52 Hz

На следующий день, ещё до восхода солнца, они выдвинулись в сторону хранилища оружия. Маска привычно заняла своё место на лице Райли, будто приклеенная на супер клей. Однако за утренним перекусом он, сидя прямо перед Соупом, снова подкатал её до носа, чтобы поесть. Он же сейчас, наверное, находится в какой-то симуляции, да? Будто вокруг Матрица и стоит только кому-то вытащить пресловутый штырь из мозга Соупа — и он мигом очнётся, верно? Райли ел аккуратно и быстро, не обращая внимания на ошалелый взгляд Джона, первым встал из-за стола, убрал за собой и, поднимаясь наверх, сказал: — Жуй быстрее. Нужно выйти не позже, чем через десять минут. Соуп опустил глаза на свою тарелку и со стыдом заметил, что вообще не притронулся к еде. Чертыхнувшись, Джон быстро запихал всё внутрь, запил недочаем и двинулся наверх, собираться. До нужного места они дошли быстро. Устроив лежанку под раскидистым деревом, они достали бинокли и стали внимательно просматривать окружение. Солнце ещё не взошло полностью, слегка освещая первым лучом туманную полоску горизонта. В воздухе пахло смолой и свежестью. От лёгкого прохладного ветра над их головами едва слышно шелестели кроны деревьев. Где-то в глубине леса глухо ухнула возвращающаяся с охоты сова. Соуп слегка подмёрз и подполз ближе к Райли, чтобы совсем не окоченеть, прижавшись боком и ощущая приятное тепло, распространяющееся по телу. — Смотри, там есть брешь, — Соуп указал Гоусту на возможную точку входа. — И не надо ломать голову. Видимо, сами охранники часто удирают через неё. — Джон подкрутил окуляры, приблизив картинку. — О-о, да там и камеры нет, ты только погляди, элти! Нашли себе слепую зону для удобства, идиоты. И нам меньше геморроя… Он вглядывался дальше, пытаясь найти возможные точки для закладывания зарядных устройств. — Смотри: чуть дальше красной двери есть небольшое углубление — туда можно будет заложить ещё один заряд, а правее, у окна, — выемка. В целом, с этой стороны здания проблем возникнуть не должно: стены не бетонные, это просто штукатурка, вон там из-под неё видно кирпичи, так что заряда нам хватит с лихвой. МакТавиш нетерпеливо заёрзал, представляя, как сможет нажать на кнопку и превратить всё это в красивый искрящийся фейерверк. От предвкушения будущего взрыва он сам не заметил, как от воодушевления сжал руку на чужой конечности. — Джонни, мне ещё нужна эта рука. — Что? Оторвавшись от бинокля, он непонимающе посмотрел в глаза Гоуста, тот медленно перевёл взгляд на место прикосновения. — Ой… Примите мои глубочайшие извинения, лейтенант Райли, сэр-р-р, — поспешно убрав руку, Соуп улыбнулся краешком губ и протянул букву «р» с лёгкой рычащей ноткой, и услышал лёгкий хмык Гоуста в ответ на своё нечаянное поползновение в сторону его неприкасаемой тушки. Настроив дальность, Райли снова приложил бинокль к глазам, выискивая уязвимые точки: — Место у лестницы, чуть дальше угла. Видишь? Джон тоже посмотрел туда и согласно промычал: — Здесь можно будет положить больше взрывчатки и не тратить время на угол… Время незаметно пролетело до вечера. Они осторожно обошли периметр, тщательно проверяя, всё ли совпало с предоставленными разведкой данными, сопоставили графики дежурств, количество лиц, выходящих и входящих внутрь здания — неожиданности были им совершенно ни к чему. Под прикрытием МакТавиша, Гоуст проник на склад, кое-что подкрутив в системе вражеской видеосвязи, чтобы впоследствии облегчить себе жизнь. Убедившись в правильной работе жучка, они двинулись обратно к домику. Уже переодевшись и без сил сидя за столом, Соуп вновь потягивал бурду, гордо именуемую чаем и наблюдал, как Гоуст чистит свои ножи — зажмурившись на один глаз, оценивает остроту лезвия, точит и проверяет баланс. Опершись обоими локтями на поверхность стола, Джон положил голову на ладони и смешно хмурился, покусывая нижнюю губу: кое-что не давало ему покоя. — Ты заменил тот нож? Райли, не поднимая головы, покачал головой. — Почему? — Не было времени. Позже этим займусь. Того количества, которое есть сейчас, мне вполне хватает. Соуп подметил, что клинки Райли все как один были с тёмными матовыми лезвиями. Они хорошо сочетались с общим видом и великолепно подходили для мрачного антуража лейтенанта, но, возможно, всё было не так просто, как казалось на первый взгляд. У Джона были кое-какие предположения, и ему хотелось в них убедиться. — Матовые, чтобы не бликовали? Райли вскинул голову и удивлённо поднял светлую бровь: — Верно. — Они все одной марки? Откуда они у тебя? Гоуст немного помолчал, видимо прикидывая, стоит ли вообще Соупу знать такую информацию, но плещущийся внутри синих глаз искренний интерес и забавное выражение лица сержанта подтолкнули его к тому, чтобы ответить: — Нет. Все разные. — Он точными движениями затачивал клинок. — В основном я забирал понравившиеся у убитых врагов как трофей. Зверь припал на брюхо, восхищённо поскуливая и размашисто виляя хвостом, и Соуп не мог не разделять его эмоции. Он не раз становился зрителем хладнокровных убийств с непосредственным участием этих ножей, но никогда ещё Гоуст не забирал у убитых ничего из холодного оружия. — За всё время, пока мы были на заданиях, ни разу не видел, чтобы ты прихватил хоть один клинок. — Не было стоящих ножей. Гоуст прекратил затачивать нож, и, приподняв его на уровень глаз, начал рассматривать, разглядывая кромку лезвия. Соуп не мог заставить себя оторваться, жадно поедая лейтенанта взглядом. — Этот был у одного из террористов, в плен к которым я попал ещё в самом начале службы в армии. В Афганистане всегда было неспокойно, а то, что тогда творилось — и забыть не получится. — Глаза и тон лейтенанта заледенели. — Один из палачей любил поигрывать им перед моим лицом в жалкой попытке нагнать страх. Придурок, — он невесело хмыкнул. — Даже не знал, как с ним правильно обращаться. Позже, впрочем, узнал — на собственной шкуре. Гоуст никогда никому и ничего о себе не рассказывал, ни одной буквы или звука. Соуп вначале подумал, что ему послышалось и это выверты его припизднутого сознания, додумывающего происходящее, но рассказ лейтенанта вымыслом не был. Поэтому, не желая упустить и крупицу сказанного, Соуп весь обратился в слух. Невольно облизнув губы, Джон нетерпеливо заёрзал на месте, ощущая, как кровь быстрее потекла по венам, разогреваясь от вида мелькающих перед глазами картин того, как именно Райли забрал нож. — Какие-то ещё критерии к клинкам, помимо дресс-кода и ублюдской душевной начинки первого владельца, которую непосредственно нужно выпотрошить, для входа на вечеринку имеются? — Нет. Райли отложил наточенный клинок в сторону и взялся за другой, повторяя процедуру. Соуп откинулся на спинку стула, слегка покачиваясь на нём, а потом, остановившись, вдруг спросил: — А можно потрогать? Ножи Гоуста выглядели очень строгими и красивыми, лежа перед ним, и сами просились в руки, испытывая на прочность сержантское терпение. — У тебя в руках всё горит и взрывается, Джонни, — Райли посмотрел на него со смешинками в глазах. — Не знаю, о чём мне нужно будет переживать в первую очередь: что ты зарежешься или что-то случится с ножом. — Ой, да вы только послушайте! — Джон возмутился, тыча в него пальцем. — Я взрываю и ломаю, вообще-то, просто великолепно! И делаю это выборочно, а не постоянно! Вне миссий в моих руках всё остаётся целым и невредимым — тебе ли не знать? — Именно мои знания диктуют мне остерегаться того, что может произойти. Гоуст уже открыто насмехался над Соупом. — Ты сейчас улыбаешься, да? — Никак нет. — Не пизди. Я точно знаю, что ты сейчас улыбаешься, элти! Соуп придвинулся ближе, и заискивающе уставился в скептически смотрящие глаза напротив: — Клятвенно обещаю не причинять тебе смерть по неосторожности. — Ты бы не смог, даже при всём желании, Джонни. — Меньше слов — больше дела! Ты не сможешь вечно меня забалтывать. Так можно или нет? Гоуст долго раздумывал, пристально вглядываясь в него, прежде чем, сокрушённо вздохнув, потянулся за одним из ножей. Только после того, как ещё раз что-то прикинул, протянул его рукояткой вперёд: — Он сейчас слегка затуплен. Я надеюсь, что им ты причинить себе вред не сможешь. — Клянусь, что замышляю только шалость. Радостно улыбнувшись, Соуп принялся перекладывать нож из руки в руку, примеряясь и взвешивая. Пару раз взмахнул им так, как видел, делает Райли. С восхищением ребёнка, получившего навороченную игрушку на день рождения, Джон поднялся с места и начал пробовать изобразить те приёмы, которыми при нём пользовался лейтенант. — Он очень удобный! Остановившись, Соуп посмотрел на скрестившего руки на груди Гоуста, наблюдавшего за ним, как за неразумным карапузом в песочнице. — В этом и весь смысл. Джон начал показушно подбрасывать нож в воздух, ловя его в полёте: — Как тебе шоу? — Не играй с ним. — Ты сказал, он тупой! — Немного туповат из вас двоих ты, Джонни. А лезвие ножа — слегка затуплено. — Ты меня совсем не ценишь, элти. Я ведь могу обидеться и уйти к другому лейтенанту. Не успел Гоуст ничего ответить, как отвлекшийся на разговор Джон, не уследив за траекторией ножа, схватился за лезвие, вместо рукоятки, и зашипел, отдёргивая руку. Резко поднявшись с места Райли подошёл к нему и, дёрнув его руку на себя, раскрыл ладонь, внимательно осматривая: кровь быстро собиралась на коже и стекала каплями на пол. — Не такой уж и тупой, оказывается… Соуп тихо засмеялся, пытаясь сбавить градус напряжения, резко скакнувший в комнате. Райли уже откровенно злым взглядом пригвоздил его к месту. — Ой, прошу прощения. Затупленный. Гоуст отпустил его руку, повернулся, зашагал к лестнице и, поднимаясь по ней, рыкнул: — Сядь на стул и не рыпайся. Я принесу аптечку. Проводив его удивлённым взглядом, Соуп посмотрел вниз — на накапавшую на пол кровь и сиротливо лежащий на нём клинок. Подняв бедолагу, позабытого собственным хозяином, он сел на стул, сжимая его в другой руке и разглядывая. Несмотря на пульсирующую боль в пальцах, которую оставил ему этот нож, Соупу он понравился. Как и все другие ножи, он был под стать лейтенанту: зазевайся хоть на мгновение — и получишь незамедлительный удар. Немного огорчал тот момент, что из-за его медлительности из коллекции Гоуста исчез один экземпляр. Райли перемещался бесшумно, поэтому отвлёкся от мыслей Соуп только тогда, когда на поверхность стола с глухим стуком приземлилась аптечка. — Вытяни руку и разожми. Джон сделал, как ему велено, и, подтащив второй стул ближе, Райли опустился напротив. Подтянув к себе ладонь Соупа, начал обрабатывать рану, очищая от начавшей засыхать крови и аккуратно заматывая бинтом. — Порез неглубокий. Заживёт быстро. Закончив, Гоуст критически оглядел свою работу и вынес вердикт: — Больше никогда не касайся моих ножей. — Почему?! — Чтобы в следующий раз ты случайно не перерезал себе горло, Джонни? Как тебе такой вариант? — Такое бы со мной точно не случилось. Вставая со своего места, лейтенант покачал головой, разом пресекая все возможные возражения: — Этот случай показывает, что вероятность не может равняться нулю. Отнеси аптечку обратно в санузел. Мне нужно подчистить следы. — Говоришь так, будто труп здесь расчленил. — Я был близок. Демонстративно закатив глаза, Джон захватил аптечку и поплёлся наверх. Перед тем как покинуть ванную, Соуп посмотрел на себя в зеркало. На удивление, вид у него был вполне себе счастливый и довольный. Если не брать в расчёт некую… криворукость, — тварь насмешливо фыркнула, зализывая повреждённую конечность. Нельзя быть идеальным во всём, — отмахнувшись от лохматого, Соуп поплёлся вниз. К тому моменту, как он спустился обратно, в комнате уже было чисто, а Гоуст снова сидел и точил новый нож. Проходя мимо него к плите, Соуп всей шкурой ощутил на себе его внимательный взгляд. — Да не буду я их трогать, просто пошёл налить чай. Гоуст скептически хмыкнул, и ощущение слежки исчезло. — Это нельзя считать чаем, Джонни. — За неимением иного — придётся. Ты будешь? — Да. Закатив глаза и фыркнув, Соуп стал ждать, пока закипит вода. Странный он какой-то: ни во что не ставит этот продукт чайной жизнедеятельности какой-то индийской фабрики, но выпить — не прочь. Повторив вчерашний ритуал, Соуп разлил кипяток по кружкам, разложил в них пакетики и поставил одну рядом с Гоустом, проходя к дивану и не желая отвлекать его от несомненно важного занятия. Листая канал за каналом, Соуп наткнулся на какой-то новенький сериал, в котором здоровенный мужик в маске преследовал расфуфыренную девку, а та, флиртуя и истекая всевозможными жидкостями, почему-то строила из себя недотрогу. — Ну и нахуя ты это сказала? Скажи уже, что он тебе тоже нравится, и поебитесь в конце концов! — возмущённо шипел Соуп, искренне не понимая действий телевизионной дамочки. Сбоку под чужим весом продавился диван. Джон вздрогнул — он снова не заметил, как Гоуст оказался рядом. — Ну нахуя всё усложнять, скажи мне? — его праведный гнев теперь был направлен в сторону Райли, который насмешливо фыркнул: — Это же сериалы, Соуп. Из-за чего ты так переживаешь? — Они создают проблемы на ровном месте! Она нравится ему, но эта дура думает, что он просто решил её завалить в койку; и он нравится ей, но этот кретин свято верит, что ей по душе её лучший друг и продолжает следовать за ней по пятам! Не проще просто взять и поебаться? — Иногда кто-то должен сделать первый шаг, — Райли повёл плечом, будто объясняя несмышлёнышу само собой разумеющееся. — А если этого не сделает никто? — То, скорее всего, они затрахают друг друга без проникновения, просто в мозг, и разойдутся страдать по разные стороны. Соуп удивлённо на него взглянул: — А ты, оказывается, знаток отношений. — Не неси чепуху. Это просто логичное окончание. — Или он может из ревности угандошить и бабу, и её лучшего друга. — Как вариант. А в конце — пустить себе пулю в лоб. — Согласен. На такое я бы посмотрел, — он чокнулся своей кружкой о ту, что держал в руках Райли, и сделал глоток. Хотя бы в этот раз чай не успел окончательно остыть. На следующий день, дождавшись вечера и прихватив взрывчатку, они вновь двинулись в сторону складов. Ранее Соуп уже выступал в качестве координатора для Гоуста, когда направлял его движения, в этот же раз его глазами был Райли. Предварительно связавшись с Кейт Ласвэлл, их координатором, подтвердившим начало операции, они приступили к заданию — Гоуст со снайперской винтовкой и планшетом залёг на возвышенности, а Соуп со взрывчаткой осторожно спустился к бреши, готовясь к минированию. Гоуст внимательно следил за его передвижениями, мониторя обстановку на складе через видеокамеры, к которым он вчера подключился. Его слегка хриплый, рычащий голос плавно звучал в наушнике Соупа, направляя и давая полное ощущение защищённости. Тварь внутри нежилась в отзвуках тихих команд лейтенанта, а Соуп всё не мог понять, почему он сам постепенно начал получать странное удовольствие, выполняя их: настороженно замирая на месте, а потом мигом перемещаясь от точки к точке, полностью отдавая свою безопасность и жизнь человеку, который неотрывно следил за ним через прицел снайперской винтовки. Рехнуться можно, но ему нравилось. Когда все заряды были полностью заложены, Соуп так же тихо покинул территорию и помчался к лейтенанту. В крови бурлил адреналин. Он горел изнутри и хотел, чтобы также ярко полыхало вокруг. Хотел показать Гоусту, как же это бывает завораживающе — когда всё вокруг превращается в контролируемый тобой хаос. Джон желал дать Райли погреться у этого огня, показать ему, как у него самого всё горит от радости при успешно завершённых миссиях. Ведь Гоуст показал МакТавишу частичку того, что ранее было скрыто за десятью замками, и теперь Соупу хотелось сделать в ответ нечто подобное — дать окунуться в то, что он сам испытывает в самые любимые мгновения — в ослепляющий невероятной мощью миг управляемого взрыва. Поэтому, когда Соуп вернулся к месту лёжки, где его ждал лейтенант, он весело улыбнувшись сказал: — Встань рядом, элти, хочу тебе кое-что показать. Гоуст непонимающе уставился на него. — Давай-давай, торжественно обещаю показать достойное шоу. — Это не первый твой подрыв. — Да, но это первый раз, когда ты рядом со мной. — Соуп с ожиданием во взгляде повернул голову в его сторону и нетерпеливо покрутил в руках устройство дистанционного управления. Райли удивленно поднял брови, вставая бок о бок с шотландцем. — Ты удостоил меня большой чести. Соуп радостно пихнул его локтем в бок: — Устроим большой взрыв? — Всё в твоих руках, — Гоуст разрешающе кивнул в ту сторону, где стояло пока ещё целое здание. — Тогда смотри внимательно, — Соуп улыбнулся ему и отвернулся, сосредоточенно глядя вперёд. Хоть этот взрыв и был очередным из многих в его послужном списке, но было волнительно — сейчас рядом с ним стоял Гоуст. Нельзя было ударить в грязь лицом, нельзя было сесть жопой в лужу и ещё много разных «не» — это шоу просто обязано выйти на десять сдержанных похвал лейтенанта из десяти, потому что, расхвалив своё мастерство до небес, после этого выдать слабый пук вместо хорошей встряски — это стало бы мощнейшим ударом по гордости Соупа. Украдкой скрестив пальцы на удачу, Соуп краем глаза уловил, что Райли смотрит на склад. Джон невольно втянул воздух поглубже, нажал на кнопку — и… в следующую секунду мир вздохнул — а потом взорвался. Сначала была вспышка — глухая, насыщенная, цвета расплавленного в старой домне металла. На мгновение всё будто застыло, словно время остановилось, замедлив бесконечный бег, а затем склад, стоявший вдалеке, вспучился изнутри — словно кто-то вгрызся в его сердце и дёрнул наружу, вывернув наизнанку рёбра и требуху. Огненная волна рванулась в небо, окрашивая низкие облака в медный и алый цвета запекшейся крови. Даже несмотря на большое расстояние от места взрыва, на котором они находились, ударная волна докатилась до них — мягко, но ощутимо качнув потеплевший воздух и лизнув лицо. Волосы на затылке зашевелились, и Соуп невольно вздрогнул от едва заметного толчка. Следом раздался второй хлопок и послышался низкий стон, будто кто-то ударил по груди великана невидимым молотом, выбивая последний вздох. Затем ещё один взрыв и ещё: снаряды внутри склада взрывались цепью, далеко разбрасывая пылающие обломки по округе. Несколько больших кусков крыши взлетели в воздух и тяжело обрушились вниз, будто в замедленной съёмке фильма-катастрофы. Из чёрной пасти склада вырвались языки пламени — красно-оранжевые, яростные, живые. Они жадно облизывали остов здания, выжигая внутри всё, что могло остаться от оружейного рая. И над всей этой красотой быстро поднимался столб дыма — густой, почти чёрный, с прожилками серого и рыжего, словно венозная система на теле титана. Соуп замер, не сводя восхищённых глаз с неистово бушующей стихии. Застыл с пультом в руке, будто мистический дирижёр, вызвавший к жизни оркестр демонов огня. Внутри него полыхало такое же пламя, как и в нескольких километрах от него — яркое и сильное. На лице Джона сияла счастливая улыбка, а сердце стучало в такт звукам взрыва. Он засмеялся, радуясь тому, что всё получилось именно так, как он хотел. Нет — даже лучше! Красота этого зрелища на миг ослепила даже его. Соуп и сам весь был как ёбаный Большой взрыв, породивший всю Галактику, и с радостью готов был поделиться жаркой искрой со стоящим рядом Райли. Соупу безгранично хотелось узнать реакцию лейтенанта на его шоу. Всё ещё улыбаясь, Джон повернулся к нему и наткнулся на нечитаемый взгляд. Свет от танцующих языков пламени красиво мелькал оранжевыми отсветами на белой маске и плясал демоническим огнём в глубине карих глаз. Джон много раз видел их — при разном освещении, с разной дистанции. Но такими они не были никогда. Такого в них не было никогда. Такого, что Соуп был готов умолять его не моргать, чтобы смотреть в них дольше, без сопротивления погружаясь в необъятную глубину. От странных мыслей его отвлёк очередной прогремевший взрыв, заставив вздрогнуть и ошалело заморгать. Облизнув пересохшие губы, Джон спросил, чтобы хоть как-то унять бушующее внутри огненное нечто: — Ты не смотрел? — Смотрел. Пришлось даже зажмуриться, когда стало слишком ярко. — И… как тебе? Красиво? — Очень. — Так, мы молодцы, элти? — Соуп в нетерпении сделал небольшой шаг вперёд, встав вплотную рядом с Гоустом. Зверь нервно стучал хвостом и прижимал уши, ожидая услышать вердикт. Склонив голову на бок, лейтенант поднял руку и прошёлся тяжёлой ладонью по его голове, растрепав и без того испорченную причёску. — Ты молодец, Джонни. Сказать, что в этот момент Соуп охуел, — значит ничего не сказать. Уже второй раз Райли касался его таким, почти интимным образом. И уже второй раз умудрился выбить почву из-под ног — Зверь внутри аж пасть приоткрыл, застыв в шоке, в этот раз ему было нечего возразить. Медленно убрав ладонь, Райли окинул его шокированное лицо довольным взглядом и двинулся по направлению к дому, бросив чуть насмешливое: — Идём, Джонни, или тебя оглушило взрывом? Определённо оглушило. Но не так, как предполагал Соуп, должно было. Просто немыслимо. Сбросив охватившее его оцепенение, Соуп помотал головой и двинул вперёд, пытаясь поспеть за необъятными шагами этого великана. — Эй, подожди меня! Куда ты так рванул со своими километровыми ногами? А внизу, у подножья сонных гор, продолжало бушевать разъярённое пламя, разрывая остатки здания и словно пытаясь вырваться за пределы дозволенного и поглотить весь мир. Склад погибал красиво и громко. Даже гордо. Именно так, как и хотел Джон.