Что если… Аластор на время превратится в человека.

— И как ты собираешься искупить того, — Вокс медленно надвигался на испуганного демона-паука, его голос стал ниже и жёстче, — кто убил собственного отца? Слова повисли в воздухе. Чарли резко замерла, а Вегги вскинула голову, явно не ожидая услышать это. Они никогда не спрашивали Энджела Даста о его грехе, по умолчанию считая, что он попал в ад из-за злоупотребления наркотиками. О, как же они ошибались. Друзья Энджела смотрели на него с изумлением и недоверием. Аластор вздрогнул, сильнее прижимая к себе демонессу, сидевшую у него на коленях. Та растерянно моргнула своим большим глазом, сначала глядя на Вокса, затем перевела взгляд на прижатого к стене демона-паука. Обычно она тихо хихикала и хлопала в ладоши, радуясь любому напряжению вокруг, но сейчас сидела непривычно спокойно, внимательно наблюдая за происходящим. На удивление Аластора, принцесса Ада всё же заступилась за своего паукообразного друга. Она оказалась не такой слабой, какой показалась на первый взгляд. — И последний вопрос, принцесса, — теледемон зло усмехнулся, по его антеннам пробежали искры, — ты думаешь, Я могу быть искуплён? Чарли на секунду замерла, словно собираясь с мыслями, но затем выпрямилась. — Я думаю, что каждый может искупить свои грехи, — уверенно произнесла она. Между ними повисло напряжённое молчание. Над крышей тянуло ветром, где-то гудели пролетающие машины, но никто не двигался. Взгляды были прикованы только к этим двоим. Пауза длилась всего несколько секунд, прежде чем Аластор решил её тактично прервать. — Спасибо, ваше высочество, — он медленно встал с дивана, аккуратно перекладывая Ниффти на мягкие пуфы рядом. — Ваша вера в нас очень воодушевляет. — Пф, — Вокс закатил глаза. — И кроме этой веры мы сегодня ничего и не увидели… — Ал, — Чарли потянулась к нему руками, — не уходи с ними. Мы сами отвезём тебя в Cannibal Town, как только закончим здесь… Вокс перехватил её руку, не давая ей коснуться Аластора. Движение было быстрым, уверенным, резким. Вегги тут же шагнула вперёд — её копьё оказалось направлено прямо на теледемона, остриё едва не касалось его груди. — Убери свои грязные лапы, ублюдок, — прорычала она сквозь зубы. Напряжение в воздухе стало ощутимым. Аластор в очередной раз отметил, насколько окружающие его демоны склонны к драме. Его взгляд медленно прошёлся по ним. Сильные, опасные существа — и при этом такие эмоциональные, такие… человеческие в своих реакциях. Он перевёл взгляд в сторону и заметил Вельвет. Та стояла немного в стороне, держа телефон на уровне лица и записывая происходящее. На её губах играла довольная улыбка — зрелище её откровенно забавляло. Это немного напрягало. Аластор не понимал всего, что происходит, но общая картина постепенно складывалась. Он — демон, который выбрал этот отель. Идея искупления казалась логичной — даже правильной. Но этот джентльмен, называющий себя его любовником… Аластор перевёл на него взгляд. В его поведении чувствовалось что-то ещё. Ревность. Возможно, даже к самой принцессе — что выглядело странно, учитывая, насколько очевидна была её близость с Вегги. Ситуация оставалась странной, но при этом удивительно интересной и даже забавной. Он бы наслаждался этим куда больше, если бы сам не оказался одним из главных актеров этого спектакля. — Право слово, господа, не стоит из-за меня драться, — он наигранно смущённо махнул рукой, стараясь разрядить обстановку. — Мне становится неловко. Вокс хмыкнул и отпустил чужую руку, делая шаг ближе к человеку, со злым удовлетворением отмечая, насколько он выше и сильнее. Аластор доходил ему ростом до груди, был таким изящным, таким красивым, таким слабым… Вокс мог бы убить его, просто обняв слишком сильно. И от этой мысли по экрану пробежала короткая рябь помех. Вокс даже не сразу от неё отмахнулся, позволяя себе задержаться в этом ощущении — неприятном, неправильном, но до абсурда притягательном. Ему нравилось знать, что сейчас всё зависит от него. Аластор теперь в его власти, зависит от его решений; спустя столько лет они наконец-то поменялись местами. Вокс, конечно же, собирался сделать всё возможное, чтобы вернуть прежнего Аластора — того, которого он знал, к которому привык. Но сначала… Он позволил себе едва заметную усмешку. Сначала он собирался немного повеселиться с этой человеческой версией своего любимого. — Идём со мной, Аластор, — один из его глаз ярче засиял, притягивая его взгляд. — В конце концов, я единственный, кому ты можешь доверять. Демон протянул ему свою большую руку, не отрывая от него взгляда, спокойно ожидая решения. — Нам ты тоже можешь доверять! — воскликнула принцесса, делая шаг вперёд. — Мы отведём тебя к Рози… через пару часиков. За её спиной жители отеля переглянулись, бросая на него осуждающие взгляды. Это не внушало доверия. Слишком явно, слишком открыто — они его недолюбливали. Аластор на мгновение замер. Он бросил взгляд на теледемона, чьи глаза лучились восторгом и обожанием, и, теряясь в секундных сомнениях, всё же вложил свою маленькую человеческую руку в его демоническую. Вокс улыбнулся шире, чувствуя, как электричество проходит по всему его телу и перескакивает между антеннами. Он аккуратно сомкнул пальцы, наслаждаясь нежной человеческой кожей Аластора. Мысль о том, что Радиодемон идёт с ним — добровольно, сам, оставляя этот жалкий отель позади — отзывалась внутри резким, почти болезненным удовольствием. Вокс едва сдержал желание сжать его руку сильнее, удержать, не отпустить уже никогда. — О, Аластор, — с придыханием сказал он, не отрывая от него взгляда, — ты не пожалеешь об этом решении. Аластора всё ещё терзали смутные сомнения.