Точка отсчёта

      На следующий день Антон вместе Эдом едут в его новую квартиру. Выграновский не преувеличивал, когда сказал, что квартира большая. Она и правда внушительных размеров, особенно потолки, которые невероятной высоты. У Арса дома тоже потолки не низкие, выше, чем в среднестатистических квартирах, но тут они ещё выше. Шаст всё детство прожил в старой хрущевке, где, с его ростом, ему приходилось не сладко. От головы до потолка влезало полторы ладони, и вечно приходилось нагибаться, чтобы пройти в дверной проём, поэтому тут для него более, чем комфортно. Здесь вообще нет как таковых дверей кроме входной и ванную. Вход в жилые комнаты сделан мини-коридором в форме перевёрнутой на девяносто градусов буквы «П»: образуется небольшой угловой коридор, который не позволяет ни с какого ракурса разглядеть содержимое комнаты, что создает личное пространство, но в то же время нет ограничений в виде дверей. Это очень интересное решение строительства, скорее всего делали перепланировку. Такая квартира точно подходит Выграновскому, который любит всё необычное.       Вещи Эда, которые включали в себя лишь одежду, пару статуэток, гитару и немного техники, они разложили по новым местам буквально за полчаса. Дальше было принято решение пойти в магазин за такой же игровой приставкой как у Шастуна, потому что Выграновский давно задумывался о её покупке. В Америке он жил в общежитии, достаточно хорошим и ухоженном, и он не решался оставлять такую дорогую вещь на целый день с чужими людьми. А тут собственная квартира, где будет только он.        — То есть ты прям сейчас готов её купить? — спрашивает Антон, когда они подходят к магазину.       — Ну да. А что не так?        — Это ж сколько тебе платили в Америке, что ты сейчас снял квартиру за бóльшую сумму, чем рассчитывал, также заплатил за последний месяц и еще, наверное, отдал комиссию риелтору? Сколько у тебя денег?       — Не хорошо считать чужие деньги, Антошка, — подмигивает Эд, — Но да, не жалуюсь. Меня там не обделяли.       Пока они стоят у витрины и разглядывают «Плойку», Антон всерьёз задумывается: может ему устроиться на полноценную работу? Нет, денег ему хватает, но проблема в том, что в основном их ему даёт Арс, своих денег у него не много. А ему тоже хотелось бы просто вот так взять и купить какую-то дорогую вещь, не прося на это деньги у Арса, как у родителя… После подслушанных слов Эда, сказанных Арсу про «папу и сына», Антон теперь думает об этой теме. Раньше его всё устраивало, он вообще этого раньше не замечал, но после того, как посторонний, если его так можно назвать, человек за два два дня обратил на это внимание, значит оно так и есть. А это не прикольная позиция в отношениях, нездоровая… Шаст для себя решает обсудить это с Арсением, послушать, что он думает на этот счёт, а то вдруг его не устраивает практически содержать Антона, но просто он боится сказать, чтобы не обидеть и не дай бог не потерять.       Остаток дня они проводят за игрой в приставку в новой квартире, параллельно выбирая всякие украшения для квартиры на маркетплейсах. Ближе к семи вечера раздаётся звонок в дверь, и пришедший Арсений начинает разглядывать новое место обитания Выграновского. Антон ещё днём написал Попову адрес, чтобы тот приехал посмотреть на квартиру, а заодно забрать их двоих и отвезти: Антона - просто домой, а с Эдом они договорились поездить на мотоцикле, который стоит у дома. После просмотра квартиры, которую Арс оценил: «офигеть она здоровая, круто!», они садятся в машину и едут в сторону их с Шастом дома.        Любовь Эда к мотоциклам появилась еще в подростковом возрасте, когда, гуляя по Москве весной, он увидел открытие сезона мотоциклистов. Они устроили целое шоу с мотопарадом, невероятным трюками, какими-то даже конкурсами и выставкой разных мотоциклов: новых кастомных и совсем старинных раритетных. Выграновский уже был под невероятным впечатлением, но добило его то, что под конец мероприятия мотоциклисты снова проезжали колонной, но уже поменьше, по обоим сторонам дороги зажигались огненные столбы, и водители стянули с себя футболки, оставаясь только в штанах, оголяя накаченные торсы, и при этом все из колонны одновременно встали на заднее колесо и ехали, раскинув руки в стороны под аплодисменты… Это настолько впечатлило и заворожило Выграновского, что с того момента у него пошел «гиперфикс» на всю мото-тему. Он пересмотрел все фильмы с мотоциклами, в одно время дрочил только на порно на мотоцикле, ну и засматривался в соцсетях на накаченных парней в шлемах, которые сексуально танцуют под музыку рядом со своими байками. Но при этом всём, к сожалению, не разу не удалось прокатиться на мотоцикле самому. Он хотел сдать на права на категорию «А», но сначала не было денег на это, потом времени. Да и было страшно на самом деле - столько он видео посмотрел, где мотоциклисты разбиваются насмерть, даже не обязательно по своей вине. Со временем он понял, что ему больше хочется смотреть на этот красивый вайб, чем быть его частью. Но желание покататься пассажиром так и оставалось невыполненным. И сегодня наконец он исполнит мечту.        Они уже подъехали к дому. И правда, Эд теперь относительно недалеко: на машине доехали за десять минут. Попрощавшись со всеми, Антон поднимается в квартиру и начинает готовиться к вечернему онлайн-занятию с шестиклассником Марком, к которому относился без особой симпатии. А в это время Арсений и Эд идут к мотоциклу, который стоял недалеко от подъезда.  Чёрный, отполированный до блеска, массивный корпус «Ямахи» блестит на закатном солнце, отражая оранжевое небо. Красного цвета на мотоцикле совсем немного: тонкая окантовка дисков, логотип на баке и пара полосок на задней подвеске. Эти маленькие детали разбавляли чёрный цвет, придавая мотоциклу утонченность. Как уже было сказано, он частенько залипает на секси-танцы мотоциклистов, и вот, наконец, ему выпала возможность прокатиться с таким сексуальным мотоциклистом, а не просто пускать слюни, глядя в экран.       — Ты же говорил, что никогда не ездил? — Арс протягивает в руки Эду шлем, и получает от него отрицательный ответ. — Тогда сейчас проведу тебе краткую инструкцию. Сидеть будешь вот здесь, — он показывает рукой на сиденье, находящееся сзади и чуть выше водительского, — Ручек для пассажира нет, поэтому будешь держаться за меня.       — А защиту ты мне не дашь?        — У тебя есть шлем, — кивает головой Арс на него.       — А наколенники? Защиту на локти?        — Это не обязательно. Не переживай, ронять я тебя не буду, опыт у меня большой, — улыбается Арс, заводя мотоцикл.       Тишину разрезает низкое рычание мотора. Звук идёт из самой глубины мотоцикла: ровный, густой, иногда слышится лёгкое металлическое позвякивание — короткое и негромкое, так происходит на холостом ходу. Пока двигатель прогревается, ведь он не заводился достаточно долгое время, Арс помогает застегнуть шлем на голове Эда. Блин, лицо Арса так близко. Эд опускает глаза ниже, чтобы не было неловкости, но теперь он смотрит чётко на выступающий рельеф пресса, из-за этого Выграновского начинает бросать в жар, а визор мгновенно запотевает. Блядский Попов. Обязательно было надевать такую тонкую и облегающую футболку? Заметив, что визор покрылся паром, Арс двигает рычажок на шлеме, и через небольшие прорези в шлем начинает поступать воздух. Дальше Арсений сам надевает свой шлем, нажимает на небольшую коробочку сбоку шлема, затем снова поворачивается к Эду и проделывает с его шлемом то же самое.       — Приём, как слышно? — доносится из динамиков внутри шлема.       — Всё отлично, — отвечает Эд и показывает два больших пальца вверх.       — Супер, можем садиться, — Попов перекидывает одну ногу через мотоцикл, усаживаясь на сидение; Эд повторяет за ним. — Объясняю как за меня держаться: не нужно наваливаться спиной на меня, так будет неудобно и тебе и мне. Постарайся придвинуть таз максимально ко мне, — Выграновский выполняет просьбу, — Ногами обхвати мои бедра, руками - талию, да вот так. Держись крепко особенно ногами. Старайся не заваливаться на один бок корпусом, так мне сложно будет нас удержать, но при повороте твой корпус должен быть синхронным с моим. Всё понял?       — Так точно, кэп, — улыбается Эд в предвкушении.       Арс кивает, убирает подножку - металлический щелчок, и мотоцикл чуть приседает, принимая вес двоих. Левой рукой Арс выжимает сцепление. Левая нога бьёт по рычагу вниз. Эд чувствует, как под ним оживает двигатель — ровное, низкое рычание становится глубже, настойчивее, он вцепляется руками сильнее в бока Попова, на что получает: «Эд, расслабься, ты мне сейчас рёбра сломаешь», и Выграновский слушается, чуть ослабляя хватку. Арс плавно отпускает сцепление и одновременно добавляет газа правой рукой. Мотоцикл дёргается и трогается с места. Они выезжают из двора на оживленную дорогу. Арс переключает на вторую передачу — короткое движение левой ногой вверх, снова сцепление, снова газ, — и толчок повторяется, но мягче.       — Я не буду сейчас сильно гонять, дам тебе привыкнуть, — говорит Арсений, перестраиваясь на ряд левее, — Но на МКАДе уж извини, сам Бог велел разогнаться.       — Мы поедем на МКАД? — немного испугано говорит Эд, вжимаясь в Арса сильнее на повороте.       — Ещё раз говорю, не бойся. Мотоцикл для этого и создан, чтобы быстро ездить. Если ты хотел медленно, мог поехать на велосипеде, — смеётся Арс, на что получает тычку пальцем в бок.       Они едут уже на протяжении минут десяти и Эд почти привык к сидению, скорости и манёврам. Арс, как и обещал, не разгоняется в черте города, но у Эда каждый раз сердце замирает, когда они в пробке едут между рядами: ему кажется они что вот-вот собьют чье-то зеркало на машине, но Попов видимо прекрасно чувствует габариты, потому что проезжает между машинами, сильно качаясь из стороны в сторону, уворачиваясь как раз таки от зеркал, даже не притормаживая.       — Готов? — спрашивает Попов, когда они выезжают на МКАД.       — Не очень. На сколько сильно ты будешь гнать? — доносится до Арсовых ушей голос из динамика.       — Думал разогнаться до ста пятидесяти.       — Ептвоюмать, — пробурчал Эд, а потом чуть громче добавил, — Ладно, похуй, поехали.       Для Арсения это был зелёный свет. Трасса распахивается перед ними — почти пустая, шесть полос, уже горят фонари, потому что солнце ушло за горизонт. Пятая передача выжимает двигатель почти до предела, обороты растут, и вибрация становится более ощутимой. Эд сзади сидит тихо, только пальцы сильнее вцепляются в кожанку Попова. Арс выжимает сцепление — коротко, резко. Левая нога бьёт по рычагу вверх. Эд зажмуривается и опускает голову. Шестая. Когда Арсений отпускает сцепление и снова открывает газ, мотоцикл будто проваливается на секунду в тишину, а потом выстреливает вперёд с новой силой. Обороты падают, становятся глубже, но скорость продолжает расти — ровно, без надрыва, как будто двигатель наконец вышел на свой настоящий ритм. Ветер превращается в сплошную стену. Шум в ушах перекрывает всё, кроме низкого, ровного гудения под седлом.        Эд открывает глаза, поворачивает голову вбок: всё вокруг проносится с такой скоростью, что почти ничего не видно. Тут явно не сто пятьдесят…  Арс продолжает держать такую скорость, изредка петляя по трассе, объезжая машины. Выграновский чуть расслабляется, привыкая к такому темпу движения, выпрямляется и начинает реально кайфовать. Он чуть высовывает голову вбок, чтобы посмотреть вперед и он в шоке от скорости. Но почему-то сейчас спокойно, уже не страшно. Он доверяет Арсу, видно, что тот профессионал, знает, что делает. Эд ему доверяет. И только сейчас понимает, что всё это время он держится за наряженный пресс Арса. Из-за адреналина и желания выжить ему было как-то не до таких мыслей. А сейчас пришло осознание, что он прижимается своим пахом к попе Арса, что его руки лежат на его прессе, они едут по шоссе с огромной скоростью, жизнь Эда, считай, находится в руках Попова… Это всё так завораживает, от этого захватывает дух, от этого приходит… боже, только не это. Только не возбуждение сейчас. Выграновский ловит себя на том, что уже какое-то время немного оглаживает чужой пресс. Он быстро прекращает это дело, вцепившись в куртку Арса, но уже было поздно. Возбуждение наступало, причем с такой скоростью, что Эду пришлось отодвинуться бедрами назад.       — Эд, я просил тебя не наваливаться, придвинься ко мне, — Выграновский чуть двигается вперед, — Ещё, Эд, прижмись.       Эду ничего не остаётся, как прижаться, закрыть глаза и сгорать со стыда, потому что в поясницу Попову упирается стояк. Чёрт.       — Ого, это что такое? — немного поворачивает голову в бок Арсений, слегка удивленно усмехается, чуть сбавляя скорость.       — Прости, Арс, это адреналин… Но мне уже не страшно, всё ок. Можешь ехать с той же скоростью. Просто постарайся не обращать на это внимания… — дико смущенный Эд поворачивает голову в сторону и наслаждается поездкой, стараясь унять напряжение в штанах.       И как назло перед глазами картина его пресса, его рук, его груди… Хватит, хватит, хватит! Нужно представить что неприятное. Дохлая птица. Кишки. Вспоротый живот. Живот. Пресс. Руки Эда на прессе Арса. Чёрт! Когда уже эта поездка закончится?       — Сколько мы будем ещё кататься?       — Сколько скажешь. Уже надоело?       — Нет, это невероятно круто! Но я уже немного устал. Яркое впечатление выматывает. Давай ближе к дому двигаться?       Арсений кивает после чего постепенно перестраивается вправо, чтобы съехать с трассы, они оказывается проехали за это время уже почти весь круг МКАДа!        Эд старается дышать как можно глубже, успокаиваясь. Скорее всего у него просто давно не было секса, вот и причина его столь сильного желания чужого парня. Решено, сейчас он приедет домой, переоденется и поедет в клуб, чтобы удовлетворить своё возбуждение. Стояк постепенно уходит, скорость снижается, шум трассы сменяется почти тишиной городской дороги. Спустя время они подъезжают к дому Эда, он слезает с мотоцикла, снимает шлем, протягивая его Арсу.       — А сколько ты ехал? Не сто пятьдесят ведь? — спрашивает Эд, укладывая руками растрепавшиеся волосы.       — Поначалу было столько, но потом мне показалось мало, и я разогнался примерно до ста девяноста.       — Сколько блять!?       — Ну всё же хорошо, — улыбается Арсений, — Тебе ведь понравилось?       — Понравилось, конечно. Слава богу мы остались живы. — в ответ на это Попов смеётся, — А тебе штрафы не придут? Там же камер понатыкано…       — Может один-два за камеры, которые в спину. Остальные в лицо «стреляют», там номера нет.       — Ну ты ебанутый, конечно, — по-доброму улыбается Выграновский. — Ладно, спасибо за вечер, точнее почти ночь, мне реально очень понравилось. Я бы покатался так ещё раз! И ты прости за…       — Не переживай, всё нормально, — перебил его Арс, понимая, что тот хочет сказать. — Да, давай как-нибудь ещё прокатимся. Хорошей ночи, Эд!       — И тебе, Арс! — улыбается Эд, глядя, как Попов уезжает за угол дома, скрываясь из поля зрения.       Поднявшись на свой этаж, Эд идёт в душ, потом переодевается, прихорашивается, вызывает такси и едет в хороший, судя по оценкам на карте, клуб. Эд очень надеется, что сегодня он кого-нибудь склеит, потрахается, и его отпустит, он очень хочет, чтобы его отпустило! Он не хочет больше хотеть Арса.        В клубе обычная атмосфера: людно, душно, жарко, пахнет женскими духами и веселящими шариками, играет громкая музыка и мигает фиолетовый свет.       Он подходит к бару и заказывает себе какой-то коктейль, параллельно высматривая себе пассию на сегодняшний вечер. Быть бисексуалом очень удобно - выбор в два раза больше, поэтому он присматривается ко всем людям.        Спустя несколько минут он замечает в толпе парня, достаточно манерного для натурала, но также ему понравилась одна девчонка, которая отплясывала под музыку, выделяясь из массы. Но всё же его выбор пал на парня, потому что именно парня хотел его организм, раз он так активно реагирует на Арса.       Через время этот самый парень, которого к стати зовут Илья, уже пил коктейль, купленный Эдом, и прижимался к нему спиной, намекая, что он не против уехать отсюда.        — Только я в уборную зайду, подождешь меня? — пьяно говорит Илья на ухо Эду, стараясь перекричать музыку.       — Конечно подожду, только давай не долго, — шлёпает он ему по заднице, подталкивая в сторону туалета.        Пока его новоиспечённый «друг» отлучается, Выграновский продолжает наблюдать за той девчонкой, что так вызывающе оттопыривала попу, привлекая мужское внимание. Она заметила его пронзающий взгляд и подошла сама.       — Привет, красавчик! — она еле стоит на ногах.       — Ну привет, танцовщица! — он улыбается лучезарно, придерживая это пьяное тело.       — Тебе тут не скучно?        — Да вроде весело. А что ты хочешь предложить?       — Ну например забрать отсюда меня и увезти к себе домой. Как тебе предложение?        — Предложение заманчивое. А ты не боишься, вдруг я маньяк?       — Маньяки не бьют тату на лице, так их будет легко вычислить, — она уже прижалась к Эду, пытаясь медленно и сексуально расстегнуть пуговицу его рубашки.       — Зовут то хоть тебя как, знающая всё про маньяков?       — Диана.       — Очень приятно, я Эд, — он видит, как из туалета выходит Илья, — Диан, только есть небольшая проблемка. Мы поедем ко мне не вдвоем. — Илья подходит к ним и удивленно смотрит на обжимающуюся пару.       — Илюш, знакомься - Диана. Она поедет с нами, ты не против?       — Ну ладно, — немного сомневается Илья, но потом подумав, соглашается.       Доехав до дома на такси, три пьяных тела заваливаются в квартиру, сразу направляясь в спальню. В комнате полумрак, свет доносится только из окна - сегодня на небе необычно большая и яркая луна. Все трое падают на кровать, начиная друг друга раздевать. Эд снимает короткое платье с Дианы, припадая к её шее поцелуями, в это же время Илья снимает с Выграновского штаны. Тот переключается на парня, притягивая его голову для поцелуя, проталкивая свой язык в чужой рот. Отлипнув друг от друга, Эд толкает Диану, уже снявшую с себя лифчик с трусами, на подушку. Оба парня припадают к её груди, начиная облизывать каждый из сосков, пока девушка наслаждается ласками. Рука Эда опускается ниже, его пальцы проходятся по половым губам, после чего проникают внутрь. Илья проделывает то же самое, только с другим отверстием, предварительно смоченными в слюне пальцами. Они растягивают её на протяжении нескольких минут, при этом иногда массируя возбужденный клитор. После долгой соблазнительной растяжки обоих мест проникновения, Диана садится на колени и по очереди начинает брать оба члена в рот, посасывая каждый полминуты.  Спустя время, Выграновский ложится на спину, теперь его член во рту у Ильи, а Диана садится сверху ему на лицо. Эд начинает активно двигать языком, стимулируя клитор, слыша сверху громкие стоны. Пока Илья сосёт Эду, он сам себя растягивает со смазкой, которую ему дал Выграновский. Закончив с растяжкой, он надевает на чужой член презерватив, смазывает его и медленно начинает опускаться. Привыкнув, начинает активно двигаться вверх-вниз, задевая при этом простату. Диана продолжает наслаждаться ласками языком, чувствуя, как её ягодицы крепко сжимают по ходу движений Ильи. Она притягивает его к себе, начиная смачно и мокро целовать его, пока его руки сжимают её грудь. Ещё несколько минут они проводят в такой позе, после чего Илья поднимается с члена, начиная растягивать Выграновского. Через время девушка встает в коленно-локтевую позу, сильно выгибая поясницу, сзади к ней пристраивается Эд, а сзади него Илья, проникая в него, конечно же в презервативе. В этой позе в целом можно двигаться только Эду, ведь в какую сторону он не двинется, везде происходит стимуляция. Он начинает громко стонать, возбуждение растёт от осознания, что сейчас происходит. Через пару минут Выграновский снова ложится на спину, сверху спиной на него ложится Диана, Эд проникает членом в её сфинктер и начинает двигаться а ней, подбрасывая свои бедра вверх, а перед ними на колени встает Илья, вставляя свой член в другое свободное отверстие. Они начинают трахать её вместе, в комнате очень душно и пахнет сексом, а ещё раздаются стоны трёх человек. Эд целует Диану в шею, Илья перебирает одной рукой её сосок, второй рукой дрочит ей, при этом двигаясь внутри. От стимуляций трёх (если считать ещё соски, то четырёх) мест, к девушке приходит оргазм: яркий, долгий и громкий. Парни вдавлбливаются ещё пару десятков секунд, после чего тоже кончают почти одновременно.       Без сил все трое заваливаются на кровать и засыпают вымотанные алкоголем и страстным сексом. В душ никто не идет, на это нет сил, силы были только на то, чтобы снять презервативы и выкинуть их на пол.       На утро первой просыпается Диана, сначала пугаясь чужой незнакомой комнаты, затем и двух парней по обе стороны от неё. Потом постепенно память возвращается к ней, она встает с кровати, выходит в коридор в поисках ванной, и залезает под душ, сгорая со стыда, полностью вспомнив прошедшую ночь.       Вторым просыпается Илья, оглядевшись по сторонам, он замечает спящего Эда и начинает его будить.       — Просыпайся. Эд вроде? Эд, вставай!       — Ммм, — протирает глаза хозяин квартиры, — Что ты от меня хочешь?       — Мы с тобой переспали? — испуганно говорит парень.       — И не мы одни, — улыбается Эд, вспоминая времяпрепровождение на этой кровати, — Ты не помнишь?       — Не особо…       — Она наверное в душе, ну или сбежала уже.       Илья сидит на кровати, пытаясь вспомнить, что вчера произошло, но думать очень сложно, когда во рту пустыня. Да и во всём теле сильное обезвоживание. Всё, хватит бухать! Выйдя в коридор, он сталкивается с Дианой, и даже вроде начинает что-то вспоминать.       Эд лежит в кровати, краем уха слушая их разговоры, и вспоминает свой сон: мотоцикл, голый пресс, его губы, его руки по телу и в волосах Эда, его мягкая гладкая мокрая головка…       Не отпустило. Блять.