Контракт на похищение

Чонин не спал вторые сутки. Боль в животе притупилась — врач колол ему сильные обезболивающие, но разум оставался ясным. Слишком ясным. Каждую минуту он прокручивал в голове одну и ту же картину: Сынмин там, у Джунхана. Один. Беззащитный. Когда в дверь палаты тихо постучали, Чонин уже ждал. — Войдите. Вошли двое. Первый — Ёнсук, бывший разведчик, ныне частный детектив на пенсии. Низкий, коренастый, с сединой на висках и цепкими глазами, которые видели всё. За ним — молодой парень, почти мальчик, с худым лицом и быстрыми движениями. Чонин его не знал. — Чонин-а, — Ёнсук кивнул, присаживаясь на стул у кровати. — Выглядишь паршиво. — Чувствую себя не лучше, — ответил Чонин. — Кто это? — Мой помощник, Джихо. Хороший хакер и следопыт. Понадобится. Парень молча кивнул, достал ноутбук из рюкзака и сел в угол, готовый работать. Чонин с трудом приподнялся на подушках, поморщившись от боли. — Что узнал? Ёнсук открыл планшет, пролистал несколько файлов. — Джунхан Пак, тридцать два года. Формально — владелец нескольких ночных клубов и мелкого строительного бизнеса. Неформально — организатор договорных матчей, поставщик девушек для вип-клиентов, несколько эпизодов с насилием, которые замолчали за деньги. Сынмин не первый его парень. Был ещё один, года три назад. Тоже молодой, тоже светловолосый. Тот... не выжил. Официально — самоубийство. Чонин сжал кулак. — Где он держит Сынмина сейчас? — В своей квартире в центре. Не в той, где они жили раньше — в новой, на шестом этаже элитного дома. Там круглосуточная охрана, камеры, кодовые замки. Просто так не войти. — Я не собираюсь заходить просто так. Мне нужен план. Ёнсук кивнул Джихо. Тот развернул ноутбук экраном к Чонину. — Вот схема дома, — начал Джихо тихим, быстрым голосом. — Два входа: основной — через лобби, там охрана, пропускная система, камеры каждые пять метров. Чёрный вход — через подземный паркинг, грузовой лифт. Охраны меньше, но есть магнитные замки. — Как их взломать? — Электроника — моя часть. Я могу отключить камеры на тридцать секунд, пока вы проходите через паркинг. Магнитные замки обойти сложнее, но у меня есть копия ключа-карты. — Джихо достал из кармана пластиковую карту. — Один из людей Джунхана был неосторожен в баре. Я скопировал, пока он пил. Чонин поднял бровь. — Ты работаешь быстро. — Он хорош, — подтвердил Ёнсук. — Но это только полдела. В квартире самого Джунхана — своя сигнализация. Когда вы войдёте, у вас будет минут десять, не больше, пока не приедет частная охрана. За это время нужно найти Сынмина, обезвредить Джунхана и выйти. — Обезвредить — это убить? — спросил Чонин прямо. Ёнсук пожал плечами. — Это ты решаешь. Но если он останется жив — будет искать вас снова. И найдет. У него связи и деньги. Чонин замолчал. Внутри всё кипело. Он хотел убить Джунхана собственными руками. Медленно. За каждый синяк на теле Сынмина, за каждую слезу. Но он понимал, что личная месть может стоить им побега. — Какой у нас временной горизонт? — спросил он. — Через три дня у Джунхана запланирована встреча с крупными партнёрами в отеле. Он будет отсутствовать примерно четыре часа. Это наш шанс. Войти, забрать парня, уйти. Без шума. — А если Сынмин не в квартире? — Будет, — уверенно сказал Ёнсук. — Джунхан никуда его не выпускает сейчас. Держит как зеницу ока. Там же кормит, там же держит. Наш человек видел, как в квартиру привозили продукты и лекарства. Скорее всего, Сынмину нужна медицинская помощь. Чонин снова сжал кулак — до хруста в костяшках. — Через три дня я ещё буду на ногах? В разговор вступил врач, который незаметно зашёл в палату. Он стоял у двери, скрестив руки. — Не будете, — сказал он твёрдо. — У вас пулевое ранение с повреждением кишечника. Через три дня вы даже сидеть не сможете нормально. — Я поеду, — ответил Чонин таким тоном, что врач не стал спорить. Ёнсук посмотрел на Чонина долгим взглядом. — Ты уверен? Если свалишься в процессе, мы все трупы. — Уверен. Он ждёт меня. Я не могу его подвести. Джихо тихо спросил: — А что с ним сделал Джунхан? Мы знаем? Чонин закрыл глаза. Ему не нужно было знать деталей — он и так догадывался. Сынмин, беззащитный, в руках садиста. Три дня прошло с того момента, как его забрали. Три долгих дня. — Неважно, — сказал Чонин. — Главное — вытащить его живым. Ёнсук вздохнул, покачал головой, но кивнул Джихо. — Готовь оборудование. Будем работать послезавтра ночью. Чонин, ты с нами? — Да. — Тогда учись ходить за два дня. У тебя есть костыли. Ёнсук и Джихо ушли. Врач сделал Чонину укол, поменял повязки и тоже вышел, покачивая головой. Чонин остался один. Он смотрел в потолок и считал часы. «Сынмин, — думал он. — Ещё два дня. Я приду. Только держись». Он попытался встать с кровати. Схватился за спинку, на ногах держался секунду — и рухнул обратно, взвыв от боли. Но не сдался. Встал снова. На этот раз устоял. Сделал шаг, второй. В палате было тихо. Только глухие удары костылей об пол отмеряли расстояние до спасения.

***

Через час Ёнсук и Джихо вернулись. На этот раз — с ноутбуком и довольными лицами. — У нас есть кое-что ещё, — сказал Джихо, разворачивая экран к Чонину. — Пока ты учишься ходить, мы взломали все аккаунты Джунхана. Все. Соцсети, облачные хранилища, даже старые форумы, где он регистрировался под псевдонимами. Чонин приподнялся на локтях. — И что нашли? Джихо начал листать — фотографии, скриншоты переписок, видео. — Вот его «бизнес-партнёры» — на самом деле клиенты, которым он поставлял несовершеннолетних. Вот переписка, где он хвастается друзьям, как «воспитывает» своих парней. Вот видео — он сам снимал, как издевается над бывшим парнем. Тот самый, который не выжил. Чонин смотрел на экран, и в груди поднималась холодная, белая ярость. — Это не всё, — добавил Ёнсук. — Мы нашли его старый чат в закрытом канале. Оказывается, он педофил. У него были связи со школой-интернатом. Жертвам — по тринадцать-четырнадцать лет. — Доказательства? — Железные. Снимки, платежи, адреса. Среди них — один мальчик, который потом покончил с собой. Родители до сих пор не знали, почему. Чонин закрыл глаза. Сынмину повезло, что он уже был взрослым, когда попал к Джунхану. Но сколько других сломанных жизней осталось за кадром? — Что вы собираетесь делать с этой информацией? — спросил он. — Выложить в открытый доступ, — сказал Джихо. — Все соцсети, все новостные каналы, все форумы, где его знают. Анонимно, но с доказательствами, которые невозможно подделать. К утру его имя будет у всех на слуху. Полиция не сможет замять — слишком громко. — Он не должен успеть сбежать, — заметил Чонин. — Не успеет. Мы запустим публикацию в тот момент, когда вы пойдёте на операцию. Пока Джунхан будет отбиваться от звонков и пытаться всё удалить, у вас будет больше времени. Чонин кивнул. Это был не просто план мести — это был приговор. Даже если Чонин не убьёт Джунхана лично, его жизнь разрушится. Репутация, деньги, связи — всё превратится в пепел. Быстрее, чем сгорел лесной дом. — Хорошая работа, — сказал Чонин. — Мы ещё не закончили, — усмехнулся Ёнсук. — Я нашёл старых жертв Джунхана. Тех, кто выжил и готов дать показания. Четверо парней. Одна девушка. Все подпишут заявления, как только увидят, что его имя в топе новостей. — Он сядет? — спросил Чонин. — Если не сбежит и не заплатит судьям — то сядет надолго. Но мы сделаем так, чтобы заплатить было некому. Счета Джунхана мы тоже заблокировали — через «дружественных» хакеров в трёх банках. Чонин посмотрел на свои руки — ещё бледные, с заживающими ожогами. У него не было сил аплодировать или улыбаться. Была только одна мысль: «Сынмин должен это увидеть. Он должен знать, что этот монстр больше никого не тронет». — Запускайте публикацию завтра вечером, — сказал Чонин. — И приготовьте мне бронежилет. Я пойду первым. — Ты даже стоять нормально не можешь, — заметил Ёнсук. — Смогу. Ради него. Джихо закрыл ноутбук, кивнул Чонину и вышел вместе с Ёнсуком. В палате снова стало тихо. Чонин взял костыли и снова попытался встать. На этот раз он сделал целых пять шагов до окна и обратно. Боль была адской, но он улыбнулся — впервые за много дней.