Поворот на 180

Взлёты и падения, травмы и слёзы — обычный путь каждого спортсмена. Начинают сотни, продолжают десятки, но доходят до финала лишь единицы. Не каждый готов выдержать ежедневное давление тренеров, родителей, вечные сравнения с теми, кто лучше, выше, сильнее. Оказаться на вершине можно, только если переборешь себя и станешь лучше не только прежнего себя, но и других. Фигурное катание, как и любой другой спорт, никогда не давало послаблений. Лучшим может стать либо гений, либо тот, кто отдал всю молодость ради результата. Наён относилась ко второму типу. Каждый день после школы — зал, потом лёд, и так без выходных. И это приносило плоды: последние два года она выигрывала все юниорские чемпионаты Кореи, а иногда даже поднималась на пьедестал на мировых соревнованиях. Но если внутри страны она была одной из сильнейших, то на международной арене оставалась всего лишь посредственной фигуристкой, на которую никто не делал больших ставок. Единственный человек, кто в неё верил безоговорочно, — отец. Он работал пожарным, пропадал сутками на дежурствах, но всегда находил время позвонить перед стартом и сказать: «Ты моя чемпионка, дочка». Мамы не было — она ушла, когда Наён была слишком маленькой, чтобы помнить её лицо. Наён не страдала по этому поводу. У неё был папа. И лёд. Уже неделю Наён замечала на катке парня, которого раньше не видела. Высокий, худощавый, с хорошей спортивной формой, но не перекачанный — таким его описывали девчонки в клубе, которые ворковали о нём без остановки. Лицом он вышел вполне симпатичным, хотя сама Наён из-за собственной скромности так и не решалась разглядывать его в упор. Судя по акценту, он приехал из Сеула. Прыжки у него были чистыми и уверенными. Однажды, возвращаясь с тумбой от скамейки, Наён случайно столкнулась с ним взглядом. Он коротко кивнул. Она тут же отвернулась и сделала вид, что поправляет лезвие ботинка. Сердце почему-то стукнуло лишний раз. Она так и не заговорила с ним. В обычный тренировочный день — кажется, это был четверг — после прогона программы тренер подозвала Наён к себе. Рядом стоял тренер того самого парня и он сам. — Ну-ка, встань с ним рядом, — сказал его тренер спокойным, но деловым тоном. Наён сделала шаг и замерла на расстоянии вытянутой руки. — Ближе, не стесняйтесь, — мягко добавила её тренер. Парень вопросительно посмотрел на своего тренера, тот кивнул. Тогда он сам взял Наён за плечо и аккуратно подвинул почти вплотную. От него пахло льдом и мятной жвачкой. — Отлично смотрятся, не правда ли? — спросила тренер Наён, обращаясь к коллеге. — Вполне, — кивнул мужчина. — Наён, сколько весишь и какой рост? Только честно. Наён потупила взгляд и переступила с ноги на ногу. Ей всегда было неловко говорить о весе при посторонних, особенно при парне её возраста. — Ну… — она замялась, теребя край рукава. — Рост… сто пятьдесят восемь. А вес… Она замолчала, кусая губу. — Не стесняйся, это просто цифры для работы, — ободряюще сказала её тренер. — Тридцать восемь, — выдохнула Наён, так и не подняв глаз. — Кожа да кости, — без осуждения констатировал мужчина. — Проблем с весом не будет. Сонхва, ты как? Поднимешь? — Попробую, — тихо ответил парень. Голос у него оказался низким и спокойным. — Наён, — её тренер мягко взяла её за руку. — У нас с господином Паком есть идея. Ты и Сонхва — очень успешные одиночники. Мы хотим попробовать поставить вас в пару. Всего две дополнительные тренировки в неделю, чисто экспериментально. — А можно… отказаться? — Наён наконец подняла глаза. — Можно, конечно, — ответила тренер. — Но я бы очень тебя просила попробовать. Хотя бы пару занятий. Ты талантливая, и мне кажется, у тебя есть шанс раскрыться в паре. Не хочешь — никто не заставит. Наён уставилась в пол. — Но я толстая, — тихо сказала она. — Он меня не поднимет. Тренер Сонхвы удивлённо поднял бровь. — Толстая? — переспросил он. — Наён, при твоём росте и весе… скорее, наоборот. Ты на грани. Тебе нужно набирать мышечную массу, а не худеть. — Это для здоровья важно, — добавила её тренер обеспокоенно. — Ты в последнее время слишком мало ешь. Мы говорили об этом. — Я в порядке, — отрезала она слишком резко. — Со мной всё нормально. Тренеры переглянулись, но спорить не стали. — Ладно, — вздохнула её тренер. — Давайте так. Завтра в шесть утра пробная тренировка. Если после неё скажешь «нет» — вопрос закрыт. Идёт? Наён кивнула, не поднимая глаз.

***

Она не пошла в раздевалку сразу. Сначала свернула в туалетную кабинку, закрылась на щеколду и прислонилась спиной к холодной стене. В горле встал ком. Она знала это чувство. Когда забываешь поесть, потому что нужно докатать программу. Когда перед зеркалом кажется, что бёдра стали шире, хотя весы показывают одно и то же уже третью неделю. «Это просто соревновательный режим, — убеждала она себя. — Перед стартами все худеют. Ничего страшного». Она посмотрела на своё отражение в мутном зеркале над раковиной. Бледная. Синяки под глазами. Скулы слишком острые. — Ещё пару килограммов, — прошептала она себе. — Тогда у меня точно получится. Тогда я буду лучшей.