Война Небесная

Однообразные мелькают Все с той же болью дни мои. Николай Гумилев. Йонас аккуратно отбирал книги, раскладывая их по кучкам и тщательно изучая. Он старался избегать развлекательной литературы, ведь у него была цель. И она заключалась отнюдь не в прокрастирнации в любых её формах. Да, его манило больше узнать о Небесах, но утолить жажду духа он мог и позже. Сейчас его целью было отсюда как можно быстрее сбежать. Стены давили. Огромный комплекс, видимо, многоэтажный, по крайней мере, ему так казалось. Когда он прислонял ухо к южной стене, с той стороны выл ветер. Так бывает только на высоте. А под ногами изредка вибрировал пол. Внизу тоже что-то есть. Окон у их с Нитью камер не было, воздух поступал через сложную систему вентиляции. Тот кто проектировал это место работал на совесть. Внутри Йонаса порой да колола лёгкая, но вполне ощутимая, зависть. Белые стены, белый потолок, всё тут белое с редкими вкраплениями других цветов. Видимо для того, чтобы заключённые не сошли с ума от однообразия. С одной из сторон в комнате отдыха висел гобелен с изображением леса. Так по видимому ангелы угрожали. Все в Дудаэле знают. Видишь заросли - берегись. Либо животные, либо растения, либо и те и те - сожрут. А кости станут удобрением. Туда демоны выпускали химер и взбесившийся уродцев - выродков, там культивировали ядовитые грибы и болезненные споры. Йонас обычно старался всегда смотреть на гобелен, не спуская глаз. Глубины жуткой чащи пялились тысячами светящихся очей чудищ в ответ. Так ему казалось. С самого начала он передвигался рядом с изображением мягко и бочком, чтобы при случае пуститься наутёк. Но, к его великому огорчению, полка с книгами была в непосредственной близости от него. Тьфу. В текстах Йонас надеялся найти ответ на свой вопрос, как выбраться из строения не привлекая внимания охраны. Если это вообще реализуемо. Он мог бы посвятить в свой план и Нить. Но та ненавидела его и не доверяла. Ему и так едва удавалось ее на силу кормить. Женщина вновь впала в оцепенение. Через неделю после их попадания в тюрьму, она снова проснулась поздно ночью, начала рыдать и жаловаться, что хочет домой. Её дом сожгли такие, как Йонас. Сердце обливалось кровью.