Лебедь и тигр

Глава восьмая Письмо пришло через три дня. Утро было серым, дождливым, и Ровена уже начала хандрить, сидя у окна с чашкой травяного чая, когда в дверь постучали. Мария вошла с выражением лица, которое Ровена выучила за годы: что-то случилось. Что-то важное. — Вам письмо, ваше высочество, — горничная протянула конверт из плотной бумаги, запечатанный сургучом с оттиском тигра. Ровена выхватила письмо так быстро, что Мария едва удержала поднос. Сердце колотилось где-то в горле. Она сломала печать дрожащими пальцами и развернула лист. Почерк был твёрдым, чётким, почти военным — ни завитушек, ни лишних украшений. Моя принцесса, Император утвердил дату. Свадьба состоится через четырнадцать дней, в первую субботу после новолуния. Во дворце Блэквудов. Я позабочусь, чтобы вас встретили с подобающими почестями. Готовьте вещи. Вам предстоит переезд. Я знаю, что вы не любите суету, но прошу — не спорьте со слугами. Возьмите всё, что вам дорого. В моём доме вы найдёте остальное. Жду вас. Калеб. Ровена перечитала письмо три раза. Четырнадцать дней. Всего две недели, и она станет герцогиней Блэквуд, женой человека, который наполовину демон и который нуждается в её крови, чтобы не сойти с ума. Странно, но эта мысль больше не пугала. Только кружила голову. — Свадьба через две недели, — сказала она Марии, опуская письмо на колени. — Мне нужно собирать вещи. Мария всплеснула руками и тут же засуетилась, отдавая распоряжения слугам. Ровена смотрела на неё и чувствовала, как внутри разрастается странное спокойствие. Калеб не писал о любви. Он не писал, что скучает. Но он написал «моя принцесса». И этого было достаточно. В полдень в комнату ворвалась Белла — вспотевшая после тренировки, в кожаном доспехе, с мечом на поясе и с яблоком в руке. — Я всё знаю, — сказала она, откусывая половину яблока. — Свадьба через две недели. Ты уезжаешь в логово демона. — Белла! — возмутилась Ровена. — Что? Я в шоке. — Белла плюхнулась на кровать, не обращая внимания на то, что пачкает покрывало. — Помогу тебе с платьем. И с вещами. Ты же ничего не умеешь собирать, вечно забудешь половину. — Я не забываю, я… откладываю на потом. — Вот именно. — Белла доела яблоко, бросила огрызок в пустую вазу и откинулась на подушки. — Какое платье хочешь? Белое? Серебряное? Говорят, у герцогини Блэквуд есть фамильная тиара с сапфирами. — Я не знаю, — честно призналась Ровена, присаживаясь рядом. — Я никогда не думала о свадьбе. В детстве я мечтала, что меня полюбят, что я буду красивой невестой… а теперь… — Она замолчала. — А теперь ты выходишь за демона, который может тебя убить в полнолуние, — закончила Белла безжалостно. — Но при этом он прислал тебе письмо и поставил дату, а не бросил, как поступили бы многие. — Ты защищаешь его? — Я защищаю тебя, — Белла повернула голову и посмотрела на сестру. — А он — твой выбор. Если ты хочешь за него замуж — я помогу. Если нет — я вытащу тебя хоть из-под венца. Ровена улыбнулась и прижалась к плечу сестры. — Ты моя скала, Белла. — А ты моя единственная семья, — тихо ответила Белла. — Кроме отца, конечно. Но он… он странный в последнее время. — Из-за разговора о маме? Белла кивнула. — Мне кажется, он тоже её любил. Может быть, до сих пор любит. — Она помолчала. — Знаешь, это странно — осознавать, что ты всю жизнь жил с человеком, который любил не твою мать, а чужую. Но при этом он хороший отец. Запутанный. Но хороший. Ровена ничего не ответила. Она просто сидела рядом с сестрой, слушала дождь за окном и думала о том, что через две недели они расстанутся. Не навсегда — Белла обещала приезжать, — но теперь их жизнь разделится на «до» и «после». В замке Блэквудов было холодно. Не от погоды — от камня, от старых стен, от тишины, которая висела в коридорах, как саван. Калеб сидел в своём кабинете, за массивным дубовым столом, и слушал доклад. — Три покушения, — говорил его помощник, Томас (тот самый, что покраснел при Белле). — Первое — отравленное вино в кубке, который подали леди Ровене на за朝трак. Наши тени подменили кубок до того, как она сделала глоток. — Кто подослал? — спросил Калеб, перелистывая бумаги. — Пока неясно. Слуга, который нёс кубок, найден мёртвым. Яд в его собственной крови. Калеб усмехнулся — холодно, безрадостно. — Профессионалы. Дальше. — Второе покушение — на дороге из лагеря в замок Локов. Лучник на дереве. Наши тени сбили его стрелой до того, как он успел выстрелить. Тело исчезло — видимо, сообщники. — Третье? — Ночью в спальню леди Ровены пытались проникнуть. Двое. Вооружены кинжалами с ядом. Тени уничтожили их в коридоре. Белла и леди Ровена ничего не слышали. Калеб отложил бумаги и поднялся. Подошёл к окну, за которым клубился туман над чёрными скалами. — Моя невеста не знает? — Ничего, ваша светлость. Мы действовали тихо. — Хорошо. — Калеб повернулся к помощнику. — Усильте охрану. Вдвое. Я не хочу, чтобы она узнала о покушениях. По крайней мере, до свадьбы. — Слушаюсь. — Томас помедлил, потом добавил: — Ваша светлость, кто-то явно хочет её смерти. Или… вашего обращения. Калеб замер. — Объясни. — Убийцы использовали оружие и яды, которые воздействуют на святую кровь. Если бы леди Ровена погибла, ваша демоническая сущность… — Томас запнулся, подбирая слова. — Потеря контроля стала бы необратимой. Вы бы превратились в короля демонов окончательно. В кабинете повисла тишина. Даже огонь в камине, казалось, притих. — Кто-то играет со мной, — сказал Калеб тихо. — Кто-то хочет, чтобы я потерял человечность. Стал тем, кого боятся даже демоны. — Возможно, это тот же человек, кто убил родителей леди Ровены, — предположил Томас. Калеб молчал долго. Потом подошёл к столу, взял чистый лист пергамента и обмакнул перо в чернила. — Ступай, Томас. И помни: ни слова Ровене. — Слушаюсь. Дверь закрылась. Калеб остался один, глядя на белый лист. Потом вывел первую строку: Моя принцесса... Он не дописал. Отложил перо и вышел на балкон, в холодный вечерний воздух. Где-то далеко, на востоке, в замке Локов, спала женщина с золотыми волосами. Она не знала, что её уже трижды пытались убить. Она не знала, что её жених посылал демонов охранять её сон. Она не знала, что кто-то очень могущественный хочет превратить его в короля тьмы — и использует её как пешку в этой игре. — Не позволю, — прошептал Калеб в пустоту. — Ты не умрёшь. Даже если мне придётся сжечь весь мир. Ветер донёс запах гари и серы. Где-то в лесах, на границе его земель, монстры завыли, почуяв приближение тёмной силы. Скоро полнолуние. Скоро его безумие вернётся. Но впервые за много лет Калеб не боялся. Потому что у него было ради кого сражаться.