Тайга: изнанка

Утренняя смена началась не с самых приятных новостей. Злодей, который ограбил ювелирный бутик, был найден мертвым.  Прошло два дня с того момента, как произошло ограбление. Следствию удалось выяснить личность одного из грабителей: Кэндзи Сато, известного под псевдонимом Статик. Причуда: «Когнитивный провал». Способность Кэндзи позволяет ему генерировать специфическое поле в радиусе 4-6 метров. Любой объект, попадающий в зону действия, перестает воспринимать Сато как значимый объект. Именно так Кэндзи беспрепятственно вошел через главный вход. Датчики движения сработали, но служба охраны, глядя на мониторы, проигнорировала сигнал, посчитав его системной ошибкой. Сато методично собрал редкие бриллианты в сумку и покинул здание за минуту до того, как сработал таймер системы безопасности. Герои прибыли на место преступления спустя считанные минуты после того, как взвыла сирена. Однако в бутике их ждали лишь пустые витрины и озадаченные охранники.   Криминалисты долго не могли зацепиться хоть за что-то, ведь на камерах была лишь пустота. Однако, детектив Цукаучи – которому было поручено дело, решил лично осмотреть торговый зал. Проходя мимо центральной витрины, он заметил на ковролине крошечный предмет: пуговица, обычная, дешевая пластиковая пуговица от толстовки. Видимо, когда Кэндзи в спешке запрыгивал на прилавок или тянулся за дальним бриллиантом, он зацепился за край металлического крепления витрины и оторвал её. На пуговице остался микроскопический след пота. Этого хватило, чтобы лаборатория через час выдала имя: Кэндзи Сато. Парень уже попадался раньше на мелких кражах, поэтому его ДНК было в базе данных. Ориентировки были разосланы всем патрульным и героям. Поиски дали результат на следующее утро, но совсем не тот, на который они рассчитывали.  Цукаучи стоял над телом Сато в узком, пропахшем сыростью переулке на окраине города. Статик лежал на спине, его глаза были широко открыты. В свете тусклого уличного фонаря парень выглядел совсем юным, почти ребенком. Сумка с бриллиантами лежала рядом – нетронутая.  – Ему ведь было всего девятнадцать, –тихо, почти про себя сказал Цукаучи, глядя на бледное лицо Кэндзи. – Жизнь только начиналась. Учеба, друзья.. А теперь он просто статистика в очередном деле.   Коронер, который уже начал первичный осмотр на месте, медленно поднялся с колен и поправил перчатки. Его голос прозвучал глухо в тесном пространстве переулка. – Жизнь, может, и начиналась, детектив, но кто-то оборвал её с хирургической точностью, – сказал он, указывая на спокойное выражение лица Сато. – Посмотрите сюда. Он аккуратно повернул голову Кэндзи в сторону, открывая область за правым ухом. В слабом свете фонаря Цукаучи заметил крошечное, едва различимое пятнышко, которое поначалу принял за обычное раздражение. – Пока неясно, что это, но оно не похоже на естественный дефект кожи, –продолжил коронер. – Давайте перевезем его в морг. Там, под нормальным светом, я смогу рассмотреть это получше.   Спустя час Цукаучи уже стоял в стерильной тишине морга. Коронер жестом подозвал его к столу, где лежал Статик. Когда коронер отодвинул волосы, стало ясно, что это не просто пятно, а тонкий,  идеально ровный шрам, изображающий змею, которая замерла в бесконечном цикле, пожирая собственный хвост. Уроборос. В морге стояла такая оглушительная тишина, что было слышно лишь прерывистое дыхание коронера. А в нескольких километрах отсюда эту тишину уже вовсю резал резкий голос, который невозможно было спутать ни с чьим другим...

***

– Ну что, Бакуго, как утро? сегодня довольно тепло, – расплываясь в улыбке говорил Киришима, подходя к Бакуго.  Он стоял на краю крыши, всматриваясь в небо, будто что-то искал, выглядел он мягко говоря, не очень: синяки под глазами не сходили уже которую неделю. Кацуки, так и не оборачиваясь грубо бросил: – Отвали от меня. – Что-то случилось? – нет. – Тебя опять достает Мия? – на этих словах Бакуго покосился на него – Не твоего ума дела, Дерьмоволосый. – Да  брось ты, к чему  она прицепилась  на этот раз? – ответом послужило молчание.   Кацуки и Мия начали встречаться пару месяцев  назад, их отношения нельзя назвать плохими, но и хорошими их тоже не назавешь, если поначалу всё еще было более-менее нормально, то сейчас их отнашения идут прямой дорогой к расстованию. Они начали постоянно ругаться, нет,  конечно, в начале они тоже ругались но те ссоры и эти значительно отличались . Мия, буквально начала придираться ко всему: не так ответил, не сводил на свидание, стал реже гулять. И хотя она понимала, какая у Кацуки работа, её всё равно бесило, когда он задерживался на дежурстве или просто не хотел разговаривать. – Ойй, ну подумаешь вчера выпили, нам же тоже надо раслабится, повеселится уже нельзя  – Нельзя – цокнул языком Кацуки, наконец разворачиваясь к нему лицом. – Пошли, нам еще бумажную волокиту заполнить до обеда надо. – Киришима на его слова лишь простонал, уж больно не хотелось торчать до обеда за бумажками.   Они спускались по пожарной лестнице . Киришима, несмотря на свой стон по поводу отчетов, старался держаться бодро, но взгляд Бакуго, устремленный куда-то сквозь здания, его тревожил. – Слушай, – осторожно начал Киришима, поравнявшись с ним на тротуаре, – Мия просто переживает. Ты же сам видишь, что в городе творится. Эти странные кражи, никакой информации... все на взводе. – Мне плевать, из-за чего она бесится, – огрызнулся Бакуго, засовывая руки глубоко в карманы. – Если она думает, что я буду отчитываться за каждый шаг, то она ошиблась дверью. Они почти дошли до перекрестка, когда рация на плече Бакуго ожила, прорезая тишину резким шипением. «Вниманию всех патрульных в районе сектора С-4. Обнаружено тело в заброшенном складском помещении на улице ******. Почерк совпадает с инцидентом в переулке два дня назад. Детектив Цукаучи запрашивает поддержку». Бакуго замер. Синяки под его глазами, казалось, стали еще темнее, а ладони в карманах непроизвольно сжались в кулаки. – «Почерк совпадает»? – переспросил Киришима, и его улыбка мгновенно исчезла. – Бакуго, это же... тот пацан, Статик? – Бумажки подождут, – коротко бросил Кацуки, и в его глазах вспыхнул опасный огонек. – Погнали. Если это те же ублюдки, я не дам им уйти чисто. Когда они добрались до склада, Цукаучи уже был там. Он выглядел таким же серым и усталым, как и Бакуго. Увидев героев, он лишь молча кивнул в сторону дальнего угла, где под брезентом лежало что-то бесформенное. – Еще один, – тихо сказал Цукаучи, когда Бакуго и Киришима подошли ближе. – Опытный вор, причуда – усиление скорости. Три часа назад он вынес кассу из банка. – И что, опять «самоликвидировался»? – Бакуго грубо оттолкнул одного из патрульных и заглянул за оградительную ленту. На полу, прислонившись спиной к бетонной колонне, сидел мужчина. Денег при нем не было, а лицо застыло в той же гримасе беззвучного ужаса, что и у Сато. – Посмотри сам, Бакуго, – Цукаучи указал на шею убитого. Кацуки наклонился, игнорируя запах сырости и смерти. Прямо за правым ухом мужчины, на том же самом месте, красовался идеально ровный, свежий шрам. Змея, кусающая свой хвост. – Твою мать... – выдохнул Киришима, чувствуя, как по коже пробежал мороз. – Это что, клеймо какое-то?  Ответа не последовало . В тупике воцарилась тяжелая тишина.