Глушители разума.

​В комнате Радио-демона стояла тяжелая, почти осязаемая тишина. Полумрак, пробивающийся сквозь плотные багровые шторы, застыл, словно само время здесь замедлило свой ход. Аластор неподвижно стоял посреди ковра, крепко сжимая в руке трость-микрофон. На его лице, как и всегда, сияла неизменная, широкая улыбка, но за этой безупречной маской скрывалось предельное, натянутое до звона напряжение. ​Он чувствовал это. Чужое, холодное присутствие. Оно не проявляло себя ни звуком, ни движением, но воздух позади него казался ледяным, а тени на стенах неестественно замирали, вопреки логике. Аластор заставил себя сделать глубокий вдох. На мгновение его оленьи уши дернулись, но он намеренно проигнорировал это ощущение, заталкивая липкое чувство чужого взгляда глубоко внутрь своего разума. Нельзя поддаваться. Нельзя показывать, что эта невидимая сила имеет над ним хоть какую-то власть. ​Резко развернувшись на каблуках, Аластор ровной, уверенной походкой направился к выходу. Стоило тяжелой дубовой двери закрыться за его спиной, как гнетущая атмосфера комнат немного отступила, сменившись привычным гулом коридоров отеля. ​Спустившись на первый этаж, Аластор направился в сторону вестибюля. Сегодня здесь было на удивление оживленно: несколько новоприбывших грешников как раз стояли у стойки регистрации, испуганно озираясь по сторонам и заполняя анкеты. Весь этот хаос требовал его контроля, и Радио-демон уже приготовился включить свой самый радушный и пугающий радио-голос, как вдруг его путь преградила знакомая фигура. ​Люцифер Морнингстар стоял чуть поодаль от стойки, скрестив руки на груди и наблюдая за процессом. При виде Аластора Король Ада слегка прищурился, и его взгляд сразу потерял прежнюю расслабленность. ​— О, посмотрите, кто наконец соизволил спуститься к своей обожаемой публике, — с легкой, привычной иронией произнес Люцифер, перекрывая тростью дорогу демону. — Я уж думал, ты решил забаррикадироваться в своей радиорубке до конца недели. ​Аластор замер, его улыбка стала чуть острее, а из микрофона вырвался короткий, резкий всплеск статических помех. Обычно он с легкостью принимал эти словесные пикировки, отвечая колкостью на колкость, но сегодня внутреннее напряжение лишало его терпения. ​— Ваше Величество, — в голосе Аластора зазвучал отчетливый, вибрирующий радио-эффект, полный холодного превосходства. — Рад видеть, что у вас так много свободного времени, чтобы следить за моим расписанием. Однако, в отличие от некоторых, у меня есть реальные обязанности по управлению этим заведением. Если вы позволите... ​Он попытался обойти Короля, но Люцифер не сдвинулся с места. Напротив, он сделал шаг ближе, и его взгляд внезапно изменился. Напускной сарказм исчез, уступив место пристальному, оценивающему вниманию. Король слишком хорошо умел читать чужие эмоции, и сейчас он заметил, как едва заметно подрагивают пальцы Радио-демона на рукояти трости, и каким натянутым кажется его вечный оскал. ​— Погоди, — тихо, без прежней издевки произнес Люцифер, всматриваясь в лицо Аластора. — Что с тобой? Ты выглядишь так, будто... не знаю, растерял половину своих хваленых сил. Всё в порядке? ​Этот вопрос, прозвучавший слишком искренне, ударил по гордости Аластора сильнее любого оскорбления. Показать слабость перед Королем? Позволить ему заметить, что внутри что-то идет не так? Это было абсолютно недопустимо. ​— Мое состояние — абсолютно не ваше дело, Люцифер, — резко огрызнулся Аластор, и его радио-эффект на секунду сорвался на тяжелый, угрожающий гул. Глаза-приемники опасно сузились. — Займитесь своими королевскими делами и не лезьте туда, куда вас не просят. Я прекрасно справляюсь без вашей сомнительной заботы. ​Люцифер от такого тона мгновенно вспыхнул. В его золотистых глазах на долю секунды промелькнул опасный алый блеск, а пальцы крепче сжали рукоять яблочной трости. Вся его попытка проявить понимание тут же сгорела в огне уязвленного величия. ​— Знаешь что? — раздраженно выдохнул Король, делая шаг назад и высоко поднимая подбородок. — Отлично. Пожалуйста. Забываю, с каким неблагодарным и заносчивым эгоистом имею дело. Справляйся сам, сколько влезет, пока твоя улыбка окончательно не треснет пополам. Больше я к тебе и близко не подойду! ​Развернувшись на месте, Люцифер стремительным шагом направился в противоположную сторону, едва не задев крылом одного из испуганных грешников. ​Аластор остался стоять посреди холла. Его грудь тяжело вздымалась, а радиопомехи в голове продолжали шуметь зловещим белым шумом. Он победил в этой перепалке, заставив Короля отступить, но внутри не было никакого триумфа — лишь нарастающее, леденящее чувство, что невидимая петля вокруг его шеи затягивается всё туже. Аластор так и остался стоять посреди вестибюля, буравя взглядом то место, где только что исчез разгневанный Владыка Ада. Весь его силуэт словно окаменел, а из динамика микрофона продолжал валить глухой, ровный гул пустого эфира, от которого новоприбывшие грешники испуганно втягивали головы в плечи. ​Внутри Радио-демона бушевал пожар из уязвленной гордости и глухого раздражения, но стоило шуму шагов Люцифера окончательно затихнуть в дальних коридорах, как ледяной воздух за спиной сгустился с новой силой. ​Присутствие, которое он так отчаянно пытался игнорировать в своей комнате, вернулось. Теперь оно было здесь, в общественном месте, прямо посреди оживленного холла отеля. ​Аластор почувствовал, как шею обдало неестественным, могильным холодом, от которого по коже пробежали неприятные мурашки. Ему стоило огромных усилий не обернуться резко назад, не выдать себя перед замершими у стойки регистрации демонами. Его вечная, широкая улыбка на секунду судорожно дернулась, но он тут же вернул ей прежний, жесткий контроль. ​— Заполняйте анкеты живее, дорогие мои, у отеля плотный график, — с наигранной веселостью, сквозь зубы проговорил Аластор, заставляя свой радио-голос звучать стабильно. ​Он медленно двинулся вдоль стены, направляясь к лестнице. С каждым его шагом тени на коврах испуганно сжимались и дрожали, словно подчиняясь какому-то чужому, куда более зловещему присутствию, которое неотступно следовало за Радио-демоном, наступая ему буквально на пятки.