Ad severum hominem

      За завтраком случилось кое-что интересное: Поттер подошел к МакГонагалл, хмурый как туча, и что-то сказал тихо, почти на ухо. Блэка и Петтигрю не было за столом, как и Люпина, но последнее было неудивительно: оборотень всегда несколько дней после полнолуния отлеживался в Больничном Крыле. Лили тоже была хмурая и иногда украдкой посматривала на учительский стол. Похоже, я все-таки не просто откинул ребят ночью, и теперь у нас у всех будут проблемы.       Меня вызвали почти в самом конце первого урока. Профессор МакГонагалл была грустная и поникшая, старалась на меня не смотреть, пока вела по коридору в Больничное Крыло. Что же, хорошо, что разрешили взять с собой сумку, будет возможность привести материальные доказательства своих слов. В светлом и обычно тихом лазарете сегодня были слышны шепотки и поскуливание. Две соседние койки огородили ширмами, и рядом с ними стояли директор, мадам Помфри и профессор ЗоТИ – бывший мракоборец Джек Саммерс. Недалеко лежал Римус, всё ещё спавший мертвым сном после ночного забега. Судя по голосу из-за ширмы, Джеймс тоже присутствовал и подбадривал, как мог, друзей. Директор, сверкнув ярко-синими глазами из-за очков, попытался поймать мой взгляд, но не тут-то было: почти автоматически я сосредоточился на броши на воротнике его рубашки, мягко соскакивая с острия чужой легиллименции. Укрепив на всякий случай щиты, стал ждать вопросов. Разговор начался с, как ни странно, реплики Минервы:       - Северус, мистер Поттер… утверждает, что вчера ночью вы заколдовали двух учеников в их анимагических формах после отбоя… Нам бы хотелось узнать, чем вы их приложили и, по возможности, что же в итоге произошло.       Кивнул и, сняв с плеча Кузю, который все это время был рядом, залез рукой в сумку под недоуменные взгляды. Начав рассказ с того, как вышел из лаборатории, чтобы вернуться в гостиную, показал записку, а потом, опуская некоторые моменты вроде того, что прекрасно учуял, кто забрал кота, поведал о забеге до Запретного Леса. Поттер за ширмой притих, а Сириус начал поскуливать.       - А потом, на обратном пути я заметил магическое существо в лесу. По силуэту это был оборотень, – сказал, краем глаза заметив, что Дамблдор напрягся, – но это и неудивительно: слухи о том, что они в Лесу водятся, ходят давно.       Почему я решил увести из-под удара раскрытия Римуса? Потому что банально жалел. В каком-то смысле гриффиндорец импонировал желанием получить нормальное образование невзирая на болезнь-проклятие. Да и сам по себе Люпин был приятным, как по мне, человеком, который как мог останавливал друзей от некрасивых поступков. Даже похищение кота и то те провернули в день, когда староста не мог за командой присмотреть. Оттого желания раскрывать, что я знаю, кого встретил вчера, не было.       Профессор Саммерс, услышав об оборотне, засуетился, а Помфри тут же схватила меня за руку, попытавшись отвести за ширму, но была мягко остановлена:       - К счастью, до меня он даже не дотронулся, хотя и преследовал. Я трансформировался, подхватил Кузю и дал стрекача к воротам школы. Увы, но добежать мы не успевали, так что, когда оборотень подобрался совсем близко, у меня случился магический выброс, очень похожий на Протего. О него волколак стукнулся мордой, но потом из ниоткуда выскочил здоровый пес или волк. Я так и не разобрался, правда, кто это был, но с перепугу снова вдарил сырой магией. Нечто на четырех лапах отлетело назад, и оборотень отвлекся, а я воспользовался этим и прошмыгнул в школу. Честно говоря, не припомню, чтобы встречал учеников по дороге в гостиную, да и, думаю, те бы рассказали о здоровой дикой кошке, гуляющей по замку.       - Кхм, – кашлянула МакГонагалл, – боюсь, Северус, что «нечто», которое ты оттолкнул выбросом, и было учениками.       Притворившись, что удивился, а после задумался, ответил:       - Нелегальная анимагия? Да они смельчаки!       За ширмой кто-то зашуршал простынью. Джек Саммерс, улыбнувшись, похлопал по плечу, сказав, что я отлично себя повел при встрече с магическим существом класса ХХХХХ, но попросил проверить палочку на случай, если заклинания все-таки применялись. Что же, диагностика показала «финиту», и от меня отстали. Я был готов принять наказание за нарушение комендантского часа, но не был дураком настолько, чтобы напомнить об этом самостоятельно. Медсестра все-таки настояла на осмотре, подтвердив, что ликантропией от меня и не пахнет, да оставила сидеть на одной из свободных коек, поглаживая Кузю. Подслушав тихие разговоры Дамблдора и Помфри, узнал, что, оказывается, Сириус и Питер застряли в аниформах и стандартное отменяющее заклинание не сработало. Теперь профессора и директор, сведущий в трансфигурации, пытались разобраться, как вернуть гриффиндорцам людской облик. А пока они, отойдя в сторонку, спорили о том, что именно могла сотворить бесконтрольная магия.       За ширмой Джеймс тоже о чем-то шептался с, судя по звукам, Сириусом. Услышав полную историю, Поттер начал воспитательную беседу с Блэком, поясняя, почему трогать кота было излишне и вообще за гранью здравого смысла, даже волшебного. Диалог был в какой-то степени комичным: в ответ на возмущенно-обиженные реплики подростка слышался то скулеж, то фырканье. Питер, видимо, решил не отсвечивать или просто спал. Наконец, Поттер прошептал: «Иди и извинись хотя бы так!», и из-под занавески показался мокрый нос. Взрослые как раз отошли подальше, увлеченные своим разговором, и обращали мало внимания на эту область. За носом выглянули серые виноватые, немного испуганные глаза, и вот уже Блэк встал передо мной, трогая передней лапой колено. Вопросительно подняв бровь, наблюдал, как Сириус, поскуливая, лег на пол, прижав морду вниз, всеми силами изображая накосячившее существо с надеждой на милость. Вздохнув, посмотрел в глаза Кузе и спросил мысленно, как он считает справедливым поступить. Оказалось, что кот менее злопамятен, чем я: в ответ я чувствовал почти полное безразличие к Блэку и легкое желание «пометить» его кровать, как бы отобрав территорию. Видимо, Кузе этого было достаточно. Что же, скорректировав идеи полукнизла, получил согласие фамилиара на новые требования и, погладив не сопротивляющегося Сириуса, мотнул головой на занавеску и под пристальным взглядом директора скользнул внутрь вслед за псом. Внутри койка была опущена почти на уровень пола, и Джеймс сидел на ее крае, протирая очки. Присев сбоку, шепотом объяснил новые правила игры:       - Что же, вам с какой-то степени повезло, что я успел остыть. Но! Еще раз пристанете – и советую не есть ничего в пределах школы. И не пить. Ясно?       Джеймс и Сириус закивали, и даже Петтигрю, который обнаружился в «пещерке» из больничного одеяла, мотал головой в согласии, оперевшись на задние лапки. Я продолжил:       - Тогда, во-первых, ваш дуэт летом отработает неделю со мной в лаборатории в качестве за компенсации. И во-вторых, вы добровольно будете помогать Кеттлберну и леснику с нашими школьными магическими существами минимум месяц на седьмом курсе, чтобы больше неповадно было считать живое существо хорошим способом кому-либо отомстить. Профессор как раз жаловался, что перестает справляться со всеми загонами со своим протезом вместо ноги.       - Хорошо, сделаем, – серьезно согласился Поттер, и по его глазам я понял, что парень действительно не совсем подходит под определение слова «придурок».       Если сможет сдержать остальных, то может и поменяется. В любом случае это хорошая возможность если не закопать топор войны, то разойтись по разные стороны.