Прозрение

      «У обоих всё запредельно и нараспашку, ловите кислород и прячьте посуду.» Мариам Петросян. «Дом, в котором…»

      День, к счастью или сожалению, обещал быть насыщенным, так что отдых решено было отложить на неопределённый срок. В планах было поговорить с Винсери и, желательно, заняться каким-то подобием лаборатории или кабинета — лишним точно не будет.       Солнце уже давно просвечивалось сквозь арочные окна, заливая светом помещения, когда Асмодей поправлял складки своей накидки - это он делал, к слову, в последнюю очередь. Оптимист же всё это время сидел на своей кровати и невидящим взглядом буравил пустоту. Голова неприятно ныла по прошествии целой ночи. Отдельные бессвязные строчки фраз всплывали в сознании и, не успев закрепиться, растворялись и терялись. Напоминало попытки поймать мелкую рыбу руками на мелководье — также безрезультатно и бессмысленно.       Внезапно со стороны левого виска в сознание начал просачивается свет. Инородный, кислотно-зеленого цвета, который почему-то не раздражал. Наоборот, там, где свет ложился, мысли исчезали ну или прятались, успокаивались. Не полностью, но это помогало, от чего с губ сорвался блаженный вздох.       Наконец сфокусировав зрение, Оптимист увидел перед собой стоящего Утку. Тот, запустив почерневшие от магии пальцы в волосы, так чтобы центр ладони был четко над виском, что-то колдовал.       — Легче? — спросил маг.       — Да, спасибо — выдохнул парень, прикрывая облегченно глаза.       — У тебя всё сознание раздолбано… — скорее для себя пробормотал Асмодей.       Если сравнивать память существ с библиотекой, куда каждый день размеренно поступала новая информация, а потом оформлялась в книги и вставала на нужные места, то «библиотека» его друга скорее походила на месиво разношерстных воспоминаний. Книги и отдельные страницы либо валялись где попало, либо летали как ужаленные, чтобы найти своё место. Не говоря о том, что там чувствовался остаточный след посторонней личности.       — А ты ничего лишнего там не прочитаешь? — с тихой усмешкой спросил Опти.       — Поверь, у меня нет желания копаться в твоих мыслях — фыркнул маг, — тем более у тебя всегда всё на лице написано.       — Ты просто хорошо меня знаешь — закатил глаза парень.       — Именно поэтому я и не лезу в твои мысли. Предполагаю, что там может быть, — маг отстраняется, делая пол шага назад и убирая руку, — вряд ли такое воздействие поможет в долгосрочной перспективе, так что надо бы задуматься над твоим лечением.       — И как это будет выглядеть? Будешь копаться у меня в голове? — фыркнул Опти, поднимая взгляд на друга.       — Не знаю. По хорошему провести опыты на чем-то или ком-то, а потом уже применять на тебе — вздохнул Асмодей, нервно сжимая губы.       Оптимист заметно хмурится, что-то обдумывая, пару секунд сидит молча, затем, отмахнувшись от какой-то мысли, встает с кровати.       — Отложим на потом. Сейчас нужно встретиться с Винсери и завербовать его себе.       Утка согласно кивает и отходит к своему сундуку, забрать вещи.       — А, и если по пути встретится Градиент, въеби ему, чтобы железо не воровал. Заебал уже — восклицает на последок маг, прежде чем исчезнуть в коридоре.

⋇⋆✦⋆⋇

      К удивлению, на предложение присоединиться к Лунатверии Винсери отвечает не сразу. Он в принципе не дает чёткого ответа, так что приходится даже проводить экскурсию. На показ всех территорий, подземной части с механизмами и фермами, и самого замка уходит час, а то и больше.       — Ну разве не прекрасно — улыбается Оптимист.       Они с гостем стояли на самом верхнем, на данный момент отстроенном этаже. Интерьер только недавно был закончен, так что всё буквально сияло новизной.       — Инструменты, ресурсы, защита — всё будет в твоем распоряжение!       — Просто за мое участие? Я не поверю, что нет какой-то подставы — недоверчиво хмурит брови марионетка.       Он в целом был не в лучшем состоянии. Открытые участки тела покрывали трещины, шарниры едва слышно скрипели, а взгляд кукольных глаз казался особенно пустым.       — Строительство этой громадины можно назвать «подставой»? — Оптимист неопределённо проводит рукой в воздухе, намекая на замок, — Здесь ещё строить и строить. Хотя если тебе этого мало, можем нарядить тебя в горничную, и будешь ещё и убираться. Снег с крыш счищать. Как тебя?       Последнее сказанное должно было прозвучать как шутка, но Винсери почему-то заметно оживился.       — И костюм дадите? — улыбается внезапно он.       — Э… Да. Если что Утка там что-нибудь наколдует — импровизирует на месте Опти, — надеюсь.       — А вы получается первое время тоже в костюмах здесь ходили? — смеется марионетка, явно развеселившись какими-то картинами в своем воображение.       — Нет. Мы же вдвоем изначально — отмахивается Оптимист, — хотя я бы на это посмотрел.       — Ну я подумаю над предложением — наигранно серьезно произносит Винсери, раскачиваясь с пятки на носок, — завтра постараюсь ответить.       Опти кивает, соглашается и провожает гостя, уже зная, что тот согласится. Несколько дней пройдут в спокойствии, шутках и обычных разговорах, пока не выяснится, что у некоторых людей лучше не забирать игрушки.       Весь центр и ближайшие дороги оказывается охватаны дымом и столпом поднявшейся от взрыва пыли. Задеты некоторые здания. Всюду ямы и кратеры. Единственное, что радовало — не было ни одного пострадавшего. Массовый подрыв был совершен без жертв и свидетелей.       Однако на этом бесчинства не закончились. Некоторому террористическому акту подвергся склад Лунатверии. Разрушено не малых размеров помещение, уничтожена гора ресурсов, пострадали несколько механизмов. Обвала, к счастью, не последовало, но на восстановление требовалось немало сил и времени.       К удивлению, больше всех негодовал Утка. Тот расхаживал по руинам некогда своего творения, то матерясь под нос, то уже громче всех проклиная. Оптимист же стоя неподалёку, не решаясь подходить к месту возможного обвала. Хотя может быть причиной дистанции был друг, от которого при каждом особенно гневном ругательстве отлетали кислотного цвета искры магии.       — Фиолетовая башка, возомнил себя центром вселенной! Да что он вообще понимает?! Мелкая букашка с синдромом бога! Да он даже бога никогда не видел, наглец!       — Закончил? — спокойно произнёс Опти, чуть склонив голову.       — Нет! — резко развернулся Асмодей замерев на месте, — Я наизнанку его выверну! В ленту Мебиуса заключу, чтобы бегал там до скончания вселенной!       — Боюсь это не поможет нам восстановить ресурсы — вздыхает рыцарь, отпинывая сапогом небольшой камень, — расслабься. Не было ни одной истории без подрыва, да и он всё равно получит по заслугам.       — Конечно, — с заметной иронией в голове кивает Утка, — вот только этот психопат ходячий меня порядком заебал ещё своими другими вариациями. А здесь — парень указывает руками на разрушенное помещение — была по меньшей мере половина ресурсов необходимых для строительства.       — Если я восстановлю всё это, ты успокоишься?       — Я? — восклицает маг, — Меня интересует почему ты такой спокойный?! Обычно это ты эмоционируешь за нас двоих.       — Годы жизни с, как ты выразился, вариациями этого психопата — спокойно произносит Оптимист, убирая руками в карманы и делая пару шагов вперёд, — он обманывал, манипулировал, воровал, сбегал, взрывал, разрушал. Да блять, он даже глаз однажды человеку вырвал только ради того, чтобы сделать себе протез для какого-то эксперимента! Так что я не удивлен…       Асмодей в ответ молчит. Сводит брови в ожидании шутки, будто спрашивая «серьезно?». Однако никакого продолжения не следует. Маг на последок окидывает взглядом разруху, трет пальцами переносицу и уходит в сторону выхода, задевая друга плечом.       — В пизду это. Мне нужно выпить.       — Вот такой разговор мне уже нравится — усмехается Опти, разворачиваясь и идя следом.       Асмодея он находит уже в замке, сидящего на одном из окон с знакомым напитком в одной руке и золотой морковью в другой.       — Ты был прав, она приедается — бурчит парень, делая глоток.       — Я всегда прав — усмехается Оптимист, подходя сначала к сундуку с запасами, чтобы достать порцию и себе, а затем уже к другу.       Ночь стояла удивительно спокойная, словно давая передышку после случившегося днем. Небо было усыпано звездами, а от луны виднелся только тонкий контур — новолуние.       — Как думаешь, нам объявят войну, если мы запрем Нагибайку для опытов? — как бы невзначай спрашивает маг, бесцельно рассматривая собственные руки.       — Не все, но Пупи точно. Может даже Винсери будет протестовать — пожимает плечами Опти, оперевшись поясницей о выступающую часть окна.       — Он им так дорог? — переводит взгляд на друга Асмодей.       — Скорее является единомышленником — щурится тот в ответ, — но искать его, к сожалению, будут.       — Жаль — отрешенно произносит Утка, — в его б сознание я заглянул.       — Эх, а я думал буду единственным — шутит Опти, делая глоток, — это же так романтично, копаться в чужой голове.       — На добровольной основе это… Акт полного доверия, можно сказать — задумчиво отвечает маг, — открыться человеку полностью, ничего не скрывая.       — Я думал, такое говорят про душу.       Парень произносит это через плечо, но услышав в ответ только тишину, разворачивается лицом. Асмодей, все так же бесцельно смотря прямо, нервно поджимал губы.       — Душа она… Сама суть сознания — тише обычного начинает говорить тот, — мы живем, заполняем память, получаем опыт и от этого наша душа богатеет и видоизменяется. Если лишить человека всех воспоминаний, его душа обнулится. Наступит Обливион. Так что открыть сознание кому-то, все равно что дать прикоснуться к своей душе. Разница между двумя этими понятиями лишь в том, что сознание имеет определённый вид в виде памяти и мыслей, а душа это что-то абстрактное. Извечный парадокс вселенной: если возможно существо без души, то возможна ли душа без оболочки существа?       На несколько минут в воздухе зависла тишина, будто давая сказанному время, чтобы закрепиться в сознании. Асмодей явно завис, думая еще о чем-то своем.       — М-да, алкоголь пробуждает в тебе философа — улыбается Опти, пытаясь разрядить серьезность атмосферы.       — Ну хотя бы не тактильного кота — переводит взгляд на друга Утка, оживая.       — На меня намекаешь? — вскидывает брови Оптимист.       — А на кого еще? Это не я лезу обниматься, стоит только выпить — фыркает маг, по-детски раскачивая ногами.       — Не было такого — отмахивается парень.       — Ага. Ты это Гречину скажи — усмехается Утка, — как ты не лез к нему обнимать и целовать.       — Иди нахуй — смущается друг, недовольно прикусывая щеку изнутри, — к тебе же не лезу.       — Ну это смотря как посмотреть — смеется Асмодей, заметно опьянев.       — Мне начинать приставать? — с вызовом произносит рыцарь.       — То есть до этого ты этого не делал или что это за элитный флирт был?       Очередную насмешку прерывают самым ожидаемым способом. Целуя чужие губы, Опти буквально видит как Асмодей щурится с усмешкой. Специально провоцировал, гад. Рука сама собой закрывает в каштановые волосы, стараясь на всякий случай не касаться рогов. Гул в голове удивительным образом стихает, будто тоже с замиранием следя за происходящем. Возможно всему виной были чужие касания искрящихся рук на плечах или губ, изогнутых в улыбке, а может и сама магия — сейчас на это всё равно. Сам факт и процесс, казалось, приносили тонну удовольствия. Почему он не сделал этого раньше?