Метка вечной любви

      Всю жизнь Минхо жил с чувством опустошения внутри. Будто ему постоянно не хватало какой-то детали, последнего кусочка пазла. Он всякий раз отметал эти мысли и чувства в сторону, стараясь сфокусироваться на чем-то другом, но все-таки белый шум из беспокойства всегда оставался с ним рядом.       К своим двадцати годам он так и не нашел своего смысла жизни, а каждый день был похож на предыдущие. Лишь работа кузнецом позволяла до сих пор чувствовать себя живым. Тяжелые удары молотом во время ковки оружия помогали выплескивать злость, что снежным комом копилась в нем. Первым другом Минхо была наковальня, на ней же он создал свой первый кинжал, который всегда носит с собой. Орудие около двадцати сантиметров длиной, рукоять из дуба покрыта красивыми узорами, лезвие, заточенное до предела, способно разрезать осиновый лист в полете. В центре гарды покоился одинокий изумруд.       Но в какой-то момент времени даже кузнечное дело ему осточертело. Оно больше не перекрывало ту тревогу, что пронизывала каждую клеточку тела. За неимением близких Минхо решил обратиться за советом к местной старой колдовке. Слухи о ней ходили разные, но из всех них вытекало одно: любую работу, за которую бралась, она выполняла качественно. Перебрав все возможные варианты событий, он таки собрался с силами. Из тех же слухов он знал, где она живет, поэтому вышел из дома и побрел через густой лес к её месту жительства.

***

— Конечно, все маги и ведьмы всегда живут в отдалении, но не через болото же, — недовольно фыркнул Минхо, тяжело перебирая ногами в промерзлой воде. Она почти достигла колена, но на полпути глубина начала уменьшаться. Он оторвал взгляд от своих промокших и грязных ботинок, встал на твердую землю и взглянул перед собой. Перед ним стоял на вид заброшенный дом: забора нет, на крыше отсутствует пара досок, в окнах не горит свет. Только скромный сад рядом позволяет сделать предположение, что это все-таки нужное место. — Может, ну это все, — буркнул Минхо себе под нос, переминаясь с ноги на ногу перед дверью. Ему не было страшно, скорее неловко. Не так часто ему приходилось общаться с людьми, а тем более просить совета. — Меня караулишь, мальчишка? — голос позади раздался неожиданно. Низенькая старушка проковыляла до двери и открыла ее. — Да заходи, милок, заходи, — начала она подгонять его рукой. — Извините, простите… Ничего я вас не караулил и… Спасибо, что впустили. Я хотел… — не успевает он закончить фразу, как колдовка прикладывает указательный палец к его рту, на что тот удивленно поднимает брови. Она хватает его под локоть и ведет куда-то вглубь дома. Проходя по небольшому коридору, Минхо подмечает разные детали. «В доме атмосфера все-таки поживее, чем снаружи».       Пахнет воском от горящих свечей, какими-то ягодами и свежескошенной травой. Повсюду лежат ковры с дивными узорами, стоят полки с книгами, которые, такое чувство, способны развалиться от одного только дуновения ветра. Отворяя дальнюю дверь, она усаживает его на ближайший стул, а сама начинает рыскать у себя в полках. — Вижу, вижу я, юноша, что тебя тревожит что-то. Но перед этим нужно пройти специальную диагностику! — весело говорит бабушка, начиная загадочно улыбаться. Из полки она наконец достает непонятное масло, что при свете начинает переливаться всеми цветами радуги. Растирает им свои старческие ладони и подходит к Минхо. — Хиромантия. Знаешь слово? — Минхо неуверенно кивает. — Вытягивай правую ладонь. — А это точно обязательно? — Мальчик, тебе самому неужто неинтересно судьбу свою узнать? Сколько народу ко мне приходит только за этим! — Не то чтобы интересно, но если вы настаиваете, то ладно, я не против, — Минхо вытягивает вперед ладонь, с явным подозрением наблюдая за действиями старухи. — Умом не обделен ты…ага…так… — бабушка начинает игриво улыбаться и хихикать. — Любовь у тебя будет крепкая, парень, — но спустя пару секунд улыбка начинает сходить с лица. — Что там? Линии сказали, что я утону в вашем болоте по пути домой? — Такие шуточки лучше не шути. В болоте может и не утонешь, но себя уж побереги. Линия жизни меня беспокоит, — старуха разочарованно качает головой, проводя своим пальцем по ладони Минхо близ основания большого пальца. — Ладно, хорошо. Так мы можем перейти к тому, зачем я пришел? — Ах, какой нетерпеливый ты. Так уж и быть, рассмотрю твою жалобу, — говорит колдовка, усаживаясь за свое рабочее место: табуретка, на которой лежит повидавшая жизнь подушка, рядом длинный деревянный стол, на котором лежат множество склянок с непонятной жидкостью. В одной из самых больших банок Минхо увидел мертвую лягушку, плавающую в банке, от чего его передернуло, а к горлу подступила тошнота. — Вообщем, сколько себя помню, всегда со мной было чувство того, что что-то не так, чего-то вечно не хватает. Никак не мог найти себе места, а сейчас и вовсе даже работа не помогает так, как раньше. Все эти чувства и так раздражают, а в особенности тогда, когда не знаешь о чем сам конкретно беспокоишься! Ну не бред ли? — эмоционально рассказывает Минхо, забывая контролировать движения рук и махая ими во все стороны. — На север тебе надо, — говорит колдовка таким спокойным тоном, будто это что-то очевидное. — Всмысле? Как на север? — Минхо стушевался. Свел брови к переносице. — Вот так вот, на север. Там найдешь то, чего ищешь. Точное место сказать тебе не смогу, не в моем это распоряжении. Сердцем сам почувствуешь когда надо будет остановиться, — говоря все это, она смотрела то в левый, то в правый глаз Минхо. Он отвечал ей тем же. Непонятно, кто кого пытался загипнотизировать, но закончив свою речь колдовка перевела взгляд за спину Минхо и кому-то кивнула. Минхо спешно обернулся, но там никого не оказалось. — Спутанно как-то, но ладно, разберусь. Спасибо за помощь, но кому вы только что кивнули? — Да это духи мои лесные чушь говорят какую-то. Ты не волнуйся, тебя не обидят. Могу к тебе одного на защиту пристроить, хочешь? — Нет, нет, спасибо, я как нибудь сам, — Минхо встал со стула и неглубоко поклонился старухе. Почти развернулся к выходу, как та вдруг перехватила его за руку. — И помни, береги себя… — прозвучало это уж очень тихо и загадочно. — Хорошо? — ответил ей Минхо в такой же манере.       Колдовка кивнула ему и начала прогонять на выход. Попятившись спиной и чуть не врезавшись в стену с различными травами, он таки вышел из дома ведьмы. Как только он перешел порог и оказался на улице, услышал громкий стук. Дверь за ним закрылась быстро и резко, весь дом затих, волшебные запахи пропали, а огня свечей, что были расставлены на каждом углу дома, не было видно сквозь окна. Дом будто снова стал мертвым. — Вот волшебники дают конечно, — усмехнулся Минхо и побрел обратно в сторону дома.

***

      Почти дойдя до своего жилища, он увидел парочку. Парень и девушка буквально испепеляли друг друг влюбленными глазами. Они держались за руки, сидя на скамейке. Аура умиротворения и какой-то теплоты от них исходила, такое чувство, за километр. «Истинные, значит».       Он зашел домой и хлопнул входной дверью. Казалось, что все были счастливы кроме него, а такой любви ему тем более в жизни не видать. Во-первых, кто его полюбит такого? Во-вторых, истинные пары встречались крайне редко. Он знал, что в их деревне таких есть две пары. Видел он одну из них.       Вообще, услышал он о существовании истинных еще в детстве. В один из тех моментов, когда ему еще не казалось, что его ненавидит весь мир, мама рассказала ему о них. У таких людей случается любовь с первого взгляда. Они могут сильно привязаться друг к другу уже на второй день знакомства, что было вполне оправданным, так как метка, что у каждой пары имела свою форму, появлялась у партнеров на тыльной стороне ладони в первый же день знакомства. Говорила она о вечной любви партнеров, что любить друг друга будут даже в загробной жизни. Никаких более подробностей он не знал, да и неинтересно было. Даже непонятно и неприятно. Как можно влюбиться в первый же день, совсем не зная человека?       Он кинул походную сумку на кровать и начал складывать свои вещи, коих было не так уж и много. Да, он принял решение идти на север. Да, он доверился непонятной колдовке. Да, он готов бросить все, так как его ничего тут не держало. «Нравился ли мне кто-то?», — пронеслось в голове, пока он искал в шкафу рубаху.       Но перебрав всё то немногочисленное количество людей, с кем контактировал в жизни, он не смог обнаружить такого человека, который мог ему нравиться. Всегда было как-то не до этого. А любил ли он вообще когда-то? Вопрос остался открытым и он долго думал, пока не обнаружил, что уже собрал все необходимое.       От родителей он жил отдельно. Пускай в старой и шаткой лачуге, но зато никто не наседал лишний раз. С ними он решил не прощаться — так будет легче и проще. Им ничего пытаться объяснять не надо, хотя было ли это вообще интересно для них? Скорее всего нет.       Закрыв дверь дома на замок, он пошел на задний двор. Там, под тенью дерева, была горочка, которая обозначала место захоронения некогда любимого кота Минхо. Он прожил с Минхо бок о бок восемнадцать лет, но умер от старости у него на руках. — Только по тебе скучать буду, Суни, — скупая слеза скатилась по щеке Минхо, когда тот присел рядом с могилкой. Пытаясь запомнить это место как можно четче, всматривался в каждую деталь. Предчувствовал, что это может быть последний раз, когда он здесь. Он быстро стер следы своей секундной слабости рукой и поднялся, отправляясь в дорогу.       С этого момента его непредсказуемый путь на север был начат.