Прежде всего Поттер

— Комната Так-и-Сяк? — переспросил Гарри, нахмурившись. — Никогда о такой не слышал. Добби радостно закивал, и его уши снова захлопали по щекам. — Многие не слышали! Комната Так-и-Сяк — особенная комната. Она появляется, только когда очень нужна. Добби узнал о ней от других домовых эльфов на кухне. Они используют её, чтобы хранить лишние полотенца и чистящие средства, когда миссис Норрис слишком усердствует. — Миссис Норрис? Кошка Филча? — Да! Ужасная тварь! — Добби поёжился. — Но Комната Так-и-Сяк прячет то, что должно быть спрятано. Она даёт то, что нужно! Гарри задумался. Комната, которая даёт то, что нужно, и появляется только по необходимости? Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но если она действительно существует, то их встречи с Гринграсс стали бы куда безопаснее. — Где она находится? — Прямо здесь, на седьмом этаже! — воскликнул Добби. — Напротив гобелена с тролями, танцующими балет! Добби покажет, если великий Гарри Поттер пожелает. Гарри покачал головой: — Не сегодня. Авроры повсюду. Даже с мантией-невидимкой я едва сюда добрался. Но завтра, после отбоя... ты сможешь меня проводить? — Добби почтёт за честь! — эльф сжал кулачки и выпрямился, пытаясь выглядеть внушительно. — Добби проведёт Гарри Поттера тайными путями. Домовые эльфы знают такие коридоры, о которых даже Филч не догадывается. Гарри слабо улыбнулся. Впервые за этот бесконечный день ситуация начала казаться чуть более управляемой. — Спасибо, Добби. Правда, спасибо. — Гарри Поттер не должен благодарить Добби, — эльф шмыгнул носом. — Гарри Поттер дал Добби свободу. Для Добби нет большей чести, чем служить великому Гарри Поттеру добровольно. — Ты не служишь мне, Добби. Ты мой друг! От этих слов глаза эльфа наполнились слезами такой благодарности, что Гарри на всякий случай отступил на шаг. В прошлый раз эмоциональные порывы Добби заканчивались левитацией пудингов и переломами рук. — Друг! — выдохнул Добби. — Добби — друг Гарри Поттера! Добби запомнит это навсегда! — Тише! — шикнул Гарри, опасливо оглядываясь на дверь. — Нас могут услышать. Добби тут же зажал рот обеими руками и энергично закивал. — Теперь иди. Встретимся завтра у входа в гриффиндорскую башню. Я тебя позову. Эльф поклонился так низко, что нос коснулся пыльного пола, и с тихим хлопком исчез. Гарри остался в классе один. Он устало опустился на старый учительский стол и посмотрел на свои руки. Пальцы всё ещё подрагивали — то ли от недосыпа, то ли от напряжения последних часов. Снова он оказался в самом эпицентре событий. Только на этот раз что-то изменилось. Раньше у него были Рон и Гермиона — его несокрушимая команда. Теперь Рон был выбит из колеи, Гермиона обижена, а он сам... Сам он сидел в заброшенном классе, полагаясь на слизеринку, которую знал всего месяц, и на домашнего эльфа, который когда-то едва не убил его блэджером. И как Дамблдор вообще допустил такое? Хотя если подумать, в прошлые годы было не лучше... Гарри горько усмехнулся. Следующий день начался с того, что за завтраком Макгонагалл объявила о новых правилах безопасности. Комендантский час был сдвинут на час раньше. Все внеклассные занятия, требующие перемещения по замку после семи вечера, отменялись. А квиддичные тренировки разрешались только в сопровождении преподавателя. — Проклятье! — прошипел Вуд, сидевший через несколько человек от Гарри. — Как нам теперь готовиться к финальному матчу со Слизерином? — Может, попросим Макгонагалл сопровождать нас? — неуверенно предложила Анджелина. — Она не согласится. У неё дежурства по ночам, — мрачно ответил Вуд и уткнулся в тарелку с таким видом, будто это была не овсянка, а прах всех его надежд. Гарри почти не слушал их. Его внимание было приковано к Гермионе, которая сидела в дальнем конце стола — так далеко от них с Роном, как только позволяли размеры гриффиндорской скамьи. Она делала вид, что читает «Руны древних цивилизаций», но Гарри заметил, что книга лежит вверх ногами. На секунду ему захотелось подойти к ней и извиниться за вчерашнее. Но он просто не мог решиться. Рядом с ним Рон ковырял тост. Вид у него был не лучше вчерашнего. — Как спалось? — спросил Гарри, просто чтобы разорвать тишину. — Нормально. — Рон пожал плечами и добавил почти шёпотом: — Я поставил у кровати кувшин с водой. Если этот псих снова заявится, я хотя бы попытаюсь плеснуть её ему в лицо. — Это... разумно, — осторожно сказал Гарри. — Ага. Мама всегда говорила, что вода — лучшее средство от всего. От засухи, от пожара... от беглых убийц... — Рон попытался улыбнуться, но улыбка вышла жалкой. Гарри не знал, что ответить. Он чувствовал, как между ними вырастает невидимая стена. Рон боялся, и этот страх делал его чужим, замкнутым, не тем весёлым парнем, с которым они столько всего пережили. Уроки нормализовались. На истории магии Бинс бубнил о восстании гоблинов 1612 года, и даже Гермиона, сидевшая через два ряда, клевала носом. Гарри снова попытался подойти к ней после урока, но остановился в последний момент, осознав, что не знает, что ей сказать. Он был виноват, и с этим ничего не попишешь. Чувства вины и одиночества захлестнули его с головой. Зато на зельеварении Гарри ждал сюрприз. — Сегодня вы работаете в парах, — объявил Снейп, вплывая в класс своей обычной крадущейся походкой. — И пары эти назначу я, очевидно. По подземелью прокатился недовольный ропот. Обычно Снейп позволял им выбирать напарников самостоятельно, и, разумеется, факультеты не перемешивались. Это создавало сюрреалистичную картину, когда на одном ряду сидели только слизеринцы, а на другом гриффиндорцы. Но сегодня, по всей видимости, звёзды сошлись в очень поганом направлении. — Тишина! — Снейп повернулся к классу, и его чёрные глаза зловеще блеснули. — В связи с последними событиями директор счёл нужным... укрепить межфакультетское взаимодействие. В эти тёмные времена единство школы важнее, чем ваши жалкие предпочтения. — Он выдержал драматичную паузу. — К тому же, мне бы очень хотелось увидеть, как мистер Поттер справляется без помощи своих более способных друзей. Гарри похолодел. Ну, теперь всё ясно. — Поттер и Гринграсс, — произнёс Снейп с едва заметной усмешкой. — За третий стол. Фух, повезло! Он почувствовал, как сидящий рядом Рон напрягся всем телом, а с другой стороны класса донёсся возмущённый шёпот Пэнси Паркинсон. Сама же Гринграсс медленно поднялась со своего места и направилась к указанному столу с невозмутимым видом, будто ничего особенного не происходило. Трейси Дэвис проводила её таким жалостливым взглядом, словно та шла на каторгу в Азкабан. Гарри подхватил сумку и двинулся следом, стараясь не встречаться взглядом с однокурсниками. Краем глаза он заметил, как Малфой злорадно ухмыльнулся, а Теодор Нотт странно на него зыркнул. — Не переусердствуй, — прошептала Гринграсс, когда он уселся рядом. — Если Снейп заподозрит, что я с тобой спелась, мне конец. — А мне, значит, не конец? — уточнил Гарри. — Тебе всегда конец. Ты к этому привык. — Просто ответила она. Он не успел ответить, потому что Снейп прервал его, озвучив тему. — Ингредиенты в шкафу. На всё — час. Приступайте. На доске проявился рецепт бодрящего зелья. Гринграсс тут же поднялась и направилась к шкафу. Гарри последовал за ней, чувствуя, как спину сверлит взгляд Гермионы. Или это только казалось? Сейчас ему казалось, что на него смотрит весь мир. Даже бледный Невилл, вынужденный работать с Паркинсон. Когда они вернулись к столу с охапкой ингредиентов, Гринграсс взяла командование на себя без единого слова. — Корень валерианы режешь ты. Помнишь, что я говорила? Точность, а не сила. — Помню я, помню, — буркнул Гарри, берясь за нож. — Расскомандовалась тут, Даффи-Дак! — Что-что? — непонимающе переспросила Дафна. — Что? Я ничего не говорил. Тебе, должно быть, послышалось. Может, сходишь в больничное крыло проверишься? В последнее время шутки близнецов совсем вышли из-под контроля. — С притворным сочувствием произнёс Гарри. На это Дафна только нахмурилась. — А ты, я смотрю, отлично вписываешься в их компашку клоунов. Асфодель измельчаю я. Ты, чего доброго, перепутаешь его с чем-нибудь ядовитым, и мы оба отправимся к мадам Помфри. — Я знаю, как выглядит асфодель. — Раздражённо ответил Гарри. — Конечно, знаешь. А ещё ты знаешь, что у черепах нет хвоста. Это был удар ниже пояса. — Откуда ты вообще об этом узнала? Дафна усмехнулась. — Слухи в этой школе — главное развлечение для большинства учеников. — Поттер! Я смотрю, вы пытаетесь отвлечь мисс Гринграсс от работы. Минус десять очков Гриффиндору. — Произнёс неожиданно появившийся за его спиной Снейп. Вот ведь реально мучитель, а не учитель. Молча наблюдая за тем, как Гринграсс нарезает ингредиенты, он вспомнил ещё кое-что. Что не давало ему покоя со вчерашнего дня. Может, она знает? — Слушай, — позвал он шёпотом, — ты ведь типа умная? Сколько, по-твоему, живут крысы? Я имею в виду магические. — Уточнил Гарри. — Лет пять. Может, шесть, максимум. У Трейси, кажется, была в детстве. — Она на секунду задумалась. — Или это был хомяк? А что? У него перехватило дыхание. Двенадцать лет! Короста жила у Перси, потом у Рона... это невозможно! Просто невозможно. Или... возможно? — Да так... интересно просто. Дафна подняла бровь, но ничего больше не сказала. Работа пошла. Гарри резал корень, стараясь не обращать внимания на Снейпа, который кружил по классу, как стервятник. Гринграсс помешивала основу зелья, бормоча под нос отсчёт. — Ты сегодня выглядишь лучше, — сказала она, не отрываясь от котла. — После вчерашнего я спал как убитый. — Это заметно. Мешки под глазами уже можно спутать с синяками после драки, а не с кратером. — Обманчиво серьёзно произнесла Дафна. — Твоя забота очень трогательна. Гарри невольно фыркнул. И тут же осёкся, поймав на себе пристальный взгляд Снейпа. — Что-то смешное, Поттер? — протянул профессор. — Ничего, сэр. Просто... э-э... задумался о противоречивой природе валерианы. Малфой, сидящий с Гермионой, которая со всей силы пыталась его игнорировать, хихикнул. Снейп же только поджал губы и двинулся дальше. Гринграсс едва заметно покосилась на Гарри — и в её глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение. — Неплохо, — шепнула она. — Врёшь ты лучше, чем варишь зелья. — От тебя это звучит как комплимент. К концу урока их зелье приобрело нужный бледно-лиловый оттенок. Снейп, подойдя к столу, долго всматривался в котёл, явно пытаясь найти хоть малейший изъян. Наконец он криво усмехнулся и процедил: — Удовлетворительно. По крайней мере, Поттер чудом умудрился не испортить зелье Гринграсс своей аурой бездарности. Что уже удача. — Можете идти. Это было равносильно высшей похвале. Гарри понял это по тому, как Гринграсс выдохнула, когда профессор отвернулся. — Было близко, — прошептала она. — Ещё немного, и он бы понял, что ты не такой уж безнадёжный идиот. А это разрушило бы его картину мира. — Ты так заботишься о его картине мира? Не знал, что ты альтруистка, Гринграсс. Или это просто факультетская солидарность? — Я забочусь о том, чтобы он не начал копать глубже. — Процедила она. — Если Снейп узнает о нашем сотрудничестве, он найдёт способ всё испортить. Гарри задумался над её словами. В этом была горькая правда. Снейп действительно, кажется, получал удовольствие от страданий окружающих. Особенно если эти окружающие носили фамилию Поттер. После урока он столкнулся в дверях с Малфоем. Перед этим он успел передать Гринграсс записку о новом месте встречи. — Поттер, — нараспев произнёс тот, задевая его плечом. — Не знал, что ты настолько низко пал, что просишь помощи у Гринграсс. Что, без Грейнджер совсем не можешь? — Отвали, Малфой. — Прорычал Гарри. — Интересно, что скажут твои друзья, когда узнают, что ты тайком общаешься со змеями? Хотя... какие у тебя теперь друзья? Уизли выглядит так, будто сейчас описается от страха, а Грейнджер, кажется, наконец поняла, с кем связалась. Он даже сам не подозревает, насколько прав, усмехнулся Гарри. — Знаешь, Малфой, — сказал он, понизив голос, — ты очень смелый, когда вокруг полно свидетелей. Но я всё ещё помню, как ты попятился во дворе. Хочешь проверить, повезёт ли тебе в следующий раз? Лицо Малфоя побледнело, но он быстро взял себя в руки. — Ты мне угрожаешь, Поттер? — Нет. Я тебя предупреждаю. Это разные вещи. — Надменно-наставническим тоном, скопированным у Гринграсс, произнёс Гарри. Он развернулся и пошёл прочь, оставив Малфоя стоять в дверях с открытым ртом. За спиной раздалось хихиканье Крэбба, которое тут же сменилось сдавленным вскриком — видимо, Малфой сорвал злость на нём. Вечером, сидя в гостиной над домашним заданием, Гарри то и дело поглядывал на часы. Стрелка неумолимо приближалась к одиннадцати. Теперь оставалось только выбраться из башни незамеченным. В одиннадцать он выскользнул за портрет. В коридоре было пусто и темно. Где-то далеко эхом разносились шаги авроров, но сейчас они патрулировали нижние этажи. Добби появился ровно там, где они договорились, — в тени рыцарских доспехов в пяти метрах от портрета Полной Дамы. — Гарри Поттер пришёл! — радостно прошептал эльф. — Добби знает путь. Идёмте за Добби! Они двинулись по коридору, а потом свернули в неприметную нишу, которую Гарри никогда раньше не замечал. За старым гобеленом оказался узкий проход. Гарри пришлось пригнуться, чтобы не задеть головой низкий потолок. — Сюда никто не ходит, — шептал Добби на ходу. — Только домовые эльфы. И ещё Пивз, но Пивз боится темноты в этих проходах, хотя никому и не признаётся. — Пивз боится темноты? — недоверчиво переспросил Гарри. — О да! — Добби хихикнул. — Добби однажды застал его, когда Пивз пытался спрятаться здесь от Кровавого Барона. Пивз плакал и звал мамочку! Но Добби никому не рассказал, потому что у Пивза хорошая память и он мог бы отомстить. Через несколько минут они вышли на седьмой этаж. Здесь было тихо, только сквозняк шевелил старый гобелен с изображением Варнавы Взбесившегося — неуклюжего волшебника, который пытался обучить троллей балетным па. — Вот! — указал Добби на стену напротив гобелена. — Комната Так-и-Сяк! Гарри уставился на голую каменную кладку. — Эмм, Добби, это просто стена. — Нет-нет! — эльф запрыгал на месте. — Гарри Поттер должен пройти мимо три раза и подумать о том, что ему нужно. Очень сильно подумать! — И что мне нужно? — Место для встреч! Безопасное место, куда никто не войдёт! Гарри пожал плечами и зашагал вдоль стены. Ему нужна комната. Комната, где они с Гринграсс могли бы встречаться, не боясь, что кто-то застукает их. Комната, защищённая от чужих глаз, с удобным пространством для тренировок и хорошим освещением. Тусклый лунный свет заброшенного класса, казалось, грозился испортить его и без того плохое зрение. Раз. Два. Три. Он замер и уставился на стену. На его глазах в каменной кладке проступили очертания двери. Сначала едва заметные, затем всё более чёткие. И вот уже перед ними была настоящая дверь — тяжёлая, дубовая, с бронзовой ручкой в форме свернувшейся кольцами змеи. — Получилось! — захлопал в ладоши Добби. — Комната Так-и-Сяк услышала Гарри Поттера! Тут наконец-то из-за угла появилась Гринграсс, одетая в тёмный плащ. Видимо, для пущей скрытности, подумал Гарри. Было бы очень неприятно, окажись на её месте отбившийся от группы аврор или Макгонагалл. — Ты опоздала! — ухмыльнулся Гарри. — Ха-ха, очень смешно. Ты сегодня прям сама оригинальность, Поттер. Хорошее настроение? — Как ты вообще умудряешься передвигаться по замку незамеченной? — задал Гарри давно интересовавший его вопрос. Дафна насупилась. — Ну, знаешь ли, когда ты живёшь в огромном поместье, напичканном домовыми эльфами, со строгими родителями, приходится приспосабливаться. Тут Добби не смог сдержаться и решил вставить слово. — Добби думает, что Даффи-Дак просто использовала дезиллюминационные чары. — Даффи-Дак? — подняла бровь Дафна. — Ты учишь своего домового эльфа магловским глупостям? Как по-гриффиндорски. — Я не учил его! — замахал руками Гарри. — Это он сам придумал. — Добби очень рад, что великому Гарри Поттеру это пришлось по душе! — гордо выпятил грудь Добби. Дафна перевела взгляд с одного на другого. — Так вот оно что, Поттер, учишься у лучших? Тут до Гарри наконец дошёл смысл сказанных ей ранее слов. — Погоди. Откуда ты вообще знаешь об этом? — О чём? — О магловских мультиках. — Нетерпеливо произнёс он. — Не понимаю, о чём ты, Поттер. Может, тебе провериться в больничном крыле? — Ладно, один — один. — Сдался Гарри. Он взялся за ручку. Она была прохладной на ощупь. — Подожди здесь, Добби. Если через час мы не выйдем — приводи помощь. — Добби понял! Добби будет стоять на страже! Гарри толкнул дверь и вошёл. Комната оказалась просторной, но не огромной. Высокий потолок с парящими под ним магическими светильниками. Вдоль стен — стеллажи, заполненные книгами. В центре — большой пустой пятачок, идеально подходящий для тренировок. А у дальней стены — два удобных кресла у небольшого камина, в котором уже потрескивал огонь. И посреди всего этого великолепия стояла Дафна Гринграсс, скрестив руки и оглядываясь по сторонам с таким видом, будто приценивалась к обстановке. — Это невероятно! — сказала она, повернувшись к нему. — Особенно книги по тёмным искусствам! Смелое решение, вынуждена признать. Дамблдор бы тебя за такое по головке явно не погладил. Гарри удивлённо моргнул и посмотрел на книги. И правда — на корешках значились названия вроде «Теневые чары: история и применение», «Защита разума от проникновений» и «Кровные проклятья». — Я этого не хотел, — честно сказал он. — Комната сама... — Это очень интересные книги. В обычной библиотеке такие не найдёшь. — Тут её глаза вдруг странно загорелись. Она задержала взгляд на книге «Кровные проклятья». По части любопытства и жадности до знаний эта девушка могла бы посоперничать с Гермионой, подумал Гарри, проследив за её взглядом. — Ладно. — Покачала она головой. — Время Патронуса. Ты обещал! Гарри вздохнул, но спорить не стал. В конце концов, сегодня он выспался и чувствовал себя значительно лучше, чем вчера. — Хорошо. Встань в центр и доставай палочку. Она подчинилась. В свете парящих под потолком светильников её волосы отливали расплавленным золотом. Лицо было сосредоточенным. — Ты помнишь, что нужно? Счастливое воспоминание. Самое сильное, какое только сможешь найти. Не просто приятное, а такое, от которого... ну, от которого хочется жить. Дафна кивнула и вышла в центр комнаты. В свете парящих под потолком магических светильников её волосы отливали расплавленным золотом. Лицо было сосредоточенным. Гарри ждал. Он знал, как трудно бывает отыскать подходящее воспоминание, особенно когда в голове крутятся дементоры, авроры и полубезумные беглецы из Азкабана. — Готова? — Всегда готова. — Тогда на счёт три. Раз... два... три! — Экспекто Патронум! Из кончика её палочки вырвался серебристый свет. Он заструился по комнате, пульсируя и переливаясь. Гарри уже задержал дыхание, ожидая увидеть зверя... Но свет не оформился. Он висел в воздухе между ними — прекрасное, сияющее облако, которое отчаянно пыталось принять какую-то форму, но не могло. В нём мелькнуло что-то, похожее на вытянутую морду, потом на пушистый хвост, но каждый раз образ рассыпался. Серебристое облако подрагивало ещё несколько секунд, а потом медленно растаяло. Дафна опустила палочку. Её лицо застыло в уже привычном ему выражении — маска спокойствия, скрывающая бурю. — Я была близко, — произнесла она ровным тоном. — Я чувствовала это. Оно пыталось стать... кем-то. — Очень близко, — подтвердил Гарри. — Я видел очертания. Честно. Ещё секунда — и получилось бы. — Но не получилось. Даже в прошлый раз было лучше! — Её голос дрогнул. — Это нормально. — Он шагнул к ней. — У меня самого получилось далеко не с первого раза. И даже не со второго. Это сложнейшее заклинание. Дафна резко вскинула голову. — Я не хочу быть «нормальной», Поттер. Я хочу, чтобы получилось. Сейчас! — Тогда попробуй ещё раз. Только... что за воспоминание ты использовала? Она отвела взгляд. — Не твоё дело. Гарри тяжело вздохнул. — Я не пытаюсь выведать твои секреты, Гринграсс. Я пытаюсь помочь! — По-твоему, с моим воспоминанием что-то не так? — Не знаю. Ты же не говоришь, что это. Воспоминание, которое ты используешь, должно быть по-настоящему счастливым. Таким, которое говорит, что твоя жизнь стоит каждой прожитой секунды. Попробуй сконцентрироваться на этом ощущении. — Ладно. — Неохотно сдалась она перед его доводами. Дафна закрыла глаза и простояла так несколько секунд, а затем на её лице отразилась отчаянная решимость. — Экспекто Патронум. Из её палочки вырвался серебристый свет. Он закружился по комнате и вдруг сгустился в отчётливую форму. Лиса. Лиса. Конечно. Что же ещё. Она была изящной, с пушистым хвостом и острыми ушами. Серебристая, сотканная из лунного света и счастливых воспоминаний, лиса грациозно обежала комнату по кругу и замерла перед хозяйкой, глядя на неё умными раскосыми глазами. Дафна застыла, прижав ладонь ко рту. Её глаза — обычно холодные, как лёд, — сейчас сияли почти детским восторгом. Она выглядела так, будто сдерживается от победного танца. При виде этой картины Гарри невольно улыбнулся. У неё получилось! Она смогла! Он научил её! — Получилось, — прошептала она, глупо улыбаясь. — Поттер, у меня получилось! — Я вижу, — усмехнулся Гарри. — И это даже не павлин и не мопс. Определённо не мопс. Дафна закатила глаза. — Заткнись, Поттер, — сказала она, но без обычной язвительности. — Просто... заткнись и дай мне минутку. Лиса медленно растворилась в воздухе, оставив после себя ощущение тепла и защищённости. Дафна опустила палочку и глубоко вздохнула. Когда она снова повернулась к Гарри, её лицо уже вернулось к привычной маске, но в уголках губ ещё пряталась тень улыбки. Она стояла молча какое-то время, о чём-то размышляя, прежде чем произнесла: — Что ж, — сказала она деловым тоном, поднимая палочку в воздух. — Формула расторжения магического контракта тебе знакома. Повторяй за мной. — Что? Гарри моргнул. Осознание последствий изученного Гринграсс Патронуса только сейчас дошло до него. Она собиралась расторгнуть контракт. Вот так просто? После всего, что между ними было — после всех их споров и уроков? Общей тайны, из-за которой он, по всей видимости, лишился подруги! — Контракт, Поттер. Ты научил меня Патронусу. А я обучила тебя зельям, ты сам всё видел сегодня. Мы квиты. — Подняв палочку в воздух, она продолжила: — Я, Дафна Персефона Гринграсс, освобождаю Гарри Джеймса Поттера от всех обязательств, связанных с нашим магическим контрактом, да будет так! Повторяй. Со своим именем, если не дошло. Гарри почувствовал, как серебряные нити контракта на запястье рассыпались. У него кольнуло в груди. Конечно, он знал, что этот момент наступит, — но не сейчас. Не так сразу. Не тогда, когда комната ещё хранила тепло её Патронуса. — Почему? — обиженно спросил он. — Потому что так будет правильно. — Её голос звучал ровно, но Гарри заметил, как она чуть сильнее сжала палочку. — Ты выполнил свою часть сделки, а я выполнила свою. Продолжать общение — рискованно для нас обоих. Особенно сейчас, когда авроры шныряют по замку, а твоя подружка спит и видит, как бы вывести меня на чистую воду. Разве тебе не хочется с ней помириться? — И это всё? Ты просто испугалась и теперь пытаешься от меня отделаться?! — гневно произнёс Гарри. — Мы с тобой не друзья, Поттер. — Твёрдо ответила она. — Не знаю, что ты там себе надумал, но я не вижу ни одной причины рисковать своим положением на факультете или даже жизнью, общаясь с тобой. Гарри замолчал. Он понимал её логику. Риск разоблачения возрос, но... Нет! Он не мог этого допустить! Не сейчас! Он нервно за озирался вокруг в надежде, что комната поможет. Его взгляд упал на стеллажи с книгами. «Теневые чары: история и применение». «Защита разума от проникновений». «Продвинутая окклюменция: щиты и зеркала». «Магия скрытности: от теории к практике». Комната дала им эти книги не просто так. Ведь так?! Она даёт то, что нам нужно! — Посмотри вокруг, — дрожащим голосом сказал Гарри, указывая на стеллажи. — Это всё не случайно. Комната дала то, что нам нужно. Не только мне — нам обоим. Дафна проследила за его жестом, и её глаза чуть сузились. — Ты о чём? Ему пришлось подключить все свои ораторские способности. — Блэк проник в замок. Дементоры рыщут вокруг школы. Мне угрожает опасность — возможно, куда более серьёзная, чем мы думаем. И ты тоже в опасности, просто потому что находилась рядом со мной. Блэк может узнать про наши уроки. Он же мастер шпионажа. Для него не проблема сбежать из Азкабана, а потом дважды пробраться в Хогвартс. Никто не в безопасности! Нам нужно продолжать обучение! Обоим! Теневые чары, защита разума, скрытность... мы можем выучить всё это. Вместе! В конце концов, эта комната — наш общий секрет. Дафна молчала. Её лицо было непроницаемым, но Гарри уже научился замечать в ней крошечные признаки внутренней борьбы — лёгкое напряжение в уголках губ, едва заметное движение пальцев, сжимающих палочку. — Ты предлагаешь мне изучать тёмную магию? — медленно произнесла она. Чёрт! А ведь действительно! Я что, с ума сошёл? — Подумал он. — Неважно! — Разумеется, он не собирался всерьёз что-либо из этого использовать. Это было просто первое, что пришло ему в голову. — Я предлагаю изучать защитную магию, — поправил Гарри. — То, что здесь есть. Комната не дала бы нам ничего опасного. — Ты так уверен? — Она подошла к стеллажу и провела пальцем по корешку «Теневых чар». — Некоторые из этих книг запрещены Министерством. А другие — просто опасны. Ты хоть понимаешь, на что нас толкает эта комната? — Я понимаю, что если не научусь защищаться, Блэк меня убьёт, — сказал Гарри. — Или... может, кто-нибудь ещё. — Он вспомнил слова Добби о том, что опасность ближе, чем кажется. — Я не хочу быть беззащитным. Их взгляды встретились. Она долго оценивающе смотрела на него, словно пыталась что-то разглядеть. А затем перевела взгляд с него на книжную полку. — Ты понимаешь, что это значит, Поттер? — спросила она тихо. — Если мы начнём изучать эту магию... пути назад не будет. — Я знаю. — Не думая, произнёс он. — И ты готов пойти на это? — Я уже на этом пути, — ответил Гарри. — С тех пор, как Сириус Блэк сбежал из Азкабана. Повисло напряжённое молчание. — Знаешь, Поттер, — сказала она наконец, — если бы кто-то сказал мне в начале года, что я буду стоять в непонятной комнате и обсуждать с Мальчиком-Который-Выжил перспективы изучения тёмной магии... я бы рассмеялась ему в лицо. — А теперь? — с плохо скрываемой надеждой спросил Гарри. — А теперь, — она выдержала паузу, — почему-то мне совсем не смешно. Она отошла к столу и взяла в руки одну из книг — «Проклятья крови». Раскрыла её и пробежалась глазами по оглавлению. После чего тяжело вздохнула. — Я так понимаю, если я скажу «нет», ты всё равно сюда придёшь и будешь мозолить мне глаза? — Именно! Как я уже говорил, эта комната — наш общий секрет. Так если мы всё равно будем сюда ходить по раздельности, то почему бы не объединить усилия? — Ты хоть понимаешь, сколько времени это займёт? «Ха! Ну в этом-то и суть!» — Понимаю, — кивнул Гарри. — Но у нас есть эта комната. Здесь нас никто никогда не найдёт. Дафна закрыла книгу и положила её обратно на стол. Её интерес был очевиден. — Ты сумасшедший, Поттер. Я тебе это говорила? — Возможно. — Ну... видимо, я тоже. — Она вздохнула. — Хорошо, я согласна. Но с одним условием. — Есть! — Мысленно ликовал Гарри — Каким? — Никакой по-настоящему тёмной магии. Если в книге есть что-то, что может навредить душе, — мы это не трогаем. Договорились? Гарри кивнул. — И ещё, — она подняла палец. — Если нас поймают, я скажу, что ты наложил на меня Империус. И поверь, я сделаю это так убедительно, что даже Дамблдор поверит. — Ха! Я что, по-твоему, похож на тёмного лорда? — Гарри усмехнулся. Это было так глупо! Он всё ещё не мог ей доверять. Что, если она просто манипулирует таким образом? Что ж... как он уже говорил, Мальчик-Который-Выжил никогда по-настоящему не заботился о своей безопасности. — Хорошо. Я, Гарри Джеймс Поттер, освобождаю Дафну Персефону Гринграсс от всех обязанностей, связанных с нашим магическим контрактом, да будет так! — Отлично. Тогда начнём завтра. — Она направилась к выходу, но остановилась у двери. — И, Поттер... — Что? — Спасибо. — Быстро произнесла она и тут же вышла, не дав ему возможности ответить. Всё, что только что произошло, было невероятно глупо. Но почему-то сейчас, стоя в этой удивительной комнате, наполненной запахом старых книг и магией, он чувствовал странное спокойствие. Словно всё вставало на свои места. Он вернулся в гриффиндорскую башню далеко за полночь. В спальне было темно и тихо, только Рон негромко посапывал во сне, да Короста возилась в своей коробке у его кровати рядом с кувшином, куда он перебрался из наволочки после изгнания Живоглота. Гарри уже собирался лечь, когда его взгляд упал на Карту Мародёров, лежащую на тумбочке. В последнее время рассматривать её перед сном стало его странной привычкой. Он взял её, пробормотал заклинание и пробежался глазами по знакомым точкам. Вот Дафна Гринграсс в гостиной Слизерина. Вот Дамблдор в своём кабинете. Вот Снейп — почему-то с Люпином. Авроры патрулируют коридоры. И вдруг он замер. Точка «Рон Уизли» была на месте — в постели рядом с точкой «Гарри Поттер». Но рядом с ними, прямо в этой спальне, была ещё одна точка. Крошечная, едва заметная. Он наклонился ближе, вглядываясь в пергамент. И прочитал имя. «Питер Петтигрю». Гарри почувствовал, как сердце пропустило удар.