Симптом

Дождь начался еще с самого утра. Мелкая, раздражающая морось, из-за которой кампус будто покрывался серой пленкой. Старые кирпичные корпуса университета темнели от влаги, ветер шуршал мокрыми кленами, а трава у главного здания блестела так, словно ее кто-то только что покрыл лаком. Тэхен лежал прямо на этой траве, закинув руки за голову и щурясь на серое небо. — Я вам серьезно говорю, — произнес он, лениво жуя жвачку. — Девушки чуть не подрались из-за него. Хосок фыркнул, закрывая учебник по органической химии. — Опять ты про своих плейбоев.. — Нет, ну ты бы его видел. Это буквально герой дешевого подросткового романа.. Джеймс Дин ебаный блять.. Чимин сидел рядом, согнув одну ногу в колене и ковыряя пальцем этикетку от бутылки колы. — И что в нем такого? — спросил он с усмешкой. — У него две головы? — Нет. Но у него такое лицо, что, возможно,он мог бы толкнуть тебя под автобус — а ты бы всё равно улыбнулся ему в ответ. Хосок прыснул. — Очень мило, Тэхен. — Да послушайте вы. Высокий, весь в черном, татуировки, пирсинг… тело как у греческой статуи. Постоянно лыбится всем подряд. Девчонки в восторге. — А ты? — хмыкнул Чимин. — Я возмущен! — Потому что он красивее тебя? Тэхен показал ему средний палец. — У него шрам на шее. Жуткий. Будто кто-то полоснул ножом. Чимин наконец поднял взгляд. — Серьезно? — Ага. Кто-то спросил — он сказал, что в детстве неудачно упал. — Неудачно упал на бензопилу? — пробормотал Хосок. Все трое рассмеялись. Над кампусом прогремел гром. Студенты вокруг начали лениво подниматься с газонов, собирать сумки и расходиться по корпусам. — Ладно, — Хосок поднялся первым. — Если я завалю магистерскую из-за вас, то лично утоплю обоих в озере. — Ты слишком любишь нас для этого, — сказал Чимин. — Ты будешь первой жертвой. Чимин драматично схватился за сердце. Они разошлись в разные стороны под шелест дождя и шум университетского двора. **** К обеду погода окончательно испортилась. Кафетерий гудел голосами, запахом кофе и мокрых курток. Чимин нес поднос к столику, когда Тэхен внезапно вцепился ему в локоть. — Вон. — Что вон? — Новенький. Тэхен кивнул куда-то в сторону дальних окон. За одним из столиков сидел парень в черной толстовке. Вокруг него действительно крутились какие-то девушки — одна смеялась слишком громко, другая трогала его за руку, третья что-то рассказывала, наклонившись почти вплотную. Но сам парень выглядел удивительно спокойным. Он сидел, развалившись на стуле, медленно помешивая кофе и время от времени улыбаясь собеседницам. Темные волосы падали на глаза. Под рукавом виднелись татуировки. И правда красивый. Словно почувствовав взгляд, парень поднял голову. Его глаза остановились прямо на Чимине. На секунду шум столовой будто стал тише. Парень чуть улыбнулся. И кивнул так, словно они уже были знакомы. Чимин растерянно моргнул. — Чего это он? — тихо спросил он. — Я же говорил, он странный, — довольно произнес Тэхен. Но когда Чимин снова посмотрел туда, парень уже отвернулся к своим собеседницам, будто ничего не произошло. *** К вечеру кампус почти опустел. В библиотечном корпусе оставалось всего несколько человек. Лампы под потолком тихо гудели, за окнами темнело небо. Чимин сидел за столом, подперев щеку рукой и лениво перечитывая собственную статью. Филологический факультет оказался не таким “воздушным”, как ему обещали на первом курсе. В последние месяцы их заваливали эссе, анализами текстов и бесконечными работами. Он потер глаза и посмотрел в окно. Дождь усиливался. “Отлично.” В голове уже крутилась мысль о комнате, теплой толстовке и телевизоре. Сегодня вечером по кабельному должны были показывать новый выпуск его любимой телепередачи, и Чимин собирался провести остаток ночи именно с ним. Но, видимо, вселенная решила иначе. Он даже не заметил, как за стеклом начался настоящий ливень. Когда Чимин спустился к выходу, улицу уже заливало водой. — Черт… Старый охранник за стойкой тяжело вздохнул. — Проводка опять барахлит. Будто в подтверждение его слов свет мигнул. А затем погас. Коридор моментально утонул в темноте. Снаружи вспыхнула молния, на секунду осветив пустой холл. — Посиди здесь, парень, — пробормотал охранник. — Я гляну щиток. Он ушел вглубь коридора, и вскоре его шаги растворились в шуме дождя. Чимин сел за стойку, положив подбородок на ладонь. Темнота была почти полной. Только редкие вспышки грозы на секунду вырывали из мрака старые стены и мокрые окна. Он смотрел в тот коридор, куда ушел охранник, поэтому едва не вскрикнул, когда тяжелая ладонь легла ему на плечо. — Твою мать! Чимин резко обернулся. Перед ним стоял тот самый новенький. — Извини, — парень тут же убрал руку. — Не хотел пугать. Молния снова осветила холл. Черная кофта, мокрые волосы, тень улыбки на губах. — Господи… — Чимин выдохнул нервный смешок. — Еще чуть-чуть и у меня бы сердце остановилось. — Тогда мне пришлось бы делать тебе искусственное дыхание. — Очень благородно. Парень тихо рассмеялся. — Почему ты здесь один? — Застрял из-за учебы. А ты? — Тоже. Перевод документов в деканате затянулся. — А-а… ты тот самый новенький? — Настолько знаменит? — Ну… мой друг упоминал что-то. Парень снова улыбнулся. — Надеюсь, он не забыл сказать, что я симпатичный. Чимин засмеялся. — Это было первым пунктом. На секунду между ними повисла тишина. Дождь гремел по крыше. — Я Чимин, кстати. — Чонгук. В этот момент охранник вернулся, раздраженно ворча себе под нос. — До утра ничего не починят. Старое дерьмо. Он покопался под стойкой и вытащил зонт. — Держите. Мне он все равно не нужен. — Пусть Чимин берет, — сказал Чонгук. — Я рядом живу. — Я тоже. — Да, мне насрать берите и проваливайте уже. — сказал зевая охранник. — Тогда идем вместе. Чонгук взял зонт раньше, чем Чимин успел возразить. Когда дверь распахнулась, в лицо сразу ударил ледяной ветер с дождем. — Да вы издеваетесь… — простонал Чимин, щурясь от воды. — Два дня солнца. ДВА. И опять это. Чонгук рассмеялся. Они пошли через безлюдный дворик, прижимаясь ближе друг к другу под слишком маленьким зонтом. Дождь барабанил по ткани. Чимин что-то рассказывал про преподавателя литературы, который однажды пришел на лекцию пьяным и два часа читал Шекспира с британским акцентом. Чонгук смеялся так искренне, что Чимин сам начинал смеяться громче. На середине дороги порыв ветра вывернул зонт. — О нет! Ткань жалобно треснула. Через секунду оба уже бежали под ливнем, толкая друг друга плечами и хохоча как дети. Когда впереди наконец показалось общежитие, они были мокрые насквозь. Чимин остановился под навесом, тяжело дыша и продолжая смеяться. — Господи… я с детства так не носился…Надеюсь, не заболею. — И я. Чимин заметил взгляд Чонгука. Тот смотрел явно куда то ниже его лица. Белая футболка Чимина полностью прилипла к телу. Чимин резко прикрылся руками. — Эй! Не смотри! Чонгук фыркнул. — Мы вообще-то оба парни, идиот. — Ах… да. Точно. Теперь стало еще неловче. — Ладно, мне туда. Чимин смущенномахнул рукой в сторону комнат первого этажа. — Милашка, — едва слышно пробормотал Чонгук, а потом уже громче добавил: — Кстати, приятно было познакомиться. Третий этаж, двадцать седьмая комната. Заходи, если захочешь. И, не дожидаясь ответа, побежал вверх по лестнице. ⸻ Комната встретила Чимина запахом лапши быстрого приготовления, сырости и старого дерева. Общежитие было старым, но вполне приличным — облупившаяся краска на батареях, потертые шкафы, плакаты на стенах и вечный бардак из учебников, одежды и кружек. Снизу на двухъярусной кровати уже спал Хосок. Тэхен сидел на полу возле приглушенного радио из которого доносился тоскливо голос Фрэнка Синатры. — Ого, — протянул он в темноте. — Я вижу только твою улыбку. Чего такой счастливый? — Не счастливый я. — Ага. — Я зол. Из-за дождя я не посмотрю сегодня шоу. Чимин переоделся, забрался на верхнюю койку и еще долго лежал, слушая шум дождя за окном. Перед тем как уснуть, он почему-то вспомнил чужую улыбку в темном холле. *** Утро субботы началось с шума. — Да я тебе говорю, у него на футболке были красные пятна! — смеялся Юнги. — Может кетчуп, — отозвался Хосок. — В семь утра? В этот момент в комнату ворвался Тэхен. Чимин недовольно застонал в подушку. — На третьем этаже прорвало трубу! Поэтому блять очередь в наш туалет как на концерт Queen! — Да заткнитесь уже нахуй… — произнес Чимин, кидая в его сторону подушку. — Сегодня же суббота…какого черта. — Простите, ваше высочество, — драматично поклонился Хосок. — Сам завались, гном педиковатый, — буркнул Юнги, попивая чай. Чимин показал ему язык, схватил полотенце и вышел в коридор. Толпа студентов неслась к ванной как стадо. Кто-то толкнул его в плечо. Чимин потерял равновесие, но чья-то рука резко схватила его за локоть. И он врезался в мусорный бак. — Да какого— — Доброе утро, Чимини. Чонгук. — Боже , ты решил меня при каждой встрече пугать? — Богом меня еще не называли.. – ответил Чонгук с глупой ухмылкой. Чимин посмотрел на перевернутую мусорку. — Не волнуйся, я соберу, — сказал Чонгук, уже присаживаясь на корточки. — Ты же из-за меня в нее влетел. — Мерзость… Спасибо. Чонгук театрально зажал нос. — Да, это худшее, что я видел в жизни. Чимин прыснул со смеху. Чонгук поднял на него взгляд и тоже улыбнулся. — Я хотел сегодня купить новый зонт, — сказал он. — Чтобы вернуть охраннику. — И? — И подумал… может составишь мне компанию? Я тут почти ничего не знаю. Чимин усмехнулся. — Конечно. После завтрака? — Отлично. — Кстати, что вообще случилось? Почему все как сумасшедшие носятся? Чонгук бросил в урну последнюю бумажку. — Уборщик нашел в туалете тушу енота. Чимин побледнел. — Что? — Да. То ли кто-то пытался смыть его в унитаз, то ли— — Господи, заткнись! Чимин закрыл ему рот ладонью. Чонгук замолчал. На секунду его взгляд задержался на лице Чимина слишком долго. Потом он медленно улыбнулся. — Ты такой нежный. — Да пошел ты. **** Через двадцать минут они встретились в холле. Чонгук был весь в черном. Черные джинсы, черная куртка, черная футболка. Чимин прищурился. — Ты гот или сатанист? — Возможно. Сейчас как раз заведу тебя в лес и принесу в жертву Сатане. Он сказал это совершенно серьезным голосом. Чимин удивленно моргнул. — Вау. Ты очень хорошо вживаешься в роль. И Чонгук вдруг улыбнулся так открыто и легко, что вся мрачность мгновенно исчезла. Будто ее и не было. Дорога до маркета заняла почти полчаса. Городок был маленьким, вытянутым вдоль мокрой трассы и старых лесополос. Здесь все выглядело немного выцветшим — бензоколонки, закусочные, вывески видеопрокатов, телефонные будки возле аптек. После ночного дождя асфальт блестел, отражая редкие машины и тусклые огни витрин. Чимин шел впереди, иногда поворачиваясь к Чонгуку спиной и продолжая говорить уже через плечо. Он говорил очень много. О погоде. О преподавателях. О том, как Тэхен однажды случайно поджег шторы в школьном актовом зале. О Хосоке, который в шестнадцать лет решил, что станет великим химиком, и едва не отравил весь кабинет своим экспериментом. Чонгук слушал. Иногда смеялся. Иногда что-то спрашивал. Но в основном — просто слушал. И смотрел. На то, как Чимин размахивает руками, когда увлекается. Как щурится, когда смеется. Как морщит нос, если вспоминает что-то неприятное. Как иногда резко замолкает, задумавшись о следующей мысли. — …и тогда директор сказал, что если Тэхен еще хоть раз притащит в школу живую курицу, то его исключат, — закончил Чимин, уже смеясь над собственным рассказом. Чонгук тихо фыркнул. — Удивительно, что вы вообще дожили до университета. — Мы были талантливыми идиотами. — А сейчас? — Сейчас просто идиоты. Чонгук посмотрел на него чуть дольше обычного. — Не думаю. Чимин на секунду замолчал. А потом тут же отмахнулся: — Ой, перестань. Я и так знаю, что великолепен. — Это я уже заметил. Чимин снова рассмеялся, даже не обратив внимания на то, как спокойно и серьезно это прозвучало. В какой-то момент они свернули к небольшой кафешке с запотевшими окнами. — Мы же хотели позавтракать, — напомнил Чонгук. Чимин хлопнул себя по карманам и застыл. — Черт. — Что? — Я забыл кошелек. — И? — В смысле “и”? Я не могу— — Я угощаю. — Нет, так нечестно. — Чимин, это кофе и панкейки, а не покупка дома. — Но— — Если тебе станет легче, можешь потом угостить меня чем нибудь. Чимин задумчиво прищурился. — Ладно. Но только потому что ты новенький и выглядишь так, будто умрешь без моей помощи. — Очень трогательно. Внутри кафе пахло корицей, кофе и жареным тестом. Официантка включила старое радио, из которого тихо играла I know it’s over от The Smiths Они сели у окна. Чонгук заказал кофе со сливками и вишневым сиропом и разноцветной присыпкой. Чимин уставился на него так, будто увидел преступление. — Ты серьезно? — Что? — Тебе пять лет? — Заткнись. — Это не кофе. Это десерт. — А ты пьешь американо как разведенный сорокалетний мужчина. Чимин рассмеялся. А Чонгук снова просто смотрел на него. Очень спокойно. Очень внимательно. Так внимательно, что Чимин через пару секунд начал ерзать на месте. — Чего? — Ничего. Но улыбка у Чонгука стала мягче. Когда принесли еду, Чимин снова заговорил — теперь уже о самом городе. О старом кинотеатре возле реки. О слухах, что здесь когда-то скрывался серийный убийца. О странной женщине, которая каждый вторник кормит в парке белок и ненавидит студентов. Потом перешел к школьным историям. К тому, как Юнги однажды сломал нос местному футболисту за расистскую шутку. Как Хосок на спор проколол себе ухо иглой из кабинета биологии. Как сам Чимин чуть не утонул в озере, потому что решил впечатлить кого-то прыжком с моста. Чонгук слушал все это так, словно ему рассказывали что-то невероятно важное. Иногда тихо смеялся. Иногда качал головой. Иногда задавал короткие вопросы, из-за которых Чимин рассказывал еще больше. И только один раз Чимин вдруг поймал на себе слишком долгий взгляд. Чонгук даже не пытался отвести глаза. Просто смотрел. Будто пытался запомнить. Чимин неловко кашлянул и сделал вид, что очень заинтересован своей кружкой. Когда они подошли к кассе, молодая официантка улыбнулась Чонгуку слишком широко. — Для вас скидка, — сказала она, протягивая чек. А потом быстро сунула ему салфетку с номером телефона. Чимин удивленно приподнял брови. Чонгук взял салфетку, едва заметно коснувшись пальцами ее ладони. — Спасибо. У девушки моментально покраснели щеки. Уже на улице Чимин толкнул его плечом. — Ничего себе. Да ты опасен. — Почему? — Ты видел ее лицо? Предложи ты ей уединиться в подсобке, она тут же бы согласилась. Чонгук хмуро посмотрел на салфетку. И долго не думая выбросил ее в ближайшую урну. Чимин резко остановился. — Ты идиот?! — Почему? — Она же чертовски красивая! — И что? — В смысле “и что”?! Чонгук пожал плечами. — Пошли уже за зонтом. Погода опять портится. — сказал он чтобы закрыть тему с официанткой. И пошел дальше так спокойно, будто ничего необычного не произошло. Чимин еще пару секунд смотрел на урну, а потом догнал его почти бегом. **** Обратно они решили идти через парк. Осень уже почти полностью вступила в свои права — мокрые дорожки были усыпаны листьями, старые деревья скрипели от ветра, а неработающий фонтан возле центра парка выглядел заброшенным и серым. — Тут раньше вообще ничего не было, — рассказывал Чимин. — Когда мы были детьми, здесь стояли только качели и какой-то страшный ларек с хот-догами— Он внезапно оборвал себя. — Ой. Возле фонтана сидела черная кошка. Чимин тут же подбежал к ней и присел на корточки. — Привет, малыш… Чонгук шел медленнее. Сунув руки в карманы куртки, он просто наблюдал за ним издалека. Чимин гладил кошку, что-то ласково бормоча ей под нос, когда рядом вдруг остановились чьи-то грязные ботинки. — Эй, узкоглазый. Чимин поднял голову. Над ним нависал мужчина с опухшим лицом и запахом дешевого алкоголя и прочьего букета ароматов. Рядом стояли еще двое. — Это мой кот, — ухмыльнулся мужчина. — Плати за аренду. Чимин поморщился. — Отойди нахуй. От тебя несет мочой. Улыбка мгновенно исчезла с лица мужчины. — Че сказал— Он резко замахнулся. И в следующую секунду Чонгук ударил его ногой в бок так сильно, что тот буквально улетел в фонтан. Раздался глухой всплеск. Все произошло слишком быстро. Остальные двое замерли. Мужчина в фонтане заорал от боли. Чимин ошеломленно перевел взгляд на Чонгука. Тот стоял совершенно неподвижно. Лицо спокойное. Даже слишком. — Эй… — нервно выдохнул Чимин. — Чонгук… Один из мужчин помогал другу подняться. У того из разбитой губы текла кровь. — Черт… у него кровь… Чимин сделал шаг вперед, но Чонгук выставил руку, останавливая его. А потом подошел к мужчинам сам. Наклонился к одному из них и что-то тихо сказал ему на ухо. Мужчина резко побледнел. Посмотрел сначала на Чонгука. Потом на Чимина. И быстро закивал. — Ладно. Ладно, чувак. Мы уходим. Через минуту их уже не было видно. Парк снова стал тихим. Только ветер шумел в деревьях. Чимин смотрел на Чонгука широко раскрытыми глазами. — Что ты ему сказал? Чонгук повернулся к нему. И вдруг снова улыбнулся той своей легкой мальчишеской улыбкой. — Секрет. — Да ладно! Скажи! — Не-а. — Чонгук! Тот только рассмеялся. Будто несколько секунд назад ничего не произошло. — Что ты им сказал? Чонгук повернулся к нему и пожал плечами. — Ничего особенного. — Ничего особенного обычно не заставляет троих взрослых мужиков ретироваться вот так быстро. Чонгук снова улыбнулся. — Иногда достаточно правильного тона. Чимин еще пару секунд смотрел на него, потом фыркнул и покачал головой. — Ты вообще всегда такой спокойный? — Не всегда. — А сейчас? — Сейчас мне просто не нравится, когда кто-то мешает твоему разговору с кошкой. Чимин на это только засмеялся. И уже потом, когда они снова пошли по парковой дорожке к общаге, он вдруг поймал себя на том, что рядом с Чонгуком правда удивительно легко. Как будто тот не пытался ничего из себя строить, не суетился, не давил — просто шел рядом, отвечал, шутил и в нужный момент оказывался именно там, где надо. Добравшись до общежития, они остановились у входа. Чонгук чуть кивнул в сторону корпуса. — Ладно. Я отнесу зонт охраннику и вернусь. — Хорошо. — И спасибо за компанию. — Да не за что. Чимин уже хотел зайти внутрь, но почему-то замедлился и обернулся еще раз. Чонгук стоял у ступенек, мокрые после дождя волосы чуть спадали на лоб, а в темных окнах за его спиной отражался серый вечер. Он заметил взгляд Чимина и коротко улыбнулся. — До встречи, Чимини. Чимин почему-то улыбнулся в ответ гораздо шире, чем собирался. — До встречи. Потом Чимин вошёл в общежитие, всё ещё чувствуя на губах остатки недавней улыбки и холод осеннего воздуха на мокрой коже. Коридоры шумели, где-то хлопали двери, кто-то смеялся за стеной — обычный день, один из сотен таких же. И всё же именно этот день позже останется в его памяти пугающе ясным. *** Чонгук стоял у ступенек ещё несколько минут после того, как Чимин зашел. Он смотрел на закрытую дверь общежития так долго, будто ждал, что та снова откроется. Улыбка медленно сползла с его лица. Ветер растрепал его мокрые волосы, и на мгновение выражение его лица стало каким-то странно пустым. Затем он развернулся и медленно ушел.