Врач может за ночь много раз

      Дэвид, будущий (и уже успешный) терапевт, с мягкой улыбкой положил карточки на край доски:       — Снимайте последнее, ребятки. Я снова выиграл.       Раздались недовольные пьяные возгласы, но делать нечего — зашуршала одежда, легли аккуратной стопкой трусы...       Дэвид ухмыльнулся шире, довольный своей очередной победой, но не только ею.       — Вспоминайте, чья это была идея поиграть на раздевание.       Вот же они, красавчики всей медицины, слева направо...       Практически рядом с Дэвидом сидел Франц: худенький и очень милый патологоанатом протестовал больше всех, но остался без трусов самым первым. Далее вместе сидели братья-блондины, Соломон и Саймон: первый выбрал нейрохирургию и на сегодня неправильную тактику игры, которая лишила его рубашки и брюк, а второй отдался травматологии, что не спасло его от потери свитера с ламами. Прячась друг за друга и неловко посмеиваясь, возле камина краснели кардиолог с анестезиологом: Джейсон и Майлз остались в одних лишь носках. Увереннее всех проигравших держался студент-стоматолог: Феликс с голой задницей стоял у окна и допивал виски.       — Ты жульничал.       Вдруг рискнул скромно пробормотать Франц, прикрывая ладонями свой член:       — Я с тобой играть больше не буду.       — Да ладно тебе, дорогуша!       Пьяные студенты решили уже разойтись по комнатам. Они все собирались ночевать в этом большом доме Дэвида, поэтому каждый мог рухнуть в любой комнате по вкусу.       — Мальчики...       Сладко позвал терапевт, расстёгивая свою рубашку:       — ...вас поцеловать на ночь?       — Да иди ты, засранец!       Дэвид с улыбкой проводил последнюю голую задницу, исчезнувшую где-то на втором этаже, после чего блаженно потянулся.       — Красивые...       Пальцы сквозь ткань брюк нащупали ноющий затвердевший член:       — ...и все мои.