Звери спрятались в кусты...

      На следующий день меня ожидал серьезный разговор с матерью. Как и предполагалось, она отчитала меня за новые раны, за испорченные вещи и за то, что снова заставил волноваться, не сдержал обещание. Эти разговоры уже стали обыденностью для нашей семьи. Если мы не сцепимся по этому поводу - значит день прошел зря. Мать постоянно устраивала драму, просила, чтобы я больше туда не ходил. И каждый раз я её убеждал, что всё нормально, что ничего страшного в этом нет. Она успокаивалась, даже пыталась радоваться моим победам вместе со мной. Но стоило было снова прийти с синяками - круг замыкался, и начиналось по новой.       Матушка, чуть ли не плача, снова заводила монолог о том, как опасно заниматься уличными боями, что меня могут однажды убить какие-нибудь пьяницы или жадные до денег люди, что если я себя не берегу, то стоит хотя бы её поберечь. Я знал текст этого монолога наизусть, меняться могли только интонации и паузы между фразами. Молча выслушивая её, я наблюдал за тем, как Коля пытается выстроить высокую башню из старого конструктора. Никиту я так и не застал. Видимо, он ушёл, когда все спали. - Ну вот что ты там опять забыл, скажи мне? В прошлый раз всё ведь обсудили! Нет, его опять чёрт понёс туда! Тебе там мёдом намазано или что? Нет бы делом заняться полезным, он всё кулаками машет. Тебе 17 лет, Саша! Уже пора думать о своём будущем, за голову взяться! Почему ты бросил книжки писать? Может, уже самое время вернутся к этому? - Мам… - Ты понимаешь, как мне стыдно, когда люди приходят ко мне на работу и жалуются на тебя? Ужас! Приводят своих сыновей, всех избитых, будто их собаки какие-то разрывали. Говорят, “Утихомирьте своего балбеса, вон как нашего мальчика потрепал! А он у нас хороший, послушный…” - Хороший, и при этом ходит драться за деньги и проигрывает. - Я им об этом и говорю! “А что ваш сын там вообще забыл, раз он у вас такой хороший? Набросились на моего, а со своим балбесом не разобрались! Молодцы!”. Сразу поняли, что ничего от меня не добьются, только вместе со своим сынком получат “добавки”. Не на ту напали! - поучительный монолог, как обычно, ушёл в другое русло. Слушая рассказ матери, я не смог сдержать смешка, настолько эта ситуация показалась мне забавной. Наговорившись, матушка наконец успокоилась и позвала всех к завтраку. Больше этой темы мы на какое-то время не касались.       Перед нашим походом прошла ещё пара дней. Их мы потратили на то, чтобы довести наш план до “идеала” и собрать все необходимые вещи. Так как у нас нет машины, брать с собой слишком много было бы глупо, уходим мы всё-таки не на неделю, а на пару часов. Мы определились с маршрутом, временем и местом встречи, а также распределили кто и что берёт.       За еду отвечали девочки. «Вы едите, как слоны, придётся опять много готовить» - недовольно бурчала Аня, а у самой глаза светились от предвкушения – наконец-то она сможет проявить свои кулинарные способности и, возможно, очаровать своего новоиспеченного любовника, который в эти дни не появлялся. Ира вызвалась взять с собой большой термос с самодельным чаем. За парнями оставалось лишь понять, что нам пригодиться из инструментов. Никиту мы назначили ответственным за аптечку, так как благодаря его отцу у него был доступ к различным сух.пайкам и небольшим наборам экстренного назначения. Скинули всё необходимое сообщением в чате, надеясь, что он увидит и не забудет. Он лишь прочитал и отправил стикер с галочкой, что нас успокоило. Я принялся составлять список того, что необходимо было взять нам с Колей: - топор и спички для разведения костра, если это будет необходимо; - карманный ножик; - карту местности; - компас; - фонари с запасными батарейками; - парочка бутылок с водой.       Предполагалось, что именно такого инвентаря нам должно хватить. Но проблема заключалась именно в ограниченном времени, которое мы были готовы потратить на исследование: лес большой, где конкретно стоит сторожка – неизвестно, а значит придётся бродить дольше, чем нам хотелось бы, и по итогу вернуться домой ни с чем. Идея провести ночь в незнакомом лесу, с вероятностью наткнуться на зеков или психов нам не нравилась, хотя и казалась заманчивой. Будь мы немного старше и безбашенней, то точно решились бы на данную авантюру.       И вот, наконец долгожданное утро наступило. У матери в этот день был выходной, поэтому она помогала нам со сборами. В первую очередь – вкусным и сытным завтраком. Она с умилением наблюдала за тем, как мы с Колей активно уплетали еду за обе щёки. В моменте мне даже показалось, что у неё проступили слёзы, когда она наблюдала за кудряшом. - Фьто такое? – поинтересовался я, толком ничего не прожевав. - Да ничего… - она сразу же отмахнулась, прикрывая рукой нижнюю часть лица. Наверное, как это у неё бывает, её губа начала подрагивать, выдавая надвигающийся плачь. – Большие вы уже такие… Как быстро время летит… - Да брось… - я положил руку ей на плечо, она накрыла её своей. Я сидел посередине стола, а мать с Колей напротив друг друга. Она не переставала сводить с нас своего взгляда, наполненного нежностью и какой-то необъяснимой тоской. В последнее время она всё чаще была в подобном настроении, всё говорила о нашем будущем, о том, как мы выросли. Возможно, её сентиментальность проявилась из-за скорой разлуки со мной, которую она сама себе надумала в очередной раз.       В тот год меня ожидали выпускные экзамены, поступление, а значит и переезд в город. Матушка очень тяжело пережила смерть отца, когда я был ещё совсем маленьким. А теперь, когда нужно было готовиться попрощаться и со мной, на ней совсем не было лица. - Коленька, - она всегда называла кудряша именно так, – а как дела у твоего отца? Он работу нашёл? - Нет. Не видел. Давно. - Неужели он опять?.. – удивлённо спросила, хотя сама прекрасно знала ответ. - Наверное. - Коленька, - она встала со своего места и села на колени рядом с мальчиком. Взяв его аккуратно за руки, она смотрела ему в глаза, а после сказала, – может всё-таки подумаешь над тем, чтобы остаться вместе с нами? Так ведь будет лучше. Тут тепло, кормят, всё у тебя есть, и игрушки, и одежда, и образование мы тебе… - Тётя Наташа. – резко перебил её кудряш. Матушка на мгновение опешила от такого ответа, хотя сама прекрасно знала, что мальчику неприятен весь этот разговор. Она не отпускала его рук. После недолгого молчания Коля добавил. – Он один. Я один. Нельзя. Вместе надо. – мальчик первый отпустил её руки и вернулся к поеданию завтрака. – Он мой папа. – на этом он закончил.       Не найдя, что и ответить на это и как реагировать, мать окончательно расстроилась, поэтому поспешила удалиться в свою комнату. Честно сказать, я и сам чуть не пустил слезу, так как прекрасно понимал и осознавал, что для Коли его взаимоотношения с отцом односторонние. И Коля это знал, но продолжал настаивать на том, что не должен уходить от отца. “Откуда в нём такая преданность и любовь к нему?” - подумал я, окончательно теряя всякий аппетит. Всё, на что меня хватило – это лишь погладить мальчика по его кудрявым волосам.       Матушка уже давно борется за то, чтобы получить опеку над Колей. Но это оказалось непростой задачей. Для начала необходимо было лишить отца мальчика родительских прав, а после пройти бюрократический ад. Коле совсем не нравилась эта идея, и все уговоры моей матери никак на него не действовали. Опека, не смотря на все жалобы как наши, так и других осведомленных людей, ничего не делала, даже ни разу не пришла проверить условия проживания. Уже давно стало очевидно, что наши старания бесполезны, но матушка не сдавалась. Из-за всей этой ситуации отец Коли возненавидел нас и первое время даже избивал мальчика, если видел рядом с нами, наказывая. После угрозы матери, что благодаря этому она сможет наконец-то заполучить опеку над мальчиком, ему оставалось только ругаться. Руку он больше не поднимал. Так мы хотя бы добились того, что Колю перестали избивать дома, но общей картины это всё-таки не изменило. Алкаш так и не удосужился записать ребёнка в школу, ссылаясь на нехватку денег, времени и другие отговорки. А Коля продолжал часто гостить то у меня, то у Галины Михайловны.       После завтрака мы проверили наполнение наших рюкзаков и загрузили оставшиеся необходимые вещи. К нам присоединилась матушка. Было заметно, что глаза у неё припухли, а лицо покрылось в некоторых местах красными пятнами, но при этом она вела себя бодро. Видимо, не хотела нагнетать обстановку и портить нам настроение. Я в свою очередь был очень воодушевлен предстоящим походом, как и Коля. Я всё думал, стоит ли брать с собой тетрадь с историями и делать по ходу исследования записи. К концу дня от усталости я вряд ли смогу что-то сразу же записать, а после сна могу многое упустить или забыть. Не хотелось рисковать и что-либо упускать, так что тетрадь с ручкой были загружены в рюкзак вместе с другими вещами. - Может, возьмете с собой что-нибудь тёплое? - Сегодня жара весь день стоять будет. - Обещают дождь. – добавила мать, явно настаивая на своем. – Может, хотя бы зонтик возьмёте? - К этому времени мы будем уже дома. - Ну, ладно… - быстро сдалась она. – А чего еду с собой не берёте? - Девочки возьмут. – ответил кудряш, загружая в свой маленький рюкзак батарейки и фонарик.       Я погрузил в свой рюкзак спички, компас, карту и карманный ножик. С топором возникли некоторые проблемы, его мы потеряли ещё в прошлый свой поход, а нового купить или сделать не успели, о чём я благополучно забыл и вспомнил только ночью накануне. Оставалась надежда, что нам он не понадобится вовсе.       Мы быстро накинули лёгкие спортивные шорты и футболки, надели старые сланцы и попрощались с мамой. Крепко обнявшись и получив напоследок наставления о том, что стоит быть осторожными и поскорее возвращаться, мы вышли из дома. Напоследок матушка уточнила, что сегодня вечером пойдет к подруге в гости с ночёвкой, так что по возвращению дома её мы не застанем.       До назначенного времени было ещё рано, мы зря торопились. Ноги сами по себе несли нас в центр, где мы и договорились собраться. На моём лице сияла глупая довольная улыбка, которую сразу же подхватил и кудряш. Стоять без дела в ожидании остальных не хотелось, поэтому я предложил Коле одну идею: - Не хочешь заглянуть домой? Предупредить отца там… Время ещё есть. – поинтересовался я, но шага не сбавил. Коля ненадолго задумался, а после выдал уверенное “Давай” и резко повернул в другую сторону.       Мы вышли на улицу, где большая часть домов были запущены до такой степени, что в них нельзя было ни жить, ни продать их. Только полный снос мог им помочь. Я не часто посещал эту часть посёлка, делать тут было нечего. Тут не проводят уличные драки, не устраивают разные попойки, настолько эта улица не пользуется популярностью даже у маргинальной части населения, об остальных и говорить не стоит. Я до сих пор полностью убеждён в том, что кроме отца Коли здесь никто не жил никогда и не живёт. Сделать что-то с этой улицей администрация посёлка не могла по неизвестным мне причинам. Да и был ли смысл?       Дом Колиного отца находился через несколько домов от перекрёстка. За ним тоже очевидно никто не ухаживал - Коля мал для такого, мужик вечно пьёт, а другим он не нужен. Постройка сильно обветшала и покосилась на бок, уходя частично в землю. Видимо, повлияла особенность расположения - весной и осенью дом и участок сильно затапливало то растаявшим снегом, то дождём. Доски прогнили, как и крыша. Состояние дома оставляло желать лучшего, и, по-хорошему, там лучше никому не жить. Увидя, в каких условиях живет Коля и его отец в первый раз, я очень сильно поразился тому, как они вообще смогли выживать здесь всё это время.       Ровно так же удивлялся кудряш, когда впервые оказался у меня в гостях. Коля жил в однокомнатной хатке, с погребом, за которым никто не следил. Во дворе, кроме уличного туалета, ничего не было. Внутри постоянно пахло плесенью и сыростью, топился дом достаточно редко. Удивительно, что он вообще до сих пор стоял и не завалился на своих жителей. Даже в те редкие случаи, когда отец Коли выходил из запоя и пытался как-то облагородить жилище, все его усердия быстро утрачивали свои плоды после пары дней очередных загулов. Мусор во дворе, мусор в доме, одинокая лампочка на потолке, паутины в углу, черные пыльные полы, битая посуда… Один взгляд на всё это давал зеленый свет опеке для того, чтобы забрать мальчика от этого горе-отца. Но ни один из представителей органов так и не пришёл. Никто не хотел связываться с проблемным алкоголиком, опасаясь за собственное благополучие.       Холодная и неуютная атмосфера дома пьяницы очень сильно контрастировала с моим жилищем. В нашем доме было три комнаты - моя, матери и общий зал, где располагались гости. Небольшая кухня, ванная и туалет в доме. Размеры жилища компенсировали почти полное отсутствие участка. Огорода своего у нас не было, да и заниматься им, кроме меня, никто бы и не смог из-за нехватки сил и времени. Внутри у нас уютно. Чистые комнаты, семейные фотографии на стенах, обилие комнатных растений давали дому жизнь. “Нравится. Здесь. Тепло.” - первое, что выдал Коля, отвечая на вопрос матери нравится ли ему с нами. Это очень растрогало матушку, и именно после этого она окончательно решилась бороться за опеку над ним. Точно такие же положительные эмоции у Коли вызывал и дом Иры. Галина Михайловна прониклась историей мальчика, баловала его вкусностями и постоянно привлекала к работе по хозяйству. Старушка положительно повлияла на воспитание мальчика, научила его аккуратности и внимательности, с чем мы с матерью долго не могли справиться. Галина Михайловна часто читала кудряшу детские сказки, пела вместе с ним песни. Она стала для него настоящей бабушкой.       Кудряш вбежал во двор, оставляя за собой грохот петель и скрип досок. Я решил остаться снаружи, сев на сломанное крыльцо. Во дворе сильно воняло мусором. Валялись какие-то картонки, пустые бутылки, осколки, сгнившие остатки еды вперемешку с рвотой. Одним словом - помойка, а не двор. Презрительно поморщившись, я прикрыл ладонью половину лица, чтобы хоть как-то обезопасить себя от этого неприятного запаха. В доме был слышен бег мальчика. Видимо, отца внутри всё-таки не было. Тот всегда поднимал ор, если кто-то шумел или бегал рядом с ним. Как только я подумал об этом, Коля выбежал из дома и подтвердил мои догадки. - Пусто. - Он записку оставил? - Нет. - А ты? - Нет. - Почему? - Не надо.       Он говорил спокойно, но по его лицу было заметно как он расстроился. Коля уже несколько дней не виделся с единственным оставшимся родственником, разумеется, что мог соскучиться. Об этом мог судить наш утренний разговор на кухне. Я встал со своего места, потрепал мальчишку по волосам. В груди что-то с силой сжалось, я почувствовал свою вину перед ним. Не стоило было приходить сюда и лишний раз расстраивать его. - Ну, ладно. Нам надо идти.       Прикрыв за собой дверь дома и калитку, мы поспешили удалиться с мёртвой улицы, направляясь прямиком в центр. Шли молча, так как на любые мои попытки разговорить кудряша он не реагировал. Настроение у него заметно испортилось.       Место встречи было выбрано у главного памятника посёлка. Мы ещё не успели подойти к нему, как уже издалека нам махали девочки и что-то кричали. Подойдя ближе, меня поразили их наряды, вызывая много вопросов.       Ира облокотилась на плечо своей подруги, чему вторая была не очень рада. Они измученно обмахивались своими шляпками и самодельными свертками из бумаги, не решаясь присесть, так как переживали, что испачкают свои белые лёгкие платья, юбочки которых колыхались от каждого слабого дуновения ветерка. Белыми были и их сандали, которые, очевидно, не предназначены для долгой ходьбы и выглядели неудобными. Рядом с ними стояли рюкзаки с припасами. Видимо, они предполагали, что эту тяжесть понесем мы, так как подруги взяли с собой зачем-то маленькие миленькие сумочки. Не только их наряды кричали о том, что они одеты не по случаю, но и общий внешний вид. Причёски аккуратно уложены, губы сияли от блеска. Если присмотреться, то можно заметить и свежий маникюр. Макияж Ани был заметнее, чем у Иры. Она нанесла на веки яркие тени, подвела глаза, накрасила ресницы. Возможно, не только этим ограничился её макияж. Чем дольше я смотрел на это, тем больше поражался их глупости. - Вы лешего соблазнять собрались или что? Что за вид? - Тц, - недовольно цыкнула Аня, уже готовая вступить со мной в перепалку. Ожидание и духота утомили её, о чём свидетельствовали активные помахивания свёртками, - если не можешь ничего хорошего сказать, то лучше молчи. Мы так долго собирались не для того, чтобы выслушивать твои упрёки. - Вам нужно было только еду собрать и самих себя принести, а вы вырядились, будто мы на праздник какой-то идём. Супер нелепо выглядите.       Светловолосая резко поменялась в лице, вспыхивая. Её уши покраснели, а лицо - нет, а значит она в такую погоду решила ещё и тональником воспользоваться. “Ну правда, просто верх глупости”. - Мы будем одеваться так, как нам того захочется. И твои комментарии я не намерена больше слушать. - она делала акцент на каждом слове и тяжело дышала. Я уже был готов обосновать справедливость своих слов, как тут же вмешалась Ира. - Не начинайте, пожалуйста. Не будем портить друг другу настроение, всё-таки скоро разъедемся и долго не увидимся. Давайте проведём этот день дружно, наберёмся воспоминаний. - темноволосая крепко обняла свою подругу, пытаясь успокоить, но та отмахнулась, так как уже была не в духе. Ира подняла на меня взгляд и продолжила. - Этот день по-своему особенный, поэтому мы с Аней решили одеться соответствующе. Всё-таки, мы ожидали хоть какой-то комплимент, ведь потратили много времени на сборы и готовку. - в её глазах читалась мольба и просьба прислушаться к её словам. - Ладно, - я тяжело вздохнул, - выглядите мило. - В ответ снова послышалось фырканье светловолосой, а Ира лучезарно улыбнулась. - А где Никита? - поспешил быстро сменить тему, пока не повисло напряженное молчание. - Он ещё не пришёл. И ничего не писал. - скрестив руки на груди, недовольно сообщила Аня, но, видимо, причиной недовольства был уже не я, а опаздывающий друг. - Мы звонили ему утром и писали. На звонки не отвечал, а сообщения просто оставил прочитанными. - дополнила подруга. Она опустилась к одному из рюкзаков, из которого достала по ириске и протянула каждому. Коля быстренько закинул конфетку в рот и начал посасывать её, временами причмокивая. Ира потрепала мальчика по волосам, довольная его реакцией. Я убрал сладость в карман, девочки же последовали примеру Коли и сразу съели.       Это показалось мне странным. Никита, который знает, что сегодня мы собирались пойти в поход разгадывать очередную тайну. Никита, который раньше никогда не игнорировал звонки девочек, и который всегда приходил на встречи вовремя. Никита, который всегда ответственно подходил к нашим собраниям начал их пропускать и игнорировать нас. “Неужели ссора с отцом оказалась серьёзнее, чем мы думали?”. - Может, у него что-то случилось? Не звонили его родителям? - Ещё мне не хватало, чтобы вы родаков дёргали из-за ерунды. - послышался знакомый голос за спиной.       Обернувшись, мы увидели того, о ком уже начали беспокоиться. Никита, как ни в чём не бывало, подошёл к нам, спрятав руки в карманы. С собой у него ничего не было, что уже говорило о том, что свои обязанности по сборам он не выполнил. Выглядел он хмуро. Под глазами выделялись синяки, волосы были собраны в низкий хвост. На нём была чёрная футболка, узкие джинсы и кеды. Обведя его взглядом с ног до головы, я не удержался и приложил ладонь ко лбу. “Ещё один модник” - пронеслось в голове, и я тяжело вздохнул. - Что не так? - пробурчал темноволосый, наблюдая за моей реакцией. - Ничего. Совсем ничего. - Никита недоверчиво обвел меня взглядом с ног до головы. - Где припасы? - Не знаю. Не взял. - отмахнулся парень. Ответить на это мне было нечего. Действительно, что тут ещё скажешь? Начать его отчитывать? Опыт показывает, что смысла нет. - Всё хорошо? - аккуратно спросила Аня, смягчая свой тон и как-то умоляюще смотря на друга. Она протянула ему ириску. - Да, нормально. - он отмахнулся от сладости. - Так мы идём или будем стоять? - будто ожидая только этого, все вмиг активизировались, подхватили вещи и направились в путь. Как я и предполагал, рюкзаки с едой пришлось взять мне и Никите.       Завязался разговор на совершенно отвлеченную тему. Ощущая, что нужно спасать ситуацию, Ира начала тараторить без остановки. Было тяжело уловить какой-либо смысл в этом потоке различной информации, поэтому я просто молчал. Никита никак не реагировал, погрузившись в свои мысли. Только Аня и Коля участвовали в болтовне с Ирой.       Спустя час я ощутил сильную усталость от тяжести сумок и палящего солнца. По тому, как остальные замолчали и только тяжело дышали, часто пили воду, я понял, что не один ощутил это. Началась парилка, а значит нас ожидает дождь, и возможно сильный. Было бы неплохо успеть дойти до места назначения к этому моменту. - Давайте немного передохнем, пожалуйста… - взмолилась темноволосая, чуть ли не падая на землю, но её вовремя подхватила подруга, на которой та и повисла. - С тобой всё хорошо? - с волнением поинтересовался, доставая из своей сумки бутылку с водой и протягивая ей. Она отмахнулась, неловко улыбаясь. - Всё нормально, не нужно. Просто устала немного.       Пришлось остановиться. Свалив сумки в одну кучу и посадив на них Иру с Аней, я оглядывался по сторонам. Коля сел на корточки и пальцем что-то чертил в гравийке, а Никита не выражал ничего, кроме раздражения. Мы вышли за пределы поселка и отошли совсем недалеко - на горизонте ещё виднелся круглосуточный магазин и заправка. Это значило, что идти нам предстояло ещё час-полтора. Было неизвестно, что нас может ожидать по погоде в ближайшие тридцать минут, а значит каждая остановка могла грозить нам попаданием под ливень. Ира активно обмахивалась шляпкой, пытаясь остудиться. На её волосах блестели заколки с зайчиками и звёздочками. Даже в этот раз она не изменила себе и нацепила их. Аня с еле скрываемым беспокойством смотрела то на подругу, то на Никиту. - А помните, как мы так же сидели год назад? - начал я, стараясь как-то разбавить общее напряжение. - Это когда мы потом по полю убегали? - спросила Ира, слабо улыбаясь, видимо, тоже припоминая тот комичный случай. - Да. Когда ещё мужики на жигулях подъехали к нам и пытались уговорить вместе с ними на свадьбу съездить. - Я тогда так испугалась… Думала, что действительно загребут в машину свою или ещё что учудят. - Да мы не дали бы вас в обиду. - сказал Никита, включаясь в разговор и немного оживляясь.       Тогда мы шли на рыбалку, и день выдался намного жарче нынешнего. Присев отдохнуть, к нам подъехала незнакомая машина - вишнёвый ВАЗ-2107, с очевидно пьяным водителем и его пассажирами. Мужчины расспрашивали нас о том, почему мы здесь сидим и куда собрались, при этом вставляя какие-то странные и глупые шутки, от которых они гоготали в полный голос. Мы сразу почувствовали себя некомфортно и начали скорее собираться. Незнакомцы заметили нашу спешку, стали уверять, чтобы мы не обижались на них и не пугались. Приглашали, в честь извинения за своё поведение, поехать с ними на свадьбу и там развлечься вместе. Один из них наполовину высунулся из окна и пытался схватить Аню, после чего мы сразу же бросились бежать в поле. У них явно были другие планы, и, если бы мы согласились и действительно поехали, страшно представить что могло бы произойти и что у них было на уме.       Мужикам не понравился наш побег. С гоготом и гудками машины они помчались за нами в поле, но долго проехать не смогли - заглохли. Не заметив этого, мы продолжали бежать изо всех сил, крепко хватая друг друга за руки и теряя по пути кепки со шлепанцами. Выбились из сил мы только тогда, когда забежали в чей-то неогороженный яблоневый сад, и ещё долго прятались в нём, боясь, что незнакомцы могли настойчиво преследовать нас. Только когда время приблизилось к закату, мы успокоились. Рыбалка, конечно же, отменилась, зато мы поели вкусных яблок и собрали с собой домой. Тогда мы долго смеялись после произошедшего, но в момент побега нам было действительно страшно. - Я в тот день потеряла свою любимую кепку. От матери очень сильно влетело! - с досадой сказала Аня, вставая со своего места и поправляя платье. - Зато мужики обогатились на новые кепки и шлёпанцы. - Наверное, они их подарили молодожёнам. - добавил Никита, после чего все рассмеялись, представляя эту картину. - Скорее всего, они так и не доехали до свадьбы. - Кто их знает… Мне вот больше машину жалко их, хорошая была. - я вспомнил тот автомобиль. По нему было видно, что должного ухода у машины не было, а покрасили её в вишнёвый цвет только для того, чтобы скрыть недостатки. Но, если бы за ней следили, она могла бы прослужить ещё очень долго. - Да ну, корыто какое-то. - фыркнул Никита, пиная камни под ногами. - Есть машины намного лучше, выглядят солиднее и ремонта не требуют. - Ну куда ж мне с твоим вкусом тягаться. - Ну да, вкус у тебя действительно дерьмовый. - Как скажешь. - я не стал с ним дальше спорить. Ругаться не хотелось. Заметив, что я не стал продолжать этот разговор, Никита странно посмотрел на меня и показательно цыкнул. - Как скажешь. - повторил он, после чего замолчал.       Девочки завели беседу о своём. Увлекшись разговором, они не особо замечали кого-то вокруг. Всё внимание Коли было приковано к рисункам, которые он то стирал, то заново с усердием выводил. - …я и сегодня утром с ней поругалась. Начала орать на меня “Куда ты накрасилась так, позорище!”. А мне так обидно стало от этих слов, несколько часов ведь сидела, старалась. “Смывай немедленно, не пущу тебя так на улицу! Как проститутка выглядишь! Не позорь мать!”... - Аня изображала интонации своей матери, искажая и делая голос неприятным. Рассказывая эту историю, она сдерживалась, чтобы не заплакать. Временами её голос дрожал и ей приходилось делать паузы, чтобы успокоиться. Ира обеспокоенно слушала подругу, держа её за руку. -... сказала не возвращаться мне домой сегодня и чтобы я ночевала у своих хахалей. “Взрослая сильно стала, я посмотрю, вот и иди живи взрослую жизнь!”... - И давно она так оскорбляет тебя? - меня тоже обеспокоил рассказ светловолосой и я поспешил вмешаться. Поведение её матери показалось мне слишком жестоким и несправедливым. Ну накрасилась она, и что? Почему такая драма? Я сразу же вспомнил свою реакцию сегодня. Выразился тоже грубо, но всё-таки кидаться оскорблениями не стал. Чувство вины вновь укололо меня.       Честно признаться, до этого момента я ничего не слышал о родителях Ани кроме того, что они часто ругались с ней. Внимания на это я не обращал. “Ну а кто в нашем возрасте не ругается с родителями из-за всякой фигни?”. Аня сама никогда не делилась с кем-либо, кроме Иры, своими семейными проблемами и историями. Из-за шуток над её внешностью и другими издевательствами с юного возраста, она с трудом могла довериться другим. Оказывается, у неё и дома всё было не очень складно. Гипперопекающий отец, недовольная и агрессивная мать. Казалось, что ей с трудом удавалось просто дышать и не слышать упрёков в свой адрес. Хоть она и могла вести себя временами глупо и вызывающе, но девушка всё-таки не заслужила к себе такого отношения. Аня добрая и заботливая, пусть и со сложным характером. - Папа к родственникам на пару дней уехал, вот и отыгрывается. - Аня аккуратно пыталась вытереть выступившие слёзы, при этом не смазав макияж. - Тебе стоит сказать ей о том, что тебе больно от её слов. - советовала подруга, но от неё сразу же отмахнулись. - Ей плевать. Она делает это специально, понимаешь? - А чего она так взъелась-то на тебя? - Не знаю. - девушка помолчала. - Постоянно винит меня в том, что папа уделяет мне много внимания, заботится обо мне, а о ней забывает. Мало того, что я его волноваться заставляю, так ещё и злю этим. Я ей не верю, он не способен на злость… - Давай мы ей лицо набьем, а? - вмешался Никита, привлекая своим заявлением общее внимание. Все с удивлением смотрели на него, а тот лишь пожал плечами, не видя в этом ничего ужасного. - А что такого? Эта старая сука путает берега, надо её наказать. - Никита… Не говори так… - было видно, что с каждой новой репликой парня Ира не находила слов для ответа. - А что? Если не дать ей отпор, она так и будет дальше унижать её. - Насилие не выход, Никит. - Сказал тот, кто дерётся за деньги. - Я же не бью и не предлагаю бить женщин. Это - другое. - Да-да, конечно. Быть бойцовской шлюхой действительно другое дело. - это было лишнее.       Никита рассмеялся. Я сжал кулаки. Внутри всё начало кипеть, и я почувствовал, как к голове начала приливать кровь. Он продолжал смеяться и смотреть на меня с вызовом. Я не выдержал, быстро сократил между нами дистанцию, и схватил его за футболку, притягивая к себе. - Я смотрю, ты сегодня за языком совсем не следишь. Давно не получал за свой базар? - я еле сдерживался, чтобы не ударить его в любой момент. Выплевывая каждое слово с очевидной угрозой, я всё крепче сжимал ткань в своей руке. Он пытался отстраниться и вырваться, но у него не получалось, я был значительно сильнее. - Хах, обиделся что ли? На правду-то? - Извинись. - Да что я такого сказал? - Извинись перед Аней за оскорбление её матери. И передо мной. - Не буду. - Ребята! - заметив, что обстановка сильно накалилась, Аня полезла нас разнимать, но я её оттолкнул. Девушка упала на землю, пачкая своё платье. Видимо, не ожидая такой реакции, она сначала с удивлением посмотрела на меня, а потом со злобой накинулась. - Придурок, ты что творишь?! Отпусти его! Хватит хернёй страдать! - Не лезь! - крикнули в оба голоса. Девушка опешила. Ира подбежала к ней, помогая встать. Где-то за спиной послышался всхлип. - Извинись. - Не буду, сказал же. - Никита продолжал свои попытки вырваться из моей хватки. Ухмылка не сходила с его лица, а отказ извиниться злил меня ещё больше. Я бросил его на землю. - Ты ведёшь себя как мудак. - тяжело выдохнув, я постарался успокоиться. - Я хотя бы не пытаюсь корчить из себя героя, придурок. - только я собрался подойти к девочкам и извиниться за своё поведение, как мне в спину прилетел очередной удар. Обернувшись, я увидел всё ещё лежащего на земле темноволосого. Он очевидно испытывал меня на прочность. Его глаза отчего-то блестели, он улыбался, и было непонятно шутит ли он или нет. Если это шутка, то она зашла слишком далеко. - Что такое, мачо? - Видел бы тебя твой отец. - я нанёс ему ответный удар. Парень сразу же переменился в лице. Сначала он позволил себе больше дозволенного, теперь черту переступил я. Прекрасно зная о их ссоре, и подозревая, что причина отсутствия парня в эти дни и его сегодняшнее поведение заключается именно в этом, я намеренно надавил на больную точку.       Не долго думая, Никита набросился на меня, ударяя в скулу. Я сразу же среагировал и ударил в ответ. В этот момент у нас обоих сорвало крышу. Мы били друг друга, падая и катаясь по земле. Отдаленно до меня доходили чьи-то крики и мольбы остановиться, но я видел перед собой лишь разъяренного Никиту, который продолжал наносить удары за ударом.       Понятия не имею как долго мы избивали друг друга. Обменявшись ещё парочкой ударов, Никита первый отполз от меня, тяжело дыша. Он устало улегся на землю и пытался отдышаться, прикрыв глаза. После он как-то горько-истерически рассмеялся. Все смотрели на него с недоумением. Окончательно успокоившись, я подошёл к нему, но не с намерением продолжить драку, а протягивая руку, помогая встать. Когда парень замолчал, его взгляд вновь переменился, стал грустным и потерянным. Никита принял мою помощь, резко вставая.       Девочки плакали. Если Ира выглядела напуганной и не знала что делать, то Аня была очень зла. Увидев, что мы “примирились”, она быстро подошла и отвесила обоим звонкие пощёчины. Коля испуганно прижимался к Ире, тоже временами всхлипывая. Мы устроили неприятную для всех сцену. Зато выпустили пар. По Никите действительно было видно, что он значительно расслабился и успокоился. Его губа была разбита, как и скула с костяшками на руках. Чёрная одежда приняла серо-коричневый оттенок от пыли и грязи. Волосы растрепались, а резинка потерялась где-то в ходе драки. Наверное, я выглядел не лучше. Щека неприятно пульсировала, футболка порвалась, но заменить её мне было нечем. Тут я и пожалел о том, что не послушал матушку и не взял с собой каких-нибудь вещей. Тело неприятно ныло. Но это меня не особо волновало сейчас. Мне казалось, что я не просто так попал под горячую руку. Похоже, чем-то я действительно смог разозлить Никиту, причём ещё до начала всего этого разговора. Но чем? - Придурки! - закричала Аня, с мокрыми от слёз глазами. Её щёки, уши и веки покраснели, что, не могу отрицать, придавало её не привлекательному лицу особую милоту и очарование. Тушь начала растекаться, оставляя после себя темные круги под глазами девушки. - Вы что тут устроили?! Напугали всех! С ума сошли?! - Всё нормально, не кричи.. - Никита смягчился в голосе и притянул девушку в свои объятия, успокаивая. Та не сопротивлялась, наоборот, крепко обняла парня в ответ и разразилась новыми рыданиями. - Извини… - Дурак…       Я с виноватым видом подошел к Ире с Колей. Та лишь всхлипывала, но больше не плакала, а Коля с опаской посмотрел на меня. Присев на корточки рядом с ним, я протянул к нему руки, желая обнять. “Прости, пожалуйста. Я не хотел пугать вас”. Он медленно отпустил подругу, а после обнял меня. Гладя его по волосам, я не мог перестать извиняться. Я знал, что Коля ненавидел, когда при нём дрались близкие ему люди. Он уже увидел слишком много насилия дома, и я обещал себе, что не буду при нём показывать свою агрессию. И не сдержал слова, поддавшись провокации и импульсу. Это было глупо, и я признаю это.       Небо заполонили тучи. Стало очевидно, что вот-вот начнётся дождь, а значит, нужно ускоряться и поскорее найти место, где можно было бы переждать. Все взбодрились после недавней сцены, поэтому молча взяли вещи и направились дальше в путь. Повисла тяжелая гнетущая тишина. Никто не решался начать разговор, боясь, что снова может вспыхнуть какой-нибудь конфликт. Никита прижимал Аню к себе за плечи, продолжая успокаивать. Ира шла рядом со мной и Колей, последний же вцепился в мою руку и не желал отпускать.       В груди у меня что-то крепко сжималось. По ощущениям, это походило на комок или же узел, который то затягивался, то развязывался, а потом с новой силой затягивался. Сегодня явно не мой день, то сделаю что-то не так, то скажу грубость, то вовсе сорвусь. Настроение пропало. Я тяжело вздохнул, крепко сжимая руку мальчика в своей. Ира обратила на это внимание и аккуратно дотронулась до моего плеча. Я вопросительно посмотрел на неё. На лице темноволосой была слабая мягкая улыбка. Было не похоже на то, что она выдавливала её специально. Глаза её всё ещё были красные и припухшие. Она напомнила мне маленького кролика. Я попытался улыбнуться ей в ответ, но получилось криво. Ира рассмеялась. - Ты выглядишь забавно, когда так делаешь. - Почему? - я сразу же вернул себе спокойное выражение лица, почувствовав неловкость. - Ты весь в крови. И у тебя опухла щека. Вон ещё отпечатки от пальцев Ани остались. - Сильно напугалась? - я постарался скрыть своё смущение, но почувствовав, как уши начинают гореть, понял, что всё было прекрасно заметно. - Есть немного. - она приобняла меня за плечо. Почувствовав её тепло, я ощутил приятную дрожь, которая расползлась от руки по всему телу, и пропала так же быстро, как и появилась. Стараясь не думать об этом, я внимательно вслушивался в каждое её слово. - Вы так били друг друга… Страшное зрелище. Я не знала, что стоит делать. Даже на помощь никого не позвать разнять вас - вокруг вообще людей нет. Думала, убьёте друг друга прямо здесь, и всё, конец… - я не смог сдержать смешка. - Да брось, это вряд ли. - темноволосая недовольно посмотрела на меня. - У парней иногда такое бывает, надо выпустить пар. - Это дико, не находишь? - Кхм… Возможно… - внезапно я почувствовал, как с другой стороны отпустили мою руку. - Там! Туда! - Коля сорвался с места, не давая никому даже опомниться. Все замерли от удивления, наблюдая за тем, как мальчик бежит сломя голову в лес. - Стой! Коля! Подожди! - как только мальчик скрылся за деревьями, мы сообразили, что нужно бежать за ним. Перед нами высились сосны. Повеяло холодом. Послышались первые раскаты грома.