Что если… Аластор на время превратится в человека.

Аластор сидел на диване, перекинув ногу через ногу, и сверлил Вельвет недовольным взглядом. Девушка сидела напротив в точно такой же позе, крепко сжимая телефон в руках и раздражённо постукивая ногтями по экрану. — Это абсолютно нелепо, Аластор! — она раздражённо цокнула языком. — У тебя больше миллиона подписчиков, ты наконец-то стал популярным, и всё, что тебе нужно делать, — это жрать на камеру. Аластор медленно сощурился. — Популярным? — он саркастично изогнул бровь. — Я похож на того, кто нуждается в популярности? Моя дорогая, я годами заставлял ад меня бояться, а ты говоришь мне о какой-то бесполезной любви толпы? — Может быть, раньше тебя и боялись, — Вельвет смерила его недовольным взглядом снизу вверх, — но сейчас ты выглядишь не столь внушительно. — Это лишь временное неудобство. — Насколько временное? — она бросила скучающий взгляд на телефон, делая вид, что листает ленту. — Уже месяц прошёл, а ты всё ещё маленький и милый человек, — девушка развернула к нему экран телефона. На фотографии был сам Аластор с прифотошопленными оленьими ушками и носиком. — От которого весь ад просто в восторге. Аластор мгновенно покраснел — то ли от злости, то ли от смущения, а скорее сразу от всего. Его репутация была растоптана. Он до сих пор не мог поверить, что добровольно позволил всему этому случиться. Сначала — из страха перед демонами, а потом из-за совершенно ничем не обоснованного доверия к ним. Человек бросил быстрый взгляд в сторону Вокса. Теледемон сидел за своим креслом, лениво перебирая дисплеи, парящие в воздухе вокруг него. Почувствовав на себе взгляд, он тут же посмотрел на Аластора и мягко улыбнулся ему в ответ. — Она говорит правду, Аластор, — ласково произнёс Вокс. — Ад в восторге от нового тебя. И вообще-то ты сам согласился помогать Вельвет, обосновав это своим джентльменским долгом. Человек раздражённо цокнул и отвернулся. — Прекрати уже дуться, старый ты олень, — Вельвет закатила глаза. — У тебя впервые появился настоящий рейтинг! Можно сказать, ты наконец-то стал полноценным медиа-оверлордом. Так что собери уже своё дерьмо в кучу и начни— — Нет, — упрямо перебил её Аластор. — Я больше не собираюсь участвовать в этом нелепом спектакле. Мой благодарный порыв давно исчерпал себя временем, моя дорогая. Он посмотрел на девушку с нескрываемым раздражением. — На этом твои эфиры со мной закончены. Вельвет резко ударила кулаком по столу. — Ты, блять, серьёзно мне отказываешь? Снова?! В глазах Аластора тут же мелькнул интерес. — Снова? — он склонил голову набок. — Видимо да, моя дорогая. — Хватит, Вельвет, — Вокс поднялся со своего места и сел рядом с человеком, пододвигая к нему рагу с олениной. — Он сказал, что не хочет. Дай ему спокойно позавтракать. — Да пошли вы нахуй, — девушка показала Аластору средний палец. — Особенно ты, олень тупорылый. После этого она резко развернулась и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью. Аластор бросил взгляд на сидящего рядом теледемона. Тот выглядел более чем довольным, и это почему-то раздражало его ещё сильнее. Человек прекрасно помнил, с какой нежностью Вокс касался его всё это время, как терпеливо ухаживал, как успокаивал по ночам после кошмаров. Но вместе с этим память услужливо подкидывала и другой образ — бар, раздражённый Винсент и их отвратительный разрыв после отказа Аластора от партнёрства. Мог ли он действительно потом согласиться на отношения с ним? Винсент был… интересным. Очаровательным в своей слабости, в этой болезненной одержимости. Но любовники? Мысль всё ещё казалась Аластору странной. Вокс тем временем спокойно расстелил у него на коленях белую салфетку, будто подобное было для них совершенно привычным делом. Под внимательным взглядом человека он аккуратно наколол кусочек оленины на вилку, подул на мясо скорее по привычке, чем из необходимости, и только потом медленно поднёс её к губам Аластора. Человек недовольно сощурился, глядя на вилку перед собой. — Что? Мне теперь и кормить тебя нельзя? — почти жалобно протянул Вокс. — Ты лишил меня секса, смотришь на меня как на вруна, и теперь мне даже поухаживать за тобой нельзя? Теледемон опустил руку чуть ниже, продолжая смотреть на него с совершенно искренней обидой. — Это несправедливо. Я не заслужил наказания. От этих слов по телу Аластора неожиданно пробежали приятные мурашки. Человек тихо хмыкнул и, посмотрев на демона с лёгкой хитринкой в глазах, всё-таки приоткрыл губы, позволяя себя кормить. В конце концов… Вокс был прав. Причины для наказания у него пока действительно не было. Теледемон тут же заметно оживился. На его лице появилась почти детская, совершенно неприкрытая радость. Вокс аккуратно придерживал вилку, внимательно следя, чтобы соус не капнул на чужую одежду, и смотрел на человека с таким восторгом и нежностью, словно ничего прекраснее в своей жизни не видел. Его взгляд неотрывно скользил по губам Аластора, ловя каждое движение, и от этого обожающего внимания человеку становилось неловко. Аластор неспешно пережёвывал мясо, задумчиво опустив взгляд в тарелку. К сожалению, помочь себе самостоятельно он сейчас был не в состоянии. Ему нужен был специалист в подобных заклинаниях. А именно — Рози. Хозяйка его души. Демоница, имевшая связь с первородной тьмой, скрывавшаяся в тенях и написавшая несчётное количество древних заклинаний задолго до появления большей части нынешних оверлордов. Если кто и мог понять, что именно произошло с Аластором, то только она. — О чём задумался, Ал? — с интересом спросил Вокс, отодвигая пустую тарелку в сторону. — С какого десерта хочешь начать? — Ни с какого. Человек резко поднялся со своего места, вытер губы салфеткой и направился к выходу. — Боюсь, мне придётся ненадолго тебя покинуть. В следующую секунду Вокс буквально потоком электричества возник перед дверью, перекрывая ему путь. — Нет! — слишком резко бросил он. Аластор медленно выгнул бровь, совершенно не впечатлённый этой вспышкой. Теледемон тут же заставил себя успокоиться. Голос снова стал мягче, почти ласковым: — Я же говорил тебе, это плохая идея. Мы отлично справляемся и без неё. — Слишком медленно, — раздражённо возразил человек. — Я только зря теряю время. Затем он подозрительно сощурился. — Или ты специально не пускаешь меня к ней, м? Вокс почувствовал, как внутри неприятно кольнуло напряжение. Блять. — Рози опасна, Ал, — спокойно начал он. — Ты сейчас уязвим. А она никогда не делает ничего просто так. Аластор бросил на него подозрительный взгляд. Как много тот на самом деле знал? — Я всё равно пойду к ней, — спокойно продолжил человек. — И твоё мнение по этому поводу меня не интересует. В комнате повисло тяжёлое напряжение. Вокс смотрел на него несколько долгих секунд, чувствуя, как внутри медленно поднимается паника. Все ещё недостаточно времени… ему было мало этого времени вдвоём. Аластор ещё не понял его чувств, не оценил его действий. Вокс не готов был закончить всё вот так. — Вы с ней сильно поссорились, Ал, — вдруг сказал он. — Не ходи к ней…пожалуйста. — Ох, прошу тебя, — он устало закатил глаза, — даже если мы с ней в ссоре, я, как джентльмен, обязан сделать первый шаг к примирению. Мне жизненно необходима её помощь. Посмотри на меня — я не могу существовать в аду в столь слабой и унизительной форме. Вокс смерил его упрямым взглядом. — Я думаю, ты выглядишь очень красиво. Аластор сощурился. — Даже несмотря на мой… грязный цвет кожи? Вокс осёкся. Он прекрасно помнил все свои прежние расистские высказывания, и от этого ему стало по-настоящему стыдно. — Я сожалею обо всём, что говорил… — в его голосе, к удивлению Аластора, действительно звучала вина. — Я думал, ты белый мужчина из 1930-х, и пытался быть с тобой на одной волне. Конечно, дело было не только в этом… но мне правда жаль. Он опустился перед ним на одно колено и, под внимательным взглядом, взял изящную руку Аластора в свои большие демонические ладони и поднёс к губам, мягко целуя костяшки длинных пальцев. — Я люблю тебя, Ал. И цвет твоей кожи очень красивый. Ты очень красивый. Если бы я встретил тебя человеком, я бы… — он поднял взгляд, встречаясь с его карими глазами, — я бы создал культ в твою честь. — Ох, какая нелепая коробка с картинками… — Аластор вырвал руку, стараясь не выдать, как от этих слов у него сбилось дыхание. — Я прощаю тебя, Вокс. Но так или иначе я должен встретиться с Рози. Аластор уже почти коснулся дверной ручки, когда воздух за его спиной едва заметно дрогнул. Он увидел, как несколько тонких проводов с вилками на концах обвили его — не больно, но ощутимо. Сначала запястья, затем вторая рука, ноги, талия и грудь. После этого его тело резко подняли вверх, разворачивая лицом к теледемону. В его глазах больше не было той прежней нежности. И Аластор ответил ему такой же холодной, злой усмешкой. — Я не пущу тебя к этой суке, Аластор! — Ты очень пожалеешь о своём поведении, Вокс. — Он чуть наклонил голову. — Видимо, теперь у меня есть как минимум одна причина наказать тебя… не так ли? Теледемон схватился за голову, пытаясь успокоиться и прийти в себя. — Почему ты не слушаешь меня? Почему доверяешь этой старой твари больше, чем мне? Какая между нами, блядь, разница? — Она могущественный Оверлорд, умеющая колдовать, — пожав плечами ответил Аластор. — Но если я когда-нибудь куплю телевизор, и он сломается, я обязательно приду к тебе за помощью. Вокс устало посмотрел на него. Между ними повисло молчание. Теледемон смотрел в его глаза — полные ненависти и раздражения — и не мог поверить, как всё так быстро пошло по пизде.