Burn their sins.

—Вы...не похожи на коллекционера причуд, или кого-то вроде... —Ого, как вежливо. Давно ко мне на "вы" не обращались.—слова прозвучали с издёвкой.—Я не похож говоришь? Ну и прекрасно. —А...—Шото замялся, не зная как поставить вопрос в нормальной форме. —Хватит вопросов. Я же сказал, тебе больше, пока, знать не обязательно. Ты разговорчив как для товара. Юноша замолчал. Слово «товар» неприятно резануло, но он даже не дёрнулся. Слишком привычно, слишком часто он это слышал. Он просто опустил взгляд и продолжил есть. Онигири были тёплыми. Простыми. Безвкусными. И всё же… это была еда. Настоящая. Не та безликая масса, которой его кормили раньше. Даби смотрел на него не отрывая взгляда, будто ожидая чего-то. —Спасибо за еду.—негромко произнёс Шото, ставя пустую тарелку на поднос.—Можно...воду оставить? — Оставляй. Он поднялся, забирая поднос. — И в душ сходи. Потом наверх поднимешься. Шото моргнул. — Наверх?.. — Не тупи, — коротко бросил Даби. — Не будешь же ты всё время сидеть в подвале. Даби поднялся, забрав поднос с тарелками и вышел не запирая двери. Шото выдохнул.

****

— Ты уверен, что это не просто бракованный кусок металла? — Каминари склонился над столом, щурясь. — Это ключ, — устало ответил Мидория. — От ошейника. Я уверен. На столе, под яркой лампой, лежал тот самый ключ. Уже порядком почерневший от гари, но целый. Рядом стояли увеличительные линзы, какие-то приборы и Хацуме, увлечённо ковыряющаяся в конструкции. — Он не просто целый, он пережил воздействие высокой температуры, — пробормотала она. — Интересно… очень интересно… — Мэй, пожалуйста, — Очако нервно сжала руки. — Там было имя. — Сейчас, сейчас… — отмахнулась та. Она щёлкнула каким-то устройством, и над ключом вспыхнул мягкий голубой свет. — Вот тут… — пробормотала она, увеличивая изображение. — Очень мелкая гравировка. Все замерли. Мидория задержал дыхание. — Читай уже, — буркнул Бакуго с койки, раздражённо дёрнувшись в ремнях. Мэй прищурилась. — Акари? Нет, Акаши. Да, точно. Тут написано имя: Акаши. А рядом... Она замолчала пристально изучая ключ. Сбоку от имени была ещё одна надпись. Гравированная. Перечёркнутая. — Ну и чё нам это даёт? Фамилия хоть есть? — Тут ещё что-то...перечёркнуто.. чёрт, не могу разобрать. Фамилия скорее всего. Только смысл было её убирать? — Маскировка? Или чтобы никто не узнал фамилию проданного.— предположила Очако. —Зацепок капец как мало. Ну это хоть что-то. Спасибо за помощь, Хацумэ.

****

После душа стало намного легче. Не сильно, но достаточно, чтобы снова начать двигаться. Кожа на стопах была стёрта в кровь, и сильно щипала при соприкосновении с водой. Идти тоже было нереально. Но пришлось. Кое как поднимался по лестнице. Ноги подкашивались, тело после разряда и потери сознания всё ещё плохо слушалось. Когда он наконец добрался до верха, перед глазами на секунду потемнело. Шото замер, упёршись плечом в стену, пережидая, пока мир перестанет плыть. В прихожей (или гостиной, что это вообще?) кафельный пол хоть и не был натёртым до блеска, но скользким всё таки оставался. Он сделал ещё шаг. И ещё. А в следующую секунду нога резко подвернувшись, поехала. Мир дёрнулся. Он даже не успел среагировать. Тело повело в сторону, равновесие исчезло мгновенно — и Шото с глухим звуком рухнул на пол, ударившись спиной. На секунду он просто лежал, не двигаясь, уставившись в потолок. Перед глазами мелькали тёмные пятна, дыхание сбилось, в груди неприятно тянуло после падения. Боль в спине разливалась медленно, но уверенно. Ступни стали саднить ещё сильнее. Ошейник коротко пискнул — как будто насмешливо. Шото тихо выдохнул, пытаясь восстановить дыхание. Подниматься не хотелось. —Я тебя всего на пять минут одного оставил, — послышался голос с боку. — а ты уже решил убиться об пол? Даби только вошёл в комнату, стоя сейчас у стены. —Пол...скользкий.—ответил Шото с трудом приподнимаясь на локтях. Пауза. Даби подошёл ближе. — Встать сможешь? — спросил он наконец. Шото попробовал опереться на ногу — и тут же дёрнулся. Боль в ступне вспыхнула резко, заставляя пальцы сжаться. Кровь начла сочится от резкого движения. Даби протянул руку. —Давай.—резко подняв юношу, усадил его на диван.— Сиди здесь. И, не дожидаясь ответа, развернулся и ушёл в сторону стеллажей. Шото медленно выдохнул, опустив голову. Пальцы всё ещё подрагивали после падения и боли. Мысли путались. Ступня кровоточила, тонкий слой засохшей кровяной корки счесался при скольжении. Даби вернулся, неся в руках небольшого размера коробку и кусок ткани. —Давай ногу.—бросил он, подходя ближе. — Не... — автоматически отозвался Шото, уже отдёргивая ногу. Даби прищурился. — Я не спрашивал. Он присел рядом, перехватил его за щиколотку раньше, чем Шото успел отстраниться, положил её на колено. Открыл коробку, доставая вату и пробирки с жидкостями. — Будет щипать, — сухо предупредил он. Когда жидкость коснулась раны, Шото резко вдохнул сквозь зубы. Пальцы сжались, плечи напряглись. Изо всех сил пытался не дёргаться. Парень работал быстро. Обработал раны, аккуратно, но без лишней нежности. Потом обмотал стопу тканью, затягивая чуть туже, чем нужно. — Вторую, — коротко сказал он. Шото послушно протянул. Когда всё было закончено, Даби откинулся назад, опираясь руками о пол. — Всё. Жить будешь. Шото опустил взгляд на перевязанные ступни. Стало легче. — …спасибо. —Потом благодарить будешь. Пошли. Только аккуратно иди, если снова повторять не хочешь. Опираясь на быльца дивана, Шото аккуратно встал. С такой же осторожностью, проверяя каждый шаг пошёл за Даби. Тот не торопился, ожидая, пока юноша дойдёт. Коридор тянулся узкой полосой тусклого света. Лампы под потолком иногда моргали, отбрасывая на стены рваные тени. Под ногами всё тот же кафель, но здесь он был менее скользким — местами покрыт пылью, местами шероховатый от трещин. Даби остановился у двери в конце коридора. Коротко постучал. Изнутри никто не ответил. Он хмыкнул и толкнул дверь плечом. — Проходи. Шото на секунду замер на пороге. Комната была больше, чем та, в подвале. Светлее. Здесь было окно — настоящее, пусть и грязное, с мутным стеклом. Сквозь него пробивался серый дневной свет. Вдоль стены — стол, заваленный бумагами и какими-то деталями. В углу — старый диван, напротив него — кресло. — Садись, — кивнул Даби на диван. Шото прошёл внутрь и опустился на край. Снова. —Что вы...будете делать? —Я тут жду кое-кого. Снова попробуем снять ошейник. —заметив испуганный взгляд Шото, поспешил ответить — повторения вчерашнего не будет, успокойся. —Понял.