Стены между нами рушатся

Во дворце Линвэнь, как и всегда царила оживленная, но напряжённая обстановка. Боги литературы подписывали стопки документов, вели подсчёты и разбирали архивы под руководством Линвэнь. Все они выглядели очень уставшими, но прекратить свою деятельность не могли, потому что именно божества литературы играли важнейшую роль в небесных чертогах. Если бы не они, небесная столица, пожалуй давно развалилась и внутри неё начался бы не попровимый разлад и хаос. Что уж говорить о самой Линвэнь... Она выглядела в сотни, или даже в тысячи раз хуже всех остальных: растрепанные волосы, огромные мешки под глазами от недосыпа, осунувшееся, бледно-мертвенное лицо. Увидев её, Лань Цяньцю невольно подумал что перед ним стоит не божество, а ходячий труп. — Линвэнь, — тихо позвал он, дабы привлечь её внимание. — Оу, Ваше Высочество. Рада вас видеть! — она попыталась улыбнуться, но выражение лица получилось слишком измученным. — Взаимно. Линвэнь, я пришёл чтобы доложить о завершении миссии в деревне Линшань. Огонь был потушен. Все жители впорядке, а дома и хижины успешно востоновлены — Очень хорошо. Кстати говоря, — как бы между прочим начала она, — Как ваша рука? — Моя рука? Ах, вы о проклятии... Если честно, иногда вены всё еще пульсируют и отдают резкой, тупой болью. — Он потер запястье, прежде чем добавить, — Я бы как раз хотел у тебя спросить почему оно всё ещё не исчезло? — Ваше Высочество, это очень странно. Позже я получше изучу информацию об этом, и если что-нибудь узнаю обязательно вам сообщу. А пока, вы можете возвращаться к своим делам. — Спасибо Линвэнь, буду у тебя в долгу!

***

В этот момент Ци Жун направлялся в храм водных каштанов. Туда, где уже несколько лет Се Лянь и Хуа Чэн жили вместе. С последнего его визита почти ничего не поменялось, только теперь храм был не таким ветхим как раньше. Се Лянь, в одной руке держа метлу подметал порог, но почувствовав чьё-то присутствие, не дрогнув, довел метлу до конца, собирая последний мусор, и лишь потом медленно выпрямился осматривая гостя. На его лице, как всегда, играла мягкая улыбка. — А-Жун, что привело тебя сюда? — Брат, нам нужно поговорить. — он взял Се Ляня за рукав и потащил внутрь храма. Усадив Се Ляня за стол, он сел напротив, и немного помолчав начал говорить, — Мне кажется...я совсем запутался, не знаю как себя вести и что делать дальше. Начиная с самого начала, наш брак с западным богом войны был вынужденным. Это случилось из-за проклятия: он мог умереть если не заключить брачный союз с кем либо из когда-то правящей семьи Сяньлэ. Твоя фигура точно не подходила на эту роль, и оставался только я. Не знаю, почему согласился тогда, всё это было совершенной случайностью. Не имело значения ни для кого из нас. Ложь, притворство и ничего более. Но...в тот же вечер мы переспали. — без утайки, с совершенной искренностью сказал он, перебирая под столом ткани своей одежды, — А потом, по какой-то причине мы начали сближаться. Совместные обеды, ваш визит с князем демонов, деревня Линшань. Я кажется чувствую к нему что-то, противоположное ненависти...— Ци Жун замялся. Как бы не старался, он не мог выдавить "я люблю его", но Се Лянь и так понял о чём речь. — Ох, Ци Жун... — сочувственно произнес небожитель. — Как думаешь, чувствует ли он к тебе то же самое? — Наверное...да, но я все еще не уверен. Когда мы были в гостинице деревни Линшань, он сказал что не ненавидит меня, во дворце просил не уходить и относиться стал совсем по другому. — Думаю, он к тебе правда не безразличен. Постарайся всё хорошо обдумать, и если правда любишь – скажи ему об этом. Лицо Ци Жуна исказилось в гримасе негодования и глубочайшего смущения. Он громко фыркнул, словно Се Лянь предложил нечто совершенно абсурдное, и начал нарезать круги по храму, нервно пропуская пальцы сквозь свои вечно растрепанные волосы. — А-Жун, если ты не признаешься в своих чувствах, как он узнает? И сколько еще ты будешь мучить себя и его этой неопределенностью? — Взгляд Се Ляня был мягким, но непоколебимым Демон резко остановился, повернувшись спиной к Се Ляню, его плечи поникли. Долгий, протяжный вздох вырвался из его груди. — Да какая тебе разница, что я чувствую! Ты же все равно ничего не поймешь! — Ты же сам сказал, что он не ненавидит тебя, и даже просил остаться. Разве это не означает, что он заботится о тебе? — возразил Се Лянь. Ци Жун резко обернулся, его глаза широко распахнулись от смеси гнева и замешательства. — Заботится?! Да он просто... В этот момент воздух едва заметно рябнул, промелькнули серебряные бабочки, и Хуа Чэн бесшумно появился рядом с Се Лянем, обвивая рукой талию бога. Его взгляд скользнул по Ци Жуну, и на губах появилась понимающая ухмылка. — Я пожалуй пойду. — бросил Ци Жун, направляясь к выходу из храма. Се Лянь не стал его останавливать. Знал, что ему сейчас нелегко и он обязательно во всем разберётся самостоятельно. Конечно, он немного переживал, ведь несмотря ни на что Ци Жун всё ещё оставался его братом. А ещё, немного удивляло то, каким он стал вежливым за прошедшие дни с их последней встречи, и то, что он поделился своими чувствами. Потому что Ци Жун был из тех людей, которые обычно мало кому открывают своё сердце и истинные эмоции. — Как думаешь, Сань Лан, он ко мне прислушается? — небожитель, скованый обьятиями Хуа Чэна, слегка повернул к нему голову. — Не знаю, гэгэ, поживём — увидим. — демон коснулся губами мягкой макушки своего партнёра, запечатляя на ней невесомый поцелуй.