Слишком мало, слишком поздно

      Счастье мимолётно. Оно похоже на маленький нежный лист, который подхватывает ветер; лист приземляется снова и снова в разных местах, пока не достигнет конца своей короткой жизни — сморщенный, утративший свой яркий зелёный цвет… Та ничтожная роль, которую он сыграл во вселенной, быстро забывается. Эту аналогию можно применить ко всем живым существам: растениям, животным, людям и демонам.       Юмеко замерла как вкопанная. В лесу было тихо, тишину нарушали лишь завывания ветра да изредка — карканье её вороны-цугай. Эта тишина напомнила ей ту летнюю ночь, когда серебряная луна стояла в зените, когда она из последних сил бежала на повреждённых ногах так быстро, как только могла, когда бросилась вперёд со всей мощью с нагинатой наперевес — но этого оказалось недостаточно. Ничего бы никогда не оказалось достаточно. Даже сейчас, получившая недавно звание Столпа Грёз, она не думала, что смогла бы добраться до отца достаточно быстро, чтобы спасти его, и чувство вины пожирало её заживо.       Каждый раз, когда это воспоминание возвращалось, чтобы отравить ей жизнь, казалось, ещё немного — и вена на её голове лопнет. Она помнила того человека… ту тварь, того монстра. Демон перерубил её отца пополам. Он даже не съел его — оставил тело гнить, пока лужа багровой крови растекалась по лесной земле, медленно достигая того места, где она стояла на коленях, пропитывая её хаори с узором из звёзд и луны.       Она моргнула, и реальность ударила в лицо: она больше не видела лес из той ночи. Вместо этого перед ней простирался бесконечный, засыпанный снегом лес. Глупые мысли, попыталась она одёрнуть себя. Её взгляд вернулся к тропе. Кураями, её ворона-цугай, привела её в место, где в окрестностях начали появляться слухи о демоне. Хотя сейчас был день, облачная погода вполне могла позволить этому «демону» передвигаться и при свете солнца. Она надеялась поймать его прежде, чем он причинит кому-то вред.       Всё произошло так быстро: ещё мгновение назад она шла через лес, и в один миг Юмеко уже держала наготове свою обоюдоострую нагинату, нацелив один из концов на мужчину перед собой.       К её разочарованию, мужчина перед ней оказался вовсе не тем демоном, которого она искала. Вместо этого характерный хаори — одна половина с простым узором карминного цвета, а другая с геометрическим узором из зелёного, тёмно-зелёного, оранжевого и жёлтого — заставил её подавить желание застонать.       — Господин Томиока? — окликнула Юмеко своего собрата-столпа. — Какая неожиданная встреча! — сказала она, стараясь изо всех сил скрыть досаду. Не то чтобы она его ненавидела, нет, но она искренне надеялась просто разобраться с демоном и уйти домой без необходимости вступать в общение. — Похоже, нам выдали одно и то же задание. Впрочем, неважно — это лишь значит, что всё закончится быстро.       — Ты опоздала, — ответил он, коротко и прямо, как ему и было свойственно.       Юмеко моргнула.       — О, неужели? — в её тоне прозвучало разочарование, которое должно было замаскировать облегчение от этой новости. — Примите мои извинения. Я прибыла бы на несколько часов раньше, если бы одна известная ворона не заблудилась пять раз.       Девушка с глазами цвета античной яшмы метнула убийственный взгляд на Кураями, которая тут же поспешила скрыться с места преступления.       Два столпа стояли в молчании, глядя друг на друга под падающим снегом. Маленькие снежинки застревали в её смоляных чёрных волосах. Юмеко была из тех, кто гордился тем, что хотя бы улавливает чувства окружающих, но её навыки не работали с человеком, стоящим перед ней. Столп Воды, казалось, никогда не выражал ничего, кроме скуки или сосредоточенности на поставленной задаче. Несмотря на это, Юмеко всё же удалось уловить мельчайшие детали его поведения, которые противоречили его обычному состоянию. Его плечи были слишком напряжены, а в руке заметно дрожь.       — У подножия горы есть городок, — сказала девушка, которая была младше. — Возможно, нам стоит отдохнуть там, прежде чем…       — У меня другое задание, — произнёс темноволосый мужчина, делая шаг, чтобы пройти мимо неё.       Юмеко уставилась на пустое место, которое оставил после себя Томиока. До чего же этот человек мог быть невыносимым. Серьёзно, Столп Грёз пыталась уже много раз подружиться или хотя бы получше узнать своих собратьев-столпов с тех пор, как мастер назначил её на это место, но казалось невозможным завести с ним даже короткий разговор! Она сердито выдохнула — её дыхание было видно в холодном воздухе, а шарф на шее уже не спасал ни от холода, ни от её растущего раздражения. Она уже собиралась развернуться и пойти на него, как вдруг воздух резко изменился. Он стал тяжелее, а до её носа донёсся тот характерный гнилостный запах мертвечины — и вместе с ним она ощутила присутствие врага. Томиока остановил Юмеко, которая уже рванула к источнику запаха, схватив её за ворот формы.       — Не туда, — сказал он, но Юмэко уловила в его голосе малейшую нотку неуверенности или даже беспокойства.       «Он что, ударился головой?» — подумала она.       Она оттолкнула его руку и, когда он отпустил её, споткнулась, сделав шаг вперёд.       — Прежде чем отправляться на следующее задание, вам, возможно, стоит сначала зайти к лекарю, Томиока, — заговорила она спокойно, но в её голосе чувствовалось явное напряжение. — Даже столпы могут ошибаться. Запах смерти явно идёт с той стороны.       — То, что ты чуешь, — останки демона, — его голос был спокоен, но её удивило то, что Томиока не сделал ни единого движения. Он не ушёл туда, куда был нужен по заданию, и не пытался её остановить. Он просто смотрел на неё, словно ожидая, что Юмэко сама оставит эту тему.       — Ка-ар! Ка-ар! Северо-восток! Северо-восток! На северо-востоке демоны! Ка-ар! Ка-ар!       Спасена воронами, подумала Юмеко, убирая нагинату за спину, чтобы та не мешала. Его поведение и впрямь было странным — слишком странным даже для такого человека, как он. Юмэко не могла избавиться от этого назойливого, настойчивого чувства, что что-то не так, но сколько ни старалась — она не могла определить, что именно. Поскольку терпение и время подходили к концу, она смирилась и последовала за своей вороной и вороной Томиоки к северо-восточному склону горы — в конце концов, она всегда сможет вернуться позже и выяснить, что бы это ни было, что он пытался от неё скрыть.

***

      К тому времени, как она завершила задание, луна уже пробудилась от своего сна. Юмеко снова оказалась на той тропе, которая должна была привести её туда, куда её изначально направили. Столп Воды давно ушёл, и девушка с глазами цвета античной яшмы могла не беспокоиться о нежелательных помехах на этот раз.       То, что она нашла, оказалось домом на небольшой поляне посреди густого леса. Присутствие, которое она ощущала ранее в тот день, исчезло — Юмеко не могла обнаружить никаких признаков демона поблизости от дома. Она осторожно скользнула рукой, открывая раздвижную дверь сёдзи, в то время как другая рука замерла прямо над оружием — на случай, если демон прятался внутри и попытается застать её врасплох. Вместо этого её глаза расширились от увиденного: стены были залиты кровью, а по всему помещению были разбросаны обломки дерева.       Она прикрыла рот и нос рукавом своего хаори, чтобы не вдыхать запах той резни, которую устроил демон. Юмеко обыскала каждый угол дома в поисках признаков жизни, то и дело морщась от увиденного, но единственным свидетельством, оставшимся после произошедшего, была тёмно-алая кровь, покрывавшая стены. Юмеко ничего не оставалось, кроме как принять мрачную возможность: скорее всего, выживших не было.       Её мысли подтвердились в тот момент, когда она вышла из дома. Её взгляд заметил участок земли на границе поляны, который с того места, где она стояла, казался «искривлённым». И только когда она приблизилась, Юмеко обнаружила пять тел, присыпанных землёй.       Мало-помалу к ней начало возвращаться всё, что произошло за последние двадцать четыре часа. Как бы больно ни было её самолюбию, Томиока оказался прав: признаков демона больше не было. И как бы её инстинкты ни твердили обратное, единственным логичным выводом было то, что то, что она учуяла ранее в тот день, действительно было останками демона. Но даже этот ответ не имел для Юмеко никакого смысла, сколько бы она ни обдумывала его снова и снова. Всем охотникам на демонов известно, что демоны после обезглавливания не гниют — они исчезают в воздухе, словно пепел, за считанные секунды. Почему же она всё ещё чувствовала присутствие демона, если тот умер давным-давно?       И почему он остановил её, не дав проверить этот район?       Юмеко опустилась на колени перед могилами и вознесла молитву за погибших. Она молилась, чтобы они обрели покой в загробной жизни и возродились с лучшей судьбой. Пока она молилась, её разум вновь и вновь возвращался к этим вопросам. Стыд, подумала она. И, возможно, в этом и был ответ. Хотя Юмеко не стала бы использовать слово «стыд», чтобы описать то чувство бессилия, когда не удаётся спасти чью-то жизнь, — ту тяжесть ответственности, что ложится на плечи до конца дней, пока не утянет на дно.       Она не знала почему, но вдруг почувствовала, как по её щеке скатилась слеза.       Опираясь на нагинату, Юмэко поднялась с колен, вытирая предательскую слезу, чтобы та не упала. Не имея ни зацепок, ни ответов, Юмэко смирилась с тем, что пора уходить, и направилась домой с нарастающей головной болью от недосыпа. Именно из-за головной боли она не заметила следы двух пар ног, которые медленно исчезали под падающим снегом.