Война Небесная

-Складно ж ты, жено, к рассвету рулады выводишь. Сон как рукой сняло. Он отошёл от решетки, к которой прислонился поглазеть и переломился в издевательском поклоне. Обычно нас будит звук плетей и стоны умирающих. Кто-то провинился. Кто-то споткнулся и его тащили за собой по земле на цепи. Кто-то не выдержал схватки. Утро оно никогда не приятно. Будто хочешь проснуться... Где-то. А просыпаешься в яме. Зато ночью над ямой купол из звёзд. Ангелы отняли у меня звёзды. Это - самая большая потеря. Как для тебя - родители. При этих словах в мужчину полетел половник. Но горечь уступила уже место глухой дыре на месте где была мука. Она уже даже не могла беситься. -Славно, что ты, тварь, любил в своей жалкой жизни только звёзды. Радуйся, что они более тебе не доступны, ибо взаимности от них ждать, что горох в срамное место сувать. Низко да глупо. Нить ухмыльнулась. Йонас улыбнулся ей в ответ. Это женщине не понравилось. -Я рад, что тебе уже легче. Может наконец назовешь своё имя, чтобы я знал, кого мне покупать, как только я выберусь. Он звучал холодно и уверенно, но некая дрожь в голосе присутствовала. Как будто, ему скорее не хочется того развития событий, что он впереди видит. -Когда это узилище падёт и армии ада ворвутся в город и покорят его, я первый преклоню колено перед своими вернувшимися хозяевами. И первый получу за это волю распоряжаться одной женщиной. Или куском земли. Или они меня укокошат, но это уже - лирика. На практике, скорее произойдёт первое. У меня уже были рабы, так что я с тобой буду мягок. -Ты несёшь такой бред, что мне самой стало стыдно. Ангелы непобедимы. А я - Нить. У меня вся семья такая. Нитка, Иголка, да Прялка. Я, сестра и мама. А отца звали Серп. Некоторое время Йонас не отвечал, в его блестящих глазах отражалась задумчивость и нечто сумрачное, далёкое. -Чем больше узнаю небеса, тем мне противнее. В Аду людей за людей считают, а вам даже имён не дают, вместо них - предметы и их названия. Рай - не рай, а Ад не так уж и плох, если посмотреть. Вообще, мой серийный номер три тысячи сто три. Но ИМЯ у меня есть. Йонас или точнее Джонатх, что обычно я не использую, да и никто не использует, жирновато для раба, значит - Царь, Правитель. Но так как короли не ходят в колодках, то все называют меня Йонас, Йон. Голубь, в смысле. Так что ты - предмет, а я то ли происхождением ошибся то ли реально животное, каким ты меня считаешь. Нить кивнула. Она устроилась недалеко на своей аккуратно убранной постели, продолжая держать кастрюлю в руках. Чужак её пока что не раздражал. Он всё ещё был врагом, но всё больше казалось, что этот Йонас слишком тупой и хвастливый, чтобы его ненавидеть. Иногда в их деревню приезжали уличные дурачки - скоморохи и давали представления. Танцевали, жонглировали, глотали пламя. Шутки шутили. Бред несли. Вот этот огромный мужик с виду гора и ужасно опасен. А внутри - скоморох. Как ни откроет рот, шутка за шуткой. Да вот ни одна пока не удалась смешной оказаться. Решено. Пусть он её развлекает, раз уж она одна. Пусть своей болтовнёй заглушает голоса родных, что до сих пор на дне её сознания кричат, пылая в пламени. Король шутов, голубь - серун. Только и цены тебе.