Тайга: изнанка

Поле боя тонуло в пыли и гари. Воздух казался густым от пепла. Изуку стоял напротив Шигараки – оба едва держались на ногах, истощенные до предела. В последний момент, когда силы окончательно покинули их, Томура резко подался вперед. Его пальцы сомкнулись на шее Мидории, но в этом жесте не было ярости – только финал. Они начали падать вместе. Шигараки рассыпался первым: его тело превращалось в серую пыль, которую подхватывал ветер. Изуку чувствовал, как онемение расползается по его собственным рукам. Из его глаз катились слезы – не от боли, а от отчаяния. Он видел вдалеке силуэты своих друзей, своего класса. Изуку не хотел уходить. Он хотел еще раз услышать смех в общежитии, увидеть улыбку мамы... но мир вокруг него начал крошиться. Они видели всё. Урарака упала на колени, закрыв рот руками, чтобы заглушить крик, который всё равно вырвался наружу, разрывая сердце каждому, кто его слышал. Айзава, опираясь на уцелевшую ногу, смотрел на пустой горизонт – его единственный глаз был полон невыносимой боли.  Бакуго был ближе всех. Он пытался рвануть в это облако пепла, игнорируя страшные раны, но его мертвой хваткой удержали друзья. – ПУСТИ! ДЕКУУ-У! – его крик сорвался на хрип. Когда искры Один за всех окончательно погасли, Кацуки перестал вырываться. Он просто смотрел на свои ладони, испачканные гарью и чужим пеплом. Тот, кого он всю жизнь пытался догнать, ушел туда, куда Бакуго не мог последовать.  Похороны были пышными и холодными. Море цветов, портрет Изуку в траурной рамке и издевательски пустой гроб. В тот день шел проливной дождь. Бакуго стоял поодаль, ненавидя этот ритуал. Он не верил. Не хотел верить, что всё закончилось вот так. Что больше не будет их вечного соперничества, не будет этой невыносимо яркой, солнцеподобной улыбки. Не будет самого Изуку. Время шло странно – оно не бежало и не тянулось, а просто утекало, точно как вода сквозь стиснутые зубы.  И вот прошло пять лет с того дня, когда небо над Японией затянуло пеплом. Мир восстановился, герои заняли свои места в рейтингах, а на месте финальной битвы возвели мемориал, который каждое лето утопал в цветах. Бакуго Кацуки всё так же яростно врывался в каждую битву, и его голос всё так же гремел на все улицы, заставляя преступников цепенеть от одного его вида. Он стал топовым профессионалом, чье имя внушало страх, но за всеми этими взрывами и криками всё так же жила пустота, которую не могла заполнить никакая работа. Он продолжал смотреть в небо, будто ожидая, что оно вернет ему то, что забрало. Тогда, 5 лет назад, стоя под проливным дождем у пустого гроба, никто не знал, что судьба – злодейка уже начала выстраивать свой самый сложный маршрут. Никто не знал, что «смерть» была лишь началом долгого пути , а прах – лишь прикрытием для тех, кто решил исчезнуть, чтобы вернуться в самый темный час.