Точка отсчёта

      На улице стоит теплый май, всё вокруг расцветает, поют птицы, а заходящее за горизонт солнце освещает улицу темно-оранжевый светом с оттенками розового, и отражается в лужах, появившихся после утреннего дождя. По этой улице идут два молодых человека с пакетами продуктов в руках и обсуждают вчерашний просмотренный фильм в кинотеатре.       — Я тебе говорю, Арс, это было капец как неожиданно! Ой! — от взмаха руки, в порыве эмоций, Антон чуть не роняет пакет. — Никто такого поворота событий не ожидал, ты вообще слышал, как весь зал охнул?       — Да нет же! Его поступок был абсолютно очевиден. Я с самого начала понял, какой он человек, и что эта бедная женщина тут вообще не при чем! Она была жертвой, а не монстром, это было видно сразу…       — Арсюш, — после небольшой паузы жалостливые глаза смотрят, как тот пытается достать одной рукой ключи из кармана. — Ты же не абьюзер?        Устав, смотреть, как тот мучается, Антон берет из его руки пакет, и после успешно открытой двери подъезда, заходят внутрь и вызывают лифт.        — Ты сейчас серьезно? - уже в лифте усмехается Попов. — То есть за полгода не понял, что я и пальцем тебя не трону?       — Ну та женщина, все время забываю как её зовут, тоже не сразу поняла! — закрывая дверь в квартиру и снимая обувь кричит в след уходящему на кухню Арсению. Взяв оставшиеся пакеты, Шастун тоже следует раскладывать продукты.       — Тош, успокойся, нет я не абьюзер, - целует в щеку. — Я никогда так не поступлю с тобой, — целует в другую. — И вообще, я очень тебя люблю, — целует в губы, только уже дольше и более чувственно.       — Ладно, убедил. Можно я прилягу на диван? Ты же всё приготовишь? — снова «щенячьи глазки». — Я та-а-ак устал…       — Так и быть, приготовлю, иди отдыхай.       Радостный Антон скачет к дивану, за что получает шлепок по попе и претензию «Ты же устал? Сейчас сам пойдешь готовить!», после чего ложится на диван, изображая «дохлую лошадь», как выразился Арсений. Пока он кашеварит, можно позалипать в телефон. После просмотра километровой ленты в соцсети, Антону приходит сообщение, от которого настроение поднялось, как и он сам на диване: подскочил и сел обратно, не веря прочитанному тексту.       — Прикинь! Эд приезжает завтра!       — Это тот друг, про которого ты рассказывал?        — Да! Сколько мы не виделись? Месяцев десять? Год? Охуеть!        Да, Антон рассказывал Арсению про некого Эда - его лучшего друга. На сколько он помнит, они с Шастом подружились еще в школе, только Эд был старше на пару лет, дружили до выпуска, были вообще не разлей вода, потом даже пошли в один институт, но на разные факультеты: Антон на лингвистический, а Эд на музыкальный. А дальше судьба разлучила их, Эду пришлось уехать на стажировку в другую страну. Антон собирался поехать с ним, мол тоже потренируется в языках, но что-то там не получилось, и Выграновский уехал один. Конечно они переписывались, но не так часто, как хотелось бы. Шастун много раз упоминал друга в контексте «Вот он приедет, пойдем все вместе в кино на этот фильм», «Когда Эд вернётся, давайте съездим на природу» и всё в таком духе. Зная, как его парень скучает по своему другу, Арсений конечно был рад, что в жизни Антона снова будет его близкий человек, но также он понимал, что возникнут и некоторые проблемы, с делением времени Антона, и например где Эд будет жить, потому что настолько Арс помнит, он не из Москвы. Арсений надеется, что Антон не…       — Можно он пока с нами поживёт?       Вот этого Арс и боялся. Не то, что он против друзей Шаста у себя в квартире, просто не хочется, чтобы он тут жил. Одно дело в гости прийти, другое уже остаться… Он Антона то со скрипящим сердцем принял в своей квартире, потому что сам он до безумия брезгливый и любящий порядок, а Шастун - полная противоположность: вечно раскиданные вещи, немытая посуда, фантики от конфет во всех комнатах… Но любовь и желание видеть любимого человека каждый день взяла верх над принципами, и Арс сам предложил переехать к нему, решив, что для любой ситуации можно найти компромисс (например приучать Антона к порядку путем наказания, а точнее ограничения сексуальной близости. Через пару-тройку раз Шаст начал соблюдать порядок, даже с перебором).       Но привести домой человека, которого он в жизни не видел, привычки которого он не знает, было слишком.       — Нет, Антон, пусть найдет себе квартиру.       — Так он и найдет. Но не сразу же. Он с самолёта только, куда ему деваться?       — Существуют отели, — уже с раздражением Арс начинает переворачивать котлеты на сковородке.       — Ну Арсюш, — о нет, «Арсюша» знает этот тон, и что за ним следует соблазнительный поцелуй в шею, как собственно и происходит. — Ну пожалуйста… — уже на ухо.       — Так, перестань!        — Неа, иди сюда, — Шаст оттаскивает того от плиты.       — Там котлеты сгорят!       — Я сейчас выключу плиту, стой здесь! — делает шаг к плите, нажимает на кнопку и тут же возвращается с довольной моськой. Ну кот!       — Тош, я уже всё сказал.       — Ну Арсик, - его толкают к дивану. — Ну солнышко моё, — он уже сидит на диване. — Ну всего на пару дней, — Антон залезает к нему на колени. — Ну максимум неделя! — видя уже возмущающееся лицо, Шаст быстро затыкает того поцелуем.       Манипуляции сексом в этой паре работают в обе стороны. И как бы сильно Арс не хотел злиться или спорить, желание это делать пропадает, зато в другом месте желание только возрастает.  Антон целует глубоко, требовательно, но нежно, постепенно спускаясь поцелуями к шее, а потом еще ниже. Попов пытается удержать, говорит, чтобы парень им не манипулировал таким способом, но всё тщетно. Позже Шаст уже и целиком оказывается на полу перед диваном, снимая штаны с парня. Арсений понял, что сопротивляться бессмысленно, и будем честны, не особо то и хотелось, потому он расслабляется и наслаждается ласками. Антон целует внутреннюю сторону бедра, слегка покусывая, на что получает томный тихий стон сверху. Спускает боксеры, но действовать не начинает, целует то живот, то снова бедро, провоцирует, ждёт. И дожидается: Арсений хватает рукой кудряшки и направляет голову к члену, заставляя взять в рот, после чего стонет, отпускает волосы, предоставляя Шасту возможность двигаться самому. Тот довольный, начинает двигать головой, плотно сжимая губы, потом добавляет руку, выбивая из Арса только больше стонов. У самого в штанах уже очень тесно, поэтому одной рукой он держит член Арса, второй - чуть приспускает с себя штаны с трусами. Начинает дрочить себе в такт движениям головы, при этом создавая ртом вакуум вокруг члена Арсения. Язык проходится по венкам, очерчивает головку и чувствительные места под ней, особенное внимание уделяет уздечке. Арсений красный как рак, с испариной на лбу совершает большую ошибку: голову, которая была до этого запрокинута назад, опускает вниз и смотрит на Антона. Он с членом во рту, не отстающий по цвету лица, так еще и удовлетворяющий себя… Возбуждение возрастает на несколько десятков единиц, а горло издает звук, похожий на скулеж. Антон, заметив это, берет чужую руку и снова кладет её себе на голову, и смотрит. Смотрит своими блядскими «щенячьими глазками». Арсений не выдерживает данной пытки и пользуется предоставленной ему возможностью: сжимает в кулаке волосы и начинает трахать его в рот. Быстро, грубо, но не слишком глубоко, чтобы у Антона потом не болело горло. Шаст это любит, ему нравится в постели грубость, поэтому он только закатывает глаза и двигает собственной рукой только быстрее. В таком темпе их хватает еще на пару минут, после чего первым изливается Арсений прямо в горло парню, а за ним и Антон. Благо он успел чуть отстраниться назад, иначе бы Попов его «съел» за пятно на бархатном диване.       — Неделя, не больше! — пытаясь восстановить дыхание, сдается Арс.       — Спасибо большое, — улыбается Шастун, медленно вставая с пола. — Он тебе не помешает, обещаю.       Пока Антон идет за салфеткой, чтобы вытереть капли на полу, Арсений продолжает готовить ужин. Едят они под какой-то фильм, выбранный Поповым, который быстро надоедает Антону, поэтому он открывает переписку с Эдом, пишет ему адрес, на который тот завтра приедет.  Посидев еще немного перед телевизором, парни перемещаются в спальню, готовясь ко сну. Антон засыпает быстро, буквально сразу после выключения света. А вот Арс заснуть не может: ворочается, накрывается одеялом, раскрывается, потому что становится жарко, потом открывает окно, потому что становится душно, потом закрывает, потому что становиться холодно… В голове крутится завтрашний приезд друга Антона. Помимо неудобств в качестве пребывания чужого человека в квартире, добавляется еще переживания об Антоне, а если быть точнее - о его внимании. Они не виделись около года, Арсений понимает, что первое время они вообще друг от друга отлипать не будут, тем более с учетом характера Антона, с учетом того, как он сильно привязывается к людям. И Попов в целом то не против, но эгоизм выходит на первый план, и он уже ревнует Антона к Эду, хотя тот еще даже не приехал. Арсений для себя понимает, что в целом у него этот человек вызывает негативные эмоции, чувствуется недоверие, какая-то угроза что-ли… И он искренне не понимает почему. Просто так чувствует. Бывает же такое, что человек тебе ничего плохого не сделал, ты вообще впервые его видишь, а он тебе уже не нравится? Вот тут та же ситуация.       Ближе к трем часам утра, всё же получается успокоить свой мозг и Арс с горем пополам засыпает.       Наутро Попов просыпается от звуков на кухне и запаха еды. Антон готовит завтрак? Что-то новенькое… И с самого утра снова играет ревность: можно по пальцам одной руки пересчитать сколько раз за полгода Антон готовил для него завтраки. А тут приезжает его дорогой друг, и на-пожалуйста-угощайся-любимый-Эд! Арс нехотя встает с кровати, понимает, что вообще не выспался из-за этих дурацких мыслей, и что нужно прекращать так негативно реагировать на любое упоминание Выграновского, потому что это уже ни в какие ворота. Идет в ванную, стоит под холодными струями воды, пытаясь смыть с себя весь пыл и злость. В конце концов нужно потерпеть всего неделю, а может он найдет квартиру за пару дней и съедет пораньше. И вообще этот странный тип не должен портить их отношения с Шастуном, поэтому успокоившись в ванной, Арс идет на кухню, желает доброго утра любимому, заваривает себе кофе и ведёт себя как ни в чем не бывало.       Около двенадцати часов раздается звонок в дверь и Антон как ужаленый бежит к двери. Арс продолжает сидеть за барной стойкой у кухни, из-за того, что это совмещенная кухня-гостиная, ему и со своего места прекрасно видно входную дверь. Арсений решает, что не смотря на то, что это его квартира, он сейчас там будет лишним: будет стоять рядом как дурак и ждать, когда эти двое наобнимаются.        Открывается входная дверь и в неё входит парень чуть ниже Антона, с темными короткими волосами, в модной одежде, с большой сумкой на плече, и с самой главной отличительной чертой - большим количеством татуировок на лице. Попов уже видел Эда на фотографиях, которые ему показывал Антон, но с того времени татуировок на лице у того прибавилось.        — Боже, Эд, наконец-то! — Шастун заключает друга в объятия, тот делает тоже самое.       — Бля, Тох, я пиздец по тебе соскучился! Охуеть как сильно!       — Раздевайся, проходи, - выпускает из объятий. — Знакомься, — Антон машет рукой в сторону Арса. — Это мой парень и это собственно его квартира, —улыбается он. Взору гостя представляется большая квартира с новым модным ремонтом в серых тонах, большими, почти что панорамными окнами и высокими потолками. И конечно же сам парень друга, сидящий за столом-барной стойкой, находящимся в совмещенной кухне-гостиной.       — Твой парень? — шепчет Эд, удивленно поворачивая голову обратно к другу, пока Попов идет к прихожей.       — Арсений, можно просто Арс, — выдавливает из себя улыбку и протягивает руку для приветствия.       — Очень приятно, Эдуард, — пожимает руку он и ярко улыбается. — Можно просто Эд. А Антон у нас партизан, ничего про тебя не рассказывал, — руку до сих пор не отпускает.        Арсению ситуация с рукой показалась смущающей, он первый выходит из рукопожатия и приглашает гостя проходить и располагаться. Шастун рядом светит ярче солнца, всё намеревается помочь отнести сумку, показать где тут что и предлагает всем поесть. Уплетая завтрак, Эд рассказывает про свою стажировку, про США, где он оказывается был, показывает фотографии и говорит, что Россия гораздо хуже штатов, но зато тут роднее.        Как только этот «недомузыкант американский» (так Арс прозвал его в своей голове) решает что-то спросить у Арсения, у того звонит телефон и он, извинившись, удаляется в спальню.       — И давно вы вместе? — интересуется он у Антона, доедая омлет.       — Полгода. Познакомились случайно через друзей. Помнишь Димку Позова? — Эд кивает в подтверждение. — Вот у него есть друг Серёжа, мы как-то начали тусить втроём, и Сережа в один день привёл к нам Арса. Заобщались, закрутились, завертелись, — чуть смеётся Шастун.       — И ты мне даже ничего не рассказал, — чуть обиженно говорит Эд.       — Да я хотел уже лично вас познакомить, не думал, что ты так задержишься в своих штатах.       — Ребят, извините, мне нужно отъехать, — выходит из комнаты Попов, держа телефон в руке. — У Серёги колесо спустило, поеду спасать, — усмехается он.       — Наша помощь нужна? — встает со стула Антон.        — Не, Тош, не стоит, мы справимся.       — Да давай мы с Эдом с тобой съездим!       — Ну в целом я не против, — Выграновский повторяет за другом и встает в полной готовности. Попов спорить даже не пытается, за него уже всё решили.       — Ну хорошо, — кивает Арс. — Тогда на машине поедем.       — А какая была альтернатива? — удивляется Эд.       — У Арса мотоцикл есть, — улыбается, почти что хватается Шастун.       — Да ну! Бляха, вот столько живу и ни разу на мотоцикле не катался. Арс, прокатишь как-нибудь?       Арсений уже думает, как отказать ему, но замечает строгий взгляд Антона, который сменяется просящим, и ему ничего не остаётся, как соглашаться как-нибудь прокатить этого «недомузыканта американского».       Они втроем спускаются и садятся в чёрную машину марки Audi, и Арсений даже не включает музыку, как делает обычно, потому что её сейчас заменяет Эд, без перерыва болтающий о мотоциклах и заваливающий его миллионами вопросов. В итоге узнает, что у Арсения мотоцикл Yamaha, что в нём двигатель объёмом девятьсот девяносто восемь и максимальная мощность - двести лошадиных сил, что Арс покупал его за два с половиной миллиона и что он участвует с ним на городских гонках.        У Эда горят глаза. Эд в восторге. В восторге от мотоциклов и от Арсения. Сначала тот ему показался грубым и неприветливым, да и вообще каким-то занудным снобом, но сейчас Выграновский видел, как у Попова поднимается настроение и как он всё больше и больше заинтересован в разговоре. Эд этому очень рад, он нащупал тему, с помощью которой они могут с Арсом могут подружиться. А подружится с ним очень важно, это ведь парень его лучшего друга, а значит придется с ним общаться часто. И он не хочет расстраивать Антона, потому что видел, как он сидел за завтраком и нервничал, глядя то на парня, то на друга, а в глазах читался страх, что они не поладят. Даже если в итоге их общение не сложится, Эд надеется, что Арсений тоже понимает, как это всё важно для Антона, и хотя бы не будет бросать таких злобных взглядов, как это было с утра.       Вскоре они доезжают до высокого серого дома, где уже видно причину их приезда. Они паркуются около машины с открытым капотом, рядом с ней сидит на корточках армянин невысокого роста и ковыряется в шине.        — Ну что тут у тебя? — выходит Арс из машины, подходит к другу и присаживается рядом на корточки.       — Здорова, Арсюх. Спасибо, что приехал, — они пожимают руки. — Да пробил походу, смотри, вообще в ноль спущена. Ну или кто-то проколол.       — Судя по тому, как ты паркуешься, скорее второе, — усмехается Попов.       Он замечает странный взгляд Серёжи, направленный за его спину и оборачивается сам. Арс понимает чему так удивился Матвиенко, и объясняет, что это лучший друг Антона, который приехал из заграницы. На слова Серёжи о том, что он какой-то мутный, Арсений только кивает и просит обсудить это позже, потому что ребята уже подошли к ним. Арсений предлагает накачать колесо, чтобы подтвердить теорию о проколе. Он идет к своему багажнику и достает из него насос; у Матвиенко его как всегда нет, потому что вместо того, чтобы купить один раз хороший, он покупает насосы за копейки, а потом удивляется, почему же они ломаются после первого применения.       И вот уже 10 минут Серега пытается накачать колесо, но всё тщетно.        — Да не накачаешь ты, — говорит Арсений, глядя, как Сережа в который раз присаживается к ниппелю. Насос противно шумит, но колесо даже не думает округляться. — В ноль же. Прокол, причём не маленький.       — И что делать? Вызывать эвакуатор? — Сережа выпрямляется, вытирая руки о джинсы.       — Запаска есть? — спрашивает ушедший к своей машине Арсений, выглядывая из-за плеча Антона.  Эд же стоит в стороне, засунув руки в карманы, чуть вжав голову в плечи, и с лёгкой усмешкой разглядывает машину. Сережа его видит впервые и не понимает, то ли этот тип просто замерз, то ли его всё происходящее откровенно веселит.       — В багажнике, — бурчит Сережа. — Домкрат тоже там. Поможешь, Арс?       — Не вопрос, — кивает Арсений. — Сейчас всё сделаем.       Он открывает багажник, вытаскивает домкрат и уже наклоняется к порогу, искать усиление, как вдруг Эд подает голос.       — Сначала болты ослабь. Пока на земле.       Арсений замирает. Поверачивает голову медленно, как недовольный бульдог.       — Я знаю, что делаю, — старается он ответить спокойно и сдержано.       — Делай, — пожимает плечами Эд. — Просто потом, когда машина будет на домкрате, колесо будет крутиться, и ты будешь похож на обезьяну с баллонником. Но если тебе нравится…       Антон осторожно пихает того в бок. Сережа чувствует, что воздух между Арсением и Эдом можно резать ножом. Ещё бы! Этот щенок будет ещё его учить! Когда они сюда ехали, Арсу показалось, что в целом он не такой уж и плохой. А сейчас он снова начинает его раздражать.       Спустя время, с горем пополам, они это чёртово колесо снимают и ставят запаску, но она маленькая и временная, только до сервиса доехать. Они прощаются, пожимают друг другу руки и разъезжаются в разные стороны: Сережа в сервис, Арс, Антон и Эд - домой.       Всю дорого обратно Выграновский не прекращает разговаривать с Арсением, хотя тот всем своими видом показывает, что настроя на общение у него нет, но тот как будто этого не замечает и болтает без умолку. Уже дома Арс уходит в спальню, берет ноутбук, ему нужно по работе закрыть какие-то вопросы, а Шастун и Эд сидят в гостиной с бутылками пива, которые они купили по дороге домой, и болтают обо всём на свете. Антон смотрит на друга и понимает, как оказывается он сильно скучал. Раньше они проводили время вместе чуть ли не двадцать четыре часа в сутки, и ни чуть друг от друга не уставали. Первое время, когда Эд уехал, Антону было очень плохо, он скучал, не находил себе места, всё было слишком непривычно, было слишком одиноко. Тогда он начал больше времени проводить с Димой, с которым они тоже были знакомы со школы. А потом в его жизни появился и Арс, и мысли о друге ушли на второй план, как бы плохо это не звучало. Они переодически списывались, но не всегда это давалось легко из-за разных часовых поясов.        Время близится к вечеру, Выграновский устал за сегодня, да и за долгий перелёт, после которого толком не отдохнул, и было приятно решение уже ложиться спать. Первым в душ идёт гость, а пока он в ванной, Антон решает перебраться в спальню к своему парню. Тот сидит в очках с ноутбуком на коленях и сосредоточенно что-то печатает.       — Зай, ты как? — Арса обычно раздражают подобные прозвища, но сейчас он почему-то не злится, откладывает ноутбук и притягивает Шастуна к себе, усаживая на свои бедра.       — Небольшой завал, клиенты даже в выходные не дают отдохнуть, — вздыхает Арсений, снимая очки и откладывая их на тумбочку. — Ты как? Как посидели с Эдом?       — Хорошо, он много чего рассказал про Америку, — он укладывается головой на плечо Арса, а тот начинает гладить его по волосам. — Может съездит как-нибудь с тобой туда?        — Может быть, — улыбается Попов, затем поднимает Антона за подбородок и притягивает к себе, целует долго, нежно, вкладывая всю любовь в этот поцелуй.       Их прерывает стук в косяк двери и сообщение о том, что ванная свободна. Влюбленным приходится разъединиться, пока Антон раскладывает и застилает диван Эду, Арсений идет в душ и замечает первое неудобство нахождения здесь чужого человека. На полу валяется мокрое полотенце. Неужели было сложно повесть его?! Попов аккуратно двумя пальцами на вытянутой руке, демонстрируя свое пренебрежение, доносит это полотенце до корзины для грязного белья. Он решает, что это его квартира, его правила, и он молчать не будет, сразу обозначит, что так делать тут не принято. Полотенце… Вроде такая мелочь, но слишком важная вещь для Арсения. Может у него обессивно-компульсивное расстройство? Надо будет провериться…       Когда он заканчивает мыться, открывается дверь и заходит Антон, начиная раздеваться. Арс решает не забивать ему голову своими тараканами и про полотенце молчит, он понимает, что Антону и так неудобно перед ним за присутствие здесь Эда, зная, как Попов отреагировал на это в самом начале.       Арсений выходит из ванной в одних спортивных штанах серого цвета и идет в гостиную. Эд уже лежит на подушке под одеялом, залипая в телефон. Свет идет лишь из спальни, поэтому в гостиной полумрак, разбиваемый желтым светильником из другой комнаты.       — Эд, — зовёт его Арс, останавливаясь между диваном и открытой дверью в спальню. — Не пойми меня не правильно, я всегда рад гостям, но прошу лишь соблюдать минимальный порядок. Не бросай пожалуйста полотенце на пол, ты либо его повесь, либо сразу в стирку закинь, хорошо?       — Я не… — Эд переворачивается на живот, опираясь на локти и зависает. Он никак не ожидал увидеть полуголого Арса, но признаться честно, он поражен. Попов сегодня весь день проходил в объемном худи, и Выграновский даже предположить не мог, что под одеждой скрывается такое… Серые спортивки сидят низко на бедрах, оголяя тазовые косточки, от них идут под пояс штанов мышечные полоски по бокам. Чуть выше виднеется отчетливый пресс, ещё более заметный из-за бокового света, подающего из спальни. У Арсения достаточно узкая талия, хотя возможно так кажется из-за верхней части торса, где от лопаток идёт расширение, так называемые «крылья». На руках заметны накаченные мышцы, Эд даже сказал бы «банки», а на таких же накаченных предплечьях сильно виднеются выступающие вены. Арсений явно проводит в спортивном зале минимум часов шесть в неделю, а то и больше.        Выграновский ещё в школе заметил у себя тягу к обоим полам, у него было достаточно много отношений с парнями, особенно в Америке, где это разрешено. Помнится, как Эд, будучи в гостях у Антона, когда они еще учились в школе, случайно заметил у него на компьютере вкладку с гейской порнографией. Тогда они совершили каминг-аут друг перед другом и пообещали не строить между ними никаких отношений, кроме дружеских. И често говоря, Антон совсем не в его вкусе. Он худощав по телосложению, да, имеет небольшой мышечный рельеф, но ему нравятся не то чтобы качки, но сильно подтянутые и подкаченные парни. Именно такой тип телосложения, который он сейчас перед собой наблюдал. Красивый, накаченный, так и еще и мотоциклист… Эд в раю?       — Эд, всё нормально? — вдруг он замечает, что достаточно долгое время пялился на Арсения. Боже, пусть он скроется с глаз, иначе придется снова идти в ванную…       — Да, всё нормально, — резко отворачивается Выграновский и ложится обратно. — Прости, в следующий раз буду внимательнее. Спокойной ночи.       Он слышит пожелания доброй ночи в ответ, шаги в сторону спальни и звук закрытия двери, после чего гостиная погружается в темноту. Что это сейчас было? Он не может запасть на парня своего лучшего друга. Нет и ещё раз нет. Нужно засыпать и не думать об этом идеальном теле… Нужно думать о том, что у него дурацкий характер, что он вредный и вообще сноб. Но картинка рельефа тела не выходит у него из головы…