Что если… Аластор на время превратится в человека.

— Знаешь, Ал, — с обидой в голосе произнёс Вокс, — мне начинает казаться, что наказать стоит именно тебя. Аластор медленно сцепил зубы, прожигая демона угрожающим взглядом. — Мне даже любопытно посмотреть на твои попытки, — язвительно усмехнулся он. — Я сожру тебя так же медленно и мучительно, как твою безвкусную шлюху. — О, так ты голоден, — наигранно обеспокоенно протянул теледемон, сбрасывая пиджак на пол. — Когда ты уже поймёшь, Ал… всё, что тебе нужно, — это попросить. Его пальцы медленно расстёгивали рубашку, обнажая напряжённые мышцы груди и шеи. Жабры на коже едва заметно дрогнули от прохладного воздуха. Взгляд Аластора против воли скользнул к пульсирующей вене у основания шеи. Голод тут же отозвался внутри болезненным спазмом. Человек резко зажмурился, не позволяя своей сущности взять верх. Не сейчас. Ему нужно вернуться к своей хозяйке и попросить у неё помощи. Оверлорд каннибалов всегда была к нему великодушна, и он верил, что та назначит разумную цену за свою помощь. — Вокс, мой дорогой, — Аластор начал заискивать, чувствуя, как его путы приближают его ближе к коже теледемона, к заветному месту, которое он так любил терзать своими зубами, — твоя ревность к ней ничем не обусловлена. Ты должен меня отпустить, и я обещаю, что поиграю с тобой после. Вокс обвил его связанное тело руками и направился к своему рабочему столу. — Знаешь, Ал, — насмешливо протянул демон, — теперь я тебе не верю. Хочу играть сейчас. — Избалованная псина, — брезгливо бросил человек. — Знай своё место, Вокс. — Моё место… — он положил его на стол, наслаждаясь тем, каким слабым и хрупким был тот, связанный его проводами, больше не в состоянии уйти от него. — Я помню своё место. — Он пошло высунул язык, отчего в глазах человека на секунду мелькнуло удивление, сменившееся раздражением. Аластор неосознанно сдвинул бёдра плотнее, что демон не мог не заметить. Экран Вокса на мгновение мигнул восторженным оскалом. — Но сначала будет правильно тебя накормить, не так ли? — когти Вокса медленно скользнули по собственному предплечью, легко вспарывая плоть. По коже тут же хлынула густая тёмная кровь, горячими струями стекая вниз по руке, пачкая грудь теледемона и капая на одежду Аластора тяжёлыми тёмными пятнами. Запах ударил мгновенно. Комнату затопил резкий, густой аромат демонической крови — металлический, горячий, пьянящий до дрожи. Глаза Аластора вспыхнули алым. Он медленно облизнул пересохшие губы, чувствуя, как голод вновь поднимается внутри, болезненно растягивая грудную клетку изнутри. Плоть теледемона была горячей, живой и такой доступной, ему даже не нужно было охотиться. Вокс победно усмехнулся, наблюдая за тем, как меняется чужой взгляд. Как жадно Аластор следит за кровью, стекающей по его коже. Как тяжело сглатывает. Теледемон давно заметил это. Аластор любил кусать его, царапать, облизывать пальцы, испачканные его кровью, отрывать от него куски плоти и есть их прямо у него на глазах — и, как оказалось, вовсе не из ненависти. Ему просто пришёлся по вкусу сам Вокс. И теледемон наконец-то понял, насколько интересно это можно использовать. Вокс измазал пальцы в собственной крови и медленно склонился к человеку, явно наслаждаясь тем, как расширяются чужие зрачки от одного только запаха. Но в следующую секунду Аластор резко выдернул одну ногу из ослабевших проводов и с силой ударил каблуком прямо в экран теледемона. Раздался хруст. По стеклу мгновенно поползли трещины. Вокс зло рыкнул — это был буквально вчера установленный дисплей! — Ах ты ж… Он тут же перехватил чужое лицо рукой, грубо накрывая ладонью губы Аластора. Тёплая кровь размазалась по коже человека, и голод внутри него вспыхнул с новой силой. Настолько резко, что у Аластора потемнело в глазах. Запах. Вкус. Жар живой демонической крови. Он шумно вдохнул через нос, пытаясь сохранить остатки самообладания, но тело уже предавало его. Аластор был так зол и беспомощен, зависим от этого идиота с бесполезной плоской головой! Ему невыносимо хотелось есть, утолить этот голод хоть немного, чтобы снова начать ясно мыслить… и понять, как уйти отсюда без препятствий. В какой-то момент его язык бесконтрольно скользнул по чужой ладони, жадно слизывая кровь с кожи Вокса. Глаза человека блаженно закатились от вкуса, и он издал громкий довольный стон. Теледемон замер, чувствуя, как по экрану проходит новая волна помех. А затем Аластор глубоко укусил его, вонзая свои аккуратные человеческие зубы в его плоть. Вокс резко выдохнул, и на его экране расползлась безумная улыбка. Аластор был таким очаровательным, что он почти забыл, что вообще-то был зол на него. — Вот так, Ал… — хрипло произнёс он. — Я знаю, что тебе нужно… Его лицо сбоило, разбитый экран мешал полноценно видеть, как Аластор жадно сосёт кровь из его ладони. — Мой маленький злой… — губы теледемона растянулись в довольной улыбке. — …злой оленёнок. Вокс зацепил пальцами ремень его брюк, и в ту же секунду провода жадно скользнули по чужим бёдрам, помогая стянуть ткань вниз и открывая его взгляду длинные изящные ноги человека. Туфли вместе с остальной одеждой тут же полетели куда-то в угол комнаты. Вокс шумно выдохнул, рассматривая чужое возбуждение с таким восторгом, словно перед ним было нечто драгоценное. — И тебе было так хорошо каждый раз, когда ты рвал меня на куски, Ал? — почти восхищённо спросил теледемон. Но человек едва ли его слышал. Аластор продолжал жадно терзать зубами его ладонь, глотая кровь так, будто это была единственная вещь в мире, способная заглушить голод внутри него. Теледемон тем временем высунул свой язык, склоняясь к его бёдрам, и медленно облизал его с середины бедра по самый живот, не избегая его возбуждённого члена. Вокс склонился перед ним, закинув его ноги себе на плечи, создавая себе больше пространства между его широко разведенных ног. Демон пошло облизнулся, не отрывая взгляда от небольшого члена человека, уже сочащегося смазкой из набухшей тёмной головки. Она медленно стекала по всей длине, опускаясь всё ниже, на сокращающееся колечко мышц. Теледемон обвёл своим языком всю его длину, опускаясь к набухшим от напряжения яйцам, после чего спустился ещё ниже и облизал сфинктер. Узкая дырочка сокращалась от нежных касаний его языка. Вокс не спеша вылизывал его, наслаждаясь вкусом его кожи, прежде чем резко вонзил свой язык в сопротивляющееся колечко мышц. Человек недовольно промычал сквозь руку, приходя в себя и начиная рвать кожу зубами на руке более зло и агрессивно в попытке наказать демона. Вокс продолжал терзать его узкую дырочку своим языком, растягивая её всё шире, засовывая свой длинный язык до самого основания, грубыми рывками массируя простату. Аластор был смущён от того, насколько ему нравился ласкающий его язык — мягкий и влажный. Он приятно растягивал его и массировал именно там, где нужно, отчего в животе человека поднимался приятный жар. Его член сочился предэякулятом, и он был готов кончить уже совсем скоро. Теледемон отнял от него свою руку, оставляя в сомкнутых зубах человека большой кусок своей ладони. Кровь брызнула с его руки, пачкая рубашку Аластора, его бёдра и член чужой демонической кровью. Вокс положил руки ему на талию и начал буквально рывками насаживать его на свой язык, одновременно с этим двигая им навстречу. Аластор начал громко стонать, бить его ступнями по спине и проклинать по-французски, пока чужой язык грубо и беспрерывно бил его по простате. Теледемон буквально насаживал его на свой язык. Несколько таких толчков — и Аластор кончил. Затем снова. И снова. Крики переросли в громкие всхлипы. Его бёдра дрожали на чужих плечах, Аластор чувствовал себя невыносимо грязным, испачканным в собственной сперме и чужой крови. — Вокс, прошу тебя, я не могу больше, — выгибаясь от удовольствия, от которого не мог сбежать, молил человек. — Я никуда не пойду, только прошу, пожалей меня, mon chéri. Вокс медленно, с хлюпающим звуком, высунул свой язык, оставляя его влажную растянутую дырку сокращаться от внезапной пустоты. Теледемон не мог описать словами, насколько это узкое отверстие ему нравилось. Аластор устало выдохнул, стараясь прийти в себя после нескольких оргазмов, как в ужасе вздрогнул, услышав звук растягивающегося ремня. Он бросил на теледемона раздражённый взгляд. — Животное, — брезгливо сказал он, с отвращением смотря, как тот неспеша надрачивает свой член, растирая смазку по всей длине. — Сожми для меня свои красивые бёдра, Ал, — попросил он, закинув обе его ноги на своё левое плечо. — Я тоже хочу кончить. Пока теледемон тёрся между его бёдер, проходясь всей длиной по его груди, ударяя по соскам и касаясь головкой самой его шеи, Аластор представлял, как медленно и мучительно отрывает ему этот самый член. Воксу понадобилось ещё несколько толчков, прежде чем он с тихим стоном кончил, пачкая человека своей спермой от самого подбородка до живота. Аластор с силой сжал губы, не давая сперме попасть в рот и смотря на демона уничтожающим взглядом. Вокс притянул его к себе, устало опуская свой разбитый экран рядом с ним на стол. Возможно, Аластор убьёт его за это… даже если и так, теледемон не жалеет о содеянном.