Comfortable Numb

      Карта была старой — углы загнулись, по сгибам пошли надрывы, и некоторые названия улиц едва читались. Когда-то давно она висела в кабинете Ориона Блэка. Она ничем не отличалась от других, даже не казалась магической — линии дорог были статичными, Темза не плескалась, по переулкам не двигались таблички с именами, как было с картой мародёров под гомункуловыми чарами.       Отец успел нанести на неё кое-что своё, мелким убористым почерком, — ныне нечитабельным из-за поплывших чернил, — а от карты в воздухе оставался лёгкий шлейф магический дымки. Однако карта была не более чем чертежом города.       Они сидели в дальней комнате на втором этаже — той, где раньше хранились вещи Регулуса, а теперь Орден держал разного рода бумаги. Стол был завален отчётами, часть из которых Сириус уже прочитал и отложил, часть ещё предстояло разобрать и рассортировать. Работа была скучной, но необходимой — именно такой, которую никто не хотел делать, но по итогу она всегда доставалась им с Ремусом. Сириус подозревал, что Люпин от неё не страдал. Он вообще умел находить в подобном что-то своё: шуршать бумажками, делать пометки, погружаться в монотонное занятие с головой. Сириус смотрел на него и иногда не мог решить — раздражает его это или нет.       Ремус сидел напротив, склонившись над листком с цифрами. Что-то подсчитывал, время от времени зачёркивал, писал снова. Перо у него было старое, с расщеплённым кончиком, и скрипело при каждом движении. Сириус уже трижды собирался было сказать Ремусу об этом, но передумывал, переключая своё внимание на импровизированные фигурки-маркеры на карте.       — Вот этот маршрут, — Ремус развернул карту к Сириусу и ткнул пальцем, — не работает. Смотри. Если они выходят отсюда и идут через Чаринг-Кросс…       — Их увидят с угла.       — Именно, — Ремус провёл линию карандашом. — Значит, нужен обход. Можно здесь или…       Снизу донёсся шум.       Оба подняли головы. Что-то прокатилось по дощатому полу и остановилось, послышалось шарканье и недовольное бормотание. Кикимер слонялся по дому, как обычно. Сириус поморщился, закатил глаза и снова посмотрел на карту.       — Либо через переулок, — сказал он. — Но теперь там много навесов и бельевых верёвок, на метле между домов не пролететь.       — Значит пешком до…       Снизу снова что-то грохнуло, будто огромная башня из посуды брякнулась на стол.       — Он сегодня особенно активный.       — Он всегда так делает, когда мне нужна тишина, — устало сказал Сириус. — Специально.       Ремус не ответил — только чуть поджал губы — Сириус знал это выражение лица наизусть, знал ещё с той поры, когда они делили одну комнату на четверых, и Ремус вот так же молчал в ответ на какое-нибудь особенно сомнительное предложение Джеймса. Тогда это означало: ты перегибаешь, но я промолчу. Сейчас происходило то же самое.       Странным казалось то, что Сириус вообще это помнил. Что за столько лет такие мелкие детали никуда не делись. Только вот комнаты на четверых давно не было. И Джеймса не было. И сам Ремус был другим. Но что-то в нём осело за эти годы, стало тише, лаконичнее. Как будто он научился занимать в пространстве ровно столько места, сколько ему отведено, и не больше. Сириус легко улыбнулся этому наблюдению.       

***

      Тем временем Кикимер спустился в холл. Остановился у зеркала — оно отражало только пустой коридор: домовой эльф был слишком мал, чтобы увидеть в зеркале своё отражение. Прислушался. Голоса наверху звучали приглушённо, люди явно были погружены в обсуждение и не обращали внимание на домовика.       Хорошо.       Кикимер помедлил. Подумал об оборотне-полукровке, который сидел рядом с хозяином, и его морщинистое лицо скривилось, как от гнилого лимона. Хозяйка никогда бы не позволила мерзкому оборотню переступить порог поместья Блэк. Хозяйка была бы в ярости. Хозяйка знала. Но сейчас было не до этого.       Камин в гостиной был холодным — давно не топили. Кикимер подошёл к нему и сел на корточки, глядя в тёмный зев. Сложил костлявые руки на коленях и начал ждать. Он знал, что делает это не просто так, знал, что сейчас произойдёт.       Долго ждать не пришлось.       В камине полыхнуло зелёное пламя, но Кикимер не пошевелился, он не удивился увиденному.       — Сириус? — голос был тихим и напряжённым. — Сириус, где ты?       В огне появилось лицо. Молодое, очкастое, с заметным шрамом на лбу. Об этом шраме знала каждая магическая душа в Британии, каждая говорящая картина.       Кикимер смотрел на него и думал, что живые легенды должны выглядеть иначе. Что у них должна быть чистая кровь. Что мать этого мальчика — мерзкое отродье, грязное пятно на белом пергаменте магического мира. И никакое пророчество не отбило бы у Кикимера глубокое чувство ненависти к мальчишке. Его жилистые пальцы исказило судорогой, и эльф дернулся, зашуршав грязными бинтами на предплечьях.       — Кто это? — Настороженно спросил Гарри.       Домовик помолчал секунду, поборов в себе очередную волну отвращения, и натянул на лицо ядовитую улыбку. Затем он вплотную подошёл к камину.       — В очаге голова мальчишки Поттера, — эльф обернулся в сторону лестницы и прислушался к голосам наверху. Не хватало ещё, чтобы хозяин услышал вопли из камина. — Зачем он сюда явился, интересно нам знать!       — Где Сириус, Кикимер? — требовательно спросил Гарри.       — Хозяина нет дома, Гарри Поттер, — довольно протянул Кикимер, сощурив свои маленькие глазки.       — Куда он ушёл? Куда он ушёл, Кикимер? — в голосе Гарри что-то дрогнуло.       Старый домовик зашелся писклявым смехом, прикрыв оскал кривых зубов руками.       — Предупреждаю тебя! — огонь в камине сильно полыхнул. — А Люпин? А Грозный Глаз? Хоть кто-нибудь из них дома есть?       — Никого, кроме Кикимера! — эльф ликующе вскочил, отвернулся от камина и нарочито медленно побрёл в сторону двери.       Ему нужно довести мальчишку, заставить его волноваться.       — Пожалуй, Кикимер сейчас пойдёт поболтает с хозяйкой… да-да, у него давно не было такой возможности, хозяин его к ней не подпускал…       — Куда ушёл Сириус? — завопил Гарри ему вслед. — Кикимер! Он пошёл в отдел тайн?       Это было слишком громко, успел подумать Кикимер. Должно быть, хозяин и мерзкий оборотень услышали вой отпрыска Поттеров. Он замер и вновь прислушался, но голоса сверху возобновились, звука шагов не последовало.       Просто чудесно.       По лицу домовика расплылась до отвратительного довольная ухмылка. Кикимер попытался подавить её подавить, но на всякий случай не стал оборачиваться к голове в камине:       — Хозяин не делится с Кикимером своими планами.       — Но ты ведь знаешь! — взревел Гарри. — Разве это не так? Ты же знаешь, где он!       Шагов вновь не последовало, но голоса на втором этаже стихли. Кажется, хозяин насторожился и вот-вот спустится в кухню. Нужно было среагировать быстрее, поэтому Кикимер хихикнул:       — Хозяин не вернется из Отдела тайн! Кикимер с хозяйкой остались вдвоём!       Затем эльф бросился прочь из кухни. Он засеменил вверх по лестнице и уже слышал злой голос хозяина из-за плотно закрытой двери.

***

             — Значит, пересекаем черту пешком, — сказал Ремус, — а дальше аппарируем уже с той стороны.       — Должно сработать, — устало сказал Сириус, но улыбнулся.       Ремус кивнул и улыбнулся в ответ, потянулся за следующим листом. Сириус откинулся на спинку стула и потёр глаза. Он подумал, что неплохо бы чуть передохнуть и выпить чаю, когда снизу послышался приглушённый крик. Они с Ремусом обменялись недоумевающими взглядами.       Кикимер разговаривал с портретами постоянно — находил способы стянуть тряпки с рам, пока никто не видел, и часами бубнил что-то себе под нос, пока предки Блэков отвечали ему тем же. Привычный фон, ничего нового. Но потом крики стали громче, отчего Сириус насторожился.       Он отодвинулся от стола и встал.       — Я сейчас, — бросил он Ремусу и вышел в коридор.       Голоса стихли несколько мгновений назад. Сириус остановился, прислушался — тишина, только скрип половиц где-то близко. Эльф был на втором этаже, шаркал ногами в одной из комнат. Сириус шагнул в сторону источника звука и резко толкнул дверь.       Дверь распахнулась со звонким скрипом старых петель. По ту сторону раздался пронзительный визг.       Кикимер распластался на полу прямо у порога, зажимая длинный нос обеими руками. Сквозь пальцы сочилось что-то тёмное. Маленькие глазки смотрели на Сириуса с такой смесью ярости и обиды, что выглядело даже нелепо.       — Какого чёрта? Что ты делал внизу?       Домовик зашмыгал разбитым носом и что-то невнятно пробормотал.       — Кикимер, — процедил Сириус сквозь зубы. — Что. Произошло. Внизу?       — Хозяин якшается с мерзким оборотнем, — эльф начал отползать в сторону, бросив беглый взгляд за спину Сириуса. — Хозяйка бы не позволила! Хозяйка бы сказала…       — Хозяйки больше нет, хозяйка давно гниёт под землей, — оборвал его Сириус. — И это не её дом. Это мой дом. Последний раз спрашиваю — что произошло внизу?       Кикимер часто задышал и начал кричать:       — Кикимер не обязан отчитываться перед хозяином, который привёл в дом нелюдя!       За спиной скрипнула половица. Сириус обернулся — в дверном проёме стоял Ремус. Тот посмотрел на Кикимера на полу, на Сириуса, снова на Кикимера. Вид у Люпина был такой, словно он зашёл не вовремя и прекрасно это понимал. Он озадаченно поднял брови.       — Волчья тварь! — взвизгнул домовик и вскочил на ноги. — Мерзкая грязнокровка! Позор магического мира!       Ремус и бровью не повёл. Облокотился на дверной косяк, сложил руки перед собой, лицо у него было совершенно спокойное. Он смотрел на домовика без злобы, без малейшего интереса, и во взгляде его не было ничего: ни задетого самолюбия, ни желания ответить. Выглядел он совершенно обыденно, словно услышал что-то привычное и будничное, как прогноз погоды.       Вот это и было хуже всего.       — Хозяйка бы спустила с оборотня шкуру! — продолжал верещать эльф, показывая на Люпина кривым пальцем.       — Замолчи, — тихо сказал Сириус.       Кикимер перешёл с визга на бессвязное бормотание проклятий, его лицо дергалось в злобном оскале. Ещё немного, и он бы забарабанил руками и ногами по полу, как капризный ребёнок.       — ХВАТИТ! — Возглас громом пронёсся по дому. Где-то на чердаке завозился Клювокрыл. — Хватит, я сказал! Мне надоело! Мне надоело каждый блядский день слушать твои вопли!!!       Кикимер вздрогнул и вжался в стену.       — Ты, жалкое!.. — Сириус сжал кулаки до побелевших костяшек, его руки затряслись. Он на секунду прикрыл глаза и шумно выдохнул через нос.       — Убирайся, — сказал Сириус. — Слышишь меня? Вон. Сейчас же.       В глубине дома зашипел портрет Вальбурги Блэк.       Кикимер поднял взгляд на хозяина, и что-то в его лице изменилось. Теперь он не корчил гримасы и не бросал злобные взгляды в сторону Ремуса.       — Хозяин сказал убираться, — пролепетал домовик. — Хозяин приказал Кикимеру вон.       — Именно. Вон. Сейчас же.       Кикимер поднял костлявую руку, сложил пальцы для щелчка и с характерным “хлоп” исчез.       — Ты в порядке? — негромко спросил Ремус, шагнув в его сторону.       — Да, — сказал Сириус. — Извини.       — Не за что извиняться.       Сириус не ответил. Он глубоко дышал и ждал, когда волна злости сойдёт на нет. Что-то в Кикимере было не так. За секунду до исчезновения на лице домовика проступила тень удовлетворения. Он улыбался.

***

      Орден начал собираться около полуночи.       Пришли не все — Кингсли, Тонкс и Грюм. Молли осталась в Норе вместе с близнецами и Артурои, Дедал Дингл ещё не успел добраться. Кухня наполнилась голосами. Сириус сидел в углу и постепенно забывал о выходке домового эльфа.       Ремус сел рядом. Ничего не сказал — просто сел, придвинул кружку с чаем и раскрыл какую-то бумагу. Сириус покосился на него.       Тонкс плюхнулась с другой стороны от Ремуса с таким энтузиазмом, что деревянный стул жалобно скрипнул и немедленно поехал в сторону. Она едва не рухнула, в последний момент ухватившись за край стола. При этом Дора смахнула чью-то кружку на пол, и тут же, как ни в чём не бывало, повернулась к Ремусу. Волосы у неё сегодня были огненно-рыжими и торчали в разные стороны.       — Слушай! Я тут читала про случай в Бирмингеме в сорок восьмом, ты знаешь эту историю? Там же все было совершенно иначе! В официальных записях Министерства накалякали всякую чушь!       Ремус поднял взгляд от бумаги и коротко кивнул. Тонкс немедленно подалась вперёд и навалилась локтями на стол, продолжая лепетать.       Сириус отвёл взгляд, потёр запястье.       Дора всегда так делала — вваливалась, громила всё вокруг, ойкала, начинала говорить, и совершенно неважно с кем. Просто сегодня он устал, и поэтому её поведение показалось ему раздражающим.       Просто устал.       Он снова сделал глоток и посмотрел на Грюма и Кингсли.       Их разговор шёл о маршрутах — снова, в который раз. Грюм стоял у стены, он навалился на свою изогнутую палку-трость, магический глаз вращался медленно, осматривая комнату по кругу.       Внезапно камин вспыхнул зелёным. Разговор прервался, и все обернулись.       В огне начали проступать черты лица Снейпа, длинные и угловатые, с привычно-недовольной гримасой.       — Довожу до вашего сведения, — подал голос Снейп, — что Поттер отправился в запретный лес и не вернулся.       Тонкс издала булькающий звук. — Есть основания полагать, что мальчишка направляется в Министерство. В Отдел тайн.       Пауза. Магический глаз Грюма начал наворачивать круги с невероятной скоростью.       — Поттер не один, он взял с собой нескольких студентов. Прежде чем сбежать, он пытался связаться с Гриммо через камин в кабинете профессора Амбридж, на чём был схвачен с поличным.       В кухне повисло тяжёлое молчание. Сириус с силой ударил кружкой по столу. Дора вздрогнула и неестественно выпрямилась. Кингсли не пошевелился, но его плечи напряглись. Грюм смотрел на камин, и магический глаз замер впервые за весь вечер.       — Студентов? — Грюм первым нарушил тишину.       — Нескольких, — повторил Снейп. — Уизли, Грейнджер. Ещё двое или трое, подробностей нет.       — Отдел тайн? — переспросил Ремус. — Ты уверен в этом, Северус?       — Информация достоверна, Люпин, — отрезал Снейп. — По моим подсчётам студенты уже находятся в здании Министерства.       Сириус не услышал, что Снейп сказал дальше. В ушах стоял звон. Он смотрел сквозь камин и не двигался, и где-то краем сознания понимал, что люди вокруг о чем-то говорят. Грюм спрашивал, Ремус уточнял — но слова не складывались, оставались бессмысленным гомоном.       Рон, Гермиона, ещё парочка ребят. Гарри.       Гарри!       Сириус почувствовал, как у него похолодело в затылке, а по мышцам пробежала судорога. Под ложечкой неприятно засосало. Он сжал пальцы, вскочил из-за стола. Присутствующие в комнате обернулись на него, пламя в камине замерло.       По моим подсчётам студенты уже находятся в здании Министерства.       — Где Кикимер?       Снейп в камине приподнял бровь, Кингсли непонимающе моргнул.       Сириус выбежал в коридор, поочерёдно распахивая все двери по пути — Кикимера нигде не было. Ни шарканья, ни причитаний, ни скрипа где-то в глубине дома. Ничего.       — КИКИМЕР! — от криса у Сириуса засаднило в горле.       Тишина.       Он вернулся на кухню. Грюм посмотрел на него так, словно пазл в его голове уже начал складываться, и маячащие на горизонте события ему ой как не нравились. Ремус встал и опёрся ладонями на стол. Волосы Тонкс потемнели. Кингсли теребил в руках палочку.       — Он исчез, — констатировал Сириус. — Когда я его выгнал, он исчез. Не ушёл наверх, не спрятался в пыльном углу. Его нет в доме.       — Сириус, — аккуратно начал Ремус. — Подожди.       — Не могу я ждать! — он обернулся к камину. Снейп всё ещё был там. — Ты сказал, что Гарри пытался связаться с Гриммо через камин в кабинете Амбридж, так?       — Именно это я и сказал, Блэк.       — Так, — повторил Сириус. — Кикимер был внизу один, пока мы были наверху и обозначали маршруты на карте.       Глаза у Ремуса расширились, брови поползли вверх:       — Получается, он…       — Он гремел нарочно, чтобы проверить, не привлечёт ли наше внимание. — Сириус начал мерить шагами комнату, не находя себе места. — Он был внизу и разговаривал с Гарри!       Волосы Тонкс стали абсолютно чёрными.       — Он ждал, — продолжал Сириус, тряся руками перед собой. — Он ждал у камина! Этот поганый кусок дерьма знал, что Гарри рано или поздно попытается связаться со мной! Он всё подстроил, а мой приказ он воспринял как возможность покинуть пределы дома…       Последовательность наконец выстроилась в чёткую картинку, и Сириус замер посередь комнаты, ошарашенный.       Господи.       — Гарри думает, что я в плену. Поэтому он направился именно в Министерство, туда, где напали на Артура.