В поисках осколков. Четвёртый сезон: Междумирье

      Почти сразу же как Берег Затонувших Кораблей скрылся из виду воздух стал стремительно затягиваться туманом, что было довольно неожиданно для середины ясного и почти что уже летнего дня.       - Ну вот, добро пожаловать в Иллошаф, - негромкий голос Каспара Яванеза прокатился по палубе и достиг всех, кого надо, без малейших усилий с его стороны.       Эстель ухватила Даниэля за руку, чтобы не потерять. Тимей поискал глазами Влади, чтобы в случае чего их не раскидало по одному. Её ядовито-зелёная макушка была всё ещё достаточно заметна сквозь дымку.       - А теперь все спускайтесь в свои каюты и не выходите, пока я не разрешу. Что бы вы не услышали или думали, что услышали, как бы сильно вам этого ни хотелось, не выходите наружу.       - А где каюты? - спросила Эстель, нюхая туманный воздух.       - Пойдёмте, я вас провожу, - сказал Амар.       - Спасибо, - монахиня потянула за собой эльфа.       Тимей повёл Влади вслед за остальными:       - Идëм, мне это очень не нравится, но лучше сделать как говорят.       - Да брось, они тут не первый раз, знают что к чему, - сказала Эстель, спускаясь по лесенке вниз.       - Ну что ж, сидеть в каюте, значит сидеть в каюте, - вздохнул Эдрик. - Хотя мне уже от этой мысли хочется выйти наружу.       Бинх как раз таки наоборот был не против оказаться в каюте и не выходить до того момента, как нужно будет искать статуэтку. Он протянул руку Алиссе.       - Каспар, ты обещал, - Эйрея протянула брату моток верёвки.       - Знай, я этого не одобряю, - проворчал тот и принялся приматывать её к грот-мачте.       - Да-да, крепче вяжи.       Амар развёл пассажиров по каютам, нервно оглядываясь назад. Замыкающий процессию Арамиль в противовес ему был расслаблен и умиротворён, он ободряюще подмигнул Влади перед тем как закрыть дверь своей каюты.       Пройдя по нескольким лестницам и коридорам под палубой путешественники в полной мере осознали, насколько огромен "Гиперион". Казалось невероятным чтобы на таком большом корабле обитало всего четверо путешественников, двоих из которых взяли из необходимости, а третью - по дружбе.       Бледно-зелёный Дэн улёгся на кровать в каюте Эстель и закрыл глаза.       - Может чайку с травами? - озабоченно предложила девушка.       - Моему желудку сейчас лучше побыть пустым... Безопаснее.       Чтобы бедный парень хоть немного отвлёкся, Эстель начала по памяти пересказывать ему все связанные с северными драконами легенды и сказки. Попутно вышивая кораблик.       Опустившись на кровать в своей каюте, Эдрик закинул ногу на ногу и, уткнувшись взглядом в потолок, стал ждать того, что должно произойти наверху.       Бинх, вежливо уточнив у Алиссы, нормально ли ей будет одной в каюте или лучше вдвоем переждать угрозу, теперь молча сидел рядом с ней, размышляя о чём-то своём.       Тимей устроился в каюте Влади, потому что не хотел находиться один.       - Таинственный туман появляется из ниоткуда, - он покосился на иллюминатор. - Я заинтригован, - затем он переключился на хозяйку каюты. - Как твоё самочувствие? Насколько я помню, ты раньше не выходила в море.       - Всё замечательно. Вообще-то, это ничуть не страшнее, чем летать. У меня такое приятное щекочущее чувство в позвоночнике от предвкушения путешествия, у тебя так бывает?       - Каждый раз, когда отправляюсь туда, где никогда не бывал. Когда держу путь в неизвестное в окружении тех, кто мне важен... В той или иной степени. Приключения захватывают дух. Особенно, если есть, с кем их разделить. Так и рождаются песни. Как много ты вообще слышала о тех местах?       - Я прочла Землеописание Запада от корки до корки, когда оно появилось в университетской библиотеке. От него ещё даже немного попахивало той магией, которая его туда принесла. Интересно, что это было.       - Возможно, мы выясним это, когда придёт время. Есть ли места, которые ты хотела бы увидеть особенно сильно?       - Три или четыре. Может быть, пять... - Влади начала перечислять, ненадолго замолкая, а потом восклицая "ой, а ещё..." и это, в общем-то, был список абсолютно всех географических объектов Вестерры.       - Значит я покажу тебе всë, - пообещал бард. - А ты своими яркими цветами поможешь мне не угаснуть.       Около часа прошло спокойно, хотя и в некотором напряжении от неизвестности. А затем все обитатели кают услышали какое-то невнятное бормотание, которое, в принципе, было достаточно легко игнорировать.       Эстель, отложив вышивку, прислушалась к звукам в коридоре, чтобы перехватывать товарищей, если кто не сдюжит.       - Кажется, туман всë таки магический, - прикинул Тимей. - Этого следовало ожидать, но всё равно было интересно. Ты ведь тоже это слышала?       Влади, не договорив фразы, вдруг резко встала со стула и с остекленевшими глазами направилась к двери. В ту же секунду Тимея резко дёрнуло под дых и у двери же возник призрак Бонни, который изо всех сил старался преодолеть их связь, словно его тянула куда-то непреодолимая сила, как в тот раз когда Деффи играла в Городе Мёртвых.       Бард попытался поймать Влади телекинезом и притянуть к себе.       И в тот же миг все услышали из коридора как верещит Окулус:       - Дианка! Стой, дура! Стой, куда ломанулась?!       - Да ну что ж такое. Лежи тут, пожалуйста, я посмотрю, - Эстель выглянула в коридор. Диана в полном боевом облачении быстро шагала в сторону трапа наверх, а Окулус безуспешно пытался задержать её, обвив стебельками глаз за руку.       - Только аккуратнее там, - попросил Дэн.       - Ты же меня знаешь. Так вот, я буду вести себя по-другому, - с этими словами монахиня выскользнула в коридор.       Тимей поднял Влади над полом как новорождённого котёнка, затащил в каюту и запер дверь.       - Если ты меня слышишь, а я надеюсь, что слышишь, сконцентрируйся на моём голосе, - попросил он девушку. - Не иди за голосами моря, только за моим.       Взгляд Влади стал осмысленным, но она отчаянно затрясла головой:       - Это голос моей мамы. Я должна посмотреть.       - Это не она. Прости, но это не она. Я не знаю, что это, но это не она. Всë в порядке, ты в безопасности. Просто задавай себе неудобные вопросы, - Тимей сейчас безумно переживал за подругу.       - Я уже пришла в себя, но я всё ещё её слышу. Пожалуйста, пожалуйста, я должна проверить! - в глазах эльфийки стояли слёзы.       - Прости, но я не могу. Я не могу позволить тебе так рисковать. Мне правда очень жаль, - Тимей сжал её в объятиях. - Те, кого я там увижу, не простили бы мне этого.       Влади продолжала биться в истерике, умоляя отпустить её. Бард же продолжал сжимать её, едва сдерживая слёзы.       Эстель, выскочив в коридор, схватилась за вторую руку Дианы и упёрлась пятками в пол, останавливая её, но та продолжала пытаться вырваться.       - Сиди тут, я посмотрю что там, - попросил Бинх Алиссу и вышел из каюты на подмогу. В коридоре он увидел, как в большей степени Эстель и в меньшей Окулус с трудом удерживают на месте девушку в латах, и в тот же миг его толкнул проходящий мимо в ту же сторону Амар.       - Леди Маккуин, вы рыцарь или кто? Сопротивляйтесь! - крикнула Эстель, продолжая удерживать девушку.       Бинх бросился наперерез коку, но огромный драконорождённый шагал слишком быстро и дварф просто не успел, прежде чем он достиг трапа.       Шепчущие голоса становились всё явственнее и среди них порой даже можно было различить смутно знакомые. А главное, все они без исключения жалобно и настойчиво произносили имена наших героев.       Из-за двери каюты Эдрика донёсся его голос:       - Ну что там у вас? Со всеми всё в порядке?       - Да какой там! - проорал Окулус.       - Твою ж... - Эдрик немедленно выбежал из каюты.       Эстель сделала шаг вперёд, прислушиваясь к зовущим её голосам.       "А собственно куда это я?" - монахиня остановилась. И её тут же сшибла с ног пронёсшаяся мимо Диана, её друг болтался за ней как брелок.       Наплевав на уже прорвавшихся наверх, Эстель заняла стратегически выгодную позицию, закрывая люк и приготовившись спинывать всех вниз.       - А может всё таки? - Тимей замер, оглушённый голосами. - Я должен защищать её. Но... Я так по вам скучаю. Держись меня, - он отпустил Влади. - Мы вместе проверим, что там. Пообещай мне, что не отойдёшь далеко.       - Обещаю, - кивнула та.       Тимей, держа Влади за руку, открыл дверь.       Бинху начало казаться, что он слышит голос Лизы, и он решил посмотреть, что там на палубе.       Эстель, повиснув на ручке люка, изготовилась всех пинать:       - Стоять на месте! Кого бы вы там ни слышали - это обман!       - Я знаю, - Тимей шёл к люку, держа Влади за руку. - Но если это наш последний шанс увидеть их... - барда разрывало между желанием знать и желанием защищать.       В коридор выскочила ошарашенная Алисса и схватила Бинха за рукав.       - Да что вы все, ополоумели?! - крикнула она. - Нет никаких голосов!       - Я слышу голос своей дочери, - затуманено пробормотал Бинх, смотря в одну точку. - Она зовёт меня.       Эдрик, выскочив в коридор, увидел Бинха, находящегося прямо под люком:       - Эй, стой, очнись! Не иди наверх! Это всё обман!       Голос Эдрика перекрыл голос Лизы в голове Бинха. Это не может быть она. Ей нечего здесь делать.       - Да что ж это такое! - крикнул наверху Каспар и корабль резко качнуло, что-то с дробным стуком упало на палубу. - Почему меня никто никогда не слушает?!       - Наверное потому что в каютах тоже слышно! - крикнула Эстель наверх.       Шатаясь и держась за косяк в коридоре показался Даниэль, и последним - Роберт с мечом наголо, готовый прорываться мимо Эстель наверх с боем.       Бинх услышал голос Эдрика и затряс головой. Точно. Она не может быть здесь. Он должен её спасти, некогда отвлекаться.       Он посмотрел на Алиссу и кивнул ей:       - Всё в порядке.       Бинх вспомнил, что он теперь не просто дварф, но ещё и хранитель грёз. Он достал брошь мотылька и вокруг него образовалась сфера.       Встав напротив выхода вместе с Эстель, дварф крикнул:       - Надеюсь сработает! - сфера начала окутывать ближайшие тридцать футов вокруг него.       И вдруг корабль так резко дёрнулся вперёд, словно кто-то изобрёл реактивный двигатель на полтысячелетия раньше, и все покатились кувырком в противоположный конец коридора, что было очень удобно для целей Бинха. Теперь уж все точно попадали в радиус действия его заклинания.       Тимей попытался сгруппироваться так, чтобы поймать Влади, и большая часть удара пришлась на него.       Голоса снова стали неразборчивыми, и пассажирам начало казаться, что большую часть тех, что казались знакомыми, они внушили себе сами.       - Ты в порядке? - наклонился к Влади Тимей.       - Ага, - рассеянно произнесла волшебница, при этом отрицательно качая головой. Судя по выражению лица, она всеми силами вслушивалась в потусторонний шёпот. Тимей попытался отвести её назад в каюту.       - Стойте! - крикнул Бинх Тимею. - Не отходите далеко. Кто-нибудь слышит голоса? - он вцепился в свою брошь. - Не выходите из света!       - Даниэль, ты в порядке?!! - крикнула Эстель, продолжая болтаться на люке.       - Оооой... - эльф сел на пол. - Нормально. Что это было?       - Это туман, посиди пока рядом с Бинхом, а я тут позависаю.       - Эй, вы там! - снова послышался крик Каспара. - Можете подняться, если вам так интересно. Уже безопасно. И красиво к тому же.       Влади, только услышав разрешение капитана, рванула наверх.       - Отлично, - обрадовалась монахиня. - Бинх, вырубай пока нас не спалили.       - Я... не уверен, что знаю как, - признался дварф.       - Ладно, просто подожди, может само спадёт.       Роберт посмотрел на обнажённый меч, который чудом ни в кого не воткнулся во время рывка, и убрал в ножны.       - Прошу прощения, - сказал он Эстель, тряся головой.       - Вам всем нужны монашеские тренировки, - посетовала девушка. - Что вы такие податливые то? - она помогла подняться Даниэлю: - Пойдешь наверх или полежишь в каюте?       - Пожалуй, пойду прилягу.       - Хорошо, - Эстель чмокнула эльфа в щеку. - Иди.       А сама полезла наверх. Роберт, ещё раз тряхнув головой, двинулся следом.       - Пожалуй, я пойду в каюту, - Бинх посмотрел на сферу вокруг себя. - Алисса, ты как?       - Я вообще ничего не почувствовала... И не услышала.       - Хорошо, это хорошо, - Бинх обнял её.       В каюте Тимей просто рухнул на колени от напряжения и обрывисто проговорил в пустоту:       - Простите. Я действительно хотел бы быть с вами. Я так скучаю. Вы даже не представляете. Но у меня есть долг, и я должен идти дальше. Потому что есть, ради кого.       Затем Тимей встал и направился наверх, по пути меняя костюм на что-то вроде серого моряцкого пальто.       Эдрик тоже поднялся наверх:       - Наконец-то свежий воздух, а то мне уже душно здесь внизу.       У самого выхода, придавленные тяжёлой сеткой, скрючились на палубе Диана, Окулус и Амар.       - Помочь? - спросила Эстель, ещё в каюте переключившая костюм на моряцкий.       - Помогите этим, - не оборачиваясь мотнул головой в сторону сеточных пленников Каспар.       Монахиня без труда освободила их от сетки.       Тимей быстро нашёл Влади:       - Всë в порядке?       От одного взгляда за борт захватывало дух. Потому что "Гиперион" плыл не по морю. Он плыл по облакам, в разрывах которых мелькали острые каменные зубцы далеко-далеко внизу. За его кормой осталось узкое ущелье меж двух скал, простирающихся дальше, чем позволял разглядеть туман во всех направлениях. Видимо, Каспар пролетел его на предельной скорости, а теперь сбавил ход почти до нуля. Но даже не этот умопомрачительный вид пригвождал каждого к палубе, потому что на входе из ущелья и в самом деле, продолжая шевелить губами, толпились призраки.       Здесь были далеко не все, кого герои ожидали или надеялись увидеть, большинство родных голосов оказалось плодом разыгравшегося воображения. Но каждый находил хоть одно знакомое лицо. Харвин Вебстер с огромной рваной раной в животе. Юный красноклеймённый Джимми Уилберт с обрывком петли на посиневшей распухшей шее. Темноволосый молодой дварф Вэйт, которого Эдрик и Эстель видели в воспоминаниях Бинха. Полненькая темнокожая ключница Лиз, тяжёлые капли крови падали из рассечённого горла. Неззнар, у которого из разбитой головы торчал острый кусок камня. Лорд Колпелген, казалось, целенаправленно искал кого-то глазами, но не находил, так же как незнакомые путешественникам двое полуорков и латунный драконорождённый. Рядом с ними зависли бок о бок растерянный, напуганный Освульф Шандер и молодая дварфийка, сквозь её пробитую насквозь заклинанием грудь просачивался туман. Были здесь и незнакомые привидения: несколько человек, до неузнаваемости изуродованных ожогами, эльфийка с пышными золотыми кудрями, драконорождённый-подросток с зелёной чешуёй, женщина в дорогом платье с тонкой струйкой крови, пересекавшей губы и подбородок. Влади, не отрываясь, смотрела на русоволосую кудрявую молодую женщину в жёлтом сарафане, и слёзы текли по её лицу. Тимей осторожно обнял подругу.       Диана до побелевших пальцев вцепилась в борт и Окулус ободряюще поглаживал её по плечу одним из глаз на стебельках.       Амар бросил лишь один взгляд на драконорождённого мальчика и ушёл вниз.       Золотоволосая эльфийка по какой-то причине казалась Эдрику смутно знакомой, но она была уже слишком далеко чтобы сказать наверняка. Но Эстель всё же выхватила листок и сделала набросок эльфийки, чтобы потом подробнее прорисовать. Кто-то же звал Даниэля. Монахиня ставила на эльфийку, но на всякий случай запоминала всех кого видит, чтобы потом пересказать.       - Мы помним вас, - пробормотал Тимей себе под нос. - Друзья, любимые, враги, тех, кого мы просто не смогли спасти. Мы живём свои жизни дальше. Но мы помним вас.       Эстель бросила полный сожаления взгляд на Неззнара:       - Ну, я пыталась, правда. Прости, что так вышло.       - Они не виноваты, - негромко сказала Эйрея. Она выглядела довольно весёлой и болтала лапами, потому что брат привязал её к мачте выше собственного роста. - Они даже не знают, что мы здесь. Ничего не видят. Но окажись вы на палубе - ничто не удержало бы вас от того, чтобы шагнуть навстречу. А там видели, какая высота.       Слыша это, Тимей ещё крепче обнял Влади.       - Что-то я не уверена, что я бы за своим призраком рванула, - засомневалась Эстель. - Может поэтому и отпустило быстро. Чёрт, там наверное родные Тиренд. Не дождались её, - она кинула взгляд на обгоревших. Тут ей пришло в голову, что это и её родные тоже, и девушка тяжело вздохнула. Она также поняла, что даже не помнит, кого она слышала, это длилось так недолго.       - Потому Иллошаф и называют Морем Душ. Хотя правильнее было бы Морем Неупокоенных Душ. Тех, кто удачно добрался до посмертия, здесь не встретишь, - пояснил Каспар, всё так же глядя прямо перед собой.       - Ты меня не переубедишь, - непонятно к чему ответила Эйрея и заулыбалась так, словно это лучший день в её жизни. Должно быть, она и затеяла этот косплей Одиссея чтобы убедиться, что не встретит здесь кого-то конкретного. - Жаль бедолаг, но если мы чем-то и можем помочь, то определённо не прямо сейчас, - вздохнула йокли, пожала плечами и, кажется, только сейчас заметила некоторое неудобство своего положения. - А может меня кто-нибудь отвязать?       Эстель отвязала Эйрею от мачты и принялась за детальную прорисовку портрета.       - Благодарушки.       - Если ты когда-нибудь захочешь поговорить об этом, я буду рядом, - шепнул Тимей Влади.       Туман окончательно закрыл призраков и в ту же секунду до слуха донёсся плеск воды. Под килем фрегата снова были морские волны. Влади отвернулась от кормы и уткнулась мокрым лицом в грудь Тимею. Диана молча чеканным шагом ушла вниз. Роберт закрыл глаза и прислонился к мачте.       Тимей принялся напевать какую-то спокойную песню себе под нос. Не скорбную, просто спокойную.       Эстель чувствовала себя слегка неловко, ей тут даже грустить не о ком было. Она достала из сумки подарочное винишко:       - Возможно кому-нибудь надо выпить?       - Так, - Грейвинд с шумным вздохом открыл глаза. - Кто хочет выпить? Приглашаю всех в свою каюту. У умных людей мысли сходятся.       Монахиня отсалютовала ему бутылкой.       - Оу, я с вами! - воскликнула Эйрея.       - Позови Элдрина, пусть прокладывает курс на Умбракулиферу, - попросил Каспар. - Глядишь, раньше Рамиро там будем.       - Я, пожалуй, откажусь, - покачал головой Эдрик. - Пить надо в хорошем настроении и сейчас оно точно не такое.       - Хочешь, или тут побудем? - спросил Тимей у Влади.       - Я уже в порядке. Пойдём. Пить, наверное, не буду, но лучшей сейчас побыть в компании.       - Я налью нам чай.       По дороге Эстель заглянула к Даниэлю:       - Ты спишь? Там спонтанная попойка за упокой. Пойдёшь?       - А кто умер? - испуганно захлопал глазами Дэн.       - Куча народу, но не сегодня. Просто все там насмотрелись на призраков и грустят. Жаль, что ты не вышел, там была красивая эльфийка с кудряшками как у тебя почти.       - Правда? Ну, мне всё ещё не очень хорошо, так что, пожалуй, откажусь. Да и неудобно как-то - все грустят, а мне не о ком.       - Мне тоже, но поддержать-то других надо, - Эстель остановилась у двери. - Может, всё таки пойдешь? Плохо тебе может быть всё плаванье, так и в койку можно врасти.       - Ну... ладно, посижу за компанию. Но пить даже не предлагайте, не рискну.       - Ни в коем случае.       Роберт разлил вино всем желающим и, задумчиво покачав остатки в бутылке, выпил прямо из горла.       - Да уж, не думал, что это такой паралич воли. Иллошаф я пересекаю в третий раз, но собственного призрака встречаю в первый. В юности думал про других, вот идиоты, ясно же, что это всё наваждение. Чёрта с два, ничего не ясно. А всё же, я боялся встретить другого человека. Но и бедную Изабеллу ужасно жаль, это же сколько лет она уже так мучается... Ни у кого нет знакомых специалистов по упокоению призраков?       - Ну, у нас есть Тимей, - Эстель ткнула иглой в сторону барда. Она дополняла вышивку призраками, окружающими плывущий по волнам корабль, потягивая кофеёк из фляги.       - Ясен чёрт, что наваждение, - кивнул Тимей. - Но ведь в моменте стоит дать слабину. Я был готов выйти. Я упокоил нескольких, но там всё было просто. Здесь так много душ, самых разных. Иногда их держит чья-то воля, иногда неоконченные дела. А иногда их держит месть. И некоторых здесь держит жажда мести нам. Я сомневаюсь, что здесь есть простая лазейка для их упокоения. Но если бы у меня был шанс упокоить хоть кого-то из них, я бы постарался это сделать.       - Ничего, натренируешься и как-нибудь тут проплывёшь и оптом всех упокоишь. Есть к чему стремиться, - приободрила товарища Эстель.       - Ты прав, подход нужен индивидуальный, - Эйрея облизнула вино с усов. - Но и караулить их именно здесь совершенно не обязательно и даже опасно. Они не к месту привязаны, тем более, что проход в Иллошаф и местом-то можно назвать с трудом. Они слетаются в зависимости от того, кто здесь проплывает, а так - болтаются где-то в пограничном состоянии и теоретически могут появиться где угодно, если позвать.       - Я не думаю, что это нужно делать здесь, - размышлял бард. - По-хорошему, нужны их тела. А некоторые из них найти будет проблематично.       - Подозреваю, что у многих тела в труднодоступных местах, - согласилась монахиня. - А вот позвать - это идея.       - Так или иначе, это не то, чем мы будем заниматься сейчас, но то, что нужно будет держать в голове.       - Эй, можно к вам? - раздался противный голос Окулуса. - Дианка меня прогнала. Ну ладно, надо дать девочке побыть одной, прийти в себя. Этот коронованный хмырь и не подумал её предупредить о таких выкрутасах... Правда, он и не знал, что мы за ним попрёмся.       - А зачем вы за ним попёрлись, кстати? - Эстель протянула бехолдеру бокал. - И где он сам?       - Он-то? На "Принцессе Джоанне" ещё усвистал. Ну а тут мы узнали, что на исторической родине его ничего окромя неприятностей не ждёт. Что-то там у них с государственным переворотом или ещё какая лажа, я не понял до конца. Короче, догнать и спасти. Я-то не против, эти балбесы так и не сподобились в чувствах друг другу признаться, может, на втором круге дозреют.       - Эво как, - усмехнулся Тимей.       - А вы, значит, те самые благородные рыцари, которые Артуру стекляшку вернули?       - Да, это мы, - кивнула Эстель, припоминая генеалогическое древо имладских правителей. Когда она уезжала, младший брат наследной принцессы Имлада Явины ещё пешком под стол ходил, так что узнать его в лицо она никак не могла, но других коронованных Артуров она вообще не знала.       - Зелье-то получили Дианкино в благодарность?       - Получили, большое спасибо.       - Кристалл надо было отдать как раз для упокоения, - поведал Окулусу Тимей. - Я надеюсь, проблем с ним не будет. Потому что, честно говоря, я не хочу больше иметь никаких дел с этой штукой. Значит там происходят какие-то политические игрища, в которые нам точно не стоит лезть?       - Отвлекаться не будем, но если по пути - кто мешает посмотреть? - прикинула Эстель.       - Да кто ж вам запретит! - фыркнул Окулус и подмигнул левым верхним глазом.       - Опыт подсказывает, что даже если мы не полезем туда сами, оно нас засосëт.       - С нашим умением вляпываться в самое интересное, чую что придется спасать и Артура и кристалл и всех кто подвернется под руку, - вздохнула монахиня, добавляя над волнами пару чаек.       - Наверняка там будет какой-то маг, который захочет кристалл себе, и всё закрутится да завертится.       После поминальной попойки все разошлись по своим делам.       Влади старалась держаться поближе к скоплениям народа. Должно быть, чужие эмоции помогали ей отвлечься от собственных.       Тимей отыскал её на палубе:       - Я не могу тебе ничего обещать, но если будет шанс и информация, я хотел бы попробовать подарить покой хотя бы твоей маме, - бард, в целом, старался быть на позитиве, потому что знал, как это работает. А может просто пытался как-то развеселить её в моменте.       Эдрик около часа ходил туда-сюда вдоль корабля, упорно о чём-то думая, а затем с таким же задумчивым лицом ушёл в свою каюту.       Во второй половине дня Роберт предложил Бинху и Алиссе поспарринговаться. Бинх, который от скуки и горечи уже готов был взвыть, с радостью согласился. В итоге их обоих размазали как блин, но это определённо было эффективным способом отвлечься.       Эстель рисовала портрет, продолжая рассказывать Даниэлю легенды. А в перерывах между рассказами пыталась разузнать у парня, кого он слышал. И узнала, что он слышал женский голос, который не узнал.       Выжав из себя все свои художественные способности, Эстель преподнесла Даниэлю портрет эльфийки:       - Возможно, это твоя мама. Потому что это единственный голос, который помнишь в любом возрасте, не важно как мало лет тебе было, когда вы расстались.       - Я всегда думал, что она меня бросила прямо в день рождения. И по правде говоря, считал, что никогда ей этого не прощу. Но... что если она жалеет об этом и поэтому не может найти покоя?       - Вполне возможно. И вообще, я уверена, что она бы не бросила тебя добровольно. Её могли вынудить это сделать или она спасала твою жизнь.       Нарисовавшись, Эстель полистала книжку с новым зельем, ничего нового не узнала и пошла к капитану, выпрашивать разрешение на варку зелья лечения. Тот в ответ послал её к своей сестре, у которой алхимическая лаборатория занимала целое отдельное помещение и йокли с радостью согласилась предоставить плацдарм для экспериментов.       Пока варилось зелье, Эстель попробовала разговорить Эйрею.       - Довольно необычно, что у вас такие хорошие отношения с братом. То есть лично я считаю, что семья - это главное, но у разных народов разные традиции.       - Аааа, видела бы ты, как мы цапаемся под особое настроение. Хотя, должна признать, давненько у нас такого настроения не было. Но ты права, у йоков такое бывает редко. Даже, наверное, никогда. Не знаю, отчего так вышло, может, от того, что я сейчас просто плыву по течению, чего со взрослыми йоками не бывает.       - Я бы сейчас с удовольствием поцапалась с сестрой, - грустно улыбнулась монахиня, - даже поддалась бы... наверное. Но вряд ли я когда-то снова её увижу. Я очень рада, что у тебя есть кто-то близкий рядом, это нужно ценить.       - Я ценю. Кас лучше всех, правда. Когда я потеряла ка-зу он сам позвал меня к себе на корабль. Даже собаку предлагал взять, но выбирая из собаки и приёмной дочери-подростка, за старшего я оставила всё-таки пса. Ну и ещё там знакомая жрица за ними приглядывает, но она ж не может каждый день.       - А что такое ка-зу? - ничего подобного Эстель из йокльской истории не припоминала. - Если это не бестактный вопрос?       - Не, не очень. Скорее сложно переводимый. Если по-вашему, то это что-то вроде смысла жизни; работа, хобби, любимое занятие, предназначение, мечта - всё это в одном флаконе. Ка-зу Каспара - путешествовать под парусом. Ты же видела - он буквально одно целое со своим кораблём. Амар не йок, у него в культуре нет такого понятия, но можно сказать, что его ка-зу - готовка. А я своё недавно потеряла, но сейчас, кажется, нашла новое, по крайней мере на время. Оно не совсем настоящее, потому что истинное ка-зу не может иметь конечной достижимой цели. Но благодаря ему я чувствую себя лучше.       - Это из-за этого цвет такой...? - монахиня неопределенно провела рукой по воздуху.       - А... Это я просто поседела от... да от всего. Хреновый был день, если честно. Ничего, уже почти привыкла. А когда-то была бирюзовая с переливом, все девчонки в Люэри завидовали.       - Ого.       - Зато теперь я незаметная, можно прокрадываться и тыр... одалживать в шутку чьи-то вещи.       - Да, это очень удобно, - одобрительно кивнула Эстель.       - Я никогда так не делала. И точно никогда не воровала коня у кара-такской мафии.       Эстель с уважением посмотрела на йокли.       - Я уверена, что вы найдёте свой смысл. Интересно, какой у меня? Наверное битва.       - Если ты не уверена, то, может, ещё его не нашла? Йоки начинают искать ка-зу в одиннадцать и обычно успевают много чего перепробовать, поэтому мы часто мастера на все руки. Это Каспар у нас уникум - с шести лет в море выходит. А я вот, например, и алхимичить умею, - на этих словах у неё что-то взорвалось в котле и пришлось потратить несколько минут на устранение последствий аварии.       - Да, я много чего умею, - задумалась монахиня, помешивая зелье. - И почти всё из этого мне нравится. Буду искать дальше.       Первая ночь на "Гиперионе" прошла спокойно. Тихо плескалась вода, за иллюминаторами стелился густой туман. А на утро рассеялся, несмотря на сплошную облачность хорошо просматривалось и море и приближающийся изогнутый внутрь берег небольшого островка.       - Эй, засони! Чуть землю не прозевали! - радостно крикнула, съезжая по мачте, Эйрея и промчалась мимо толпящихся на палубе пассажиров к стоящему за штурвалом брату. Тимей проводил её заспанным взглядом. Он всю ночь истязал лютню. Прямо на палубе. Его рукам пришлось нелегко. Это и называется "бардовское вдохновение".       - Земля... - Эстель вспрыгнула на бортик. - Капитан, а что это за остров?       Каспар повернул голову чтобы ответить, но берег вдруг резко отодвинулся, несущиеся по небу тучи тоже скакнули назад и Эйрея вновь оказалась на грот-трюм-рее. Всё это сопровождалось громким щелчком, с каким обычно переводят часы.