Звери спрятались в кусты...

      Истории замечательны сами по себе. Они хранят опыт, чувства, впечатления и фантазию, заключают в себе определённый посыл, мораль. Истории способны заставить задуматься и посмотреть на жизнь под другим углом, пересмотреть свои убеждения. Они вызывают разные эмоции, будь то смех, слёзы или злость. Будет справедливо сказать, что истории могут значительно повлиять на формирование личности человека. В зависимости от того, какие сказки читали вам в детстве, такую мораль вы могли перенять. А уже от того, что вы читали в другие периоды своей жизни зависит то, подпитывали ли вы эти морали, укрепляя их, или же наоборот, заменяли другими.       Именно за это я и люблю истории. В прошлом я мечтал стать писателем или коллекционером местных легенд и слухов. Будучи ребёнком, мне подолгу приходилось оставаться в библиотеке – так уж сложилось, что там работала подруга матери, и мне частенько приходилось оставаться на её попечение. Приятная, добрая и крупная женщина читала мне и другим детям сказки, наполненные фантастическими приключениями. Я смеялся, радовался, плакал, проживал огромное количество историй вместе с героями книг, и каждую секунду искренне наслаждался этим. После чтения мы могли ещё долго обсуждать прослушанное, рассуждать, делиться мнениями и впечатлениями, а иногда даже спорить. Истории сближали нас, и продолжают до сих пор. Мы подражали понравившимся персонажам, перенимали их повадки, особенности выражений и мировоззрения. Мы вдохновлялись, мечтали, желали таких же приключений в нашей обычной, мирной жизни. Мы мечтали путешествовать, покорять неизведанные земли. И пусть даже в нашем мире не было магии и всё уже давно открыто, изведано за нас, мы всё равно старались находили мистическое, загадочное, чего нельзя было объяснить, искали что-то новое лично для нас, невиданное прежде.       Позже я открыл для себя истории людей, с которыми виделся каждый день. Меня поражал тот факт, что человеческая жизнь может быть наполнена различными событиями, которые интереснее книжных сюжетов. Оказывается, что в руках хорошего рассказчика даже самая обыденная ситуация может стать чем-то увлекательным.       За своё детство я начитался многих книг, а наслушался ещё больше. Не все из них были хорошими, но тот факт, что они существуют, и что я и другие имеем возможность о них узнать, говорит о том, что каждая история имеет право на своё существование. Чем больше я читал, чем больше слышал и слушал, тем больше убеждался в том, что люди – это огромная библиотека, и каждая особенная по своему наполнению. Я рос, мои интересы и жизнь постепенно менялись. Но я всё так же продолжал захаживать в библиотеку и уже сам читал истории детям. Их блеск в глазах напоминал мне самого себя когда-то. Когда я выступал в роли рассказчика, я будто бы выпадал из реальности, погружался в мир вымысла, захватывая с собой всех слушающих. Я делился с детьми историями из своей библиотеки – такой удивительной, большой и увлекательной. Когда приходило время прощаться, я видел, с каким восторгом уходили слушатели. И я был горд. За себя, за них, и за их библиотеки, которые наполнялись с каждой встречей всё больше и больше.       Когда мне было тринадцать, я очень сильно увлёкся городскими легендами, которые приносили мне много необъяснимых эмоций. Я жадно впитывал местные слухи, старался как можно точнее и быстрее всё запомнить, будто бы от этого зависела моя жизнь. Чтобы точно ничего не забыть я завёл тетрадь, куда всё и записывал. Туда же я записывал истории реальных людей. В моменты заполнения меня мучили вопросы: "Действительно ли это происходило с ними или они просто выдумывают? Действительно ли в нашей реальности подобные ситуации возможны?". В один момент я решил начать проверять правдивость местных слухов. Тщательно собрав всю необходимую информацию и вещи, я уходил рано утром и возвращался поздним вечером, обследовав округу, где, по рассказам, могли происходить разные странности. Чаще всего я приходил так ничего и не увидев, ставя пометку «вымысел» рядом с историей в тетради, но зато какое счастье я испытывал в тот момент. Я ощущал себя исследователем, своеобразным приключенцем.       Позже к моим прогулкам присоединились и другие ребята, с которыми я познакомился совершенно случайно. Нас вряд ли могло бы объединить что-то иное, так как наша жизнь, принципы и взгляды на мир совершенно различаются, как и планы на жизнь. Но общим, и самым важным, у нас было одно – любовь к историям и желание приключений. У нас сформировалась своя группа "охотников за тайнами" - так мы себя называли. Пожалуй, те времена навсегда останутся в моей памяти самым счастливым воспоминанием. До одного дня, о котором я хочу рассказать далее.       Эта история произошла в нашем посёлке городского типа, находящегося в десяти километрах от ближайшего военного городка. Из достопримечательностей здесь только площадь со зданием администрации и набережная. Население у нас небольшое, основную массу составляют приезжающие из ближайших деревень, в которых не нашлось лишней работы или не хватило бюджета на постройку небольшой больницы и школы. Посёлок достаточно унылый сам по себе, поэтому неудивительно, почему жители начали развлекать себя выдумками.

      «Не ходи ночью к воде – утопленники заберут» - ложь. «Если на рассвете прийти на улицу N., то можно увидеть призраков в окнах» - ложь. «У заправки ровно каждый час плачет младенец» - правда, но почему это считают страшилкой? И многое другое.

      Наша компания «охотников» состояла из пяти человек: трёх парней, включая меня, и двух девочек. Мы были все разного возраста, но всё-таки найти общий язык смогли. И вот уже как три года вместе исследовали наш небольшой мирок, полный разных тайн и загадок.       В тот год мне исполнилось семнадцать. Русоволосый, загорелый и с яркими веснушками по всему телу, с постоянно сбитыми костяшками и шрамами на руках и ногах. Стрижка всегда беспорядочная, чаще всего ходил ёжиком. К своему стыду, признаюсь, что по молодости грешил разными уличными драками. Но не просто так, в силу буйного нрава, а за деньги. Раз в неделю собиралась компания из желающих и ставили небольшие суммы. Иногда я действительно мог подзаработать на карманные расходы. Но чаще всего проигрывал. Оттуда и шрамы по всему телу, чуть сдвинутый в сторону нос и хромота на одну ногу. Своеобразные трофеи как за победы, так и за проигрыши. И не очень хорошая репутация среди местных. На правах самого старшего "охотника" на мне лежала ответственность за младших: следить, чтобы с ними ничего не произошло в наших походах, чтобы пришли домой в целости и сохранности, или чтобы просто никто никого не обижал. Но даже моя компетентность в этом вопросе не особо влияла на мнение родителей моих товарищей как обо мне, так и о нашей деятельности.       Я очень отчётливо помню те несколько дней. Как обычно, мы договорились собраться у Иры и обсудить наши "находки", а потом составить план действий для похода. Мы собирались так несколько раз в месяц, и каждый раз в одном и том же месте, в одно и то же время. Местом встреч стал дом бабушки одной нашей "охотницы" - Иры. Он находился в центре посёлка, поэтому всем было удобно расходиться по домам - не слишком далеко, не слишком близко. Идеальное расстояние для всех, чтобы никто не обижался, если кому-то приходилось тратить на дорогу больше времени, чем другим. Тут были поблизости и магазины, и автобусная остановка, и местные достопримечательности.       Хотя день и близился к своему окончанию, было очень жарко. Я брёл вдоль улицы после очередной драки, весь в пыли и избитый. Кровь из носа уже не текла. Она знатно испортила мне одну из немногочисленных в моём гардеробе больших маек, вряд ли я смогу отмыть её. “От матери точно влетит” - думал я в тот момент, осматривая на себе подобие тряпки, а не нормальной вещи. “И за новые раны тоже шум поднимет. Надо попросить девочек что-то сделать с этим, чтобы не так заметно было”. Моя матушка знала в чём я участвую. Чего она не знала, так это того, что я и сам был не против поставить последние деньги и постоянно проигрывал их.       Пиная камушки на дороге, я шёл без настроения, попутно пытаясь отвлечься от своей очередной неудачи. В этот раз я услышал новую и относительно интересную историю, которая произошла не так далеко от посёлка. В двух часах ходьбы, где-то в лесу между психбольницей и тюрьмой мужчины начали сбиваться с пути, а потом наталкиваться на сторожку. В ней они видели слабый свет от свечи, и, подойдя ближе к окну, замечали красивую, но рыдающую девушку. Говорили, что если она заметит тебя - либо умрёшь, либо сойдёшь с ума. Такая короткая и особо не примечательная байка, которую можно объяснить достаточно просто: девушка сбежала из психбольницы или тюрьмы, и просто убивала свидетелей. Исходя из концовки, я подвергал всю историю и какие-либо подробности большому сомнению, так как её я услышал от местных пьяниц, которым доверять явно не стоило. Мало ли, что может прийти на пьяную голову человеку.       Наконец, дойдя до знакомой зелёной калитки, я постучал, а затем крикнул “Есть кто?”, давая жильцам знать, что у них гости. Реакция последовала сразу же - во дворе за забором подала голос собака, разразившись сильным лаем, а после послышались торопливые шаги. - Что с тобой опять случилось?! - воскликнула темноволосая девушка, увидев мой неприглядный вид - это была Ира. - Заходи быстрее! - она подхватила меня под руку и затащила внутрь двора, а после и в дом, при этом успевая шикнуть на привязанную собаку, которая не собиралась всё никак умолкать даже после появления хозяйки.       Ей в тот год было тринадцать лет. Иностранка, приезжающая каждый год из Англии к своей бабушке на лето. Забавная девчушка, которая постоянно бегает в причудливых нарядах и воображает себя ведьмой. Её бабушка - Галина Михайловна - обучает её разным гаданиям и заговорам, так что неудивительно откуда у неё появилось пристрастие к подобным вещам. Довольно хороша собой как внешне, так и внутренне. Мать у неё - русская, а отец - англичанин. Смесь крови явно дала свои плоды: чёрные короткие волосы, собранные в маленькие хвостики, зелёные, похожие на изумруд глаза, пышные ресницы, маленький носик, который всегда немного подрагивал, стоило ей было засмеяться. На фоне других девушек в посёлке она действительно выглядела экзотично, привлекая всеобщее внимание. В год нашего знакомства она так же имела акцент, плохо говорила по-русски. Сейчас же, благодаря общению с нами и влиянию бабушки, акцент практически исчез, появлялся только в редких случаях, когда девушка волновалась.       На ней развивалось лёгкое белое летнее платьице, с тонкими лямками на плечах, которые вечно так и норовили сползти с плеч, привлекая внимание к её фарфоровым маленьким плечикам. Волосы она собрала в один хвостик у затылка, как всегда украсив их какими-то непонятными заколками с цветочками, зайчиками и звёздочками. Для её возраста это было уж слишком по-детски. Она угрюмо шлёпала по двору в больших для неё резиновых тапочках, и было очевидно, что ей в них неудобно.       Дом был небольшой: всего пара комнат и общая кухня. Туалет стоял на улице, а ванную заменяла баня, причём довольно хорошая! Никогда в своей жизни я не видел бани лучше, чем у Ириной бабушки. Маленькость дома компенсировали большой двор и огород, которые постоянно были чем-то засажены и требовали посторонней помощи в уходе, так как старушка с Ирой, очевидно, не справлялись. Галина Михайловна любила выращивать различные цветы, ягоды и фрукты, чем потом торговала на местном рынке. И довольно удачно, стоит заметить - все плоды её труда были восхитительны, как съедобные, так эстетичные.       Когда мы зашли в дом, в нос ударил запах недавно испечённого печенья и чая с мятой. Желудок сразу же отозвался громким урчанием и лёгкой болью, заявляя о том, что ему хотелось бы поскорее отведать вкусностей. Я же лишь молча плёлся за темноволосой, которая уверенно вела меня в свою комнату. Посадив на скрипучую кровать, она скомандовала мне сидеть и ждать её возвращения. А для меня в тот момент было удивительно то, как они спокойно обходятся без дверей. Кроме входа и комнаты Иры, проёмы были полностью открыты, ни занавесок, ни чего-либо другого. У темноволосой на проёме висел занавес из бусин в виде звёздочек. Я в них часто запутывался по неосторожности и это сильно бесило. Лучше бы ничего не было, чем этот ужас. За нами в комнату зашла другая девушка шестнадцати лет, которая скорее всего всё это время сидела на кухне и пила чай - Аня. Её волосы были собраны в неряшливый пучок, с которым она выглядела довольно забавно и так по-домашнему. Сегодня на ней был ярко-зелёный топ и короткие джинсовые шорты. Я сразу же отвёл взгляд в сторону, немного смутившись, как только заметил это. - Ну и? Сегодня тебя опять отделали? - язвительным тоном поинтересовалась девушка. - Ага. - Какая жалость. - ответила с усмешкой. Она делала вид, что ей не было никакого дела до меня и моих драк, но каждый раз спрашивала. Поначалу подруги поднимали шум и даже пыталась ругать меня, что выглядело забавно и глупо. Позже, Аня смирилась и приняла бесполезность всего этого. Она старалась и подругу свою заставить перестать реагировать на мои раны, мол, большой парень, сам всё решит и позаботиться о себе. Но её не слушали.       Аня была противоположностью своей подруги — типичная представительница нашего посёлка. Грубая, саркастичная, жадная до чужого внимания девушка. Глядя на этих двоих, постоянно задаёшься вопросом: «Как они вообще смогли подружиться?». Блондинистые волосы, по состоянию напоминающие солому, часто были кое-как заплетены в косы. Большой нос с горбинкой, появившейся будто бы неестественным путём. Постоянное недовольное выражение лица, взгляд голубых глаз, напоминающий лёд. Внешний вид и поведение заставляли людей сторониться её, что не сходилось с её желанием быть в центре внимания. Но было в ней всё-таки и неплохое: ножки и бюст. Это не мог отрицать никто, кто хотя бы раз видел Аню в живую. Если бы она получше следила за собой, что внешне, что внутренне, то у неё могли бы быть все шансы получить желаемое.       Не желая продолжать дальше разговор, я начал оглядывать уже давно знакомую комнату. Здесь было довольно тесно - кое-как могли поместиться трое. Но мы умудрялись сидеть тут впятером и чем-то заниматься. Ирина комната вытягивалась к окну, которое выходило на солнечную сторону, из-за чего летними днями здесь было неимоверно душно. Приходилось всегда его закрывать, из-за чего в комнате было мрачно. Особую атмосферу придавали расставленные на столе возле окна свечи и разбросанные карты Таро, какие-то бумажки с рисунками и книги. На узком подоконнике, каким-то чудом не снесённые старым серым котом Ясиком, стояла рассада. По левую сторону от входа стояла старая кровать, которая совсем скоро обещала сломаться. На ней лежал растрепавшийся и выцветший от времени плед, подаренный Галиной Михайловной на день рождения. Остальное пространство комнаты занимал огромный старый шкаф.       Запах выпечки, доносившийся с кухни, смешивался с запахом домашних свечей и цветов, что создавало уют. Даже в таком небольшом беспорядке и тесноте мне всегда было спокойно. Возможно, именно из-за этого мы единогласно решили собираться здесь. Каждый был не против прийти в любой день в гости, отведать вкуснейшую стряпню, поболтать со старушкой, помочь ей по хозяйству, а в ответ получить много позитива и заботы. - Сколько сегодня проиграл? - с интересом спросила Аня после некоторого молчания, садясь на стул. Я хотел промолчать, так как ответ на этот вопрос тяготил меня. Было тяжело признаваться в том, что сегодня вышло так по-глупому. Но блондинка сверлила меня взглядом, и во всём её выражении читалось, что она была намерена выпытать у меня ответ любой ценой. - 500 рублей. - ответил я, а после уронил свою голову на ладони. Стало очень стыдно. - Ну ты и лох конечно! - она громко рассмеялась. - И всё никак не бросишь эту ересь! Вроде парень умный, руки-ноги есть, хоть и с дефектом, мог бы спокойно на работу устроиться, а всё хернёй какой-то страдаешь. - она вновь начала эту вразумительную речь, которая больше раздражала, чем приводила в чувства, при давя на больные точки. Я и без её наставлений прекрасно всё понимал, но других вариантов у меня не было. - Так уж сложилось, что никто не хочет устраивать местного драчуна. Нет доверия у людей ко мне. - Ну и дураки. - Согласен. - на этом наш диалог и закончился. Сразу же после в комнату вошла Ира с аптечкой в руках, намереваясь подлатать меня, как обычно. - Саша! Ну ты только посмотри что с тобой! - Вижу… - Вся майка в грязи и крови! Лицо всё в синяках и царапинах! Ну как так можно, а? - Ага... - я лишь поддакивал темноволосой, которая не прекращала сыпать восклицаниями и упрёками. Каждый раз эта сцена повторялась, и каждый раз она говорила одно и то же, как и её подруга. Я уже знал каждую фразу наизусть. И ведь им же действительно никогда не надоедает! Вроде я здесь старший, а возятся со мной, будто с ребёнком. В этом они были очень схожи с моей матерью. А мне оставалось только поддакивать и пропускать всё мимо ушей. - Эх, Саша, Саша… - грустно говорила Ира, заклеивая на мне последний пластырь, а я морщился от неприятного запаха обрабатывающих средств и ощущений после них на коже и ранах. - Ну брось ты уже эти драки, а? Толку от них ноль, только убытки! - Мы уже говорили об этом, Ир… Не начинай… - А я и не начинала. - Да забей! - вмешалась Аня в наш диалог. - Ему бессмысленно что-либо говорить. - сказала та, которая сама совсем недавно отчитывала меня. На сегодня Ире пришлось сдаться. Я молчал, временами тяжело вздыхая от покалывающей боли. Аня достала из кармана телефон и начала что-то в нём смотреть. - Мы сегодня весь день на огороде с бабушкой. Только недавно получилось освободиться и отдохнуть. - убрав аптечку на стол, темноволосая решила начать разговор на отвлечённую тему. - Пожалуй, с меня на сегодня хватит честного труда. - устало протянула Аня, поджимая под себя ноги и небрежно кинув телефон на стол. - Природа - класс, обожаю, но ухаживать за ней - увольте. - Зато потом вкусно будет и красиво! - довольно добавила Ира. В этой реплике слышались нотки Галины Михайловны. Казалось, будто темноволосая таким образом передразнила её, но звучало достаточно искренне. Возможно, Ира действительно верила во всё то, что говорила. - «Красота требует жертв». Кто ж знал, что это не только ко внешности относится! - обречённо заключила Аня. Я усмехнулся. - А чего ты смеёшься? Смотри, бабе Гале на глаза попадёшься - она тебя просто так не отпустит! Ты у нас самый рукастый и способный, она-то точно знает куда твою энергию направить. - Знаю. А вы как думаете, почему я сюда только к вечеру прихожу? - в меня полетела мягкая игрушка, которая до этого мирно стояла на столе рядом с Аней. Я поймал его и уже готовился бросить назад в девушку, но меня опередили возглас. - Только не мишку!! - взмолилась Ира, после чего перехватила у меня игрушку и поставила её подальше от нас. - То Ясик его мучает, то вы… Хватит обижать Виктора! - мы громко рассмеялись на пару с Аней. Для нас такое поведение подруги казалось очень детским и уморительным. Кто бы мог подумать, что она до сих пор даёт имена мягким игрушкам. - Тебе скоро четырнадцать, а ты всё со своими игрушками носишься… - в голосе Ани послушался упрёк, будто это говорила не подруга, а родитель. - И что? Захочу, буду до тридцати с ними носиться! - Ну это ты уж слишком загнула… - Ничего не знаю! Всё! — она собралась выходить из комнаты и серьёзным тоном скомандовала нам. - Пошли чай пить!.       Переместились на кухню, где я наконец-то смог удовлетворить свой разговорчивый желудок вкусным кулинарным творением Иры - имбирным печеньем, запив это всё свежим мятным чаем. Мы проболтали ни о чём целый час, пока в дом с шумом не вбежал мальчишка - весь перемазанный в земле и пыли, но такой довольный. - Закончил! Саша, привет! - кудрявый мальчик бросился обнимать меня, пачкая и полностью игнорируя причитания девочек о том, что для начала стоило бы умыться. Погладив его по влажным от пота волосам, я взял его за руку, и мы пошли в баню умываться, чтобы лишний раз не нервировать девочек.       Это был самый младший из нас – Коля. Ему тогда было всего десять лет. Внешне он чем-то напоминал меня. Возможно, дело было в таком же загаре и шрамах на руках и ногах. В отличие от меня, Коля получил их не по своей воле, а от отца. Всё его тело было покрыто различными синяками и ссадинами, что придавало его худощавому облику достаточно печальный вид. Постоянно запутанные кучерявые волосы, грязь под ногтями, которая будто бы впиталась намертво. Непоседливый ребёнок, за которым нужно постоянно следить, чтобы он ненароком не убил себя. Если бы Коле повезло немного больше хотя бы с одним из родителей, его жизнь могла бы сложиться намного лучше.       Я старался помогать ему и заботиться как мог, принимая на себя роль старшего брата, пусть временами и ненадёжного. Когда мы только познакомились, мальчишка был совсем без тормозов. Было очевидно, что мальчиком никто не занимался, не только по его внешнему неухоженному виду, но и по поведению. Коля плохо говорил, знал только ругательства, постоянно впадал в агрессию и намеревался кого-то или что-то ударить. Когда я увидел синяки на его теле, стало сразу понятно, что мальчик подвергался домашнему насилию дома. Позже я узнал, что отец у него тот ещё мудак. Много чего запрещал мальчику, базовых вещей не давал, в садик не водил, в школу тоже не удосужился записать. Отец Коли будто бы делал всё возможное, чтобы не участвовать в воспитании собственного сына и как-то развивать его, но при этом не позволял никому другому заняться этим за него. Никакого внимания, никакой нормальной жизни кудряш не видел. “Мало ли чему научите его! Ещё потом мне разбираться с этим!” - вечно вопил алкаш, стоило только соседям сделать ему замечание или проявить ласку к мальчику. Возможно, мужчина боялся, что сын может уйти от него и возненавидит так же, как и его жена и мать Коли, которая оставила их, когда тому и года не было. После расставания какое-то время мужчина держался, заботился о мальчике, а как тому исполнилось три года - начал пить с горя и стресса. С работы уволили, жили оба на пособиях, которые в основном тратились на алкоголь и подобие какой-то еды.       Коля начал более-менее разговаривать после знакомства со мной. Я и матушка сразу же прониклись к нему сочувствием, приняли как родного, и давали ему то, чего не могли дать родители - внимание, заботу, ласку. Будучи пятнадцатилетним драчуном, я занялся учёбой семилетнего мальчишки, и тем самым помог не только ему, но и себе. В те времена проснулся мой подростковый бунтарский дух, а постоянные ссоры с матерью из-за частых драк и прогул школы подливали масла в огонь. Но, приняв на себя ответственность за будущее кудряша, я снова стал на правильный путь, пусть и не бросив драки.       Мы зашли в прохладную баню. Я набрал в ковш из котла немного воды и перелил её в железный тазик. Коля сам достал с полки мыло и начал усердно намыливаться. Запах хозяйственного мыла сразу же ударил в нос, заставляя сморщиться. Не самый приятный для меня аромат. – Чем сегодня занимался? – Огород. - лаконично ответил кудряш, обильно намыливая лицо, а после вскрикнув от того, что оно начало колоть глаза. Он быстро начал смывать всё водой, надеясь, что это поможет. Я не смог сдержать смешка, помогая вытереться ему полотенцем. На Коле висела старая отцовская серая рубашка в тёмную клетку, вся перепачканная землёй и пылью. С него чуть ли не сваливались коричневые выцветшие шорты, которые были ему чуть ниже колена. Я мельком осмотрел его, невольно вспоминая себя в его возрасте. Выглядел я частенько так же. Ему бы лучше переодеться сейчас, но под рукой ничего не было. – Баба Галя запрягла? – Ага. Но я рад. - затем Коля довольно улыбнулся и принялся отмывать руки. - Отец пьяный. Опять. Домой не хочу. Еды нет. Холодно. - тихонько добавил мальчик, а после замолчал. После этой фразы в его лице что-то промелькнуло еле заметное, грустное и в то же время пустое, совсем отличное от его только что радостного выражения. Я и сам перенял настроение мальчика, наблюдая за тем, как он усердно старается стряхнуть со своей одежды пыль и землю. - Сегодня опять вместе ночуем? - я потрепал его по грязным волосам, тепло улыбаясь. Он кивнул, не отвлекаясь от своего занятия. - Не хочу домой. - снова прошептал кудряш.       Внутри меня что-то с силой сдавило. Я всегда чувствовал свою беспомощность в такие моменты. Всё, что я мог ему дать - это временное пристанище, и отвлекать от реальности всеми возможными способами: прогулками, играми, рассказами, домашними делами, учёбой. Мы не могли усыновить его, тем самым спасая от горе-отца.       Приведя себя в порядок, мы вернулись на кухню, где застали только что пришедшего парня, одетого явно не по погоде в такую жаркий день: в белую рубашку, серые плотные брюки и классические чёрные туфли. Он что-то увлечённо рассказывал, заставляя девочек смеяться. Увидев нас, парень только кивнул, приветствуя, не отрываясь от своего рассказа: – …и он встаёт, оглядывается, а все вокруг шарахаются от него! Он глаза по пять копеек, понять ничего не может. Подошёл к одному - тот от него, к другому - тот тоже от него, как от огня. Разозлился, говорит: «Да что с вами?! Чего бегаете от меня?!». А ему говорят «Да ты иди в зеркало на себя посмотри, чучело!» - после этого он громко засмеялся, чуть не падая со своего места, Аня смеялась вместе с ним, а Ира тихонько хихикала, будто бы не понимая шутки.       Сути всей истории я не смог уловить, так как пропустил её начало, поэтому лишь с недоумением оглядывал друзей, а вот Коле незнание не помешало присоединиться к общему веселью: он начал смеяться, подобно юноше, чуть ли не падая на пол и держась за живот. Сцена со стороны казалась очень странной. Я молча сел на своё место рядом с новоприбывшим, отпивая остатки мятного чая из кружки.       Рассказчиком был Никита, который одним своим видом привлекал внимание всех девочек в округе. Красавец с крепким телосложением, одет всегда стильно, ходит с чёрным каре, которое иногда собирает в низкий хвост. Светлая кожа и голубые глаза – вот что заставляло девушек сходить с ума, при виде него. На фоне других парней в посёлке он выглядел аристократично, свежо и притягательно. Всегда одевался по моде, следил за молодёжными трендами, всегда в курсе всех последних новостей, легко мог найти общий язык с любой девочкой. Однако это только маска, и настоящий Никита совсем не походил на то, кем себя старался выставить. Иронично, но стоило ему было открыть рот и начать говорить, как сразу показывался его главный недостаток – развязная и испорченная речь, грязная, как и его зубы. Избалованный, саркастичный любитель покутить и нарушить чужие личные границы шутки ради. Как бы Никита ни старался следить за своей внешностью, внутренне он был всегда грязен. И я никогда не понимал, почему к нему тянулись девчонки. Возможно, так себя он вёл только в присутствии других парней и своих друзей. - Где ты пропадал весь день? - спросил я, когда уже все более-менее успокоились. - Да у нас репетиция была. - Это вы на день посёлка готовитесь? - Ага. Будем песни петь! - после этой фразы Никита довольно закусил нижнюю губу и похлопал пальцами по столу, выстукивая какой-то ритм. - А ты у нас тоже петь будешь, или так, для красоты постоишь? - с усмешкой я прервал музыкальное выступление, чутка приподнимая одну бровь в сомнении, а затем поймал недовольный взгляд парня. Девочки снова рассмеялись, вместе с ними и Коля. - Вообще-то, дружище, я буду стоять в первом ряду и петь сольную партию! - с гордостью сказал темноволосый, откидываясь на спинку кухонного уголка, и принимая довольный и уверенный вид. Когда Никита так делал, то всегда напоминал мне павлина, который распускал свой хвост и хвалился им перед всеми. - М-м-м, понятно.. Жаль только… ваших гостей. Оглохнут от твоего воя, бедные. - Заткнись, придурок. - выругался парень, закатив глаза и скрещивая руки на груди. Кухня снова наполнилась смехом.       Мне нравилось дразнить юношу, потому что он всегда искренне реагировал на мои подколы. Кто знает, действительно ли он воспринимал их всерьёз или осознавал, что это только шутки. В любом случае, если он и обижался, то ненадолго и до драки дело никогда не доходило. Всё-таки портить своё лицо он опасался, либо заведомо знал, что проиграет. - Ой, точно! - внезапно воскликнула Ира, что-то вспомнив. - А чем вы будете остаток лета заниматься? К нам родители приедут в конце августа, поедем в город развлекаться. - Мы с родаками в отпуск поедем наконец-то. Заграницу! - После смены темы Никита снова расслабился, принимая развязную позу. - Бате в кои-то веки разрешение на выезд дали. На десять дней только, но это хоть что-то! Только представьте… - Он понизил голос и наклонился к столу. - Жара, море… Алкоголь.. Девочки, тусовки! - Парень хлопнул в ладоши и начал довольно сидя пританцовывать. Девочки переглянулись между собой. Аня сразу же помрачнела и поспешила отпить из своей кружки, делая вид, что ничего не слышала. - А мы к родственникам поедем. Всех навестим. - Буркнула светловолосая, затем откусила печенье. Пара крошек упала ей на топ, и она торопливо начала их смахивать. На этот раз уже переглянулись мы с Никитой. Он кивнул в сторону девушки, а после закусил нижнюю губу. Я пнул его ногой под столом, понимая, куда именно он смотрел и что имел ввиду под этим жестом. Девочки в недоумении посмотрели на нас. - Что-то не так? - Да нет, всё нормально… - с усмешкой ответил Никита, подмигивая Ире. Аня недовольно цыкнула. - Ну а вы чем будете заниматься? - вновь повторила свой вопрос темноволосая, обращаясь ко мне и Коле, полностью игнорируя заигрывания Никиты. - Да как обычно: дома. Может в этот раз снова на речку получится съездить, если матери отпуск дадут. - Речка! Хочу! - сразу же оживился кудряш, и замахал руками, чуть ли не сбивая со стола кружки. На кухню зашла тучная женщина пожилого возраста - баба Галя - и в своей манере по-доброму погнала нас с кухни, заметив, что мы начинаем шуметь и чуть ли не сносить всё со стола. - Расшумелись тут, никакого покоя нет старухе! Идите отсюда, кыш-кыш!       Мы поприветствовали её, а затем встали из-за стола и направились в комнату. Старушка махала на нас ярким полотенцем, подгоняя. В этот момент на её лице теплилась улыбка. - Мне ещё кучу всего переделать надо, никакого покоя… - Она посмотрела на стол, и увидев недоеденные вкусности, недовольно выпрямилась.              Бабе Гале всегда нравилось кормить нас, как и всяким бабушкам. И как же сильно она ругалась, если мы отказывались от еды или недоедали! В дорогу до комнаты нам вручили ещё несколько пирожков на всех. Эта её манера всегда заставляла чувствовать себя неловко и смущенно, но в то же время было приятно от её заботы. Сразу же за нами в гостиной включился телевизор, по которому шла какая-то социальная передача. Диктор с мрачным выражением лица о чём-то бесстрастно говорил, а за его спиной плакали женщины и дети. Было непривычно от того, что звук был еле слышен, а не орал на весь дом, как это было обычно. Мне это показалось странным, но особого внимания я этому не придал. Больше всего меня заинтересовала перемена в Ире и Галине Михайловне, когда те встретились друг с другом взглядом. Их лица сразу же стали серьёзнее, помрачнели.       Удобно расположившись в комнате, мы наконец приступили к главному - обсуждению историй. Никита бесцеремонно упал на кровать, Коля сел у его ног на пол. Ира опустилась на стул, что-то ища на столе. Я встал у окна, а Аня остановилась в проходе, отчего-то не решаясь пройти дальше. - Честно сказать, я был слишком занят репетициями, так что ничего узнать не смог. - сразу же выдал Никита в своей манере, хотя все прекрасно знали, чем именно он был занят. Явно не только репетициями. - Ну, на прогулки с выпивкой ты время нашёл. - язвительно вставила своё слово Аня. - Тише-тише… А ну, иди сюда. - темноволосый притянул девушку к себе за руку, игриво и хитро улыбаясь. Она не сопротивлялась, поэтому сразу оказалась на кровати. Никого не стесняясь, он укутал светловолосую в свои объятия, не давая ей возможности что-то ещё сказать или сделать.       Всё это действие выглядело совсем неуместно и бесцеремонно. Подобное стало происходить настолько часто в последние несколько дней, что мы все уже перестали как-то на это реагировать. Для нас давно было очевидно, что Никита нравился Ане, но тот либо действительно не замечал, либо только делал вид, что не замечает. Его внимание привлекали другие, более красивые и милые девушки. Трудно даже запомнить со сколькими он гулял в прошлом месяце и скольких пытался охмурить. Но они ему надоедали так же быстро, как и начинали нравится. Я с трудом верил в то, что у Ани может что-то получиться с ним, или что юноша способен на тёплую и крепкую любовь. Было безусловно жалко её, особенно сейчас. Похоже, Никита решил воспользоваться девушкой, добавив в свою "копилку". А может, я ошибался, и между ними действительно возникала какая-то химия. Всякое в жизни бывает... - Только не делайте ничего странного, хорошо? Всё-таки на чужой кровати лежите. - предупредил я, откусывая ароматный пирожок. Это был обычный пирожок с картошкой и сосиськой, но почему-то каждый раз его вкус был непередаваем, хотелось съесть ещё. “Стряпня бабы Гали - лучшая!” - воскликнул я про себя. - У кого ещё не было времени на поиски? - прожевав, спросил, оглядывая присутствующих. - У меня есть история про одержимого, но вам это не понравится. - не отрываясь от своих дел за столом отозвалась Ира. - Есть. Про животных. Пропадают. - так же лаконично ответил Коля. - Они пропадают, потому что снова начался сезонный отлова бездомных животных. Бабки ругаться начали на собак, вот и подняли шум. Дело закрыто. - лениво пояснил Никита, а потом уткнулся лицом в волосы девушки, чем заставил её очень сильно покраснеть. Что ж, видимо, сейчас Аня не в состоянии что-либо говорить. - Мы их потеряли. - бросив беглый взгляд на эту сцену, заключила Ира. Она наконец нашла то, что так усердно искала - карты Таро. Собрав всё в одну колоду, девушка начала тасовать карты.       Я молча доедал пирожок, наблюдая за тем, как Ира зажигала остатки свечей, а парочка была поглощена друг другом. С кухни доносилось бренчание посуды и бубнёж под нос бабы Гали, с гостиной еле слышно говорил телевизор. Видимо, именно происходящее на нём комментировала старушка. Временами слышался протяжное низкое мяуканье кота. После очередного вскрика Галины Михайловны на животное, кот решил удостоить нас своим присутсвием. Он вальяжно зашёл в комнату. Большой и жирный кот Ясик - любимец каждого, кто когда-либо переступал порог этого дома. Подойдя к ногам Иры, он начал ластиться, а затем бухнулся на спину, открывая любимой юной хозяйке своё пузо, прося, чтобы погладили. Но Ира была занята, поэтому роль ласкателя на себя взял Коля, которому как раз было нечем заняться. - Раз у вас ничего нет, тогда придётся начать мне. - наконец прервал молчание, привлекая к себе внимание. - Тут в двух часах пешком от посёлка в лесу люди теряться начали. Сначала бродят долго, а потом на сторожку натыкаются. Говорят, что видели девушку какую-то, а после либо сходят с ума, либо не возвращаются. Если кратко, то это всё. - по окончанию моего монолога я смог заметить разные реакции: Никиту это не особо заинтересовало, Ира и Коля задумались, а Ане и вовсе было не до этого - она была занята своим моментом рядом с возлюбленным, который всё это время задумчиво перебирал её волосы, испортив весь пучок. - Что думаете? - решил прямо спросить, так как без прямого вопроса никто не решался высказать своё мнение. - Да какой-то бред, если честно.. - лениво ответил Никита, выпуская из своих объятий девушку и садясь спиной к стене. Видимо, ему вся эта ласка уже надоела. - А мне показалось довольно интересным. Значит, нам надо будет пройтись пешком? Ещё и так далеко? Fantastic! Прогуляемся, насобираем цветов, ягод. - Ира аккуратно положила колоду на пол, открыла ящик в столе и достала оттуда чёрную ткань, изрисованную непонятными символами. Усевшись поудобнее на коленях, она распрямила её и переложила карты на ткань. - А может машину взять? - поинтересовался тёмноволосый, смотря на меня. - У кого? Твоего отца? - Он не даст. - Ну, тогда пешком. У меня машины тоже нет. - Чёрт… - он обречённо закатил глаза, видимо уже предвкушая всю тяжесть пути. - А одолжить никто не может? - А есть кто-то на примете? - Ну Пашка. - Мне Пашка лицо сегодня набил. Не вариант. - Фааак... - Пешком! Круто! - обрадовался Коля, притягивая в свои объятия старого кота. - Смотря когда идти. Скоро обещают дожди, а до этого жара невыносимая. - наконец добавила свой комментарий Аня, принимая сидячее положение и приводя свою причёску в порядок. - И так и так расклад не очень. - мнения разделились. Аня и Никита особо не высказали энтузиазма, Ира и Коля были в восторге. Решающее слово осталось за мной. - Значит идём. - заключил я. Никита тяжело вздохнул, Аня же просто пожала плечами, принимая и такой расклад. - Давайте я карты разложу, и мы точно решим - стоит или нет? - очевидно, это был риторический вопрос. Видимо, именно для этого момента Ира и приготовилась. Временами мы действительно обращались к её картам, но больше забавы ради. Взяв в руки колоду и снова перетасовав её пару секунд, она беззвучно бормотала себе что-то под нос, а после разложила шесть карт, поясняя. - Пять карт относятся к каждому из нас, а последняя - общий исход. Будете каждый выбирать или я по очереди просто переверну? - Да переворачивай так. - за всех ответил Никита. - Тогда от младшего к старшему пойдём. - добавила она.       Ира сразу же приступила к задуманному. Она аккуратно коснулась первой карты и медленно перевернула её. Показалось изображение старика с длинной белой бородой и в сером плаще, который держал перед собой в одной руке фонарь, а в другой посох. Карта гласила "Отшельник". - О, для Коли это будет полезный опыт! - Да? - с интересом спросил кудряш. Его глаза вмиг загорелись. Он даже как-то сильнее сжал лапы кота в своих руках, отчего тот начал вырываться, но мальчик только перехватил его поудобнее под брюхо и не выпускал. Сдавшись, кот продолжил сидеть, почти не двигаясь. - Да! Ты на верном пути, наконец-то сможешь найти комфортную для себя обстановку, сможешь достигнуть поставленной ранее цели. - больше ничего не добавляя, она открыла следующую карту, которая предназначалась ей.       Перед нашим взором предстала карта "Пятёрка кубков". Ира на мгновение замерла, будто бы в недоумении. Никто из нас не разбирался в Таро, кроме неё, поэтому мы не могли понять что не так было с этой картой. Могли только предположить, анализируя изображение. Человек, весь покрытый чёрным одеянием, стоит над пятёркой золотых кубков и внимательно смотрит на них. Он выглядит печальным. - Что-то не так? - поинтересовалась подруга, заметив лёгкое побледнение Иры. - Нет, всё нормально. - протараторила темноволосая, быстро открывая следующую карту. Как-то комментировать значение своей она не стала.       Чем дальше она открывала, тем бледнее становилось её лицо, а глаза всё шире. Изображения на картах настораживали и нас. Карта Ани показала "Страшный суд": изображение огромного существа, судя по всему ангела, который держит в своих руках трубу. Под ним люди в лодках поднимают руки в небо, не понимая, что происходит. Карта Никиты - "Повешенный": перевёрнутый вверх ногами человек, со связанными руками за спиной. Моя - "Десятка мечей": труп мужчины в спину пронзали десятки мечей. Сама карта была изображена в тёмный тонах, что отличало её от остальных. Похожей по оформлению была лишь итоговая - "Башня": каменную башню поражали молнии и огонь, а из неё выпрыгивали люди. Смотря на это, я не понимал, что испытываю в данный момент. Приятно точно не было. Никита смотрел на всё со скучающим выражением лица, а Аня обеспокоенно переводила взгляд с карт на подругу, пытаясь прочитать по её лицу значение всего. - Что-то как-то сомнительно это всё выглядит. - заключил Никита, беря в руку одну из карт, которая сразу же была выхвачена темноволосой. - Сколько раз говорила, нельзя трогать карты! Может они поэтому и показывают всё вот так! - Как? - Вот так! Плохой расклад какой-то… - Ну, у Коли всё нормально. - заметил парень. - А нам ты толком ничего не сказала. - Я даже не знаю как это всё описать... - я всё ещё смотрел на карты, будто бы пытаясь через образы уловить их суть. - Ира, ты же говорила, что не всегда плохие по изображению карты имеют такой же смысл, так? - спросила Аня. - Да, такое бывает. - Может, есть в них и что-то положительное? - Сказать сейчас точно не могу… - неуверенно ответила девушка, а после начала поспешно задувать свечи и собирать карты. - Ладно! Видимо, сегодня просто не мой день. Бред! Не будем загружаться и верить им. Утром на свежую голову разложу ещё раз. - больше мы к этому не возвращались.       Наш вечер прошёл уже в другом русле. Как и обычно мы играли в настолки, много общались, пили чай. Через пару часов первой собираться домой начала Аня. У неё с недавнего времени был комендантский час, установленный матерью после очередной их ссоры. В чём была причина ругани на этот раз она так никому и не сказала, ссылаясь на то, что это всё мелочи и не стоит внимания. Неожиданно для всех Никита сорвался с места и впервые за всё время нашего знакомства предложил проводить Аню до дома. Светловолосая была очень удивлена этим предложением, но отказывать не стала, видимо, надеясь на продолжение романтических моментов, которые ей и так сполна подарил этот день. Мы с Ирой лишь серьёзно посмотрели на парня, который поймал наши взгляды и лишь пожал плечами. Коля к этому моменту уже спал на кровати с Ясиком под боком. Целый день работы в огороде в жару утомил его, поэтому мы не решились тревожить мальчика, давая ему возможность отдохнуть. После ухода парочки, Ира снова села за свой стол, достала из кучи книг блокнот и начала его активно заполнять. Видимо, это был её дневник. Она была так увлечена своим занятием, что перестала замечать что-либо. Я наблюдал за ней несколько минут, а после погрузился в свои мысли, потупив взгляд в пол. Только я собирался сказать о том, что собираюсь пойти домой, как Ира первая нарушила тишину, отрываясь от своего занятия. - Меня беспокоит одна вещь. - сразу перешла к сути, заставляя меня врасплох. - И какая же? - Моя бабушка.       Сегодня действительно в их доме наблюдались небольшие перемены. Звук телевизора, их редкие взаимодействия... Если первое ещё как-то можно было не заметить, то последнее определённо точно бросалось в глаза. Баба Галя и Ира обычно при гостях не показывают никаких других эмоций, кроме доброжелательных по отношению друг к другу. “Не выносят сор из избы”, так сказать. Я считаю это правильным подходом, поэтому сегодня, увидев перемену в их поведении, я невольно насторожился. - А что с ней? - Она… Она постоянно смотрит эти глупые передачи. И верит в то, что там говорят. - я усмехнулся. Как и предполагал. В ответ Ира нахмурилась и недовольно спросила, почему я так отреагировал. - Ну, знаешь… Это нормально, я думаю. Она живёт в своём информационном пузыре, мало с кем контактирует за пределами дома. Телевизор - её ключ к огромному миру, который вне её досягаемости. Поэтому это вполне нормально, что она верит им. Всё-таки, других источников для информирования у неё нет. - А как же книги? - В книгах тоже могут врать, знаешь ли. - Нет, это ненормально. - заключила Ира. - Я не понимаю, как так можно жить. Ладно, - она возмущённо тараторила полушёпотом, из-за чего было тяжело разобрать всё то, что она говорила, поэтому я сел рядом на пол, - так жить ещё можно, если исключить телевизор. Но надо же как-то фильтровать информацию, исходя из того, что говорят тебе близкие люди! Какой-то анализ! - Согласен. А что конкретно тебе не нравится? Ну смотрит она передачки всякие, ну и ладно. Там ничего страшного не говорят. - Нет, говорят. - И что же? - Плохо говорят… О всех…       Это, очевидно, была щепетильная для неё тема. Ира всегда наедине делилась со мной своими проблемами о семье, а меня не затрудняло её выслушать и дать какой-нибудь совет по возможности. Не все из них ей нравились, но и она не следовала им слепо. Как она сама когда-то выразилась, девушка видела во мне надёжного человека, которому можно довериться и который может действительно чем-то помочь с высоты своего опыта. Впервые услышав это, я не мог не рассмеяться. Не сказал бы, что опыта у меня действительно было много, но вот знаний - да.       В этот раз мы вернулись к одной из самых болезненных для неё тем - отношение бабушки к родине Иры. Хоть она и любила бабушку и Россию, она не могла вынести того, что об её родном доме говорили некоторые люди. И это можно понять. Никому бы такое не понравилось. Но тут, как мне кажется, дело больше было не в самой ненависти бабушки к чужой, неизвестной для неё стране, сколько ненависть к родной дочери и зятю-иностранцу. Ещё в свои молодые годы, мать Иры сбежала из дома сначала в большой город, а оттуда в другую страну. Причиной побега послужили постоянные ссоры с дедушкой Иры, сейчас уже покойном. Баба Галя была на стороне мужа, ведь тот пытался воспитывать дочь, пусть и по своему. А та просто не выдержала постоянной опеки. Долгое время мать Иры не поддерживала контакт с семьёй, вплоть до рождения дочери. Баба Галя очень тяжело перенесла побег дочурки. Продолжительное время она находилась как между двух огней - между любимой дочерью и тираном-мужем. Долгие годы она винила себя в своей слабости, в невозможности пойти против мужа, а после страдала от горя второй потери - инфаркт не пощадил бедного старика, тот не дожил до шестидесяти лет. Горе заменила боль, боль заменила обида, а после обиды пришла ненависть и осознание одиночества.       Но произошло и кое-что хорошее. Когда отец умер, мать Иры наконец-то впервые за долгие годы вернулась домой, хоть и с опозданием, спустя пару лет после похорон, с маленькой девочкой. Баба Галя холодно приняла дочь и продолжает держаться жёстко, считая, что не заслужила от неё такого отношения. Но её сердце всегда было открыто и горячо к первой и единственной внучке. - Мы с ней чуть не разругались в пух и прах… Я впервые была такая злая рядом с ней. - после долгого молчания добавила девушка. - А она всё стояла на своём… Ничего не хотела слушать. Сидела в комнате молча, и смотрела этот проклятый телевизор… Мы в тот вечер совсем не разговаривали. А на утро будто бы ничего и не было - снова шуточки, ласка. Но сегодня утром вот опять… Шла какая-то передача глупая, где все ругались друг с другом и говорили абсурдные вещи. Ко мне как раз Аня пришла, и я снова не сдержалась. Звук был на полной громкости, мужчины орали друг на друга, говорили полный абсурд, обвиняли нашу нацию в каких-то глупостях, а бабушка комментировала это всё на кухне, не стесняясь выражений, намекая на моего отца. - Так вот в чём дело.. - заключил я шепотом себе под нос. - Ну, ты же понимаешь, что у неё есть свои причины так себя вести? - я поднял на темноволосую взгляд. Она поджала под себя колени и смотрела на ручку, которую крутила в руке. - Я понимаю.. Но столько времени уже прошло… Да и к тому же, у матушки ведь тоже свои причины были для переезда. - Оставь это им. Это их борьба, не твоя. Просто попроси её не выражаться грубо и не смотреть эти передачи при тебе. Когда-нибудь они всё обсудят, простят друг друга и всё наладится. Вот, скоро твои родители приезжают, будет возможность.       Мы обнялись. Ира выглядела очень расстроенной, но больше ничего не сказала. Мне показалось, что сейчас ей необходимо побыть наедине с самой собой, подумать обо всём и отдохнуть. Осторожно попытавшись разбудить Колю и не добившись никаких результатов, я взял его себе на спину. Попрощавшись со всеми, я вышел на улицу и направился к себе домой.       Было уже темно. На небе ярко сияли звёзды, невозможно было отвести взгляд. Вокруг царила тишина, прерываемая стрекотом кузнечиков в траве и писком мошкары. Улицу освещал слабый фонарный свет. Через пару поворотов мы войдём в кромешную тьму, так как в очередной раз именно на моей улицы были сломаны фонари.       Мне нравилось поздними вечерами возвращаться домой. Это придавало моим будням особую атмосферу, некоторой романтичности. Идя домой и вспоминая весь прошедший день, я с лёгкостью погружался в свои мысли, которые постепенно сплетались с фантазиями. Вечерняя прохлада и свежесть бодрили, придавая сил, которые уже успела забрать дневная жара.       Вот и сейчас я чувствовал себя хорошо, обдумывая план на завтрашний день, и стараясь не уронить спящего мальчишку со своей спины. Коля, до этого мирно спящий, начал ёрзать. Судя по всему, он окончательно осознал, что больше не лежит в тёплой кровати. Сонно оглянувшись по сторонам и посмотрев на меня, он тихим и хриплым голосом спросил: - Уже всё? - Ага. - тихо ответил ему. - Спать. Хочу. - Можешь поспать ещё немного, пока не придём. - Ага. - он снова прижался ко мне, обвивая руками шею и утыкаясь лбом в плечо.       До дома оставалось где-то десять минут. Я шёл, напевая тихонько себе под нос мелодию, название которой всё никак не мог вспомнить, когда за спиной послышался знакомый голос: - Саня! Сань! Стой! - я сразу же обернулся и увидел Никиту. - Тихо ты! - с укором ответил ему, а после сразу задал вопрос, сменив тон и чуть понизив голос, чтобы не беспокоить кудряша, когда темноволосый подошёл ближе. - Ты же Аню пошёл провожать, чего тут делаешь? - Да я проводил уже. На автобус опоздал последний. Можно у тебя переночевать, плиз? - он игриво улыбнулся и состроил умоляющий взгляд, сложа руки в знак молитвы, выжидающе смотря на меня. - Ладно, пошли. - Класс, обожаю тебя. - Не могу того же сказать в ответ. - ответил с усмешкой, после чего получил лёгкий толчок в плечо. - Ничего не сделал ей? - Ты за кого меня держишь? - возмущённо отозвался парень, снова толкая меня в плечо. Я пнул его в ответ. Мальчишка на моей спине недовольно замычал, после чего мы успокоились. - Я что, похож на озабоченного какого-нибудь? - Ну есть немного. - Обижаешь. Как я ей могу что-то сделать? - Ну, воспользоваться её чувствами, а потом бросить. Ты так со всеми делаешь. - без каких-либо намёков заметил я, после чего посмотрел на Никиту с осуждением. Он недовольно посмотрел на меня. - Не говори ерунды.       Остаток пути мы молчали. Окончание диалога вышло не особо приятным. Но Никита сам не спешил нарушать тишину или как-то оправдываться. На самом деле он прекрасно знал, что я прав, просто ему не особо хотелось открыто соглашаться со мной. Время приближалось к началу первого. Мы зашли в дом, и, сразу сняв сандали, я направился в спальню, где уложил Колю на свою кровать. Сняв с него грязную рубашку и шорты, я накрыв его одеялом, а после тихонько закрыл за собой дверь и вышел на кухню, где уже горел слабый свет от одинокой лампочки и жужжал чайник. Никита сидел за столом и с кем-то переписывался, довольно улыбаясь. - Одна из твоих девушек? - спросил я, пытаясь подколоть, и сел рядом. - А у меня их разве много? - Насколько мне известно, достаточно. - Так это подруги же все. - пытался оправдаться парень, но вышло неубедительно. - У них у всех хахали есть. - Будто это тебя когда-то останавливало. - Обижаешь. - он расплылся в ехидной ухмылке, а после снова увлёкся телефоном. Я достал две кружки, положил два пакетика с чёрным чаем, а после залил кипятком. Приятный аромат разнёсся по всей кухне. Придвинув пиалу со сладостями гостю, я вновь сел на своё место. - Как с Аней дела? - вновь вернулся к этой теме. “Зачем вообще начинаю этот разговор?” - ругал сам себя, но ответить на этот вопрос не мог. Мне будто бы хотелось одновременно знать что между ними происходит, и в то же время не знать ничего. - Да нормально. - За руки держались? - Ну было. - расплывшись в очередной лисьей улыбке ответил парень, откладывая телефон в сторону и принимаясь за чай со сладостями. - Целовались? - Да нет. Зачем? - Понятно всё. - я быстро закончил этот разговор, так как продолжать его мне стало окончательно неприятно. - Родители-то тебя не потеряют сегодня? - быстро постарался сменить тему. - Да нет. - Предупредил? - Я с отцом поругался вчера. - сразу перешёл к делу Никита, отпивая из своей кружки. Немного помолчав, он продолжил. - Всё мозг мне выносит, мол я недостойную жизнь веду, оценки у меня херня полная, я балбес вырос, а он уважаемый человек и я позорю его. Задолбал конкретно. Угрожал мне вот, что к тётке поеду на перевоспитание. Старых хер, будто бы не знает, что я с тёткой этой на короткой ноге. - И ты сбежал? - Да нет. Просто в комнате заперся, а потом с самого раннего утра на улице болтался. То репетиция, то прогулки. Вот, теперь у тебя в гостях. - Ну ты хоть матери-то сказал, где ты? А то и так вечно за тебя переживает, ещё и домой не вернулся. - Конечно. Вот с ней как раз переписывался, когда ты зашёл.       После я постелил Никите в гостиной, дал свои домашние вещи и полотенце, а сам устроился в комнате на полу. Проверив мальчика, я увидел, что он крепко обнимал одеяло, неизвестным образом перекрутив его всячески в огромный клубок. Выглядел он при этом удовлетворённо, будто бы нашёл удобную и комфортную для себя позу. Я аккуратно погладил его по кудрявым волосам, а затем лёг без сил, даже не умываясь. Ту ночь я провёл будто бы в бреду. Сон совсем не шёл, а в голове было много разных мыслей. В основном это были мысли о проигранных деньгах, но временами они переключались на историю с девушкой, затем к Ане, к Ире, Никите, Коле… Образы сменялись один за другим, перескакивая то с одного, то на другое, и так по кругу. Я ощущал себя так, будто бы качался на качелях. Мой разум мотало из стороны в сторону, что очень сильно утомляло, но заснуть я всё никак не мог. Возможно, временами я всё-таки проваливался в дрёму, но каждый мелкий шорох снова пробуждал меня. Поспать по итогу мне так и не удалось. Уже под утро, ближе к рассвету, с работы пришла мать. Я слышал, как она тихонько грела на кухне еду, ела, а после мыла посуду. Перед тем как пойти спать, она проведала нас в комнате. Тихонько приоткрыв дверь, она просунула голову. Увидев спящего на кровати Колю и меня на полу, она слабо улыбнулась, а после ушла спать. Я прислушивался к разным звукам в доме и с улицы, а после меня охватил туман. В какой-то момент я всё-таки отключился.