелился спросить Ван. Цзин медленно перевела на него взгляд, и её губы тронула едва заметная, холодная усмешка. — Развлечение ради, — просто сказала она. — Чтобы развеять скуку. Ваша возня выглядела достаточно забавной, пока не стало слишком скучно смотреть, как вас жрут. Ученики потрясённо молчали. Такой цинизм был страшнее самих теней. — А вообще, — добавила она, поворачиваясь, чтобы уйти, — держитесь подальше от моей территории. Я не люблю, когда всякая мелочь мешается под ногами. У меня свои счёты к этим тварям. Она бросила последний взгляд на Лин Синь, и в этом взгляде читался невысказанный приказ: «Живи». После чего Цзин развернулась и растворилась в ночной темноте так же внезапно, как и появилась. Лин Синь осталась стоять посреди разорённой деревни. Демоница спасла их, назвала своё имя, но ясности это не принесло. Ответы породили лишь новые вопросы. Она помогла им ради развлечения, но убивала подобных тварей из-за личных счётов. Она была загадкой, обернутой в угрозу. И самое главное — она знала, кто такая Лин Синь. А Лин Синь всё ещё не знала, кем на самом деле является её спасительница.