Наруто - Возрождение Узушио

Три года прошло с тех пор, как Наруто и Ами впервые вышли в мир. Три года вылазок, стычек, разведок. Но легенды не приходят без боли. Их первая серьёзная рана случилась на севере Страны Огня. Разбойников оказалось больше, чем сообщала разведка — не два десятка, а сорок. И среди них были шиноби. Настоящие. С печатями, техниками, кунаями. — Наруто, слева! — крикнула Ами, выпуская цепи. Наруто активировал шаринган — три томоэ закружились, замедляя мир. Он видел движения врагов, предугадывал атаки, но их было слишком много. Один из шиноби, мастер молний, ударил с неожиданной стороны. Наруто увернулся от первого удара, от второго, от третьего — но четвёртый задел плечо. Молния обожгла кожу, мышцы свело судорогой. — Ами! — крикнул он, падая. Ами развернулась, цепи взметнулись, обвивая врага. Она ударила — сильно, точно, вырубая его. Но двое других уже бежали к ней. — Сзади! — крикнул Наруто, поднимаясь. Ами не успела. Меч вошёл ей в бок. Она не закричала. Не упала. Она развернулась, поймала меч рукой — лезвие разрезало ладонь — и второй рукой всадила кунай в горло нападавшего. Третий побежал, но Наруто догнал его, сломал руку, вырубил. — Ами! Она стояла, бледная, зажимая рану рукой. Кровь текла сквозь пальцы. — Я в порядке, — сказала она. — Врёшь. — Немного. Наруто разорвал свою рубаху, перевязал её бок. — Надо уходить. — Рано, — сказала Ами. — Мы не закончили. — Ты ранена. — Я ещё могу держать меч. — Ами... — Доверься мне. Он посмотрел в её глаза. Они были спокойными. Холодными. Решительными. — Хорошо, — сказал он. Они закончили. Ами дралась, не замечая боли. Наруто прикрывал её, отвлекал, вырубал. К концу боя на её повязке не осталось сухого места. В убежище вернулись на рассвете. Мито молча обработала рану. Хаширама смотрел. Мадара молчал. Тобирама что-то записал. — Вы могли погибнуть, — сказал наконец Мадара. — Но не погибли, — ответил Наруто. — Потому что повезло. — Потому что мы были вместе, — сказала Ами. Мадара посмотрел на неё. — Шрам останется, — сказал он. — На всю жизнь. — Знаю, — ответила Ами. — Я буду помнить этот бой. — Зачем? — Чтобы не повторять ошибок. Мадара усмехнулся. — Ты похожа на Мито. — Это хорошо? — спросила Ами. — Это тяжело, — ответил он. Ночью Ами лежала на своей кровати. Наруто сидел рядом. — Больно? — спросил он. — Не очень, — ответила она. — Врёшь. — Немного. — Ты могла умереть, — сказал Наруто. — Не могла, — ответила Ами. — Почему? — Ты бы не позволил. Он взял её за руку. — Я чуть не потерял тебя. — Но не потерял. — Если бы я был быстрее... — Если бы я была осторожнее... — перебила Ами. — Не вини себя. И меня не вини. Мы сделали, что могли. — Этого мало. — Этого достаточно. Она сжала его руку. — Я жива. Ты жив. Мы вместе. Остальное — потом. Наруто кивнул. Через месяц рана зажила. На боку Ами остался длинный белый шрам. Она не прятала его. Не стеснялась. Когда Ами тренировалась, снимала рубаху и занималась в одном белье. — Не холодно? — спросил Наруто. — Жарко, — ответила Ами. — Шрам видно. — Пусть видят. Я не стыжусь. — Я тоже, — сказал Наруто. Он подошёл, коснулся пальцами шрама. — Больно? — спросил он. — Сейчас — нет. — А тогда? — Тогда было больно. Но я думала не о боли. — О чём? — О тебе. Чтобы ты не волновался. — Я волновался. — Я знаю. Она взяла его руку и прижала к своей щеке. — Теперь всё хорошо. — Хорошо, — согласился Наруто. Он поцеловал её в лоб. — Моя сестра. — Мой брат. Они стояли на крыльце, глядя на закат. — Мы станем сильнее, — сказал Наруто. — Мы уже сильные, — ответила Ами. — Недостаточно. — Тогда будем сильнее. Она улыбнулась. Впервые за долгое время — не сдерживаясь, не пряча. — Идём ужинать, — сказала Ами. — Идём, — ответил Наруто. Он взял её за руку. Они зашли в дом. Мадара смотрел из окна. — Они выросли, — сказал он Хашираме. — Да, — ответил Хаширама. — И стали сильнее. — И умнее. — И добрее? — Не знаю, — сказал Мадара. — Но они живы. Это главное. — Это всё, — согласился Хаширама. Они смотрели, как Наруто и Ами садятся за стол, как Мито наливает им суп, как Тобирама что-то записывает, как Хаширама улыбается. — Мы сделали правильно, — сказал Мадара. — Да, — ответил Хаширама. — Мы дали им дом. — Они дали нам надежду . Мадара отвернулся от окна. — Завтра новые тренировки. — Всегда новые, — усмехнулся Хаширама. — Никогда не поздно учиться. — Даже нам? — Даже нам. Он сел за стол. Рядом с детьми. Рядом с семьёй. Прошло ещё два года. Наруто и Ами превратились в настоящих Шиноби — быстрых, сильных, неуловимых. Мадара перестал сдерживаться в спаррингах, и теперь каждый их бой был похож на маленькую войну. — Ты стал быстрее, — сказал Мадара, отбивая атаку Наруто. — Не быстрее вас, — ответил Наруто. — Я старый. Ты молодой. Это нечестно. — Вы сами сказали: жизнь нечестная. Мадара усмехнулся. — Умный. Но не слишком. Он атаковал — резко, жёстко, с такой скоростью, что Наруто едва успел активировать шаринган. Три томоэ закружились, замедляя мир. Наруто видел движение, но тело не успевало. — Хорошо, — сказал Мадара, останавливая удар в сантиметре от лица Наруто. — Что — хорошо? — Что ты включил глаза. Рефлекс. А не думал. — Это важно? — Это главное. Шаринган бесполезен, если ты думаешь. Он должен работать сам. Как дыхание. Наруто выключил шаринган. — Голова болит. — Привыкнешь. Ами в это время тренировалась с Тобирамой. Водные техники давались ей легко — она создавала драконов, стены, копья. Но Тобирама гнал её дальше. — Не просто создавай, — говорил он. — Управляй. Вода живая. Она чувствует твою чакру. — Я стараюсь, — ответила Ами. — Старайся лучше. Ами вздохнула. Создала водяного дракона, заставила его кружить вокруг себя, потом обвить дерево, потом рассыпаться тысячей капель. — Неплохо, — сказал Тобирама. — Неплохо — или хорошо? — Неплохо. Хорошо будет, когда ты сможешь делать это не глядя. — А смысл? — В бою не всегда есть время смотреть. Иногда приходится полагаться на чувства. Ами закрыла глаза. Создала дракона. Направила его в дерево. — Мимо, — сказал Тобирама. — Я знаю. — Открой глаза. — Не хочу. — Упрямая. — Как вы. Тобирама усмехнулся. Редкость для него. Хаширама тренировал Наруто по макутону. Деревянные техники давались ему легче, но всё ещё не идеально. — Ты пытаешься контролировать, — говорил Хаширама. — Не надо. Доверяй. — Чему? — Дереву. Природе. Себе. Наруто закрыл глаза. Представил корни, которые уходят глубоко в землю. Представил ветки, которые тянутся к солнцу. Представил цветы, которые распускаются на них. Из земли вырвалось несколько деревянных копий — ровных, острых. — Хорошо, — сказал Хаширама. — А теперь — дракон. Наруто открыл глаза. Копья сплелись, превращаясь в дракона. — Он не двигается, — сказал Наруто. — Зато есть. — Мне нужен движущийся. — Будет. Со временем. Вечером Наруто и Ами сидели у реки. Закат красил воду в розовый и золотой. — Ты злишься? — спросила Ами. — На что? — На Мадару. На Хашираму. На Тобираму. Что они гонят нас как проклятых. — Нет, — ответил Наруто. — Они хотят, чтобы мы были сильными. — А ты хочешь? — Да, — сказал Наруто. — Чтобы защитить тебя. — А я чтобы защитить тебя. — Мы оба дураки. — Да, — согласилась Ами. — Но живые. Она взяла его за руку. — Ты помнишь, как мы упали в реку? — Помню. — Я думала, мы умрём. — Я тоже. — А теперь? — А теперь мы сильные. — Достаточно сильные? — Нет, — сказал Наруто. — Но скоро будем. Ами прислонилась к его плечу. — Ты веришь в себя? — В себя — не очень. В нас — да. — Этого достаточно. Они смотрели на воду. Мадара стоял на берегу выше по течению. — Они у реки, — сказал он Хашираме, который подошёл незаметно. — Знаю. — Ты специально их отпустил? — Они заслужили отдых. — Заслужили? — переспросил Мадара. — Мы ещё не закончили. — Мы никогда не закончим, — сказал Хаширама. — Они всегда будут учиться. Но отдых тоже нужен. Мадара промолчал. — Ты стал мягче, — сказал Хаширама. — А ты стал болтливее. — Это от старости. — Мы все старые. — А они молодые, — сказал Хаширама. — Это их время. — Ещё нет, — ответил Мадара. — Но скоро. Они пошли в дом. Оставив детей у реки. Ночью Наруто не спал. Смотрел в потолок. Ами спала рядом — она пришла к нему, сказав, что ей снились кошмары. Он не спросил какие. Просто подвинулся. Утром Мадара разбудил их рано. — Сегодня особый день, — сказал он. — Какой? — спросил Наруто. — Ты победишь меня. Впервые. — Не верю, — сказал Наруто. — Увидишь. Они вышли во двор. Мадара встал в стойку. Наруто напротив. — Начинай, — сказал Мадара. Наруто атаковал. Быстро. Жёстко. Мадара уклонялся, блокировал, контратаковал. Они кружили по двору, поднимая пыль. Ами смотрела с крыльца. — Он быстрее, — сказала она. — Не быстрее, — ответил Хаширама. — Он умнее. — Разве это не одно и то же? — Нет. Скорость — это тело. Ум — это голова. Наруто пропустил удар, упал, вскочил. Мадара наступал. — Сдавайся, — сказал он. — Нет, — ответил Наруто. Он активировал шаринган. Мир замедлился. Он увидел движение Мадары за секунду до удара. Увернулся. Контратаковал. Попал. Мадара отступил на шаг. — Хорошо. — Ещё не конец. Наруто атаковал снова. Быстрее. Сильнее. Мадара блокировал, но Наруто ударил ещё раз — и Мадара упал. — Сдаюсь, — сказал Мадара, лежа на спине. Наруто опустил руки. — Я победил? — Ты победил, — сказал Мадара. — Впервые. — Вы дали мне победить? — Нет, — ответил Мадара. — Я не умею проигрывать нарочно. Ты был быстрее. Сильнее. Умнее. — Сегодня, — сказал Наруто. — Сегодня, — согласился Мадара. — Завтра будет другой день. Он встал, отряхнулся. — Ты прорвался. — Через что? — Через себя. Мадара посмотрел на него. — Ты больше не ученик. — Кто же я? — Шиноби. Он хлопнул Наруто по плечу и ушёл в дом. Ами подбежала к Наруто. — Ты сделал это! — Сделал, — сказал Наруто. Она обняла его. Он обнял её. — Мы сделаем всё, — сказала она. — Всё, — согласился он. Они стояли во дворе, обнявшись, под утренним солнцем. Хаширама смотрел из окна. — Он прорвался, — сказал он. — Да, — ответила Мито. — Мадара доволен. — Мадара никогда не доволен, — сказала Мито. — Сегодня доволен. Она посмотрела на Мадару, который сидел в кресле и смотрел в потолок. — Ты улыбаешься, — сказала она. — Нет, — ответил Мадара. — Врёшь. — Немного.