Шут её величества

В зале Совета пахло воском, старым пергаментом и застарелым страхом. Этот страх Джуди научилась чувствовать за версту еще в тринадцать лет — в день, когда на её детскую голову опустился неподъемный золотой венец, инкрустированный тяжелыми сапфирами. Ей пророчили скорую гибель. Дворцовые волки выли от предвкушения легкой добычи, а старые советники-бараны потирали копыта, надеясь править из-за спины маленькой крольчихи. Они ошиблись. За пять лет Джуди выжгла в себе любую слабость. Её приказы стали короткими, взгляд — леденящим, а суды — скорыми. В Зверополисе наступил железный порядок. Королевство процветало, подданные трепетали, но в огромном замке не осталось ни одной живой души, которая бы её любила. Она превратилась в статую. В фарфоровую маску на высоком мраморном постаменте. Джуди сидела, подперев подбородок ладонью, и лениво слушала занудный доклад лорда Якса о налогах на шерсть. Ей хотелось казнить его просто за монотонный голос. Вдруг тяжелые двери зала с грохотом распахнулись. — Ваше величество! — раздался наглый, звонкий голос. В зал, нелепо приплясывая, влетел рыжий лис. На нем был потрепанный зелено-пурпурный кафтан, а на голове красовался шутовской колпак с тремя хвостами и медными бубенцами. Они противно и громко звякали, нарушая священную тишину Совета. Лис крутанулся на пятке, едва не сбив с ног почтенного министра, и замер прямо перед королевским возвышением. — Стража! — рявкнул канцлер Лари, багровея от злости. — Вышвырните этого проходимца! Здесь решаются государственные дела! — О, великие дела! — лис театрально прижал лапу к сердцу и упал на одно колено, но в его позе не было ни капли почтения. Он поднял голову, и Джуди встретилась взглядом с его наглыми, невероятно живыми зелеными глазами. — Простите, лорды, но на кухне подгорел королевский пирог, и я счел это куда более важной катастрофой, чем ваши дебаты о настриге овец. По залу пронесся возмущенный шепот. Советники ждали, что королева поднимет палец, и лиса утянут в подземелье. Стражники-носороги уже сделали шаг вперед. Джуди смотрела на него. На его хитрый нос, на ухмылку, на полное отсутствие страха перед ней. Перед Той, Которую Боялись Все. — Как твое имя, шут? — холодно спросила она. Её голос прозвучал как удар колокола. — Ник Уайлд к вашим услугам, Снежная Королева, — он ответил дерзко, нарушая все правила этикета и прямо намекая на её репутацию. Советники затаили дыхание. Наступила мертвая тишина. Джуди смотрела на лиса секунду, две, три… А затем уголки её губ дрогнули. И впервые за пять долгих, невыносимых лет тронный зал услышал то, о существовании чего все уже забыли. Королева рассмеялась. Это был чистый, звонкий смех, растопивший вековую зимнюю стужу замка. Ник улыбнулся — тепло и понимающе. Он понял, что его приняли на службу. И он понял, что эта королева смертельно одинока.