Притяжение

Бездна. Два года назад Бескрайние серые холмы из спрессованного мусора, ржавые остовы машин, редкие кусты, пробивающиеся сквозь груды металлолома. Пустошь. Воздух тяжёлый, с запахом пыли и горелого металла. На горизонте — ничего, кроме мусора, лишь темнеет вдали какая-то свинцовая туча. «Наверное, вечером снова будет дождь...» - подумал Энджин, глядя на унылый пейзаж за окном его машины. Он вдавил педаль газа в пол. Машина помчалась быстрее, беспорядочно налетая то на кочки, то на ямы и оставляя за собой облако ржавой пыли. Вдруг машина чихнула, дернулась и заглохла, а из-под капота тут же повалил густой сизый дым. Энджин кое-как остановил машину на обочине дороги. Хотя, подумал он, дорогой-то это было сложно назвать. Весь мир был скорее одной большой обочиной. Энджин выскочил из машины и открыл капот, уже зная - это масло. Дым ударил ему в лицо — он тут же закашлялся и отмахнулся, ругаясь себе под нос: — Чёрт... Ну почему именно сейчас?! Он с размахом захлопнул капот, затем обошел машину, прислонился к водительской двери и закурил. «Прекрасно. Полдня пути, а я стою посреди грёбаной свалки с дохлой машиной. День был долгий, я устал, хотел просто отдохнуть в баре. Интуиция подсказывала, что день преподнесёт сюрприз. Но не такой же…». Словно читая его мысли и наказывая за грехи, которых он еще не совершил, в чокере раздался голос Семиу: — Энджин, ты где? У тебя опять машина сломалась? — Всего лишь заглохла. Дымит немного, - усмехнулся Энджин, стараясь не впадать в уныние. Семиу недоверчиво переспросила: — Дымит? Я же говорила: такой стиль вождения до добра не доведёт. Прислать кого-то за тобой? Энджин выдохнул облачко сигаретного дыма и огляделся по сторонам. Взгляд зацепился за легкое движение — вдали, у ржавого грузовика, в мусоре копалась какая-то девушка. Она что-то искала, разглядывала, вертела в руках, а затем отбрасывала ненужные вещи в сторону. Рядом с ней стоял мотоцикл-вездеход. — Не надо. Я сам разберусь, - рассеянно ответил Энджин, обдумывая варианты развития событий. — Ты уверен? - подозрительность Семиу уже не шла ни в какие ворота. — Абсолютно. Энджин отключил чокер и подхватил зонт, лежавший в машине. Взгляд его уже прикипел к девушке. Он докурил, затушил бычок о подошву ботинка и, не спеша, направился к ней. У свалки дышать стало тяжелее, и Энджин, порывшись в сумке, на ощупь нашел и достал свой респиратор. Свалка вообще-то не лучшее место для знакомств с девушками, скорее тут можно было встретить мародеров, рейдеров, «просветленных» и слегка безумных почитателей небесного мусора или просто искателей сокровищ, надеющихся найти что-то пригодное для использования среди гор хлама. Девушка, похоже, относилась к последнему типу. Энджин по привычке был настороже и подошел ближе, ожидая засады в виде банды каких-нибудь идиотов, решивших напасть на уборщика. Он не исключал даже возможности, что поломку машины подстроили нарочно. Девушка вроде бы не заметила его или просто делала вид, что не замечает. Она всё так же занималась своей рутинной работой и перебирала запчасти грузовика. «Опасная зона. А она здесь одна. И ничего её, похоже, не беспокоит», - подумал Энджин, разглядывая девушку. Фигура — загляденье. Крепкая и подтянутая, сразу видно, что привыкла работать. На ее лице был надет черный самодельный респиратор с очками, весь в царапинах и с какими-то корявыми детскими рисунками, но зато с отличными фильтрами, а значит, явно переделанный умелым мастером. На руках рабочие перчатки, все в застарелых пятнах машинного масла. Иссиня-черные волосы собраны в слегка растрепавшийся короткий хвостик. На ногах - простые рабочие штаны и ботинки, сверху короткая кожаная куртка с подвернутыми рукавами (потрёпана и слегка велика для нее). На запястье поблескивает видавший виды винтажный компас на кожаном ремешке. Полезная вещица, если не хочешь заблудиться в мире свалки без ориентиров. Хотя в Зараженной зоне толку от компаса мало - из-за мусорных аномалий вся навигационная техника сходит с ума. Энджин наклонился и помахал перед лицом девушки, стараясь выглядеть как можно более доброжелательно. — Привет! У меня там машина заглохла. Дымит как старая фабрика, - сказал он и указал рукой в сторону дороги. - Ты не знаешь, далеко ли до города? Эй? Девушка, наконец, подняла голову. Ее ярко серые глаза на мгновение сверкнули. Или это был лишь блик? Она окинула Энджина быстрым, цепким взглядом — задержалась на зонте, на эмблеме на плече. Сразу поняла, кто перед ней. Потом посмотрела через его плечо, туда, где дымилась машина. — Ты уборщик, да? - скорее констатировала факт, чем спросила девушка. Её голос звучал приглушенно из-за маски. - И что, уборка пошла не по плану? — Да, есть такое... - пробурчал Энджин, пнув носком какой-то подвернувшийся камешек. — Прости, если это прозвучало, как издевка, - девушка встала возле остова грузовика, опираясь на него одной рукой. - Я не хотела показаться грубой. — Мое имя - Энджин, кстати, - представился уборщик в ответ. - А ты? — Я - Сири. Я бы подала руку, но перчатки все в грязи, — она кивнула ему и снова уткнулась в мусор. — До города километров двадцать. За пару-тройку часов дойдёшь, - добавила она. Энджин покосился на стоявший рядом с девушкой мотоцикл. — Слушай... Понимаю, что ты тут очень занята, но, может, подбросишь меня до города? — его голос звучал легко, с ноткой флирта. — С меня пиво. Я знаю отличный бар... Он не видел ее лица из-за респиратора, но надеялся, что она окажется симпатичной. Сири снова подняла голову. Посмотрела на него пристальнее. В глазах — лёгкая насмешка. — А твоя машина точно сломана? Или ты просто подкатить пытаешься? — Честное слово, заглохла. Сама видишь, - заверил ее уборщик. — Не хотелось бы тебя тут бросать, но… Свободных мест нет, — девушка оглянулась на мотоцикл. Сзади к нему крепился большой контейнер с деталями. Она вздохнула. — У меня тут важный груз на пассажирском, как ты мог заметить. Без него я не смогу починить кое-что важное у себя в городе. Так что... - она замялась и с искренним сожалением взглянула на собеседника. Этот парень выглядел необычно, даже для уборщика. Высокий, с какими-то замысловатыми татуировками, проглядывающими на шее и на руках, с внимательными и яркими, как две желтые молнии, глазами. Он разве что дырку на штанах ими не прожег, пока разглядывал ее сзади. Но в нем не чувствовалось никакой угрозы. Сири колебалась. Первичный осмотр давал надежду на то, что он вроде не опасен и просто попал в неприятности на свалке. С кем такого не случается? Сири считала, что нужно помогать ближнему в трудной жизненной ситуации. И тогда ближний поможет тебе. Так ее воспитали родители и так было принято в ее большой семье. — Ладно, - сдалась она. - Давай так сделаем. Покажешь, что там у тебя с машиной, может, удастся её оживить. Энджин, не ожидавший такого предложения, удивлённо спросил: — Ты разбираешься в машинах? — Немного, — девушка потянулась к мотоциклу и взяла сумку с инструментами, перекинула ее через плечо. — Я больше по шахтёрской технике. Насосы, дробилки, лебедки, конвейеры… Но посмотрим, что можно сделать. — Так ты из шахтерского городка, значит? — оживлённо спросил Энджин. — Ну да, — подтвердила Сири, направившись в сторону машины вниз по склону. - А ты думал кто? — Мало ли... Вариантов было несколько вообще-то: рейдер, адепт культа мусора, охотница за головами, - перечислял Энджин, загибая пальцы. — Ммм... Ага, конечно, вот в этой сумке у меня как раз отрезанные уши уборщиков лежат, — усмехнулась девушка. — Хочешь попасть в мою коллекцию? — Признайся, когда ты увидела меня, то в твоей голове были те же мысли, - рассмеявшись, ответил ей Энджин. Сири не стала спорить. Ей было не привыкать ко встречам с разного рода отребьем вроде тех, кого упомянул уборщик. Она всегда была начеку, держала ухо востро, имела глаза на затылке и все в таком духе. В общем-то, повезло Энджину, что он оказался именно уборщиком, иначе арматура уже бы пронзила его ногу насквозь. Уборщиков и их тяжелую работу в этих краях уважали. Энджин последовал за девушкой вниз по холму, направляясь к машине. — Ты здесь одна? Опасно же, - спросил он, чтобы поддержать разговор. — Привыкла. — Сири пожала плечами. — И звери тут нечасто бывают. Довольно спокойное место. — Не замечала ничего странного? Гул, земля дрожит? Она остановилась, посмотрела на него. — Нет, тихо было. А что, должно? — Да так, слухи. Они спустились с холма. Машина еще чадила, воняла горелым маслом и явно не собиралась никуда ехать. Сири сразу подошла к капоту, подёргала, заглянула внутрь. Энджин остался с краю, покручивая зонт. Неподалеку послышался шум, с кучи мусора скатилась какая-то бочка. — Не хочешь проверить, что там? — бросила Сири, не оборачиваясь. — Думаешь, мусорные звери? - недоверчиво спросил парень. — Это ведь ты уборщик, разве это не твоя работа? Я посмотрю, что тут у тебя сломалось. Не хотелось бы попасть в засаду. Энджин не стал спорить. Зонт уже сам скользнул в ладонь. — Я быстро. Вскоре он понял, что Сири была права - это мусорные звери. Из-за холма выскочили первые трое. Мелкие шустрые псы с металлическими острыми челюстями. Энджин перехватил зонт поудобнее. — Ну, потанцуем. Он сшиб первого с ног, второго отбросил, третьего приложил о землю. Но на их месте появлялись новые. — Ты ведь говорила, что тут спокойно! — крикнул он в сторону машины. — Спокойно было, пока ты тут не появился, - буркнула Сири себе под нос. Она стояла, склонившись над двигателем, и явно не была в восторге от увиденного. — Плохо дело... Масляный шланг лопнул. Без него ты никуда не уедешь. Она уже хотела сказать это Энджину, когда краем глаза заметила на горизонте на противоположной стороне огромную тень. Это не звери. Что-то другое. Тёмная, тяжёлая масса клубилась вдали, закрывая небо. Не просто туча — нет. Что-то более плотное, более злое. Воздух перед ней дрожал, искажался, виднелись вспышки разрядов. «Что еще за хрень…» — пронеслось у неё в голове. — Что-то песиков становится многовато, - донесся откуда-то издалека голос уборщика. — Энджин! — крикнула Сири, выпрямляясь. — Бросай их! У нас проблемы похуже! — Какие? — он отбил очередного зверя и обернулся. — Вон там! — Сири показала рукой на горизонт. — Это какая-то буря! Энджин проследил за её взглядом. Туча, которую он принял за обычную грозовую, теперь казалась чем-то живым. Огромная клубящаяся стена свинцового цвета надвигалась на них. И делала это очень быстро. — Это не просто буря, — сказал он тихо, уже не улыбаясь. Энджин слышал о таких явлениях, возникающих в Зараженной зоне свалки, но впервые видел своими глазами. Мусорный шторм случался раз в шесть лет, а эта штука могла появиться внезапно и непредсказуемо и больше была похожа на сверхмощный песчаный ураган, состоящий из мелких частиц металла, песка и еще чёрт знает чего. Тем временем Сири бросилась к мотоциклу. Контейнер с деталями был тяжёлый, и ей было невыносимо жалко его бросать. Но другого выхода не было. — Чёрт, чёрт, чёрт! — выругалась она, с досадой скидывая груз на землю. Она собрала самое нужное, распихала по карманам куртки, что-то закинула в сумку с инструментами. Затем завела мотоцикл и подъехала к Энджину. — Прыгай! Он запрыгнул сзади, и мотоцикл рванул с места. — Держись! — бросила Сири, но тут же поняла, что звери не отстают. Они бежали следом, щёлкали челюстями, пытались зацепиться за колёса. — Они догоняют! — крикнул Энджин. — Знаю! — Она резко сбавила скорость, потом повернулась к нему. — Ты можешь вести? — Могу, а что... — Сейчас узнаешь. Она привстала, пропуская его вперёд, ближе к рулю. Сама же развернулась, усевшись к нему на колени лицом к лицу, и крепко обхватила ногами его поясницу. — Мы так и поедем? — голос Энджина дрогнул — от неожиданности, ветра, или от чего-то другого. Она уселась к нему на колени так, будто делала это каждый день. Энджин на секунду потерял дар речи — редкое состояние. Тёплая тяжесть её тела, запах машинного масла, волосы, щекочущие подбородок... «Спокойно, Энджин. Ты переживал и не такое. Ну, почти не такое», — подумал он, стараясь не смотреть туда, куда смотреть не стоило. — Не тормози, — сказала девушка. — Я и не собирался. — Не рановато ли для такой близости? — крикнул Энджин, пытаясь удержать равновесие и не думать о том, как тесно они прижались друг к другу. — Мы ведь едва знакомы! — Заткнись и смотри на дорогу! Мне нужно видеть цель, — Сири чувствовала, как у неё горят щёки даже под респиратором, но сейчас было не до смущения. Из-под земли выскакивали всё новые твари, металлические челюсти клацали у самых колёс. — Надо их отбросить, - сказал Энджин, боковым зрением заметивший несколько мусорных тварей, преследовавших их. — Этим я и планирую заняться! Она запустила руку в сумку — ту самую, с деталями, которые отобрала из контейнера. Шестерёнки, болты, пара редких шкивов. — Чёрт, жалко-то как, — прошептала она, высыпая их в ладонь. - «Полярис»! Сири произнесла название своего дзинки и через мгновение компас словно ожил, стрелка начала вращаться, а в глазах девушки появилось серебристое свечение. Металлические детали взлетели в воздух и, разгоняемый невидимой силой, и, словно дробь, прошили насквозь туши окружавших мотоцикл мусорных зверей. — А ну пошли вон! Первый, второй, третий — болты врезались прямо в морды, отбрасывая тварей в кювет. Но их становилось всё больше. Втулки и фланцы тоже кончились быстро. Остались только детали покрупнее. — Придётся пустить в расход даже это, — вздохнула Сири, намагничивая крыльчатку. Крыльчатка ушла в полёт, сбила сразу трёх зверей, оставив после себя только клубки проводов и масляные лужи. — У тебя там всё в порядке? - уточнил Энджин. — Ты не представляешь, как долго я все это искала, — простонала Сири, провожая последние детали взглядом. — Найдем другие, если выживем, — обнадежил уборщик, ускоряясь. Двигатель выл на пределе. Позади кишели мусорные твари, пытаясь догнать, но расстояние между ними увеличивалось. — Кажется, оторвались! — крикнул Энджин. — Не расслабляйся! До укрытия ещё пара минут. Энджин покосился в зеркало и убедился, что тьма за ними становилась огромной. — Что это за чертовщина? — Понятия не имею, — призналась Сири. — Но лучше нам не попадаться под её раздачу. Сири вновь провернула трюк со сменой водителя, на этот раз ещё быстрее — твари отстали, но впереди начинались опасные участки, и управлять должна была она. Только она знала дорогу к укрытию. На этот раз обошлось без комментариев. Они летели по пустоши, не разбирая дороги. Сири поглядывала на стрелку компаса и чувствовала спиной, как Энджин с трудом удерживает равновесие, стараясь при этом не прижиматься к ней слишком сильно. Неловко, чёрт возьми, ещё как неловко. Но сейчас было не до того. Мотоцикл зашёлся в последнем рывке, подскочил на кочке, и Сири, вжавшись в руль, направила его прямо в покосившийся дверной проём заброшенного рудника. — Держись! — крикнула она. Энджин вцепился в сидение изо всех сил. Они въехали внутрь помещения и притормозили. Сири, не глуша двигатель, спрыгнула, потянув за собой тяжёлую старую дверь. — Закрывай! Энджин вылетел следом, навалился плечом. Дверь с лязгом захлопнулась, и он дрожащими руками накинул засов. — Есть... — выдохнул он, прижимаясь спиной к холодному металлу. Снаружи завывала буря, но они, кажется, были в безопасности. И в полной темноте. — Слушай, а у тебя есть зажигалка? - раздался голос Сири. — Тебе повезло, что я курильщик, - усмехнулся в ответ Энджин. - Вот, держи. Он протянул зажигалку на вытянутой руке вперед, дождался, пока Сири наощупь найдет его кисть. Несколько мгновений он слышал лишь ее шаги и шорох, затем чиркнула зажигалка. Одна керосиновая лампа загорелась. Вторая. Третья. Помещение постепенно осветилось мягким теплым светом. Энджин присвистнул. Огни выхватили из мрака стены с остатками угольной крошки. В углу — старый топчан, покрытый пыльным брезентом. Сваренный из толстых труб стеллаж, где на полках ровными рядами стояли банки, инструменты и бутылки. В дальнем углу — самодельный стол с потрёпанной картой, залитой воском. — У тебя тут прямо бункер. — Это я его обустроила, — Сири сняла респиратор, бросила на стол. — Когда была младше. Чтобы сбегать от семьи, если прижмёт. Или если надоест. Она распустила хвост и провела рукой по волосам, затем села на краешек стола. Энджин смотрел на неё и вдруг понял, что всё это время — на свалке, в бегстве, в полумраке озаряемой вспышками дороги — он представлял её совсем иначе. Грубее, что ли. Но теперь, когда тусклый свет ламп упал на её лицо, он увидел то, чего не ожидал. Сири оказалась красивой. Не той броской, кричащей красотой, которую он привык видеть в городских девушках, а какой-то другой — спокойной, почти строгой. Лицо с чёткими, чуть резковатыми скулами, прямой нос, губы, которые в полуулыбке теряли свою серьёзность и делали её моложе. И глаза — серые, глубокие, сейчас, без респиратора, казавшиеся ещё больше. Они смотрели на него без вызова, но и без смущения. Иссиня-чёрные волосы рассыпались по плечам, и он поймал себя на мысли, что хочет провести по ним пальцами — просто чтобы понять, такие ли они мягкие, как кажутся, или жесткие, как проволока. Одна прядь выбилась вперёд, падая на лицо, но Сири не убрала её — то ли не заметила, то ли привыкла. Кожаная куртка, великоватая в плечах, сползла, открывая край простой серой футболки и тонкую шею. Энджин перевёл взгляд на её руки — рабочие, с въевшейся в кожу грязью по краям ногтей, но с длинными пальцами, в которых минуту назад чувствовалась сила, способная разогнать металл до скорости пули. Контраст, который почему-то завораживал. Она не пыталась ему нравиться. Не поправляла волосы, не искала его взгляд, не улыбалась дежурно. Просто сидела, выпрямив спину, и смотрела в ответ, как будто говорила: «Вот какая я есть. Нравится — хорошо, нет — твои проблемы». Энджин усмехнулся про себя. Давно он не встречал таких женщин. — Что? — спросила Сири, заметив его взгляд. — Ничего, — он наконец отвёл глаза. — Просто смотрю. Она не стала уточнять — только фыркнула вполголоса, затем подошла к стеллажу и открыла дверцы. — Пиво будешь? Или покрепче? — Буду, — Энджин тоже стянул маску, провёл ладонью по лицу. — И то, и другое. — Выбирай что-то одно, — Сири с укором посмотрела на парня. — Я не бармен. — Тогда пиво. Она откупорила бутылки, протянула одну Энджину. — Спасибо. — Не за что. Чокнулись. Сделали по глотку. Энджин уселся на стул у стены, осмотрел своё отражение в тёмном стекле бутылки. — Ну что, у кого день был более неудачный? — Давай не будем соревноваться, — Сири устало усмехнулась. — А то мы поссоримся, а мне не хочется выгонять тебя в бурю. — Спасла меня, а теперь хочешь выгнать? — хмыкнул Энджин. — Заткнись. — Ладно. Тогда ничья. — Да. Ничья. Они немного помолчали, каждый думал о чем-то своем. Сири явно была расстроена из-за потери своего драгоценного груза, а мысли Энджина вертелись вокруг компаса на руке девушки. В конце концов он прервал молчание и спросил: — Так ты, значит, гивер. — Энджин сделал глоток, не сводя с неё глаз. — Этот компас... он не простой, да? Твой дзинки. Я видел, как ты им пользовалась. Очень эффектно. — Ты бы лучше на дорогу смотрел, — Сири отпила пиво, но уголки её губ дрогнули в полуулыбке. — Но, да, ты прав. Сири посмотрела на своё запястье, где под стеклом мерно вращалась стрелка. На мгновение её лицо стало задумчивым — будто она решала, стоит ли вообще что-то объяснять. — «Полярис», — наконец сказала она. — Так он называется. — Управление магнитным полем? — Энджин кивнул на разбросанные по полу болты, которые она не стала собирать. — Я правильно понял? — Почти. Постоянное и переменное. Могу притягивать, отталкивать, нагревать металл... И, конечно, ориентироваться на свалке. — Полезная вещица, — заметил Энджин. — Очень, — согласилась Сири. — Особенно когда ты один в пустоши среди бесконечных куч мусора. Только не спрашивай, почему я не состою в вашей чудесной организации. — Вот чёрт, — Энджин картинно закатил глаза. — А это как раз был мой следующий вопрос. Она усмехнулась, но в усмешке сквозило что-то усталое, почти горькое. — Не все гиверы становятся уборщиками. Может, это просто не моё. Энджин отставил бутылку, подался вперёд, опираясь локтями о колени. Взгляд у него стал мягче, без привычной игривой искры. — Ты ведь сражалась с мусорными тварями раньше. И сейчас у тебя неплохо получилось. Я уверен, ты просто себя недооцениваешь. Сири повернулась к нему. В серых глазах — лёгкая насмешка, но без злости. — Недооцениваю? Уверяю тебя, я на своём месте. Живу среди близких мне людей, занимаюсь любимым делом. А уборщиком быть… просто неинтересно. Без обид. Она говорила спокойно, но в конце голос чуть дрогнул — будто сама не до конца верила в то, что сказала. Или слишком долго убеждала себя в этом. Энджин заметил эту дрожь. Не стал давить. — Я даже слова не успел сказать, — он поднял руки в шутливом жесте капитуляции. — А ты уже защищаешься. Я же не культист с листовками. — Неужели? — Сири усмехнулась, поставила бутылку на стол. — Я прямо вижу, как ты подходишь к каждому встречному и говоришь: «Здравствуйте, меня зовут Энджин! Не хотите ли вступить в Уборщики?» Не твоя коронная фраза? М? — Ну… — он виновато развёл руками. — Иногда предлагаю. Но только тем, кто сам подходит. Я не вербовщик. — Ага, конечно, — Сири сделала глоток, пряча глаза за бутылкой. — Просто тебя отправляют, потому что ты умеешь располагать к себе людей. Какой-то ты такой... обаятельный, что ли. Вот и вербуешь. Энджин приподнял бровь, усмехнулся. — Обаятельный? — Я сказала «какой-то такой», — отрезала она. — Не придумывай. Но щёки под слоем дорожной пыли всё равно чуть порозовели, и Энджин это заметил. — Ты права, я умею располагать к себе людей. Ты ведь удобно расположилась, когда мы ехали на мотоцикле? — не отставал он, растягивая слова с ленивой улыбкой. Сири поперхнулась пивом. Кашлянула, вытерла губы тыльной стороной ладони и уставилась на него. — Это была... необходимость. Ты теперь это до конца жизни будешь мне припоминать? — буркнула она, отворачиваясь. — Ну вот, — Энджин прижал руку к груди в притворной обиде. — А я-то думал, мы подружились. — Мы познакомились час назад. Твоя машина сломалась, ты влез в мои дела, мы чуть не умерли, и теперь пьём пиво в моём убежище. — Сири посчитала по пальцам, затем пожала плечами. — Ладно. Может, и подружились. Но если ты ждёшь какой-то истории, — Сири покачала головой, — то я ничего не расскажу. Не потому, что секрет. Просто… не сейчас. — А я и не жду, — легко ответил Энджин. Сири молчала. Её пальцы гладили край стола — нервный, почти незаметный жест. Энджин поднялся, подошёл к карте. Сири вздохнула, отодвинула бутылку и встала рядом. — Можешь определить, откуда пришла эта буря? — спросил он, меняя тему. Сири провела пальцем по изгибу дорог, миновала ущелья, холмы. Её лицо снова стало сосредоточенным — смена темы явно принесла облегчение. — Эта штука пришла с юго-востока. — Она задумалась. — Видимо, какое-то необычное погодное явление. Не помню, чтобы в прогнозах говорилось об ураганах. — Обычные штормы так себя не ведут, — заметил Энджин. — Я слышал о мусорных бурях на свалке. Но чтобы такая плотная, почти живая... — Да, это не просто ветер, — Сири нахмурилась. — Воздух перед ней дрожал. И эти разряды... Я никогда не видела ничего подобного. — В отчётах Уборщиков встречается термин «электромагнитный шторм», — сказал Энджин. — Говорят, он возникает, когда мусорные аномалии накапливают критическую массу. Но я думал, это байки, чтобы новичков пугать. — Электромагнитный... — Сири замерла, и в её глазах мелькнуло выражение, которое Энджин уже начал узнавать: смесь профессионального любопытства и досады. — Чёрт. Если бы я знала... Она резко развернулась и подошла к стеллажу, принялась рыться в ящиках. — У меня же есть датчики. Самодельные, но рабочие. Для шахты делала — вибрацию замерять, состав воздуха. — Она вытащила маленькую металлическую коробочку с торчащими антеннами, покрутила в руках и с досадой бросила обратно. — Если бы я знала заранее, что эта хрень надвигается, я бы расставила их по периметру за день. Снимали бы напряжённость поля, частоту, направление... А теперь поздно. Энджин подошёл ближе, разглядывая её импровизированное оборудование. — Думаешь, они бы выжили в такой буре? — Не знаю, — честно призналась Сири. — Но я бы попробовала. Спрятала бы в металлические корпуса, закрепила понадежнее, заизолировала... — Она вздохнула, захлопнула ящик. — Всё равно уже не поставить. Буря здесь, а мы в бункере. Остаётся только надеяться, что в следующий раз я буду умнее. Она скрестила руки на груди. Вид у неё был расстроенный — не из-за страха, а из-за упущенной возможности. — Не выношу, когда что-то происходит без объяснения, — пробормотала она. — Машины, механизмы, бури — у всего есть причина. Надо просто до неё докопаться. Но чтобы докопаться, нужны данные. А данных нет. — Потому что ты не знала, — мягко сказал Энджин. — Потому что я не знала, — повторила она с горечью. — И это бесит больше всего. Она помолчала, глядя на карту, потом тряхнула головой, словно отгоняя ненужные мысли. — А куда она движется? Сири склонилась ниже. Энджин заметил, как напряглись её плечи. — Сири? — Дальше… — Она провела пальцем по карте и замерла. — Город. Мой город. Слэгвилль. Энджин замолчал. Не нужно было уточнять, насколько это серьёзно. — Ты уверена? Она молчала. Прикусила губу, сжала край стола так, что костяшки побелели. — Мне даже не предупредить их. Рация не сработает из-за шторма, а чокеров у них нет. Остаётся надеяться, что они увидят гигантскую свинцовую стену, надвигающуюся на город. — Почему у них нет чокеров? — осторожно спросил Энджин. Сири повернулась к нему. В её глазах читалось усталое недоумение, будто он спросил, почему люди не летают. — Ты явно не жил в маленьком городе, где все друг друга знают, — сказала она. — Мы и так постоянно видим друг друга. Вместе живём, вместе работаем, пьём и едим за одним столом. Это не какой-то там Канвас Таун. Это… обычный посёлок. Замкнутое сообщество. Чокеры? Зачем? Мы и так всегда рядом. Энджин кивнул. Он понимал. И не хотел, чтобы его вопрос звучал упрёком. — Тогда поедем туда сами, как только эта дрянь утихнет, — сказал он. - Тем более, моя машина сломана, шансов добраться пешком — никаких. Так и завязну в этой дыре, — он кивнул в сторону двери, за которой выла буря. — Хорошо, — тихо сказала Сири. Она хотела добавить что-то ещё, но передумала. Что-то в этом уборщике было странное — не навязчивое, но упрямое. Он не пытался казаться лучше, чем есть, и это… подкупало. Она покопалась в вещах, достала плед, бросила Энджину. — Это тебе. Ночью тут прохладно. — Спасибо, — он поймал плед на лету. Буря все еще бушевала где-то вдалеке, но Энджин знал, что и она когда-нибудь закончится.