Лунные ведьмы Форкса

Форкс, штат Вашингтон Сентябрь ранний вечер. Дождь лил как из ведра. Это было первое, что отметила про себя Ада Поттер, когда её BMW X6 плавно заехал на узкую улицу, утопающую в сумерках и хвое. Серое небо давило на верхушки деревьев, создавая ощущение, что они попали в аквариум — влажный, прохладный и пугающе тихий после грохота Лондона. — И ты хотела отдохнуть от магии? — хмыкнула Гермиона Грейнджер, сидящая на пассажирском сиденье с картой в руках. Её каштановые волосы были стянуты в высокий хвост, на коленях лежала потрепанная книга по криптоботанике, которую она так и не открыла. — Ада, здесь даже сотовая связь ловит через раз. — В этом и прелесть, Гермиона, — негромко ответила Ада, не отрывая ярких-синих глаз от дороги. В её голосе звучала усталость, не свойственная девятнадцатилетним. Слишком много войны, слишком много потерь. — Никакого Лорда, никаких Пожирателей. Только дождь, деревья и… надеюсь, приличный кофе. С заднего сиденья раздался мягкий, чуть сонный голос Николь Лонгботтом: — И никаких требовательных бабуль, которые ждут от тебя подвигов в оранжерее. Знаешь, Ада, я почти забыла, каково это — просто дышать, не оглядываясь. — Вот и научимся заново, — Ада бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида, поймав отражение подруг. Её волосы — густые, тёмно-шоколадные, от природы падающие крупными упругими локонами до середины спины — мягко покачивались при каждом движении. Ни шрамов, ни меток. Кэтрин Пирс, воспитавшая её после Дурслей и падения Волдеморта, научила главному: выживает не тот, кто сильнее, а тот, кого не видят. И сейчас Ада хотела быть невидимкой. Она не была человеком уже три года. И это знание лежало между тремя девушками тяжёлым, но надёжным секретом. Гермиона и Николь никогда не предали бы её. — Мы почти на месте, — объявила Гермиона, тыкнув пальцем в навигатор. — Улица Сидар-роуд. Дом шерифа Свона. Ада чуть сжала руль, костяшки пальцев побелели. Дядя Чарли. Мамин брат? Нет, по маминой линии… Она смутно помнила его — сурового, неловкого в проявлениях чувств, но искреннего. Последний раз они виделись десять лет назад на похоронах Лили и Джеймса. Тогда тётя Петуния наотрез отказалась отпускать её в Америку, назвав Свонов «такими же чудаками, как Лили». Интересно, что он скажет теперь? — Выезжаем, — тихо сказала она, паркуя машину у аккуратного двухэтажного дома. *** Встреча у порога. Дождь к тому моменту превратился в мелкую изморось. Ада вышла из машины первой, запахнув чёрное кожаное пальто — подарок Драко на прощание, который она никогда бы не признала, но носила с удовольствием. Гермиона и Николь замерли у капота, переглядываясь. — Может, я постучу? — предложила Николь, нервно теребя край свитера. — Нет, — Ада поправила прядь волос, упавшую на лицо. — Я должна сама. Она поднялась на крыльцо, на секунду задержавшись перед дверью. Прикусила губу — старая привычка, от которой она так и не избавилась. Глубоко вздохнула. Вампирское тело требовало воздуха лишь по привычке, но сейчас этот ритуал помогал успокоиться. Три коротких стука. Внутри послышался шум, шаги, а затем голос — молодой, чуть насмешливый, но не враждебный: — Иду! Вечно ты ключи теряешь, Чарли… Дверь распахнулась. И девушка, застывшая на пороге с чашкой кофе в руке, замолчала на полуслове. Изабелла Свон была миниатюрной, с медно-каштановыми волосами и огромными карими глазами, которые сейчас расширились до предела. Она смотрела на Аду так, словно увидела привидение. И, в общем-то, так оно и было. — Ада? — выдохнула Белла, и кофе в её руке дрогнул. Ада неловко улыбнулась, склонив голову набок. Настоящая улыбка давалась ей с трудом — слишком долго она училась скрывать клыки, слишком долго контролировала каждое движение. — Привет, кузина, — тихо сказала она. — Давно не виделись. Из глубины дома раздался тяжёлый шаг, и на пороге появился Чарли Свон — в форменной рубашке, с усами, которые он так и не сбрил, и с выражением полнейшего шока на лице. Он перевёл взгляд с Ады на двух девушек за её спиной, потом обратно. — Ада? — повторил он, и его голос сел. — Господи… ты выросла. Совсем как Лили. При этих словах что-то кольнуло в груди Ады. Она опустила глаза на секунду, а затем снова подняла их, чуть более твёрдым взглядом. — Здравствуй, дядя Чарли. Повисла пауза. Белла всё ещё не могла пошевелиться, а Чарли, кажется, забыл, что надо дышать. — Заходите, — наконец выдохнул шериф, делая шаг назад и широко распахивая дверь. — Заходите, девочки. Дождь… и холодно. Белла, убери чашку с дороги. — А, да, простите, — Белла нервно отступила, чуть не споткнувшись о порог. Гермиона вежливо кивнула, проходя следом за Адой, а Николь тихо пробормотала что-то вроде «приятно познакомиться».

***

В гостиной шерифа.

Внутри пахло деревом, старым диваном и кофе. Ада села на край кресла, выпрямив спину — привычка, которую нельзя было объяснить просто «хорошей осанкой». Гермиона и Николь расположились рядом на диване, стараясь не смотреть на неё слишком часто. Вампирская грация выдавала Аду с головой, но смертные редко замечали такие детали. Чарли Свон налил всем чай, хотя сам предпочёл кофе, и уселся напротив, изучающе глядя на племянницу. — Десять лет, — сказал он глухо. — Десять лет, Ада. Я писал. Петуния возвращала письма нераспечатанными. — Я знаю, — Ада взяла чашку, просто чтобы занять руки. Ей не нужно было пить. — Мне жаль, дядя Чарли. Я не могла… тогда. Многое происходило. Но теперь я здесь. — Война? — осторожно спросила Белла, сидящая на подлокотнике отцовского кресла. Ада, Гермиона и Николь переглянулись. — Можно и так сказать, — дипломатично ответила Гермиона. — Внутрисемейные… разногласия. Мы просто хотим отдохнуть. Закончить школу. Без привлечения внимания. Чарли хмыкнул, почесав подбородок. — В Форксе привлечь внимание сложно. Но слухи здесь бегают быстрее, чем лани по лесу. Вас заметят. Особенно, — он кивнул на Аду, — с такой-то внешностью. Вылитая мать, только глаза другие. — Лили и Джеймс, — тихо сказала Ада. — Я их почти не помню. Повисла неловкая тишина. Белла отвела взгляд, Чарли тяжело вздохнул. — Ладно, — шериф наконец отставил кружку и сложил руки на столе. — Что вам нужно? Школа? Дом? Ада поставила чашку, даже не пригубив. — Зачислиться в местную школу. Наши документы в порядке. И… можно мы поживём у вас неделю? У нас есть дом, но его нужно подготовить. Дядя Чарли, я понимаю, что это наглость, но… — Оставайтесь, — перебил он неожиданно твёрдо. — Комнат хватит. Белла, девочки, покажите им, где что. А я завтра схожу в школу, всё улажу. Белла кивнула, хотя в её глазах читалось недоумение. Она перевела взгляд на Аду, потом на подруг. Три девушки, переехавшие из Лондона в самую дыру мира. Одна из них — кузина, которую она видела в детстве пару раз. И все трое выглядят так, будто видели такое, что ей и не снилось. — Идёмте, — сказала Белла, поднимаясь. — Покажу вам мою комнату. Точнее, нашу — места хватит. Отец иногда спит на диване, если не может уснуть. *** Комната Изабеллы Свон. Комната оказалась светлой, даже несмотря на хмурую погоду за окном. Белые стены, книги на полках, старый проигрыватель и кровать, застеленная клетчатым пледом. Белла задвинула шторы и повернулась к гостьям, сложив руки на груди. — Хорошо, — выдохнула она. — Теперь давайте к делу. Вы трое… вы странные. Ада, ты особенно. У тебя зрачки как у кошки в темноте. И ты не пьёшь чай. И вообще не ела ничего с тех пор, как приехала. Ада медленно улыбнулась — уголками губ, мягко, почти по-человечески. — Белла, я тебе всё расскажу. Но не сегодня. Просто поверь: мы не причиним тебе вреда. Ни тебе, ни Чарли. Гермиона откашлялась, разряжая обстановку: — Сплетни, ты говорила? Какие? Мы не хотим проблем. Белла вздохнула и села на кровать, жестом приглашая остальных располагаться. — В Форксе проблема только одна, если вы не в сговоре с медведями или бандитами, — она криво усмехнулась. — У нас есть… местная знаменитость. Семья Калленов. Доктор Карлайл Каллен, его жена Эсме, их дети. Все они — приёмные. Розали, Эммет, Элис, Джаспер и… Эдвард. — Имя последнего она произнесла с какой-то странной интонацией, быстро опустив глаза. — И чем же они знамениты? — спросила Николь, устраиваясь на полу с подушкой в руках. — Они… не такие, как все, — Белла подбирала слова. — Слишком красивые. Слишком бледные. Не едят в столовой. Ходят вместе, всегда в пасмурную погоду. Живут в особняке на окраине. Горожане шепчутся, но никто ничего не знает наверняка. Ада замерла. Её вампирский слух уловил биение сердец подруг — ускорившееся, тревожное. Они поняли раньше, чем она успела подумать. Каллены. Гермиона побледнела, но быстро взяла себя в руки. — Вампиры? — одними губами прошептала она, глядя на Аду. Та едва заметно качнула головой — не здесь, не сейчас, Белла услышит. — Звучит интересно, — вслух сказала Ада, поворачиваясь к кузине с самой непринуждённой улыбкой, на какую была способна. — Надеюсь, они окажутся приветливыми. Или нам придётся уехать быстрее, чем мы планировали, — добавила она про себя. — А где остальные? — неожиданно спросила Белла, оглядываясь. — Вы говорили, вас семеро? — Тео, Дафна, Астория, Драко и Дэниэл, — кивнула Николь. — Они поехали другой дорогой. Покажутся завтра к вечеру. Не хотели все вместе привлекать внимание, — она усмехнулась собственной иронии. — Но, кажется, это не сработало. — О, поверь, — Белла упала на спину, уставившись в потолок. — К завтрашнему утру весь Форкс будет знать, что у шерифа гостят три красотки из Англии. Чарли ещё и проболтается в участке. Так что готовьтесь. Здесь слухи распространяются быстрее, чем лесной пожар. Ада подошла к окну, раздвинув шторы. Сквозь мокрое стекло она видела край леса — тёмный, дремучий, древний. Где-то там, среди кедров и вечного тумана, затаилась чужая стая. Та, о которой Кэтрин Пирс рассказывала как о легенде: Каллены, пьющие кровь животных, «вегетарианцы», изгои среди своего вида. — Poupée, — прошептала Ада, коснувшись стекла кончиками пальцев. Сзади подошла Гермиона и легонько провела рукой по её волосам — не удержалась, как всегда. — Ты дрожишь? — тихо спросила она. — Нет, — соврала Ада. — Просто… никогда не думала, что встречу своих здесь. Николь тоже поднялась и, игнорируя любые границы, запустила пальцы в густую гриву тёмных локонов. — Девочки, — беззлобно простонала Ада, пытаясь отмахнуться. — Перестанете трогать мои волосы?! — Ни за что! — хором ответили Гермиона и Николь, и впервые за долгое время Ада рассмеялась — искренне, звонко, почти по-человечески. Белла приподнялась на локтях, глядя на них с недоумением и лёгкой завистью. Что-то в этой троице было не так. Что-то большее, чем просто дружба. Ей оставалось только ждать и наблюдать. А за окном Форкс затягивал их в свои сети, и старые сосны шептали о том, что эта осень не будет спокойной ни для кого. *** Poupée — это кукла по французске. Т.к главные героини полчи выглядит, как куклы.