As Good As Dead

      К шести часам вечера учебный день наконец исчерпал себя, оставив девушкам лишь вязкую свободу внеклассных часов. Энид не видела Уэнсдей добрых два часа - последним воспоминанием о ней был промелькнувший в лабиринтах библиотеки силуэт. Аддамс тащила стопку фолиантов, чьи названия сулили либо проклятие, либо мигрень, но Синклер не решилась последовать за ней. Прошлый визит в книжное хранилище едва не закончился для неё потерей "ориентации", и вряд ли бы она нашла выход без снисходительной помощи Барклай. Подавив странное, почти навязчивое желание следить за своей мрачной соседкой, Энид направилась в кафетерий, то и дело сверяясь с картой школы, которая в её руках казалась шифром к чужой цивилизации.       - Ксавье... - вполголоса повторяла она, забирая свою порцию. Школа Невермор действительно имела право кичиться своим бюджетом, меню здесь было составлено с учетом самых специфических нужд изгоев. Для оборотней полагался особый рацион - сочный стейк с кровью, дополненный свежими овощами.        - Ксавье Торп. Эйджакс Петрополус, - ледяной голос, раздавшийся из ниоткуда, заставил Энид вздрогнуть. Уэнсдей возникла рядом, словно соткалась из теней кафетерия. - Возможно, в такой комбинации твоя память сработает быстрее, - бесстрастно добавила она. К удивлению блондинки, Аддамс не села напротив и не выбрала привычную дистанцию отчуждения. Она опустилась на скамью вплотную к Энид, нарушая все законы своего личного пространства.       - Ах, черт возьми, точно! - воскликнула Энид, вонзая зубы в мясо. - Я чуть голову себе не сломала, пытаясь вспомнить. - От резкого движения капля крови брызнула в сторону, пачкая бледные пальцы Уэнсдей. - Ой, прости! - спохватилась Синклер. Не задумываясь, она коснулась руки соседки, стирая пятно пальцем, а затем слизнула его, негоже было пропадать такому ценному ресурсу.       - Это вопиющая антисанитария... - процедила Аддамс, не отрывая взгляда от своей руки. Её внимание переключилось, когда сумка, всё еще висевшая на плече, начала странно шевелиться.       - Там... твоя рука? - Энид подалась вперед, намереваясь заглянуть внутрь, но холодный жест Уэнсдей мгновенно её остановила.       - Если кто-то увидит его и скажет Уимсу, мой кинжал найдет виноватого в твоем лице.       - Вполне в твоем духе..... — хмыкнула блондинка, возвращаясь к еде.       - Сегодня я не вернусь в комнату, — отрезала Уэнсдей, глядя куда-то сквозь пространство. - Если кто-то спросит - я соорудила в кровати имитацию из подушек. Скажи, что я сплю, и проследи, чтобы меня не тревожили        Блондинка округлила глаза, и с набитым ртом едва членораздельно вымолвила       - Что? Куда это ты собралась? - Она поспешно проглотила увесистый кусок мяса, запив его густым томатным соком, смешанным с кровью - напитком, который бодрил не хуже крепкого кофе.       - Я и так доверяю тебе больше информации, чем полагается знать рядовому смертному, - отрезала Уэнсдей. Она уже собиралась подняться, но Энид преградила ей путь.       - Я пойду с тобой.       - Исключено. Ты слишком шумная и вызывающе цветная. Ты шествуешь по коридорам как рождественский единорог, привлекая внимание идиотов, которые всё еще верят в праздничное чудо, - готесса резко развернулась, надеясь оставить навязчивую соседку позади, но Энид, бросив недоеденный стейк, бросилась вдогонку.       - Уэнсдей, послушай! В этой школе сирены обедают за одним столом с вампирами. Что плохого в том, что кто-то верит в магию? - пылко рассуждала Синклер, едва поспевая за стремительным шагом подруги. - И еще... Если ты не возьмешь меня с собой, я не стану участвовать в твоем плане с подушками.       - Не велика потеря, - бросила через плечо Аддамс.       - И я всё расскажу директрисе! — выпалила блондинка. На мгновение на её лице отразилось ликование от собственной находчивости, она гордилась тем, что освоила азы манипуляции. Однако радость быстро сменилась тревогой, когда Уэнсдей резко замерла и обернулась. "Сейчас точно достанет кинжал»" пронеслась в голове у Энид паническая мысль.       - Молодец, - неожиданно протянула Уэнсдей, и в её голосе послышалось нечто, похожее на одобрение.       - Да?       - Да. Наконец-то ты начала использовать мозг по назначению.       - Спасибо... наверное, - растерянно ответила Энид.       - Было бы совсем замечательно, если бы ты перестала заводить пустые знакомства. Особенно с такими, как Ксавье, - Уэнсдей возобновила движение, но теперь её походка изменилась, она явно подстраивалась под ритм соседки, позволяя той следовать за собой.       - Ксавье кажется нормальным парнем. Мы перекинулись всего парой фраз, но он явно высокого мнения о тебе и... он рисует тебя в свободное время, - Энид закусила губу, понизив голос. - Это немного крипово, учитывая, что он даже не смотрел в твою сторону на уроке...видимо изучал твое чудесное личико еще давно а теперь рисует наизусть -       - Как ущербно, - бросила Аддамс, окончательно погружаясь в свои расчеты. Её цепкий взгляд сканировал пространство, фиксируя маршруты одноклассников, тайминг их передвижений и моменты, когда школьный коридор становился наиболее шумным и небезопасным для их вылазки.       - Почему ущербно? Это даже мило... Я бы тоже хотела, чтобы меня кто-то рисовал.       - Попроси его. Возможно, позже он оживит твой портрет, и вы станцуете вместе на балу, - сухо парировала Уэнсдей. Они подошли к тупику, который осматривали еще утром. Девушка действовала хладнокровно, пройдя еще десять шагов, она опустилась в старое кресло и раскрыла книгу, словно обычный студент, погруженный в чтение.       - Что?.. Что это значит? - шепотом спросила Энид. Волчица совершенно не понимала сути происходящего, но послушно присела рядом, заглядывая в лицо подруги. Уэнсдей не собиралась ничего объяснять. - И что теперь?       - Ждем, - коротко ответила Аддамс. Прошло еще около трех часов. Коридоры постепенно погружались в густую, вязкую темноту, пока в одно мгновение, словно по невидимому щелчку, пространство не ожило. Свечи вспыхивали одна за другой, подобно эффекту домино, наполняя школу теплым живым свечением. Замок преобразился, став похожим на ночное небо, усыпанное яркими звездами. Была ли это магия? Невермор умел восхищать и пугать одновременно. Голубые глаза Энид заискрились, отражая танцующие огоньки, в то время как Уэнсдей с непроницаемым, чуть нахмуренным лицом наблюдала за этой детской восторженностью соседки, которая от усталости уже сползла с кресла прямо на пол. Пока блондинка любовалась игрой света, Уэнсдей резко и шумно захлопнула книгу,которую она нашла на столе рядом, поднимаясь на ноги.       - У нас есть пять минут, - отрезала она, бросив взгляд на гигантские, словно сошедшие со страниц мрачной сказки, часы.       - На что? - не успела договорить Энид, как тишину разорвал оглушительный звон. Комендантский час начался с грохота, от которого задрожали стены. Волчица в ужасе зажала уши и зажмурилась. - Что за черт?! Уимс садистка? Держать в школе оборотней и использовать такие часы? - кричала Энид, едва поспевая за Уэнсдей, на губах которой заиграла едва заметная, торжествующая усмешка. Вслед за звоном раздался протяжный, недовольный вой оборотней из других корпусов, именно этого момента хаоса и ждала Аддамс. Её пальцы ловко заскользили по стене, лихорадочно прощупывая выступы и стыки камней. - Уэнс... Эти часы звонят каждый день что ли? почему их не слишно у нас в комнате - голос Синклер дрогнул. В конце коридора заплясали тревожные тени. - Уэнсдей.... нам нужно бежать?? У нас будут огромные проблемы! - Она в панике схватила соседку за рукав, но та резко отдернула руку. Энид, не на шутку напуганная приближением патруля, снова вцепилась в неё, на этот раз слишком грубо. От резкого толчка обе девушки по инерции врезались в каменную кладку.       Раздался сухой, отчетливый щелчок. Древний механизм пришел в движение, и стена буквально ушла у них из-под ног. Девушки кубарем рухнули на холодный пол по ту сторону, и потайная дверь с глухим стуком отрезала их от внешнего мира. Тяжело дыша, Энид сначала уставилась на закрывшуюся стену, затем огляделась по сторонам, и только в следующий миг осознала свое положение. Она лежала прямо на Уэнсдей, тесно прижатая к ней, упираясь коленом между её ног и крепко сжимая её плечи. В тесном, замкнутом пространстве их дыхание смешивалось, а тишина стала почти осязаемой.       - Господи, извини! Прости меня, пожалуйста! - в панике затараторила Энид. Попытка резко вскочить на ноги лишь усугубила ситуацию, она неловко качнулась, еще сильнее прижав Уэнсдей к холодному каменному полу. Аддамс издала тихий, едва уловимый выдох - звук, который обычный человек бы не заметил, но который для чуткого слуха оборотня прозвучал громче крика. Уэнсдей резко отвела взгляд, а щеки Энид в то же мгновение вспыхнули пунцовым пожаром.       - Встань, - твердо и сухо приказала готесса. Она не позволила себе ни единого лишнего движения или взгляда в сторону смущенной Синклер, лишь слегка приподнялась на локтях. Энид, наконец совладав с собственными конечностями, вскочила и по инерции протянула руку помощи. Разумеется, её жест был встречен характерным ледяным молчанием и игнорированием.       - Прости... я правда не хотела, - продолжала бубнить блондинка, пока её внимание не переключилось на окружающую обстановку. Дизайн коридора резко изменился. Если в основной части школы царила атмосфера старинного замка, то здесь всё выглядело более мрачным, готическим, но при этом... модернизированным? Там, где в обычных переходах глаз цеплялся лишь за камень и дерево, здесь тянулись связки черных проводов, уходящих куда-то в густую тень. - Это что... больница? - шепотом спросила Энид.       - Больше похоже на лабораторию, - отозвалась Уэнсдей. Она наконец сняла сумку, которая уже буквально ходила ходуном от возмущения её обитателя. Стоило замку расстегнуться, как наружу вырвалась Вещь. Живая кисть выглядела явно довольной тем, что её наконец освободили из заточения. Она шумно побарабанила пальцами по полу, словно разминаясь, и деловито принялась извлекать из недр сумки снаряжение.       - Извини... — снова начала Синклер, но её извинение повисло в воздухе, кажется, инцидент на полу уже был вычеркнут из памяти Аддамс (по крайней мере, внешне). Вещь выудил фонарик, включил его и ловким броском отправил в руки хозяйке. Затем он достал второй и замер, "глядя" на высокую блондинку ... удивительно, как существу без глаз удавалось передавать такое нескрываемое любопытство.       - Она оборотень и видит в темноте. Фонарик нужнее тебе, — бросила Уэнсдей. Аддамс двинулась вперед, но Вещь быстро перегнал её, умело балансируя фонариком в тех же пальцах, которыми совершал свои стремительные перебежки. С каждым шагом коридор становился всё более зловещим. Вдоль стен выстроились стеллажи с колбами, внутри которых в мутной жидкости плавало нечто неопределимое. На стенах мелькали панели управления и анатомические зарисовки: органы, звери, люди и существа, застрявшие где-то посередине в жутких мутациях.       - Боже мой... - Энид попятилась, её лицо побледнело, приобретя землистый оттенок в свете фонарика. Она указала дрожащим пальцем на ряд помещений, которые больше напоминали камеры пыток, чем больничные палаты. - Меня сейчас стошнит. Это... это не школа, это бойня.       - Номер 284, - холодно констатировала Аддамс. Голос Уэнсдей прозвучал пугающе ровно, словно она зачитывала список покупок, а не хронику биологического кошмара. Девушки подошли вплотную к тяжелой, герметично запертой двери. На ней, прикрепленные к стальному планшету, белели листы с аккуратными, сухими отчетами. «Экземпляр 284-А, объект проекта "ХОДОР", успешно миновал первый мутагенный этап», Уэнсдей нахмурилась, вчитываясь в мелкий шрифт, в то время как Вещь замер у её ног, словно прислушиваясь к тишине за дверью. — "Подопытный демонстрирует аномальную живучесть. После введения серии "Омега" зафиксирована критическая перестройка костной структуры..." Энид прижала ладонь к губам, слушая, как Уэнсдей безжалостно озвучивает подробности: о ребрах, срастающихся в панцирь, о треске рвущихся тканей и мышцах цвета грозового неба. "Процесс регенерации опережает некроз", — закончила Уэнсдей - "Раны затягиваются быстрее, чем кровь успевает свернуться" Грохот разорвал вязкую тишину лаборатории, заставив обеих вздрогнуть.       Тяжелая дверь в противоположном конце коридора поддалась под напором чьей-то властной руки. Звук удара металла о камень эхом прокатился под сводами, возвещая о незваных гостях.       - Сюда! - Уэнсдей мгновенно среагировала, её пальцы мертвой хваткой впились в запястье Энид. Она потянула блондинку к узкому, заброшенному лазу, ведущему на чердачное перекрытие. Они едва успели скрыться в пыльной темноте и затаить дыхание, как в помещение внизу вошли пятеро. Энид, чьи чувства в моменты опасности обострялись до предела, прижалась к щели в полу. Знакомый, тяжелый запах дорогого парфюма, смешанный с ароматом старых книг и озона, ударил в ноздри.       - Уимс????... — едва слышным выдохом сорвалось с губ Синклер. Волчица безошибочно узнала походку директрисы: размеренную, властную, не терпящую возражений. Рядом с ней семенил кто-то еще, чей запах отдавал формальдегидом и холодным потом, но остальные трое оставались для Энид загадкой. Воздух в подземелье, и без того тяжелый, теперь казался пропитанным запахом озона и едких химикатов. Энид и Уэнсдей замерли в тени       - Директриса Уимс, — начал кто-то, лихорадочно перелистывая отчеты на планшете, - протокол мутации Экземпляра 284-A завершен. Это наш единственный успех.       Уимс не оборачивалась.       - Напомни мне статистику, Гюнтер. Чтобы я понимала цену этого "успеха".       - Мэм... — Гюнтер сглотнул, и этот звук эхом отозвался в тишине. - Предыдущие испытания были катастрофичны. Экземпляр 331, Мэй Паркер... проект «ЗИМКА». На втором этапе произошла дестабилизация. Ледяные наросты начали расти прямо внутри тканей. Нам пришлось активировать протокол ликвидации. Остальные двенадцать подопытных погибли от шока.-       Уимс едва заметно поморщилась, словно речь шла об испорченном оборудовании.       - Но этот... Тайлер Галпин. Почему он выжил? - Имя прозвучало подобно удару бича. Энид почувствовала, как Уэнсдей рядом с ней превратилась в натянутую струну. Сердцебиение готессы, обычно ровное и замедленное, вдруг сорвалось в неистовый ритм, который волчица уловила своим обостренным слухом.       - Тайлер ... феномен, - продолжал Гюнтер, выводя на экран схемы. - Проект «ХОДОР» стабилен. Мы провели принудительную кальцификацию: его кости теперь плотнее гранита. Мышечные волокна превратились в иссиня-черные жгуты, способные разрывать металл. Но главное мы растворили лобные доли. Личность Тайлера Галпина стерта. Остался только инстинкт и безупречное подчинение через тепловые рецепторы. - Гюнтер лихорадочно указывал на графики регенерации. - Его ткани обновляются со скоростью тридцать процентов в минуту. Если отсечь конечность, новая вырастет за час, уже покрытая хитином. Он больше не человек. Он - биологическое оружие без боли, жалости и памяти.-       Директриса медленно прикоснулась к двери камеры. Энид похолодела. Но он все это время находился там? она была так близко, но не чувствовала запаха Тайлера. Химикаты и мутации полностью стерли его человеческую природу,       - Тайлер Галпин мертв, - ледяным тоном произнесла Уимс. - Перед нами проект «ХОДОР». Начинайте второй этап - хитинизацию. К утру его кожа должна стать непробиваемой.       Пока Уимс в отдалении чеканила распоряжения, девушки замерли, буквально вжавшись в холодную поверхность стены.       - Нам нужно что-то предпринять, - лихорадочно прошептала Энид, пытаясь отыскать в дверном проеме хоть малейшую щель. - Они затеяли неладное. Взгляни на эти стеллажи! здесь десятки колб. Если им понадобится хоть одна из них, они ворвутся сюда в любую секунду! - Блондинка не сводила встревоженного взгляда с коридора, в то время как Уэнсдей хранила пугающее, монолитное молчание. - Уэнсдей? Пожалуйста, приди в себя, я же к тебе обращаюсь...       - Я слышала, - бесстрастно отозвалась готесса. Одним коротким движением она отодвинула подругу от прохода и едва заметно приоткрыла дверь. В неверном свете ламп показался её верный союзник Вещь. Оказавшись отрезанным от девушек, он затаился в тени, ожидая дальнейших указаний. Аддамс сделала несколько резких пассов рукой на языке жестов, и маленький помощник послушно метнулся под ноги людям, которые еще мгновение назад хладнокровно обсуждали детали своего проекта.       - Что за чертовщина?! — в тишине раздался голос, сорвавшийся на испуганный крик. - Это что... живая рука?!       В помещении мгновенно воцарилось замешательство, перешедшее в форменный хаос. Как только Вещь перетянул на себя всё внимание, заставив преследователей броситься в погоню, девушки бесшумно покинули свое убежище.